Готовый перевод The Abduction Marriage of the Queen and the Holy Knight / Вынужденный брак жестокой королевы и благородного рыцаря: Глава 2. Брак с похищением 🔞🔥

– Господин Иезекииль. Вам надлежит отправиться в королевство Альфенсиад и унаследовать титул герцога Хайлика.

Приказ, полученный сразу после того, как он узнал тайну своего рождения, был внезапным. Святой рыцарь в белом мундире, вызванный в зал для аудиенций, спокойно переспросил:

– Звание святого рыцаря, ниспосланное мне Господом, более чем достаточно для меня, есть ли нужда непременно добавлять к нему мирской титул?

– Герцогский дом Хайлик и королевский двор Альфенсиада настойчиво требуют этого, выдвигая на первый план церковное учение.

– Вы сказали, даже королевский двор?

– Да. Обстановка на континенте неспокойна, поэтому с отказом следует быть осмотрительными.

Святой рыцарь устремил взгляд в лишённое света пространство, откуда доносился голос кардинала. Чувствовалось бесчисленное множество взглядов, замаскированных тьмой.

– Вы сказали, унаследовать титул. Значит ли это, что мне достаточно лишь принять положение сына герцога?

– Пока что да. Подробности узнаете при встрече с архиепископом королевства.

– Понял. Я последую воле Церкви.

Он выразил почтение. Для него, слуги Божьего и рыцаря Церкви, послушание было добродетелью, требуемой превыше всего.

Выйдя из зала для аудиенций, он, по настоянию Церкви, немедленно направился в королевство Альфенсиад.

Поскольку он не наследовал герцогский титул тотчас же, то и возвращение к мирской жизни не требовалось. Сохраняя статус святого рыцаря, он двигался вместе с орденом Белого серебра.

Святой рыцарь всё больше погружался в раздумья. То, что в его жилах текла кровь влиятельного дворянского рода, хоть и было поразительно, но всё же приемлемо.

Среди аристократов было обычным делом отдавать в монастыри детей, чьё существование могло бы угрожать праву наследования первенца, а затем, когда возникала нужда, вытаскивать их, словно вещь из кладовой.

Проблема заключалась в том, что вмешался королевский двор Альфенсиада.

Королевство Альфенсиад, подчинившее себе северо-запад континента, угрожало даже границам города-государства Панроэм, где располагался Святой Престол.

Теперь, когда военные действия ненадолго затихли из-за восшествия на престол нового монарха-воителя, Церковь была вынуждена оглядываться на королевство Альфенсиад.

В такое время святой рыцарь, получивший письма от герцогского дома и королевского двора и направляющийся в Альфенсиад, был, по сути, не кем иным, как дипломатическим посланником Церкви.

Он осознавал, что на него по политическим соображениям возложена чрезвычайно важная роль. Неизвестно было, сможет ли он с ней справиться.

Орден Белого серебра, нисколько не заботясь о тревогах святого рыцаря, пребывал в приподнятом настроении.

Оказалось, что их командир, которому они верили и следовали, – не кто иной, как молодой господин из герцогского дома, и у них возникло чувство, будто их собственный статус тоже повысился. Некоторые члены ордена уже были охвачены радостным волнением, заявляя, что готовы вернуться к мирской жизни и стать вассалами герцогского дома.

Глядя на этих беспечных ребят, он чувствовал, как его собственные тревоги немного отступают.

Если подумать, внезапная перемена в жизни сулила ему не одни лишь неприятности.

«Если я стану аристократом, то и искать человека будет легче».

Он по привычке погладил поношенное кольцо на пальце.

❈

Королевский дворец встретил их отстранённой роскошью и холодом парадных залов. Святой рыцарь и орден Белого серебра пересекли границу Альфенсиада и достигли столицы, Руальфена, лишь спустя долгих пятнадцать дней пути. Для святого рыцаря, родившегося и выросшего в монастыре близ столицы, это было возвращение на родную землю спустя десять лет.

Конечной целью являлся не герцогский особняк, а королевский дворец. Герцог и герцогиня Хайлик, едва признав Иезекииля своим сыном, немедленно исчезли, сославшись на необходимость поправить здоровье. Признание его дворянского статуса должно было свершиться под надзором и с благословения самого монарха и архиепископа.

