Готовый перевод I Installed a Dating App and Girls from Another World Became Obsessed with Me / Я скачал приложение для знакомств, и теперь девушки из других миров стали одержимы мной: Глава 321. Учитель.

Магические формации врат можно поддерживать в полупостоянном состоянии при соблюдении определенных условий.

Однако эти условия крайне сложны, поскольку в качестве осей используются природные объекты или механические устройства из металла.

Природные объекты со временем немного смещаются под воздействием стихий, а металлические механизмы ржавеют.

Разумеется, обычно принимаются различные меры с учетом таких переменных, но продержаться сотни лет без присмотра — задача непосильная.

И это в равной степени касалось формации «Великого Превращения Десяти Тысяч Образов Иллюзорного Неба», окружавшей это место.

По словам Божественного Монаха Алмазного Тела, через пол-шичэня формация закроется навсегда.

«Кажется, он сказал, что магическая сила, поддерживавшая формацию, иссякла?»

Я застыл, безучастно глядя на расколотое пополам небо, и погрузился в раздумья.

Это очевидно, но как только магическая формация закроется, я никогда больше не смогу сюда вернуться.

Поначалу я не придавал этому большого значения.

Я думал, что помимо Уханя, Божественный Монах Алмазного Тела оставил свои тайники по всему Срединному Равнину, и если что-то случится, я просто смогу отправиться туда.

Однако это было лишь моим заблуждением.

— Неужели я кажусь тебе настолько праздным, чтобы бродить по Срединному Равнину и рыть пещеры? Остальные места — лишь оси для поддержания Магической Формации Небесного Круговорота Десяти Тысяч Превращений и еще одни входы.

То есть, даже если я пойду в другие места, там не будет ни спрятанных сокровищ, ни формаций, позволяющих встретиться с Божественным Монахом Алмазного Тела.

С того момента, как я узнал об этом, на душе почему-то стало неспокойно.

— Послушайте, могу я кое-что спросить?

Я обратился к Божественному Монаху Алмазного Тела, который пил принесенное мною Вино Столетней Благоуханной Нефритовой Росы.

С покрасневшим лицом он решительно ответил:

— Нельзя.

— Мне давно было любопытно, зачем вам, монаху, создавать Технику Меча Пустоты? Ведь боевые монахи Шаолиня используют только техники ладоней или кулачный бой.

Запрет на убийство, одна из десяти заповедей Шаолиня, — это правило, запрещающее лишать жизни живых существ.

Из-за этого боевые монахи Шаолиня не должны были самовольно убивать не только людей, но даже зверей или насекомых.

Поэтому они естественным образом стали избегать использования холодного оружия с лезвиями, и даже в Шаолине, который называют колыбелью всех боевых искусств Поднебесной, такие техники, как искусство меча или сабли, постепенно предавались забвению.

— Фу-у... Ну и ученик, слова наставника пропускает мимо ушей.

Щелк!

— Ай!

Божественный Монах Алмазного Тела щелкнул меня по лбу и поднялся со своего места.

В голове загудело, будто он вложил в этот удар суть Ладони, Разрывающей Пустоту.

—\1..Запрет на убийство — первая из десяти заповедей и считается самой важной. Однако за тысячелетнюю историю Шаолиня именно ее нарушали чаще всего. Как думаешь, почему?

Вид Божественного Монаха Алмазного Тела со спины, когда он внезапно поднял взгляд к небу, казался каким-то горьким.

— Фракции Справедливости, Зла и Демонов. Противостояние и войны между этими тремя силами бесчисленное множество раз повторялись в истории. Из-за этого реки выходили из берегов от крови и трупов, а многие люди корчились от боли. В такие эпохи войн принцип «убей или умри» был слишком очевидным, и Шаолинь не был исключением.

Божественный Кулак Сто шагов, Божественный Кулак Архата и даже Великая Ладонь Алмазной Силы. Все это — выдающиеся божественные техники, представляющие Шаолинь.

Но не каждый мог овладеть подобным мастерством.

— В войне больше всего гибнет учеников второго и третьего поколений. Но их кулаки слишком слабы, чтобы противостоять последователям еретических учений, которые нападают с оружием в руках.

