Готовый перевод The Main Character is the Villain / Главный герой — злодей: Глава 2: В конце концов Айра огребает по полной (1)

В последнее время Айра всё отчетливее ощущала, что с Петой Люциусом творится что-то неладное. Он и раньше казался ей со странностями, но в эти дни его поведение вызывало ещё больше вопросов. Если прежний Пета Люциус был со странностями из-за своей вопиющей ненормальности, то нынешний казался странным именно потому, что внезапно стал походить на нормального человека.

Тот Пета Люциус, которого она знала, походил на святого во плоти, сошедшего прямо с небес. Материальные блага его совершенно не интересовали, а всё его времяпровождение в особняке сводилось к молитвам, посещению мессы и неторопливому ведению дел владения.

И этот факт Айра, прослужившая подле Люциуса последние два месяца, знала лучше кого бы то ни было. Он был чересчур добродетелен, чтобы считаться человеком. Именно поэтому обвести его вокруг пальца казалось парой пустяков.

Однако последние поступки Люциуса не на шутку озадачивали. Он — человек, ни разу в жизни не позволявший себе выглядеть неряшливо, — теперь то и дело щеголял в криво застёгнутой одежде или сидел за работой со всклокоченными волосами.

Вдобавок ко всему он принялся справляться о её самочувствии — чего прежде не делал отродясь, — так что Айра уже начала всерьёз гадать, не повредился ли их благочестивый лорд рассудком. Или, быть может, он наконец-то взялся за ум?

— Работа не слишком тяжела для тебя?

— Что вы, милорд! Мне совсем не тяжело. Я должна стараться изо всех сил, чтобы быть вам полезной, но моих скромных умений пока так мало...

Что-то здесь было не так. Сколько бы она об этом ни размышляла, внутреннее чувство подсказывало: дело нечисто. Интуиция Айры, отточенная двадцатью годами мошеннической жизни, вовсю сигналила об опасности, исходившей от стоящего перед ней Люциуса. Заострённые ушки, прозрачные рубиновые глаза, бледная до полупрозрачности кожа — всё оставалось прежним, и всё же нынешний Люциус неуловимо изменился. То, как плотоядно он оглядывал её с ног до головы, казалось странным, а его привычка посреди работы тупо залипать в пустоту, предаваясь каким-то грёзам, выглядела крайне подозрительно.

— Да что тут странного? Он просто запал на тебя, вот и всё!

Стражник Карл, которому Айра пересказала эти подозрения, уверенно отмахнулся и посоветовал не забивать себе голову ерундой. Он заявил, что Люциус, сколько он его помнит, всегда был первостатейным лопухом и терпилой и останется им до конца своих дней. Наглости Карлу было не занимать: ни капли благодарности к лорду, который приютил его, погрязшего в долгах голодранца, он не испытывал.

— Нет. Чутьё подсказывает мне: здесь что-то нечисто. Не думаешь, что этот ублюдок мог что-то пронюхать?

— Да брось ты! Откуда ему знать? Ты хоть раз заикалась самому Люциусу о том, чтобы тебе отдали бухгалтерские книги?

— Только старшей горничной. И я не просила назначить меня счетоводом, а лишь невзначай упомянула, что хорошо разбираюсь в цифрах.

— Ну вот, видишь! Заподозри он тебя хоть в чём-то, тебя бы мигом перевели на другую работу. Стал бы он держать тебя под боком?

— Думаешь?..

В конце концов Айра поддалась оптимизму Карла и согласно кивнула. Стражник Карл. Продажная душонка, готовая предать своего господина из-за карточного долга всего в два золотых. Карл уже предлагал Айре бежать вместе и пожениться, но та собиралась попросту прикарманить деньги лорда и сделать ноги в одиночку. Заядлый игроман заслуживает ещё меньше доверия, чем профессиональная аферистка. Особенно нищеброд, получающий жалование в десять серебряных монет в месяц, но умудрившийся продуть в кости целых два золотых.

— Где совьём наше семейное гнёздышко? Может, замахнёмся на столицу?

— Звучит заманчиво.

Айра доверчиво прильнула к груди Карла, в душе в очередной раз насмехаясь над непроходимой тупостью стражника. Ограбить владения семьи бывшего соратника из Отряда Героя и укатить жить на широкую ногу прямо в столицу — бредовее затеи и представить нельзя. С такими мозгами неудивительно, что этот болван до сих пор прозябал в простых караульных. Сама Айра намеревалась забрать куш и убраться как можно дальше на край света.

Роль Карла была фактически отыграна в тот самый миг, когда он черкнул рекомендательное письмо, позволившее ей устроиться горничной в господский особняк. Единственная причина, по которой Айра до сих пор не сбросила его со счетов, заключалась в том, что вздумай этот дурак открыть рот — и им обоим крышка.

После этого разговора Айра изо дня в день усердно исполняла обязанности горничной. Подъёмы в шесть утра и получасовые ночные дозоры доводили её тело до изнеможения, но стоило ей вспомнить о предстоящем куше и присвоении богатств лорда, как настроение мигом взлетало до небес. Пета Люциус был весьма богат, так что вряд ли станет гневаться, если она отщипнет малую толику его состояния себе на безбедную жизнь. При мысли о том, как Люциус наверняка лишь кротко разведёт руками и добродушно усмехнётся, даже обнаружив опустошённый сейф, на губах Айры сама собой играла самодовольная улыбка.

Работа горничной была каторжной. Но и куш на этот раз маячил самый крупный за всю её воровскую карьеру. Стоит сорвать его лишь единожды — и она сможет до конца дней купаться в роскоши, жить как богатая дама и ни в чём себе не отказывать.

И вскоре удобный случай сам постучался в её двери.

Как-то днём Робин, с задумчивым видом стоявший перед кладовой, окликнул проходившую мимо Айру. Без малейшей опаски он распахнул тяжёлую дверь хранилища, указал на массивный предмет мебели внутри и произнёс:

— Помоги-ка мне перенести вот это.

— Да, слушаюсь.

Айра не понимала, почему командующий обратился именно к ней, а не позвал кого-то из крепких слуг-мужчин, но послушно зашла внутрь и упёрлась руками в мебель. Толкая её перед собой, она цепким взглядом окинула помещение — и у неё перехватило дух: кладовая была буквально забита баснословно дорогим антиквариатом!

В центре высился огромный кувшин, усыпанный драгоценными камнями, а вокруг него красовались всевозможные ювелирные украшения и реликвии. Айре сразу пришла в голову мысль: если сгрести все эти драгоценности внутрь кувшина и вынести его целиком, это будет идеальный грабёж.

Сгрести всё дочиста, а потом бросить Карла под предлогом того, что нужно сбыть награбленное скупщику. Затем по-тихому распродать сокровища в одиночку и раствориться в тумане — и дело в шляпе! При мысли о таком богатстве губы Айры против воли расплывались в улыбке. Ей пришлось стиснуть зубы и изо всех сил поднатужиться, чтобы не выдать себя глупой ухмылкой перед Робином.

Письменный стол, несмотря на внушительные габариты, оказался на удивление лёгким, так что даже хрупкая Айра без труда помогла его вытащить.

Вынеся стол в коридор, Робин словно бы в оправдание пояснил:

— Отличная работа. Мне нужно было заменить стол в кабинете командующего, а тащить его одному неудобно — ещё зацепишь за косяк и попортишь дорогую вещь.

— Да, конечно, понимаю.

Робин снова щёлкнул навесным кодовым замком. Айра не упустила случая запомнить выставленные на барабанах цифры — они были отлично видны при свете факела. При таком раскладе отпадала всякая нужда месяцами дожидаться доступа к счетам! Очистить эту сокровищницу одним махом сулило куда больший куш, чем кропотливое казнокрадство по крупицам. К тому же её ночной дозор как раз выпадал на предрассветный час следующего дня, а у Карла был выходной.

Сказать по правде, каторжная работа горничной уже стояла у неё поперёк горла. Да и Карл из-за карточного долга с каждым днём дёргался всё сильнее, так что при виде лёгкой добычи ломаться он точно не станет.

Однако, вопреки ожиданиям Айры, когда она выложила Карлу план об ограблении сокровищницы, тот отреагировал с явной неохотой. Таким робким и нерешительным она его ещё не видела.

— В чём дело?

— Вещи, которые там лежат... Это наверняка памятные реликвии покойного отца лорда.

— И что с того?

— Ты просто не знаешь, насколько господин Люциус щепетилен во всём, что касается памяти отца! Не видишь, что ли: он к ним даже не прикасается, хотя вечно жалуется на нехватку денег в казне? Для нашего лорда эти реликвии дороже всей его земли!

— И какая польза от того, что они пылятся без дела? Если мы пустим их в оборот, отец лорда на небесах только порадуется!

— Эй-эй, подумай хорошенько! Если мы облажаемся, нам обоим не сносить головы!