Начать с аудиенции у королевы – задача была с подвохом, с немалой долей иронии.

«Королеву зовут Калиопе, кажется. Потому люди и прозвали её Кровавой Калиопе».

Свирепая и беспощадная властительница, помешанная на чистках и истреблении. Как ни посмотри, это была не та компания, с которой мог бы легко сойтись благочестивый и благородный святой рыцарь. Он вновь забеспокоился, удастся ли ему справиться.

У ворот дворца их встретили слуги. Времени на отдых с дороги не дали. Едва он успел совершить омовение, очистив тело, и переодеться в новый орденский мундир, как его тотчас вызвали в тронный зал. Королева пожелала видеть весь орден Белого серебра, потому и спутники его проследовали вместе с ним.

– За этой дверью находится Её Величество королева. Прошу вас разоружиться.

Рыцари ордена «Истинное имя», служившие королеве, настоятельно потребовали оставить оружие. Просьба, не слишком приятная для рыцаря, но он подчинился без колебаний.

Скр-р-р.

Арочная дверь, отделанная золотом и драгоценными камнями, разошлась в стороны.

Впереди простиралась длинная ковровая дорожка. В конце её возвышался трон на семиступенчатом постаменте. На мирском престоле восседала надменная женщина, подперев подбородок и скрестив ноги. Облачённая не в мундир, а в роскошное платье, она излучала столь подавляющую красоту, что это вызывало невольное восхищение.

С того самого мгновения, как открылась дверь, святой рыцарь, следуя дворцовому этикету, опустил голову. Не поднимая взгляда от пола, он выступил вперёд, ведя за собой орден Белого серебра. Прямо к королеве Альфенсиада, к Кровавой Калиопе.

– Иезекииль Хайлик приветствует Ваше Величество королеву.

– А-а, наконец-то явился. Я уж чуть не заснула в ожидании.

В тот миг, когда голос коснулся его серебристой макушки, святой рыцарь, сам того не желая, поднял голову.

Перед затуманенным взором мелькнуло, как королева поднимается со своего места. По залу, где по обе стороны выстроились ряды придворных, разнёсся её приказ:

– Немедленно начинайте церемонию!

...Церемонию?

Для признания дворянского титула требовалось лишь формальное утверждение, и столь пышной процедуры, чтобы называть это церемонией, быть никак не могло.

Пока святой рыцарь пребывал в ошеломлении, вокруг него засуетились священники.

Их было на удивление много для королевского двора Альфенсиада, который отнюдь не славился набожностью. Казалось, их специально отрядили сюда для какого-то особого действа.

Внезапно в душе святого рыцаря шевельнулось тревожное чувство. Как раз в этот момент один из священников передал архиепископу две чаши. То были предметы, используемые в особом обряде, проводимом Церковью.

Архиепископ, старательно избегая встречаться взглядом с растерянным святым рыцарем, произнёс:

– Кхм, итак, властью, данной мне, я проведу церемонию бракосочетания Её Величества королевы Калиопе Регины Альфенсиад и господина Иезекииля Хайлика, сына герцога.

– Что?! Наш командир вступает в брак? О чём это вдруг речь?

– Мы ни о чём таком не слышали!

Вместо святого рыцаря возмутился орден Белого серебра. Но вооружённые рыцари ордена «Истинное имя» немедленно преградили им путь.

– А-а, похоже, тебе нужны объяснения.

В тот миг, когда обстановка грозила накалиться, вмешалась королева. Она спустилась с возвышения и приблизилась к святому рыцарю.

С её губ, изогнутых в пленительной усмешке, сорвались жестокие слова:

– Герцог Хайлик продал тебя мне. В обмен на свою жизнь он согласился отдать тебя в моё распоряжение.

...

Святой рыцарь не мог отвести от королевы недоверчивого взгляда.

– А потому ты станешь моим королевским консортом. Если же откажешься...

Вжи-и-ик!

За спиной святого рыцаря раздался синхронный звон металла. Рыцари ордена «Истинное имя» обнажили мечи перед безоружным орденом Белого серебра.

– Я стану рубить головы по одной. До тех пор, пока с твоих губ не сорвётся слово согласия.

