Готовый перевод Система Stop Time. И билет в мультивселенные моих героинь.: Глава 111

Эван отодвинул пустую тарелку из-под рамена, довольно выдохнул и откинулся на спинку табурета. Тёплый пар от бульона ещё поднимался над стойкой, смешиваясь с ароматами чеснока, зелёного лука и копчёной свинины.

В зале было тихо и уютно — Асума о чём-то болтал с Куренай за дальним столиком, Аяме протирала стойку, Теучи мыл посуду за плитой, поблёскивая лысиной под светом ламп.

Эван потянулся, хрустнув шеей, и прошептал, едва шевеля губами. 

— Ну всё, последний рывок — и можно идти спать.

Пальцы щёлкнули.

«Стоп.»

Мир замер. Пар над кастрюлями застыл белыми клубами, не рассеиваясь. Асума замер с сигаретой у губ — дымная струйка застыла в воздухе, не поднимаясь. Куренай застыла с чашкой чая, её улыбка застыла на губах. Аяме с тряпкой в руке, наклонившаяся над стойкой, замерла, как статуя. Теучи с половником в руке застыл у плиты.

Эван встал и достал из инвентаря моток крепких верёвок — нейлоновых, толстых, которые не растягиваются и не рвутся. Быстро, уверенно, он связал всех четверых. Асуму и Теучи он усадил на стулья в углу, примотав их руки к подлокотникам, а ноги к ножкам. Они должны были видеть всё, но не могли вмешаться.

Девушек он раздел догола. С Аяме слетели синий фартук, распахнутый халат и лифчик — всё упало на пол. Куренай он стянул чёрное платье через голову, обнажая упругую грудь с тёмно-розовыми сосками и гладкую выбритую киску. Обе стояли перед ним голые, застывшие, прекрасные.

Он связал им руки за спиной той же верёвкой, затем опёр каждую животиком на высокую табуретку — так, чтобы попки оказались выставленными для порки. Аяме и Куренай застыли рядом, их ягодицы оказались на одном уровне — белые, гладкие, манящие.

Сверху на каждую — широкий кусок скотча на рот.

Эван отошёл на шаг, любуясь открывшимся зрелищем. Две голые девушки, связанные, беспомощные, с выставленными попками. Асума и Теучи — привязанные к стульям, готовые стать зрителями.

Пальцы щёлкнули.

«Плэй.»

Время потекло.

Аяме и Куренай одновременно осознали, что они голые, связанные, стоят на четвереньках на табуретках, а их рты заклеены скотчем. Глаза расширились от ужаса и непонимания.

— М-М-М! — замычала Куренай, дёргаясь, пытаясь прикрыться, но руки были связаны за спиной.

— М-М-М! — вторила Аяме, её тело содрогнулось от стыда.

Асума открыл глаза и остолбенел. Его девушку — голую, связанную, выставленную на всеобщее обозрение — какой-то парень поставил раком на табуретку. Лицо Асумы исказилось от ярости. Он рванулся, пытаясь встать, но верёвки держали крепко.

— М-М-М! — замычал он сквозь скотч, сверля Эвана взглядом, полным ненависти. Табуретка под ним затрещала.

Теучи тоже замычал, дёргаясь, но ничего не мог сделать.

Эван не спешил. Он медленно обошёл девушек, разглядывая их выставленные попки. Погладил ягодицы Аяме и Куренай. 

— Ну что, девочки, — усмехнулся он, — пожалуй начнем. 

Он достал из инвентаря ремень — чёрный, кожаный, с тяжёлой металлической пряжкой. Сложил его вдвое, пробуя гибкость.

Задание 8. Поставить раком Аяме и Куренай, оголить их попки и отшлепать ремнём. 

Награда: 17 минут.

«Шлёп.»

Первый удар пришёлся на правую ягодицу Аяме. Кожа дрогнула, белая попка вспыхнула красной полосой. Аяме дёрнулась, замычала сквозь скотч — жалобно, надрывно. Слёзы брызнули из глаз.

— М-М-М!

«Шлёп.»

Второй удар — по левой ягодице Куренай. Куренай вскрикнула сквозь скотч, её тело выгнулось, ноги задёргались.

— М-М-М!

«Шлёп. Шлёп. Шлёп.»

Эван вошёл в ритм. Удары сыпались один за другим — по левой, по правой, снова по левой. Попки девушек краснели на глазах. Сначала бледно-розовые отпечатки, потом ярко-алые полосы, потом ягодицы стали багроветь.

Аяме мычала, извивалась, слёзы текли по щекам, застревая под скотчем. Куренай пыталась уползти, но Эван придерживал её за поясницу одной рукой, продолжая шлёпать другой.

Асума рвался из верёвок с такой силой, что стул под ним затрещал и зашатался. Он мычал, рычал, смотрел на Эвана глазами, полными бешенства. Жилы на шее вздулись, лицо побагровело.

— М-М-М! М-М-М!

Теучи тоже мычал, но больше от ужаса, чем от гнева. Он смотрел на свою дочь — голую, красную, беспомощную — и не мог ничего сделать.

«Шлёп. Шлёп. Шлёп.»

Красные попки горели огнём. Эван шлёпал до тех пор, пока задание не засчиталось. 

Задание 8 выполнено. +17 минут времени.

Эван отбросил ремень в сторону. Погладил горячую, красную попку Аяме — она вздрогнула от его прикосновения, замычала. Затем перевёл взгляд на Куренай — та стояла, поскуливая сквозь скотч, слёзы текли по щекам.

