Готовый перевод Reborn as a Red Dragon: Path to Dominion / Перерождение в красного дракона: Путь к господству: Глава 45. Благословение Ллос

[Ты поражен неизвестной высокоуровневой энергией и впадаешь в беспамятство]

[Неизвестная энергия предположительно является божественной силой местного божества]

[Твои двенадцатый, тринадцатый и четырнадцатый шейные позвонки сломаны, ты парализован]

[Твои… ребра сломаны, легкое проколото, печень и селезенка разорваны]

[Ты в предсмертном состоянии; под действием сверхъестественного Телосложения, по расчётам, через 30 минут ты умрешь]

[На тебя оказано действие заклинания, именуемого божественным заклинанием 7-го круга, Воскрешение; активность твоих клеточных функций значительно возросла, твои кости восстанавливаются… твои внутренние органы восстанавливаются… восстановление завершено]

[Система предполагает, что восстановительный эффект этого божественного заклинания сократит твою естественную продолжительность жизни на три года]

[Ты восстановился из предсмертного состояния до здорового]

[Ты получил Благословение Богини Пауков и Лжи]

Благословение Богини Пауков и Лжи: когда ты находишься в Подземье или ином подземном мире, либо на плане Бездны или на плане, населенном преимущественно демонами, твои Ловкость, Мудрость и Харизма временно повышаются на один пункт.

Примечание: Паучья Королева жестока и коварна, но для смертных, которых она ценит, она никогда не скупится. Разумеется, ее благосклонность может внезапно исчезнуть в следующую же секунду; если не хочешь, чтобы ее благословение покинуло тебя, придется постоянно ублажать эту богиню, известную своим переменчивым нравом и призрачными деяниями.

Эта вереница системных записей ошеломила Энтони.

Похоже, за то время, пока у него темнело в глазах, произошло много всего, и он даже едва не оказался на грани смерти.

Обиднее всего было то, что он ни с того ни с сего лишился трех лет жизни.

Хорошо еще, что он, скорее всего, запросто проживет тысячу-восемьсот лет – как выяснилось, пока еще мог себе это позволить.

Но то, что лечение божественным заклинанием сокращает жизнь… Недаром у многих паладинов и храмовых воинов продолжительность жизни обычно невелика – оказывается, они истощают собственное тело, получая взамен мощные восстановительные способности.

Энтони решил, что впредь, если не получит тяжелых ранений, будет поменьше пользоваться божественными заклинаниями и магией, связанными с лечением.

Похоже, все-таки не стоит вести себя слишком нагло… Энтони, еще недавно считавший, что достиг великого мастерства, молча занялся самобичеванием.

Но тогда ведь и правда было очень приятно…

Навеселившись вдоволь, Энтони уставился на Благословение Богини Пауков и Лжи с подозрением.

Что за чертовщина? Он всего лишь развлекся с высокоуровневой дроу-жрицей – как он умудрился получить такое?

Неужели он настолько превзошел всех, что эта дроу-богиня, обожающая прогуливаться по Мензоберранзану, обратила на него внимание?

Или же…

Энтони тщательно припомнил слова, сказанные недавно жрицей, и в голове его внезапно всплыла одна совершенно бредовая мысль…

Если все действительно так… то… тс-с…

Кажется, он и впрямь совершил нечто из ряда вон выходящее…

Божественная сила, надо же – это, по меньшей мере, настоящий избранный, и даже возможно, что в тот момент эта богиня развлекалась маленькой игрой – вселилась в смертное тело и спустилась в мир людей…

Охренеть… кажется, он и правда совершил кощунство…

Хе-хе-хе.

Пока Энтони предавался этим непочтительным мыслям, левая рука его внезапно заболела. Обернувшись, он увидел, что на его плече появился черный узор паука, обжигающий тело.

Хм… эту штуку он тоже знал – не раз видел прежде, и это был один из широко распространенных символов знаменитого на континенте Фаэрун культа зла: Церкви Ллос…

Твою мать, он всего лишь немного повеселился, и уже стал членом культа зла?

А судя по свойствам, дарованным той богиней, его положение в церкви, пожалуй, было не таким уж низким…

Энтони вдруг вспомнил ту вещь, о которой им перед входом в город рассказывал гоблин Йода.