Королева схватила святого рыцаря за подбородок. Её красные глаза, устремлённые на него, сверкали жаждой обладания.

Рыцари ордена Белого серебра выкрикивали, словно истекая кровью:

– Как можно угрожать командору ордена Белого серебра, принадлежащего Святому Престолу?!

– Даже если вы – королева целой страны, вы не смеете так поступать!

– Это же брак с похищением! Церковь никогда не признает его!

– Командир, не думайте о нас...!

– Шумно. Похоже, нужен наглядный пример.

В тот миг, когда королева уже кивнула ордену «Истинное имя», оцепеневший было рассудок святого рыцаря вернулся к нему.

– Погодите.

Ему удалось приковать взгляд королевы к себе.

– Я принимаю. Не делайте этого.

– Командир!

Королева окинула святого рыцаря оценивающим взглядом.

Даже произнося это унизительное согласие, он оставался невозмутим. И это стало для неё раздражающим стимулом.

– Знаешь что, – королева искривила свои порочно-красные губы в усмешке. – У меня накопилось очень много претензий к дому Хайлик. Так что отбрось надежду, что я буду добра к тебе, раз в тебе течёт их кровь.

...

– Архиепископ!

Это был крик, повелевающий немедленно начать церемонию.

Под председательством архиепископа началась официальная процедура, включавшая в себя брачные клятвы. Не обошлось и без священного вопроса, согласны ли они принять друг друга в супруги.

На протяжении всей этой лицемерной церемонии брака с похищением, обставленной по всем правилам, не стихали горестные стоны рыцарей ордена Белого серебра.

Настал черёд последнего этапа. На серебряном подносе перед королевой и святым рыцарем поставили две чаши.

Внутри плескалось прозрачное вино.

Королева, словно потеряв всякое терпение от затянувшейся церемонии, подняла свою чашу и осушила её одним глотком. Затем она протянула оставшуюся чашу святому рыцарю.

– Пей.

– Да.

Кадык святого рыцаря дёрнулся, и крепкое вино обожгло его пищевод.

Употребление вина было для святого рыцаря запретным деянием. По его телу, почти не имевшему сопротивляемости, мгновенно разлился жар.

– С-сим я провозглашаю, что вы связаны узами супружества!

Королева, будто только этого и ждала, крепко схватила святого рыцаря за руку. В адрес присутствующих последовал небрежный приказ:

– А свадебный пир продолжайте без нас.

Свадебный марш, сопровождавший их уход, вполне соответствовал духу брака с похищением. Королева, увлекая за собой святого рыцаря, стремительно покинула тронный зал.

Шаги по коридору были быстрыми. Давно уже ничто, кроме крови, не приводило её в такое возбуждение.

– Всем выйти. Пока я не позову, прислуживать не нужно.

– Слушаемся, Ваше Величество.

В королевской опочивальне всё было готово. Как и подобает брачному покою, в воздухе витал сладкий аромат, и в полумраке мерцали приглушённые свечи.

Королева, почти отшвырнув руку святого рыцаря, толкнула его в грудь. Он, как и всю дорогу, пока его вели сюда, без сопротивления опустился на край кровати и снизу вверх посмотрел на неё.

Пронзительно-ясные синие глаза встретились с её взглядом. В них читалось нечто такое, что вызывало в ней желание одновременно обладать и разрушать.

Её пальцы сами собой сжались, безжалостно сминая белоснежный мундир. Ей хотелось дать волю своей жестокости: то ли рвануть на себя, то ли опрокинуть его навзничь – как душе угодно.

И в этот миг...

– Кали.

...

Она замерла, её порыв натолкнулся на внезапное препятствие.

В этот краткий миг тёплая ладонь легла на её щёку. То была правая рука святого рыцаря.

– Всё-таки это ты.

...

– Я и представить не мог, что встречу тебя в таком месте. Что Кали окажется королевой Альфенсиада... Ух!

Королева с силой, готовой раздробить челюсть, стиснула его подбородок.

– Да, я стала королевой. Чтобы отнять всё, что пожелаю.

...

– Хорошо ли ты жил всё это время, Иззи?

Притворная нежность звучала лишь в голосе. С того самого мгновения, как с её губ сорвалось давнее ласковое прозвище, она больше не могла заставить себя даже притворно улыбаться.