Голос Божественного Монаха Алмазной Крепости звучал несколько возбужденно.

Как он и сказал, даже если начиналась война, ученики второго и третьего поколений не могли изучать высшие техники ордена.

Ведь правила ордена настолько суровы.

Только тогда я понял, что именно пытался сказать Божественный Монах Алмазной Крепости.

— Так вы создали технику меча именно поэтому? Если настоятель Шаолиня будет владеть мечом, то и ученики естественным образом заинтересуются техниками меча или сабли?

Божественный Монах Алмазной Крепости не ответил.

Но порой мгновение тишины бывает более красноречивым ответом, чем сотни слов.

Я порылся в памяти, вспоминая боевых монахов Шаолиня, которых встретил в деревне Чжинхын.

Среди них не было ни одного человека с оружием.

«...То, что он бросил пост настоятеля из-за желания поесть мяса — лишь отговорка, а на самом деле его выгнали из-за того, что настоятель использовал технику меча?»

Конечно, учитывая характер этого человека, он вряд ли позволил бы себя просто так выгнать.

Скорее всего, столкнувшись с бесчисленным противодействием, он сам все бросил и ушел.

Кажется, я понял, почему он не передал Шаолиню Технику Несравненного Алмазного Разрушения.

Однако был один момент, который я никак не мог понять, сколько бы ни думал.

—\1..Не проще ли было самому ворваться в Культ Магё или Союз Сатанинского Пути и покончить с войной?

Я посмотрел на следы от меча, оставшиеся внутри формации.

Я гордился тем, что стал довольно сильным, но в тот миг, когда я столкнулся с пределом мастерства меча, продемонстрированным Божественным Монахом Алмазной Крепости, эта гордыня мгновенно исчезла.

Казалось, что даже если Небесный Культ Демона и Союз Сатанинского Пути объединятся, Божественный Монах Алмазной Крепости сможет перебить их всех в одиночку.

—\1..Хватит болтать ерунду, проваливай уже.

— Сначала я спрошу еще кое-что.

— Цц, и почему этот парень такой многословный.

— Неужели вам совсем не жаль?

Божественный Монах Алмазной Крепости, встретившись со мной взглядом, молча присел на камень.

Я счел это своего рода разрешением.

— Эту формацию вы создали сами?

Святой Монах Алмазного Тела покачал головой.

Впрочем, каким бы сильным он ни был, для бывшего настоятеля монастыря Шаолинь было бы немыслимо еще и в совершенстве владеть искусством создания магических формаций.

— Я дам тебе один ценный совет. Слушай и запоминай хорошенько.

Я почтительно опустился на колени перед Святым Монахом Алмазного Тела.

— Я весь во внимании.

— Когда становишься сильнейшим в мире, ты можешь притащить любого человека и заставить его работать на себя, и никто не посмеет сказать ни слова против.

—\1..?

А это точно «ценный совет»...?

— Был один тип по прозвищу Странник Тайных Врат. Его боевые искусства не стоили и выеденного яйца, но в том, что касалось формаций и механизмов, он был признанным гением, превосходившим даже клан Чжугэ.

— Значит, это место создал он...?

— Да, я как следует его погонял, и через полгода всё было готово.

—\1..

Монах занимался принудительным трудом?

«Он точно монах?»

— К слову, он был из последователей Темного Пути. Мерзкий был человечишка: похищал людей, запирал их в своих ловушках и формациях, а потом забавлялся, глядя на их мучения.

— А.

Я понимающе кивнул.

Такого и прибить не грех.

«И все же немного жаль».

Если бы это было возможно, я хотел изучить структуру Формации Иллюзорного Неба Всеобщей Гармонии и расположение её элементов, чтобы позже установить нечто подобное у себя дома, но, видимо, не судьба.

— Теперь ты закончил?

— Можно задать еще один, последний вопрос?

— Как будто ты меня послушаешь, если я скажу «нет».

В точку.

Похоже, за то время, что мы провели вместе, он успел неплохо меня изучить.

— Не могли бы вы взглянуть на эту книгу?

