«Троица» сидела за резным каменным столом, украшенным изображениями обнаженных дев. На стульях из железного дерева лежали мягкие перьевые подушки – теплые и уютные, они надежно защищали от тянущего снизу могильного холода.
В трех хрустальных кубках на столе искрилось чистое изумрудно-зеленое вино. Глядя на то, как со дна медленно поднимаются и лопаются пузырьки, Энтони невольно вспомнил счастливые времена пятидесятилетней давности.
«Интересно, как в этом мире газируют алкоголь? Неужели это тоже сила магии?»
Энтони щелкнул по хрусталю, и зал наполнился чистым мелодичным звоном. При свете свечей на его лице играла двусмысленная улыбка. Он слегка приподнял кубок и вежливо произнес:
— Никогда такого не пил, так что сначала попробую.
На вкус напиток оказался сладковатым, с легкой остротой. Осушив кубок в пару глотков, он посмотрел на сотрапезников, которые еще не притронулись к своим порциям, и усмехнулся:
— А вино-то недурное. Поверить не могу, что его делают из грибов. Это местный деликатес Мензоберранзана? Почему же вы не пьете?
— Вино «Улефер» – гордость Мензоберранзана. Это элитный напиток, который умеют производить только в доме Улефер. Оно всегда стоило дорого и редко встречается за пределами города, так что неудивительно, что вы о нем не слышали, — Джарлаксл тонко улыбнулся и одним махом осушил свой кубок.
Поначалу он опасался яда, но раз уж какой-то наземник-маг не побоялся пить, то ему, воину, и подавно негоже трусить.
Если и травиться, то не в одиночку, а уж в состязании за выпивкой он и подавно не уступит.
Неужели он позволит магу перепить себя?
Увидев, что оба гостя выпили всё до капли, Белос слегка оцепенел.
Как владелец Арены, он, разумеется, тоже любил выпить. Но обычно он ограничивался половиной бокала, смакуя каждый глоток.
И дело было не только в баснословной цене этого прозрачного напитка. Главная проблема заключалась в том, что вино было коварным: после него быстро заплетался язык и начинали дрожать руки.
Для представителя интеллектуальной профессии это было почти фатально.
Только существа с запредельно высоким Телосложением могли безнаказанно заливать в себя алкоголь литрами.
Белос выставил это вино лишь ради престижа. Он помнил, что Джарлаксл – воин, делающий ставку на Ловкость и сражающийся скорее как убийца. Таким парням, чей хлеб зависит от твердости руки, обычно не свойственно злоупотреблять спиртным.
А этот наземник, будь он и впрямь архимагом, наверняка должен знать о вреде алкоголя и в незнакомой обстановке не стал бы пить лишнего.
В итоге Белос рассчитывал пустить пыль в глаза за сущие копейки. Очень достойный ход.
В конце концов, то, что налито в кубки, всегда можно слить обратно в бутылку – пропойцы, одержимые жаждой, всё равно не заметят подмены.
Но он никак не ожидал, что этот житель Поверхности первым проявит жадность до выпивки, а Джарлаксл из чистого упрямства решит пойти до конца.
Это лишь укрепило подозрения Белоса.
Этот наземник точно никакой не архимаг. Скорее всего, он высокоуровневый монах, в крайнем случае – какой-нибудь «маг-варвар», который благодаря смекалке выучил пару вспомогательных заклинаний, чтобы усилить себя в ближнем бою.
Хотя кое-что по-прежнему не давало ему покоя: что это за паскудная магия, которая мгновенно раздевает противника догола? Слишком скрытно, слишком подло – ни один нормальный человек такого не выдержит.
Надо будет при случае разузнать об этом побольше.
— Что же ты не пьешь? Мешкаешь, потому что денег жалко?
Голос Энтони прервал его раздумья. Под пристальными взглядами собеседников Белосу ничего не оставалось, кроме как сделать небольшой глоток и поставить кубок на стол.