«Если есть хоть какая-то возможность, ни в коем случае не связывайся с божествами на территории испытаний. В испытаниях они тоже невероятно могущественны и могут запросто уничтожить наши души и тела».

Вспомнив слабое предостережение жрицы, Энтони почувствовал себя прескверно, ему и правда было очень досадно.

Не стоило из-за минутной похоти навлекать на себя столько проблем.

Хотя благословение этой богини-паучихи было прекрасным и могущественным, зона его действия была уж слишком ограниченной, а если все пойдет гладко, скоро они покинут это место – и тогда это благословение, возможно, больше никогда не сработает.

А если эта метка навсегда останется на его теле, каждый его шаг может находиться под наблюдением этой злопамятной богини – и как тогда ему использовать свои особые методы, чтобы обделывать других дроу-жриц…

Что еще страшнее: если по завершении задания эту метку не удастся стереть, то, когда он вернется на поверхность, и метка обнаружится, его, чего доброго, будут преследовать поверхностные эльфы до самой смерти, и никакие объяснения не помогут.

Ох, да, кажется, вчера он забыл применить противозачаточное заклинание…

Тс-с… эта метка опять заболела, черт возьми.

Похоже, впредь нельзя будет упоминать имя этой богини, а в этом городе, пожалуй, даже думать о ней – табу.

Эх, ладно, в конце концов, он ничего не потерял… Энтони надел одежду и плащ и собрался уходить.

Хаотичный характер, хотя и легко может внести разлад в изначально продуманный план (а может, плана и вовсе не было), но его преимущество в том, что такие люди в большинстве своем идут на поводу у настроения и не любят зацикливаться.

То есть – делают что хотят.

Открыв карманные часы, он увидел, что близится полночь, а Столб Времени уже погас. Энтони покинул эту комнату и направился обратно в свою.

Хотя эта комната была пошикарнее, но после такого происшествия оставаться там ему было как-то не по себе.

Когда Энтони уже стоял перед дверью, ему вдруг пришла в голову одна мысль.

Он не стал сразу толкать дверь, а тихонько постучал несколько раз.

— Эй, спишь? Тут нет магических ловушек?

Оставив Юную Ведьму одну дома, если у нее есть хоть капля осторожности, она наверняка установила магические ловушки для защиты.

От голоса Энтони в комнате послышался торопливый шорох одежды, затем Лоло, закутавшись в плащ, открыла дверь.

Глаза ее покраснели и опухли – одного взгляда было достаточно, чтобы пробудить жалость.

— Я поставила сторожевую ловушку. Хоть от нее и немного пользы, но во время отдыха она может послужить предупреждением. Ты уж переступи через правую сторону двери.

— Хорошо. — Энтони перешагнул через довольно грубую ловушку. Похоже, у Юной Ведьмы и впрямь не было магических предметов, и даже устанавливая ловушку, она не могла сделать сложную с высоким уроном.

Но состояние Юной Ведьмы явно оставляло желать лучшего. Энтони погладил ее по голове:

— Чего это ты так поздно не спишь?

— Я… я не могу уснуть…

— Неужели нога опять болит? — подшутил Энтони.

Он, конечно, знал, о чем тревожится эта девушка, но доверие строится шаг за шагом – сколько ни говори красивых слов, а поступки убеждают куда лучше.

— Хм, — вернувшись к своему человеку, Лоло вновь обрела уверенность. Она ни за что не призналась бы, что проплакала всю ночь, подозревая, что ее бросили.

Энтони не было охоты разгадывать девичьи мыслишки. Он сегодня и правда устал. Небрежно бросив пару слов, он снял одежду и залез под одеяло.

— Спи давай, завтра ведь еще гладиаторские игры.

Хе, а постель-то и впрямь теплая.

Не любящий холод Энтони остался очень доволен сообразительной Юной Ведьмой.

— Ага. — Лоло ничего больше не сказала. Она осторожно вернулась к кровати, забралась под одеяло, и толстое покрывало навалилось на нее; она слушала, как лежащий рядом человек быстро засопел во сне.

Почему-то от этого ей стало очень спокойно.

И вот, уже почти засыпая, она вдруг уловила особый аромат – мм… трудноописуемое благоухание.

Она редко выходила из дома, и этот запах она ощущала лишь в спальне матери.