Я достал из инвентаря книгу.

Это было руководство по Искусству Великой Тишины.

— Я случайно нашел это руководство в книжной лавке, но в нем отсутствует концовка. На мой взгляд, ничего критичного, но я хотел бы узнать, безопасно ли другим изучать его.

Конечно, я и сам мог бы все проверить, но раз это искусство предназначалось для моих женщин, я хотел быть уверен на все сто.

— Ну-ка, подай сюда.

Приняв книгу, Божественный Монах Алмазного Тела с безразличным видом пролистал страницы и уже через десять секунд закрыл ее.

—\1..И где, ты говоришь, раздобыл это?

— В книжной лавке на черном рынке.

— Хм-м...

Пристально глядя на руководство, Божественный Монах на мгновение задумался, а затем швырнул книгу мне.

— Это Искусство Великой Тишины, одна из техник развития духа, передающихся в школе Эмэй.

— Школа Эмэй?

— Это божественное искусство, которое дозволено изучать только старейшинам. К нему относятся так же бережно, как и к Технике Меча Сливового Цвета школы Хуашань. И ты утверждаешь, что купил это в лавке?

Божественный Монах посмотрел на меня многозначительным взглядом. В его глазах вспыхнул странный огонек.

— Украл?

— Я?

Я лишь молча захлопал глазами.

Тогда монах усмехнулся и вытащил из-за пазухи флягу.

— Хотя, такой как ты скорее украл бы исподнее у монахинь, чем книгу с техниками.

—\1..Я не настолько отброс.

Нет, ну надо же, выставил меня каким-то вором женских трусов.

— Ты так говоришь только потому, что не видел монахинь школы Эмэй. Начиная с учениц первого поколения, они изучают Искусство Небесной Девы, так что дурнушек там не сыщешь. А те, кто достиг уровня старейшин, хоть и постарше, но если смотреть на лица — настоящие писаные красавицы.

Божественный Монах рассмеялся, прикладываясь к чудесной фляге, в которой никогда не кончалось вино.

Опешив от такой наглости, я переспросил:

— Нет, послушайте, разве такие слова подобает говорить монаху?

— И что, неужели у тебя не возникло интереса?

Видя, как Алмазный Божественный Монах коварно ухмыляется, я лишь невольно усмехнулся.

Честно говоря, после этих слов мне и впрямь захотелось лично посетить школу Эмей.

Проблема была лишь в том, что Эмей — это женская секта, закрытая для мужчин.

«Хм, если использовать Божественное Искусство Призрака вместе с магией невидимости, то, может, и получится...»

Само собой разумеется, я не собирался вытворять ничего непристойного.

Просто хотелось убедиться, насколько на самом деле красивы ученицы Эмей.

Секты провинции Сычуань, ставшие крайне замкнутыми после Войны Добра и Зла, поголовно игнорировали турниры боевых искусств, так что иного способа, кроме как прийти к ним самому, не было.

«Раз уж собрался пробираться тайком, смотри не попадись. Не хочу, чтобы моего единственного ученика заклеймили похотливым дьяволом и объявили врагом всего мира боевых искусств».

«Да разве я попадусь?»

Если я достигну высот в Божественном Искусстве Призрака, то был уверен, что смогу незамеченным проникнуть даже в покои главы школы Эмей.

«И ведь даже не заикаешься о том, что ни за что туда не полезешь».

«Видно, весь в учителя пошел».

Бам!

— Кх...!!

— Ах ты паршивец, я пару раз тебя пожалел, так ты совсем страх потерял и на голову лезешь.

Вздохнув, Алмазный Божественный Монах поднялся и куда-то направился.

Потирая голову, на которой вскочила шишка, я последовал за ним.

Когда мы дошли до середины луга, он, сконцентрировав истинную энергию в пальцах, начертил в воздухе иероглифы.

Открыть Врата.

У-у-у-унг—

В тот же миг пространство задрожало, словно искажаясь.

Вскоре сквозь образовавшуюся щель показался знакомый пейзаж.

Это был вид на озеро Дунху, которое прекрасно сияло, отражая лучи взошедшего солнца.

«Выходи быстрее. Скоро действие формации полностью прекратится».

«Выйду, даже если не будете торопить».

Надев черный халат, который долгое время лежал в стороне, я медленно направился к выходу.

На душе было легко.

Больше не нужно было находиться рядом с этим ворчливым монахом, который чуть что — сразу колотил тебя колотушкой для молитв, да и к тому же я наконец смогу встретиться с Чхон Ё Хва спустя две недели.

К тому же, я стал сильнее, как и хотел, так что желать больше было нечего.

—\1..

Вроде бы всё так и было, но почему-то, пройдя совсем немного, я невольно остановился.

Недолго поразмыслив, я всё же обернулся и посмотрел на Божественного Монаха Алмазного Тела.

— Мы... увидимся снова?

Я и сам уже знал ответ.

То, что мы больше никогда не встретимся.

По законам природы живые и мертвые не могут жить под одним небом. На самом деле, то, что мы встретились вот так ненадолго, было сродни чуду.

Поэтому правильно было бы удовлетвориться этим и идти своим путем.

Но почему же я так себя веду?

Меня никто не бил колотушкой, но в груди почему-то щемило.

Божественный Монах Алмазного Тела, встретившись со мной взглядом, усмехнулся.

— Зачем тебе и дальше пялиться на рожу неотесанного мужика?

Он похлопал меня по плечу и улыбнулся.

Его лицо всё так же напоминало суровую физиономию разбойника.

Но когда я продолжал смотреть на него, к горлу подкатывал странный ком.

— Наставник может открыть дверь, но войти в нее — дело ученика. Иди в этот большой мир, Хён У.

—\1..

Я молча кивнул.

Вскоре выход оказался прямо передо мной.

Но я так и не смог сделать последний шаг и снова обернулся к Божественному Монаху Алмазного Тела.

—\1..Можно мне напоследок спросить еще одну вещь?

— Ох, у тебя что, совсем головы на плечах нет?

Тяжело вздохнув, он с неохотой кивнул.

Его жест означал «спрашивай быстрее и уходи».

— Откуда вы узнали моё имя?

Я никогда не называл своего имени Алмазному Божественному Монаху.

Однако он знал его как нечто само собой разумеющееся.

— Ты спрашиваешь о сущих пустяках. У меня свои способы всё знать, так что поторапливайся. Если магическая формация закроется, никто за тебя ответственности не понесёт.

—\1..Ухожу я, даже если не будете подгонять.

Право слово, до самого конца этот старик остаётся невыносимо ворчливым.

Наверное, если бы он вырос не в храме, а в подворотнях, то стал бы владыкой Союза Сил Зла и правил бы всем Срединным Миром.

Но я многому у него научился.

Поэтому выразить благодарность было совершенно естественно.

— Учитель.

— Что ещё! Хватит донимать меня, живо выметайся...

Шорох.

Я сложил руки вместе и почтительно поклонился Алмазному Божественному Монаху.

Честно говоря, нашу связь нельзя было назвать долгой.

От силы мы провели вместе недели две.

Но, несмотря на это, он был моим учителем.

— Ваш недостойный ученик только сейчас воздаёт учителю должный поклон.

Выразив почтение со всей серьезностью, я тихо поднялся, еще раз поклонился, развернулся и направился к выходу.

Я слышал, что у учителя не будет могилы.

Если когда-нибудь представится случай, может, стоит посетить храм Шаолинь и воздвигнуть там для него памятник.

Внезапно мне пришла в голову эта мысль.

Уже занеся ногу над порогом, я обернулся к учителю и произнёс:

— Спасибо вам за всё. Учитель, нет...

Великий мастер Бобджин.

В этот миг знакомое чувство окутало всё моё тело.

После этого я стоял один у восточного озера. Учителя нигде не было видно.

Все, что произошло за последние две недели, казалось смутным, будто я видел сон.

Какое-то время я стоял на том же месте, отрешенно глядя на восточное озеро.

То ли роса упала с листьев, то ли просто так, но кончик носа внезапно защемило.

http://erolate.org/book/1310/168658