Она поторопила его, не получив ответа.

– Я, то есть... я же спрашиваю.

...

– Как ты посмел хорошо жить, бросив меня?

Последние слова больше походили на рычание. Увидев в её алых глазах затаённую боль, он мучительно исказил лицо.

– Я объясню... что тогда произошло. Выслушайте, а потом гневайтесь.

– Нет, не нужно. Сейчас я не в настроении слушать.

Отказавшись от разговора, она рывком задрала подол платья и поставила одно колено. Обтянутое шёлковым чулком колено с нажимом упёрлось между ног святого рыцаря.

– Вместо этого, сейчас ты исполнишь свой долг королевского консорта.

С судорожным вздохом низ живота святого рыцаря пронзила острая истома. Он невольно опустил взгляд и тут же вздрогнул от неожиданности. Вот почему ему казалось, что внизу живота тянет – его брюки уже заметно топорщились.

Глядя на его растерянность, она усмехнулась.

– Похоже, на святого рыцаря зелье действует не хуже, чем на обычных людей.

– Неужели то вино, что я выпил...?

– Да. Что скажут, если королевский консорт в первую брачную ночь окажется несостоятельным?

Как только он осознал это, его тело начало стремительно меняться.

Жар затуманивал взор, с губ срывалось горячее, прерывистое дыхание. Странные ощущения, неподвластные контролю, захватывали его тело, стремясь подчинить себе и разум.

– Ха-а...

Стараясь вытерпеть эту муку, подобную жесточайшей жажде, он сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Но сила хватки, составлявшая едва ли четверть от обычной, почти сразу иссякла.

Действие снадобья оказалось куда сильнее, чем ожидала королева.

– Не было нужды... заходить так далеко... Ух!

Словно не желая ничего слышать, королева с силой надавила коленом. Для его члена, готового, казалось, вот-вот лопнуть, это стало жестоким испытанием.

Дрожащая рука святого рыцаря с трудом коснулась её колена. Но оттолкнуть он так и не решился.

Всё это время взгляд королевы был прикован к кольцу, сверкавшему на его пальце. Безымянный. Палец, связанный с браком или помолвкой.

В красных глазах вспыхнуло пламя. Она потянулась к поясу святого рыцаря.

Кожаный ремень, обхватывавший его крепкую талию, был расстёгнут в одно мгновение. Глядя на его замешательство, она перехватила его руки и безжалостно привязала к столбикам кровати.

– Что вы... прошу, развяжите.

– Не хочу.

– Кали.

– Я не жду от тебя нежностей, так что лежи смирно.

Похоже, она и вправду вознамерилась похитить его.

Без колебаний она ухватилась за священный рыцарский мундир и распахнула его в стороны. Затем одним движением разорвала и рубашку, явив взору прекрасно сложённый торс, горделиво демонстрировавший рельеф упругих мышц.

Созерцая это исполненное эстетики мужское тело, королева раскрыла ладонь и провела ею от его шеи до крепкой груди. Разгорячённая зельем кожа пылала жаром и влажно льнула к ладони.

Грудная клетка под её рукой заходила чаще и резче. Стоило ей коснуться соска, такого же цвета, как его губы, как из его горла вырвался сдавленный стон.

Возбуждённая, королева поспешно принялась срывать с себя одежду. Отбросив прочь громоздкое платье, словно змеиную кожу, она осталась в одной тонкой сорочке. Короткая, почти невесомая ткань не скрывала ни пышной груди, ни подтянутых бёдер.

Дыхание святого рыцаря на мгновение прервалось. В его затуманенных синих глазах начало медленно разгораться желание.

Не снимая сорочки, королева потянулась к его низу. Едва она распахнула брюки, как освобождённый от оков член пружинисто вырвался наружу.

– Ка... Кали!

Отчаянный возглас больше походил на стон.

Он был совершенен даже в этом. Крупный и толстый, словно созданный для того, чтобы проникать глубоко в плоть.

Прямой ствол без малейшего изъяна, чистого оттенка, и соблазнительно покрасневшая головка – всё это удивительно напоминало его самого, святого рыцаря.

Может быть, поэтому прозрачная капля смазки, стекающая с головки, казалась почему-то такой трогательной и жалкой.