Когда она была здесь одна, в комнате прежде этого аромата не было, но стоило мастеру вернуться – и он появился.

Что же это за запах? — смутно размышляла маленькая головка Лоло, и незаметно для себя она уснула…

На следующее утро Энтони разбудил настойчивый стук в дверь.

— Открывай! Столб Времени уже почти погас, а ты все дрыхнешь! Знаешь ведь, сегодня открытие Арены!

За дверью Белос был вне себя. Джарлаксл вздохнул:

— Эх, я же говорил, что ты не умеешь разбираться в людях. В прошлом году ты выложил кучу денег за кучу мусора, а в этом году все, что накопил, твой новый козырь обратил в пепел. Вчера он еще самонадеянно поперся вызывать ту жрицу Кэтрин. Сможет ли он сегодня встать – еще большой вопрос.

Видя эту дохлую физиономию Джарлаксла, Белос разъярился еще пуще:

— Говоришь так, будто сам не ставил деньги! Давай помогай стучать, скоро уже церемония открытия, а я не хочу, чтобы моя команда не появилась вовремя.

Матери ненавидят неожиданности – они скажут, что я и такое пустяковое дело не смог сделать, и найдут предлог урезать мою долю!

— Деньги, какие деньги? — Энтони поднялся, услышав это, но, разобрав, что голоса принадлежат тем двум дроу-старикам, тут же потерял интерес.

Качество его сна всегда было отменным, но стоило ему услышать интересное словцо или почувствовать инстинктивную опасность – он мгновенно просыпался.

Общая беда всех драконов.

— Открывай, нам пора выезжать! Поедим в карете, потом еще нужно привести в порядок внешний вид и одежду – в цирке мы должны предстать перед Матерями и народом на смотр!

— Тц, — недовольно проворчал Энтони, натягивая мантию и открывая дверь. Увидеть с утра пораньше рожи двух взрослых мужиков – какая-то особенная тоска.

Он еще не доспал своих десяти часов – а ведь это бесценный успешный опыт, оставленный неким святым.

Лоло уже давно умылась и оделась. Энтони еще немного повозился с умыванием, и только потом вместе со всеми сел в карету.

Дроу не любят тянуть. Энтони взял у Джарлаксла из пространственного мешка еду и несколько предметов снаряжения, надел на себя пояс ловкости и обруч харизмы, а пояс телосложения временно отдал Лоло. Он слегка повернулся, разминая тело, привыкая к внезапно возросшей гибкости.

А два лишних пункта Харизмы дадут ему дополнительные ячейки заклинаний чародея – по одной для 1-го, 2-го и 3-го круга.

Благородный харизматик – не то что жалкий интеллектуал; сила, идущая от крови, – вот она, во всей своей своевольности.

Обладая благословением и этим поясом ловкости, он теперь имел 14 пунктов Ловкости – весьма неплохой показатель.

Это уже чуть выше, чем у большинства традиционных воинов.

Ловкость повышает гибкость тела и быстроту рефлексов. Энтони прежде полагался на метательные атаки как основное средство, потому что скорость его удара была низкой, а после удара он открывался для контратаки.

Только такая дальняя атака – да еще с условием убийства с одного удара – позволяла хоть как-то обойти слабость собственных характеристик.

А теперь, с 14 пунктами Ловкости, он перешел от одной атаки за раунд к двум.

Повышать характеристики трудно; он самым простым способом более чем удвоил свои формальные возможности.

Разумеется, на бумаге – это только на бумаге. Чтобы полностью реализовать эту прибавку Ловкости, нужны еще тренировки и адаптация; если сразу удастся выжать хотя бы половину прироста – уже можно считать себя необычайно одаренным.

Но для такого типа, как Энтони, который всегда полагался на грубую силу, этого пока достаточно.

Даже если его Ловкость достигнет 16, ему все равно не сравниться с дроу, среди которых так много ловких воинов с двумя клинками и убийц.

Лучшие мастера дроу с двумя клинками в каждой руке могут за один раунд нанести пять ударов, а такой мастер кривых клинков, как Дзирт, от рождения наделенный талантом двурукости, способен развернуть в раунде десять ударов, каждый из которых пустит кровь, – и при этом сам он открывается лишь на кратчайшее мгновение.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://erolate.org/book/186/26911