«Такое сокровище нужно смаковать. А от этих огромных глотков… кроме хмеля в голове, никакого удовольствия».
Бледно-голубая рука мага подхватила бутылку и снова наполнила кубки. Энтони и Джарлаксл чокнулись и снова выпили всё до дна.
Белосу было не по себе от того, что здесь используют это заклинание. Заговор «рука мага» – незаменимый помощник для любого чародея. С его помощью ленивые маги делают что угодно: едят, пьют, достают ингредиенты. Это неотъемлемая часть их жизни.
Но использовать руку мага, чтобы прислуживать другим – так обычно поступают только ученики по отношению к своим учителям. Для мага это было почти унизительно.
Когда они только сели за стол, Белос предложил, чтобы разливом занялась та симпатичная человеческая волшебница, что сидела в стороне. Однако Энтони тут же отрезал:
— Это моя личная служанка. Видишь её руки? На них ни единой мозоли, она никогда не занималась грубым трудом. Если тебе так не терпится найти прислугу, я могу применить «оживление мертвеца» и поднять твоего остывшего ученика. Пусть развлечет компанию.
Хотя Белос и сам кое-что смыслил в школе Некромантии, при мысли о том, как его только что убитый ученик будет одеревеневшими руками разливать вино, у него внутри всё похолодело.
Видимо, эти архимаги с Поверхности – те еще извращенцы.
— Ну что вы, что вы, я сам справлюсь рукой мага, — пробормотал он. Несмотря на душевную боль, в его голове снова зашевелились хитрые мысли.
Раз Джарлаксл здесь и все вместе пьют, то, учитывая авторитет дома Бэнр, драки, скорее всего, не будет. Но если этот «архимаг» напьется до беспамятства, то, когда Джарлаксл уйдет, у Белоса появится шанс на месть.
Но сейчас главное – вернуть свой драгоценный посох…
После третьего круга, когда вино в бутылках начало стремительно убывать, Белос заметил, что руки Джарлаксла слегка подрагивают, а наземник прикрыл глаза, будто вот-вот уснет. Наконец маг решился:
— Господа, быть может, мы немного передохнем и обсудим наше… дело?
При этих словах Энтони оживился. Пыл в его глазах заставил Белоса поежиться.
— Дело? Чудесно. Ты уже приготовил золотые монеты для компенсации?
Стоило упомянуть деньги, как Джарлаксл издал пьяную икоту и с любопытством уставился на Белоса своим единственным глазом, гадая, что тот скажет.
Хотя доходы капитана были весьма недурны – он всегда умел выжать выгоду из лавок и малых домов, – лишнего золота не бывает. Почему бы и не перехватить кусочек?
Родиться в доме Бэнр было удачей и проклятием одновременно. Положение мужчин в Мензоберранзане всегда оставалось двусмысленным, иначе он не опустился бы до того, чтобы стать предводителем наемников.
Белос замялся, но всё же произнес:
— Э-э… я хотел попросить вас вернуть мой посох…
— Чего-чего? Я, кажись, перебрал, уши заложило, — Энтони призвал красную руку мага и велел ей снова наполнить кубок.
«Перебрал он, как же… При этом так точно управляет заклинанием», – Белос с раздражением наблюдал за происходящим.
Без финансовых потерь не обойтись, но у него действительно были трудности.
— Что касается компенсации… — Белос долго колебался, прежде чем продолжить. — Двадцать тысяч золотых монет – сумма приемлемая, но сейчас у меня не так много наличности…
— Большую часть выручки от билетов я на днях потратил на магические ингредиенты – делаю артефакты по заказу знатных домов. Давайте поступим так: вы возвращаете мне посох, а я выпишу вам расписку на месяц. Через месяц я выплачу всё и добавлю десять процентов сверху…
— Расписку? — Энтони чуть не прыснул от смеха. — Вроде и выпил ты всего ничего, а несешь какой-то бред. Давай лучше я выпишу тебе расписку: ты одолжишь мне сто тысяч золотых, а через месяц я верну их с тридцатью процентами прибыли.