Будто почувствовав на себе её взгляд, прямой член налился ещё сильнее, вздулись вены, и он стал крупнее и твёрже.

Пока он, чувствуя, что теряет рассудок, заливался краской до самой шеи, она слегка нахмурилась.

– Так просто не войдёт.

Королева обильно смочила пальцы розовым маслом с прикроватного столика и приподняла бёдра. Влажная рука скользнула между её собственных ног.

Там, скрытая тонкой тканью сорочки, раздавались непристойные хлюпающие звуки. С каждым движением пальцев капли масла, не успевшие проникнуть внутрь, падали на простыни.

Словно потеряв терпение, королева довольно небрежно закончила подготовку и села верхом на святого рыцаря. Его затуманенные, будто заворожённые, синие глаза на мгновение обрели фокус.

– Нет... нель...зя. Так вы... поранитесь...

– Замолчи. Пока я не заткнула тебе рот кляпом.

Помимо воли, его протест лишь сильнее раззадорил королеву. Она схватила внушительный член, блестящий от смазки, и приставила к узкому входу, увлажнённому маслом.

– Ух.

– Ох...

По мере того, как она опускала бёдра, податливая плоть у самого входа вобрала в себя головку. Но его член был слишком велик, чтобы тесное отверстие могло принять его целиком.

Всё тело королевы покрылось испариной. Прошло уже много времени, но низ её лишь плотно сжимал головку, едва пропуская его внутрь и обратно.

– Ха... Кха... Кали...

Ощущения, то проникающие, то ускользающие, сводили святого рыцаря с ума.

Королева с лёгким раздражением смотрела сверху вниз на задыхающегося в упоительной пытке святого рыцаря. Её пальцы грубо вцепились в серебристые волосы.

– Какая дерзость. Это из-за тебя, из-за того, что ты так распалился, он не входит.

– Простите... Ух...

Её рассмешил этот покорный ответ. Судя по расфокусированному, затуманенному взгляду, он из-за зелья уже не понимал, что говорит.

Королева отказалась от попытки ввести его сразу. Она переместилась и уселась верхом на лицо святого рыцаря.

– Кали...?

Когда прямо перед его глазами оказалась источающая аромат роз розовая плоть, синие глаза его дрогнули.

Королева приказала:

– Лижи.

...

– Если хочешь войти, давай.

Тело святого рыцаря больше не могло сопротивляться. Глядя на плоть заворожённым взглядом, он, повинуясь инстинкту, прижался к ней дрожащими губами. Поцеловав вершину, он стал нежно покусывать и посасывать нежную кожу.

– Довольно неожиданно... Ах...

Подстёгнутый её стоном, горячий язык начал тереться сильнее. Жадно облизывая и посасывая гладкую, мягкую плоть, он проникал внутрь кончиком языка.

По скользкой от слюны и влаги дорожке мягкая плоть входила и выходила.

– Ха... Ах... Хм-м... Ах...

Пальцы королевы, зарывшиеся в серебристые волосы, непроизвольно сжались. По тазу пробежала сладостная дрожь.

– Ах, хватит...!

Вход сокращался, словно дыша. Изнутри, из полностью намокшего лона, хлынула жидкость, окропив лицо святого рыцаря.

Королева перевела дух и взглянула на него. На благородном лице святого рыцаря не было и тени унижения. Он лишь смотрел на неё снизу вверх умоляющим взглядом, с влажным носом и блестящими от влаги губами.

Ей следовало завладеть им сейчас, пока он опьянён зельем. Королева вновь заняла позицию и опустила тело, готовясь к проникновению.

– Ух...

– Кх-х...

Его член раздвинул её складки и, плотно растягивая плоть, начал проникать внутрь.

Даже приняв лишь половину, она ощущала его таким огромным и горячим, что по телу пробежала мелкая дрожь.

Вскоре, словно приняв решение, она, стиснув зубы, резко опустилась на него. Плоть плотно вошла внутрь, и проникновение стало полным.

Пока королева переводила дух, снизу донёсся голос:

– Вы... в порядке.

Она думала, что он потерял рассудок от зелья, но это было неожиданностью. Королева, усмехнувшись, ответила:

– Чёрт бы тебя побрал, какой же ты большой.