— Послушай, Карл. Лучшего шанса нам вовек не представится. Завтра в три часа ночи я заступаю на патрулирование третьего этажа, а у тебя как раз отгул. Я отопру замок, ты вынесешь мешки, а на рассвете я спокойно сдам смену следующей горничной, сказав, что всё тихо. Ни одна живая душа ни о чём не догадается!

— Но...

— Я впервые увидела эту дверь открытой с того дня, как поступила на службу. Сам лорд туда отродясь не заглядывал! Там всё покрыто вековой пылью, бедные сокровища просто гниют в темноте. С таким успехом можно решить, что лорд вообще забыл про эту кладовку! Ну же, Карл!

— Ладно... Уговорила.

Карл сдался под её напором. Айра ни на мгновение не сомневалась в безупречности своего замысла. Подумать только: график дежурств Карла так удачно совпал с её предрассветным обходом! Кто бы мог подумать, что судьба окажется настолько благосклонна? Казалось, сама фортуна ведёт её за руку и подталкивает к делу.

Настал условленный час. Убедившись, что лорд крепко спит, Айра приоткрыла боковую дверь и впустила Карла. За обход первого и второго этажей отвечала другая горничная, но тайный визит любовника в спальные покои на рассвете был здесь делом привычным, поэтому дежурная даже рта не раскрыла. Она лишь прижала палец к губам и тихо шикнула, призывая не шуметь.

Айра улыбнулась в ответ и вместе с Карлом заспешила вверх по лестнице. Дежурная горничная сделала чисто символический круг по коридору и скрылась в своей каморке. В конце концов, все прекрасно знали: никому и в голову не придёт грабить захолустный господский особняк, даже если бросить посты вовсе.

Взяв Карла за руку, Айра поднялась на третий этаж. На двери кладовой не было никаких охранных чар. До неё доходили слухи, что во владениях покрупнее на каждое хранилище навешивают магические сигнальные печати, но в этих землях Айра не заметила ни единого следа магии, не говоря уже о наличии хоть какого-нибудь мага.

Ступая как можно тише, Айра осторожно приблизилась к двери. На дужке блестел новенький чистый замок. Опираясь на скудный лунный свет, пробивавшийся из узкого окна, Айра быстро выставила нужную комбинацию — и замок с громким, режущим слух щелчком раскрылся.

От неожиданно резкого звука у обоих чуть не оборвалось сердце. Замерев на месте, они в ужасе переглянулись, а затем синхронно уставились в сторону спальни лорда. Тот, похоже, спал богатырским сном — никакой реакции не последовало. Облегчённо выдохнув, Айра медленно сняла замок с дужек.

Она плавно потянула створку на себя. В приоткрывшейся щели показался тот самый роскошный кувшин. В полумраке заманчиво блеснули разложенные вокруг него сокровища. Глаза Айры и Карла загорелись безумной жадностью, и стражник, не дожидаясь, пока дверь распахнётся до конца, протиснулся внутрь кладовой.

И в этот миг...

*Грохот!*

Тяжёлая булава со свистом рассекла воздух прямо перед носом Карла. Не успел опешивший стражник даже пикнуть, как смачный хрустящий удар впечатал его в противоположную стену. Лорд, отправивший Карла в полёт уверенным замахом заправского бейсболиста, шагнул из темноты хранилища с довольной улыбкой на устах.

Не успев даже осознать, что произошло, Айра в ужасе бросилась к Карлу. У того вывалился изо рта язык, а тело сотрясали конвульсии — парень явно был не жилец. Мысли в голове Айры заметались с бешеной скоростью, и она залепетала:

— Э-этот человек угрожал мне!.. Он заставил меня...

— Кончай пороть чушь, Айра.

Люциус уже занёс было булаву для удара, но затем словно опомнился: «Ой, чуть не забыл», — и вместо сокрушительного взмаха с ноги смачно зарядил Айре прямо в голову. С глухим стуком она рухнула на каменный пол без чувств. Лишь после этого Люциус растолкал Робина, мирно дремавшего в дальнем углу кладовой.

— Робин. Подъём.

— А? Ч-что?! Милорд! Вор?! Что с вором?!

— Вон там лежат.

Люциус указал на Карла, корчившегося в судорогах на полу, и на Айру, свернувшуюся калачиком без сознания. Глаза стражника закатились под лоб, с губ капала пена, а на лице застыла блаженная ухмылка. Айра уткнулась лицом в пол, задрав кверху аппетитный соблазнительный зад.

— Милорд... Этот ублюдок улыбается.

— Не трогай его. Должно быть, видит хороший сон.

Люциус глубоко вдохнул. Всё шло строго по плану.

http://erolate.org/book/1446/183023