— А теперь, последнее задание, — усмехнулся он.

Задание 9. Трахнуть Аяме на глазах у всех в реальном времени. Награда: 24 минуты.

Он встал позади Аяме, раздвинул её красные, горячие ягодицы. Её киска была влажной — даже сквозь боль и унижение тело отзывалось. Он достал смазку из инвентаря, щедро полил свой член и её вход.

Приставил головку, надавил и вошёл одним резким толчком.

— М-М-М! — замычала Аяме, её тело выгнулось дугой.

Он начал двигаться — жёстко, глубоко, с каждым толчком заставляя её грудь колыхаться. Одной рукой он сжимал её красную, горячую попку, пальцами вдавливаясь в багровую кожу. Другой рукой он полез под живот, нащупал клитор и начал массировать его в такт толчкам.

Аяме мычала, сжималась вокруг него, её тело дрожало. Боль от шлепков смешивалась с удовольствием от проникновения. Эван ускорился, толкаясь всё глубже, доставая до матки.

Асума забился в верёвках с такой силой, что стул под ним треснул и начал разваливаться. Он смотрел на Эвана глазами, полными ненависти и бессилия.

Куренай стояла рядом, красная, дрожащая, и смотрела на Аяме широко раскрытыми глазами.

Аяме кончила внезапно — её тело выгнулось дугой, из киски хлынули соки, заливая бёдра Эвана. Она мычала сквозь скотч, содрогаясь в долгом, судорожном оргазме.

Эван кончил следом, наполняя её киску горячей густой спермой.

Задание 9 выполнено. +24 минуты времени.

Он вышел из Аяме. Сперма потекла по её бёдрам, капая на деревянный пол.

— А теперь Куренац, твоя очередь, — усмехнулся он, переключаясь на Куренай.

Она стояла на четвереньках, её красная попка блестела от пота. Эван снова смазал член, приставил к её киске и вошёл. Куренай замычала, дёрнулась, но он держал её крепко — одной рукой за бедро, другой за волосы.

Асума рвался из верёвок с нечеловеческой силой. Стул под ним треснул окончательно, но он всё равно не мог освободиться — верёвки держали мёртвой хваткой. Он рыдал, мычал, смотрел, как его девушку трахают у него на глазах.

Эван трахал Куренай долго, методично, доводя её до пределы. Она кончала с криком сквозь скотч — громко, надрывно, содрогаясь всем телом. Её киска сжималась вокруг него, выжимая сперму.

Эван кончил в неё, вышел и поправил штаны.

— Ну всё, было весело, всем бай бай — сказал он, оглядывая связанных, голых, краснопопых девушек. 

Он развернулся, шагнул к выходу, отодвинул занавеску и вышел на ночную улицу.

Эван шёл по пустынным улицам Конохи, вдыхая свежий ночной воздух. Луна светила ярко, звёзды мерцали над крышами, где-то вдалеке лаяла собака.

Он дошёл до отеля в котором остановился, вошёл в свою квартиру, сразу же прошёл прямиком в спальню, рухнул на мягкую кровать и с удовольствием вытянулся, закинув руки за голову.

— Какой прекрасный и насыщенный день, — прошептал он, закрывая глаза.

Улыбка застыла на его губах.

---

Утро следующего дня.

Эван проснулся от солнечных лучей, пробивавшихся сквозь тонкие шторы. Потянулся, зевнул, с удовольствием ощущая, как тело отдохнуло за ночь. Быстро умылся, привёл себя в порядок и вышел на улицу.

Коноха жила своей привычной жизнью. Торговцы открывали лавки, раскладывая товары. Ниндзя сновали по крышам, направляясь на задания. Дети с криками носились по дворам, гоняя мяч. Пахло свежей выпечкой, жареным мясом и утренней прохладой.

Эван брёл по главной улице, разглядывая прохожих, когда впереди заметил две фигуры, от которых у него перехватило дыхание.

Длинные светлые волосы, собранные в два свободных хвоста, покачивались в такт шагам. Золотисто-карие глаза смотрели вперёд уверенно и властно. На лбу — фиолетовая метка в форме алмаза, печать Силы Ста Печатей. Зелёный халат средней длины с иероглифом «азартная игра» внутри красного круга на спине. 

Под халатом — серая блузка-кимоно без рукавов с таким глубоким вырезом, что ложбинка между огромными грудями была видна отовсюду. Обтягивающие тёмно-синие брюки подчёркивали длину ног, а чёрные сандалии на высоком каблуке прибавляли роста и грации.

Цунаде. Пятая Хокаге. Легендарная куноичи. Женщина с невероятно огромным бюстом. 

Рядом с ней, чуть позади, шла Шизуне — её помощница. Иссиня-чёрные волосы до плеч, чёлка обрамляет лицо, глаза цвета оникса. На ней было длинное тёмно-синее кимоно с белой отделкой, застёгнутое белым оби на талии. На ногах — босоножки с открытым носком на низком каблуке. На руках она держала маленькую розовую свинку Тонтон, которая мирно похрюкивала.

Они свернули в сторону и зашли в неприметное здание с яркой вывеской, откуда доносились звуки игральных костей, карточных шлепков и азартных криков. Азартный дом.

Эван замер на мгновение, потом улыбнулся той самой лисьей улыбкой, которая уже стала его визитной карточкой.

— Наконец-то я встретил ее, Цунаде, — прошептал он, потирая руки. — Потрясающе.

Он шагнул вперёд за ними... 

http://erolate.org/book/1028/119487