К счастью, её лоно быстро привыкло к ощущению члена внутри. Глубокое удовлетворение сладостной дрожью отозвалось в тазу. Член святого рыцаря, пульсируя, словно готовый взорваться, бился о внутренние стенки.

Королева сжала его внутри и слегка пошевелилась. Реакция того, кто был внизу, последовала незамедлительно.

– Кх...! Кали...!

С непристойным хлюпающим звуком ствол и влажная плоть заскользили друг о друга.

Глядя сверху на лицо святого рыцаря, захваченного наслаждением, королева и сама отдалась удовольствию. Она приподнимала бёдра выше и двигалась, отчего её пышная грудь соблазнительно колыхалась. Этого было достаточно, чтобы свести с ума распятого под ней святого рыцаря. Его руки, стянутые кожаным ремнём, непроизвольно напряглись.

– Ха... а... Кали... Ха...!

Святой рыцарь задыхался, не в силах сдерживаться. Повинуясь инстинкту, он сам начал двигать бёдрами навстречу, желая проникнуть ещё глубже. Королева тихо рассмеялась.

– Иззи, знаешь, на что ты сейчас похож?

– Ха... Кали...

– Господин святой рыцарь... сосал женский низ, а теперь ещё и сам бёдрами двигаешь?

– Схожу... с ума... Прошу... Кали...

– Теперь ещё и умоляешь?

Королева нарочно стала медленно вращать тазом, даря лишь поверхностные ласки.

– Зачем же тогда было становиться святым рыцарем? А?

– Ах... Кха... Кали... умоляю...

– Не бросал бы меня, сидел бы смирно и ждал. Давно бы уже я тебя так приласкала.

Даже искажённое мукой лицо святого рыцаря было до безумия притягательным. Желая с любовью погладить это прекрасное лицо, королева склонилась и прижалась грудью к его торсу.

Треск.

В этот момент до её слуха донёсся звук рвущейся кожи.

Королева вздрогнула, ощутив горячие руки, обхватившие её талию. Подняв взгляд, она увидела, как на столбиках кровати болтаются обрывки кожаного ремня.

– Ты!... М-м!

Первое, что сделал освободившийся от пут святой рыцарь – это впился в её губы, словно пожирая их.

Горячий язык раздвинул её губы и проник внутрь, хозяйничая там. После долгого, жадного поцелуя он принялся осыпать поцелуями всё её лицо ото лба до подбородка, покусывая мочку уха.

Одной рукой святой рыцарь поддерживал королеву за талию, а другой скользнул от её ключицы к груди. Сквозь тонкую ткань он ощутил мягкую тяжесть и твёрдую горошину соска.

Не в силах терпеть, он стянул с неё сорочку. Грудь, оказавшаяся в его ладони, мягко подалась.

Его дыхание на мгновение остановилось, а синие глаза потемнели от желания. Движения святого рыцаря стали неистовыми. Он немедля начал вбиваться в неё снизу вверх с громкими, шлепающими звуками. Во все стороны летели брызги.

– Как ты смеешь... Ах!

Лишённая контроля, королева принимала наслаждение в его крепких объятиях. Не прекращая двигаться, святой рыцарь беспрестанно целовал её.

Когда он на мгновение отрывался от её губ, чтобы дать ей передохнуть, она видела перед собой мужчину с выражением упоительного экстаза на лице. Это было сладострастное выражение, совершенно не подобающее благородному святому рыцарю.

Похоже, приворотное зелье окончательно лишило его рассудка и довело до состояния, когда он не мог себя контролировать. И королеве это нравилось.

– Ну просто сущий зверь.

Не давая ей времени на ответ, святой рыцарь опрокинул обнажённую королеву на простыни. С жадностью разведя её бёдра, он вошёл в неё как можно глубже.

Толстый ствол вновь погрузился в скользкую, истекающую соками плоть. Влажная плоть забилась друг о друга.

– Ах! Ах! Да! А-ах!

– Кали... Кха... Кали...

Он то выходил почти до самой головки, то снова вколачивался до самого основания.

Истекая смазкой, он тёрся о внутренние стенки, и ощущение приближающейся кульминации лишало королеву остатков разума. Лишённая рассудка, она обхватила его и позвала по имени:

– Иззи... Ах... М-м... Иззи...

Она не осознавала, каким нежным и сладким стал сейчас её голос.

Святой рыцарь напряг челюсть, словно пытаясь вытерпеть что-то. И даже в этот момент его бёдра не останавливались, и капли тёплого пота падали на тело королевы.

– Кали...!

Достигнув предела, святой рыцарь крепко прижал королеву к себе. Погрузившись в неё до самого глубокого места, он мелко задрожал всем телом. Его член ещё долго пульсировал внутри неё.

Оба с полубессознательными взглядами долго пытались отдышаться. Первой от наваждения очнулась королева, не опьянённая зельем.

– Как ты посмел.

Её пальцы сжали его подбородок с силой, готовой раздробить кость. В алых глазах полыхал гнев.

– Я не давала тебе позволения кончать в меня.

– Простите.

– Поднимай снова.

– Да.

Это не составило труда. Вмиг набухший член вновь упёрся в её лоно.

Действо повторялось снова и снова, без устали. Королева удивлялась, не слишком ли долго длится действие зелья, но нахлынувшее наслаждение тут же обрывало всякие мысли.

И незаметно забрезжил рассвет.

С измятого, влажного места стекала белая пена. Налитые кровью бёдра королевы конвульсивно сжимались. Выжатый до капли член теперь даже при оргазме испускал лишь прозрачную жидкость.

– Всё... хватит...

Королева усталым движением оттолкнула святого рыцаря. Только теперь, когда похоть была полностью утолена, действие зелья, казалось, начало ослабевать, и святой рыцарь медленно отстранился.

Как только крепко сидевший внутри член вышел, из отверстия потоком хлынула мутно-белая жидкость.

При виде этой неприкрытой картины королева с напускным упрёком произнесла:

– Ха, сколько же можно было...

...

Похоже, рассудок начал возвращаться к нему, и святой рыцарь, не смея поднять глаз, отвернулся. Его шея покраснела.

Но этот жест отстранения почему-то сильно раздосадовал королеву.

Она схватила его за подбородок, заставляя смотреть на себя, и тихо прорычала:

– Отворачиваться бесполезно. Мы провели вместе первую брачную ночь, так что наш союз действителен.

...

Святой рыцарь удивлённо смотрел на королеву, но вдруг заметил, что её взгляд прикован к безымянному пальцу его левой руки.

Голос королевы стал ещё тише:

– Ах да. Кстати, я ведь не дала тебе залога нашего брака. Но... смотрю, ты уже носишь кольцо.

– А, это... Я сейчас же сниму.

– Нет, не нужно.

Не успел он договорить, как королева протянула руку между его ног.

– Ах, Кали?

Мягкие пальцы погладили толстый ствол. Королева тихо прошептала святому рыцарю:

– Твоё кольцо будет здесь, это место гораздо красивее твоего пальца.

Член тут же начал наливаться силой и подрагивать. Убрав на мгновение руку, королева порылась в прикроватном столике и извлекла пару искусно сделанных колец. Они были слишком велики для колец, которые носят на пальцах, но и слишком малы для браслетов, и, если потянуть, их можно было немного расширить.

Королева поднесла их к беззащитному члену святого рыцаря.

– Кали?

– Это мои тебе брачные кольца.

– Погоди, зачем ты это туда... Ух!

Королева надела одно кольцо у самого основания члена, а второе – чуть ниже головки. Кольца плотно сдавили эрегированный член сверху и снизу, пережимая уретру.

– Красиво.

– Что... за...

Святой рыцарь в смятении уставился на свой непристойно украшенный низ и издал стон.

Королева, словно любуясь, вновь принялась ласкать его член рукой. Мягкие поглаживания, совершаемые под давлением колец, приносили одновременно и наслаждение, и боль.

– Ха... Ах... Кали...

Сдавленный стон сорвался с его губ, и умоляющий взгляд был прикован только к ней.

Королеве чрезвычайно нравилось видеть этого мужчину под своим контролем, у себя в руках.

Она намеревалась долго держать его в своей власти и не отпускать. Как раз для этого имелся подходящий повод.

– Считай это насмешкой судьбы. Надо же было тебе, именно тебе, наследнику Хайлика, вновь встретиться со мной.

http://erolate.org/book/1620/194266