Белос понял, что над ним издеваются, намекая на желание увильнуть от долга. Это задело его гордость:
— Мастер Энтони, я тоже архимаг! Как я могу опуститься до такой низости, как неуплата долга? К тому же, я могу попросить капитана Джарлаксла стать моим поручителем. Если через месяц я исчезну, дом Бэнр будет охотиться за мной до конца моих дней. Что скажете на это?
Энтони промолчал, а Джарлаксл лишь слегка наклонил голову.
Он вовсе не давал согласия быть поручителем.
Это неблагодарное дело: если Белос сбежит, платить придется ему. Двадцать тысяч золотых – сумма огромная, даже он не сможет собрать её в одночасье.
В конце концов, он не одна из его могущественных сестер, обладающих реальной властью, и не имеет доступа к казне семьи.
Только полный идиот станет поручителем, едва вскипев мозгами от вина.
Белос, разумеется, заметил реакцию Джарлаксла. Рука мага за его спиной покачнулась и показала один палец.
Обычно это означало, что он готов отдать десять процентов от суммы в качестве платы за поручительство.
Только после этого Джарлаксл улыбнулся и произнес:
— Мастер Белос живет в Мензоберранзане уже без малого двести лет. Он широко извес… кхм, небезызвестный мастер артефактов. К тому же он владеет крупной Ареной, а послезавтра начинается ежегодный Турнир гладиаторов. Вернуть такую сумму для него не составит труда.
Белос поспешил ковать железо, пока горячо:
— Именно! Как только Арена откроется, на одной продаже еды и выпивки можно заработать до тысячи золотых в день. А львиная доля прибыли идет от тотализатора, который я содержу вместе с Советом. Там мы делим доход в пропорции три к семи, и в удачные дни моя доля может достигать десяти тысяч золотых!
— Арена? Ты про этот кабак, что ли? — Энтони чувствовал, что этот дроу просто вешает ему лапшу на уши.
Белос вскочил, изображая глубочайшее оскорбление:
— Конечно нет! Арена «Чёрная яма» находится в восточной части города, это колоссальное сооружение в тысяче ярдов от озера Донигарден. Она может вместить до трех тысяч зрителей одновременно!
— Ежегодный турнир в «Чёрной яме» проходит под эгидой Совета Мензоберранзана, который выделяет огромные призовые фонды. Это одно из самых престижных состязаний в регионе. Многие дома выставляют своих рабов или даже членов семьи в надежде на куш. Даже знать из соседних городов-государств присылает свои команды.
— В будущем слава моей «Чёрной ямы» разнесется по всем планам, и поверьте, она будет не единственной!
Глядя на воодушевленного дроу, Энтони наконец почувствовал, что слова звучат более-менее правдоподобно. Но один вопрос всё же не давал ему покоя:
— Если всё так радужно, почему же ты сейчас так беден?
Белос слегка покраснел – благо, из-за темной кожи этого не было видно.
— Эх… В прошлом году я сглупил и вложился в собственную команду, поставив на них кучу денег. Не ожидал, что из-за досадной случайности мы проиграем. Это сильно подкосило мои финансы в этом году…
— Хм… — Энтони погрузился в раздумья. Репутация дома Бэнр весила куда больше, чем честное слово какого-то архимага, но Энтони не привык отдавать добычу, не получив ничего взамен.
Посох был действительно хорош: никаких побочных эффектов, возможность дальнейшего улучшения – даже он сам на него засмотрелся.
Помолчав немного, он произнес:
— Я готов пойти навстречу капитану Джарлакслу. Твой турнир длится неделю, так что я подпишу с тобой расписку на десять дней. Процент остается прежним – десять. Как только деньги будут у меня, я верну тебе посох. Что скажешь?
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://erolate.org/book/186/26898
Готово:
