Готовый перевод Overlord: Прародитель вампиров: Глава 27 Дикая киска

(От первого лица)

Меня зовут Сисидзаки Хомура, и чтобы вы сразу поняли, я люблю зверей больше, чем людей. Такое себе начало для знакомства. Но дело не в том, что люди плохие, хотя многие из них действительно такие, а в том, что звери честнее. Звери могут жить стаями или же они живут и получают от жизни столько, сколько хотят и получают. Их образ жизни простой и понятный. Я странная, понимаю, но что поделать.

Только вот проблема в том, что зверей больше нет. Ну, почти нет. В моём мире, за куполами, где воздух фильтруется через промышленные установки и небо всегда серое от выбросов, живых животных можно пересчитать по пальцам. Буквально. Последняя популяция львов живёт в закрытом резервате на территории корпорации «Хэвит-Био», и чтобы посмотреть на них через стекло, нужно заплатить столько, сколько моя семья зарабатывала за три месяца. Волки, медведи, тигры, слоны — всё это теперь картинки в старых книгах и трёхмерные модели в образовательных программах для детей. Домашние кошки и собаки вымерли лет тридцать назад, когда очередная корпоративная война создала ужасные условия жизни, от которых животные первые погибли, и теперь люди держат в квартирах синтетических питомцев, которые мурлычут по таймеру и стараются имитировать поведение животных.

Я помню, как в детстве бабушка рассказывала мне про настоящую кошку, которая жила у неё, когда она была маленькой. Она была рыжая, с белым пятном на груди, и она любила спать на подоконнике, когда солнце ещё пробивалось сквозь нормальную атмосферу. Я слушала эти истории и представляла, как глажу эту кошку, как она тёплая и живая, и как её шерсть пахнет чем-то настоящим, а не пластиком и химией. Бабушка говорила, что кошка мурлыкала, когда была довольна, и это был самый честный звук в мире, потому что она не могла притворяться довольной, если ей было плохо.

Именно поэтому, когда «Иггдрасиль» вышел и я узнала о возможностях этой игры, я решила в неё поиграть и выбрала расу — Зверолюд. Я хотела быть зверем, хотела чувствовать когти и клыки, хотела войти в образ другой для себя жизни. Я хотела стать тем, чего больше не существовало в моём мире.

[Добро пожаловать в «Иггдрасиль»!]

[Выберите расу вашего персонажа:____]

Я пролистала список за две секунды. В основном расы делились на три категории: человеческие, получеловеческие и гетероморфные. Но мне нужна была вторая, где были «Зверолюд» с подкатегориями по видам — это было то, что нужно. Я выбрала «Людолев», потому что львы всегда казались мне самыми честными хищниками, и ещё я хотела ощутить на себе жизнь кошек. А ещё говорили, что львы цари зверей, поэтому было бы хорошо сыграть такую роль.

[Раса выбрана: Людолев]

[Выберите имя персонажа:____]

Кишаша. Я придумала это имя ещё в школе, когда мы проходили древние языки и я наткнулась на слово, означающее «Живая/счастлива».

[Имя принято: Кишаша]

Затем я делала внешность своего персонажа, что отняло у меня примерно час работы, потому что я хотела сохранить свою красоту и передать дикость своей расы. Я даже сделала смуглую кожу, чтобы подчеркнуть свою внешность.

Выглядел мой персонаж как высокая женщина со стройной подтянутой фигурой, узкой талией и смуглой кожей. У неё были очень длинные рыжие волосы с медным оттенком и светлыми прядями, собранные в пышную гриву ниже поясницы, а часть волос заплетена в длинную косу, перевитую чёрными шнурами, с золотым кольцом и пышным рыжим пучком на конце. Глаза жёлтые с вертикальными зрачками, на лбу и щеках тёмные полосы-разводы. Вместо ступней львиные лапы с тёмными когтями и светлой шерстью на щиколотках.

[Создание персонажа завершено. Добро пожаловать в игру «Иггдрасиль»! Покорите новые горизонты и исследуйте мир! Вы свободны идти куда угодно! Наслаждайтесь игрой!]

Первые минуты в теле зверолюда были лучшим, что случалось со мной за всю жизнь. Хоть я не могла в полной мере ощутить своё новое тело, но возможности бегать быстрее обычных игроков или же иметь более высокие физические характеристики на старте были интересными. На форумах говорили, что зверолюды в начале довольно сильные, но если не качать нужные классы и не собираться в чисто боевой билд через физические возможности, то это будет слабый тип расы под сотый уровень. Поэтому среди зверолюдей игроки поняли, что нет смысла собираться через мага, лучника, стрелка и так далее. Но мне было всё равно на эти билды, я хотела быть той, кем хочу быть.

Стартовой зоной для зверолюдов был Ванахейм — мир природы и бесконечных лесов, где деревья тянулись к небу на сотни метров, а между корнями бродили мобы всех размеров, от мелких грызунов до гигантских медведей-боссов для новичков. Я бегала по его тропам на четырёх лапах, врезалась в мобов когтями и рвала их на куски, и мне было абсолютно плевать на эффективность. Я хотела просто наслаждаться игрой.

К сожалению, я плохо понимала все механики в начале и часто умирала по собственной глупости. Но после десятка смертей смогла начать медленно, но, верно, качаться, чтобы получить больше свободы и возможностей.

А потом я начала бегать, не только по Ванахейму, а по всем девяти мирам, куда могли дотянуться мои лапы. В «Иггдрасиле» было девять миров, и каждый из них отличался от другого настолько сильно, что переход между ними ощущался как путешествие в совершенно новую вселенную.

Асгард был сияющим миром богов, высокоуровневой локацией с летающими замками и дворцами из золота, куда я так и не добралась в первые годы, потому что он был рассчитан на игроков с восьмидесятого уровня и выше. И там жили в основном Ангелы и драконы.

Альвхейм представлял собой огромный волшебный лес, наполненный вековыми деревьями, светящимися растениями и древней магией, где можно было разогнаться до полной скорости и нестись, пока ветер не начнёт свистеть в ушах.

Ванахейм был обителью магии природы, локацией с густыми джунглями, бурными реками и руинами храмов, и именно там я провела свои первые месяцы игры.

Нидавеллир скрывался под землёй и представлял собой королевство бесконечных лабиринтов шахт, пещер, кузниц и паровых механизмов, от которых мой персонаж чувствовал себя неуютно и поэтому я убегала, потому что мне там было тесно.

Мидгард был стартовой локацией людей, миром зелёных равнин, средневековых городов и классических европейских пейзажей, где я иногда останавливалась передохнуть и послушать НПС.

Ётунхейм встречал суровостью, мир великанов из гигантских скал, каньонов и огромных ледяных гор, где мобы были размером с дом.

Нифльхейм был территорией вечной мерзлоты, мрачными ледниками, скованными льдом замками и постоянными метелями, в которых я чуть не замёрзла в первый раз, пока не купила нормальную экипировку.

Хельхейм оставался мрачным миром нежити, родиной всей нежити, монстров, вампиров, затянутым туманом болотами, кладбищами и готической архитектурой, куда я заглянула один раз и решила, что мне там не нравится.

А Муспельхейм был вулканическим адом, землёй чёрного камня, рек из расплавленной лавы и горящего пепла, от которого у меня даже в игре першило в горле.

Но потом, где-то на третий год, мне дали унизительное прозвище. Это случилось, когда я была уже достаточно сильным зверолюдом, чтобы врываться в групповые ивенты без приглашения. Однажды я наткнулась на рейд из пятнадцати игроков, которые пытались завалить полевого босса в Альвхейме, огромного оленя с рогами из кристалла, и они возились с ним уже битый час, потому что их танк постоянно терял агро, а хилы не справлялись. В конечном итоге они меня заметили и пригласили на один рейд. Я согласилась и уже в первом бою впилась когтями в шею оленя и начала рвать, игнорируя командную работу. Но мои действия помогли им бить босса в спину, пока он пытался меня ударить.

Потом некоторые с насмешкой на мои глупые действия называли меня «Дикая киска». Я тогда чуть не прибила чела, что меня так назвал.

Но будто все сговорились и начали так называть меня в общем чате: «Дикая киска против босса в соло, хахаха», «Дикая киска пробежала через наш данж и прибила нашего чела, убью гадину», «Дикая киска отказалась вступать в гильдию и послала, вот ведь грубиянка». Я знала одно главное правило в интернете и в играх: не стоит реагировать на глупые подшучивания или прозвища, иначе станет хуже. Но было сложно игнорировать такое.

Я ведь не дура и знаю, в чём был смысл этого прозвища. Парни просто издевались надо мной. Поэтому я люблю больше животных и рада была этому факту ещё сильней.

А потом пришёл тот день, когда я увидела заветную цифру. Это случилось на четвёртый год, в глубинах Нифельхейма, где я в одиночку заваливала ледяного червя-босса, которого до меня пытались убить три разные группы и каждый раз вайпились на второй фазе. Я потратила на него четыре часа, умерла три раза, но на четвёртой попытке вонзила когти в его брюхо и держала, пока его HP не упало до нуля.

[Поздравляем!]

[Вы достигли уровня 100!]

[Все расовые и классовые слоты разблокированы.]

Я сидела на туше мёртвого червя, вся в ледяной крови и слизи, и смотрела на это сообщение, и внутри меня была огромная волна радости и удовольствия от того, что теперь я могу быть абсолютно свободной. Ведь есть много мест, где могут выжить только 100-ые игроки.

Мне нравилось всё в этой игре: чувство свободы, дикости, не нужно было волноваться, что о тебе будет говорить общество, потому что тут все были чудаками. Я не сидела в гильдиях или группах, не фармила рейды ради лута. Я была одиночкой по своей природе, и мне это нравилось. Хоть это было тяжело, но я была рада пройденному пути.

У меня были друзья в игре, конечно. Пара человек, с которыми я иногда переписывалась, обменивалась информацией о спавнах мобов или просто болтала в чате, когда мы оба были в хорошем настроении. Один из них, танк по имени Грохт, пару раз звал меня в свою гильдию, обещал стабильный доход и защиту от других, но я отказала. Не потому, что он был плохой, а потому что я не хотела быть частью чего-то постоянного, не хотела, чтобы кто-то говорил мне, куда идти и когда логиниться. Я хотела бегать одна, охотиться одна, решать сама, куда меня понесут лапы.

Иногда я бралась за наёмную работу. Кто-то из игроков или небольших групп искал дополнительного бойца на рейд против босса, и я присоединялась за деньги или за половину награды. Просто, потому что так было проще заработать на расходники и зелья, не тратя время на фарм. Я приходила, делала свою часть работы, рвала когтями всё, что попадалось на пути, забирала свою долю и уходила. Никаких обязательств, или «мы должны собраться в среду в восемь», никаких гильдейских чатов с бессмысленными спорами о том, кто виноват в последнем вайпе.

Боссов я тоже убивала, но не мировых и не тех, для которых нужна группа из двадцати человек с идеальной координацией. Я брала обычных данжевых боссов, тех, которых хоть и сложно, но реально завалить в одиночку, если ты знаешь их паттерны и готов умирать раз за разом, пока не запомнишь каждый взмах и каждый телеграф. Это было похоже на охоту в настоящем смысле слова: ты выслеживаешь, изучаешь, пробуешь, ошибаешься и в конце концов вонзаешь когти в шею того, кто ещё пять минут назад казался непобедимым.

А ещё я любила заводить питомцев. В «Иггдрасиле» была механика фамильяров и спутников, которая позволяла приручать определённых существ и держать их при себе. Они не были настоящими в том смысле, что не были живыми, они были наборами данных, моделями с прописанным поведением, и я это прекрасно понимала. Но когда маленький волчонок бежал рядом со мной по полю и тыкался носом в мою ладонь, или когда сова-спутник садилась мне на плечо и крутила головой, разглядывая окрестности, внутри меня что-то отзывалось тем самым тёплым чувством из бабушкиных рассказов. Я держала при себе двух-трёх спутников одновременно, кормила их, меняла им клички, разговаривала с ними вслух, хотя они не могли ответить. Это было глупо, наверное. Но мне нравилось. Они были лучше большинства игроков, с которыми я пересекалась, потому что не пытались меня кинуть на лут, не писали пассивно-агрессивных сообщений в чат и не исчезали посреди рейда, потому что им стало скучно.

Мировой предмет я получила случайно, во время соло-прохождения данжа в Ванахейме, который был рассчитан на группу из восьми человек. Я зашла туда просто потому, что хотела проверить, смогу ли я убить босса в одиночку, и после четырнадцати попыток, каждая из которых заканчивалась моей смертью, я всё-таки добралась до последнего босса и разорвала его когтями, пока он пытался активировать свою финальную способность. Из его тела выпали «Клыки Первой Охоты», и когда я надела их, мои собственные когти удлинились и слились с костяными лезвиями наручей.

Он был идеально создан для представителей расы зверолюдей, поэтому я ничего не рассказывала о том, что нашла его, и скрывала данный факт. Потому что мировые предметы были очень ценные, и за них все гильдии готовы убить. А с учётом того, что, когда игрок убивает другого игрока, его предметы могут выпадать, а также его уровень падает, это становилось настоящей проблемой. Конечно, есть штрафы за убийство игроков вне арены, но на гетероморфных это правило не распространяется, из-за чего на них часто охотятся и убивают ради опыта и лута.

К счастью, я была получеловеком, и за моё убийство будет штраф в карму. Но вряд ли это остановит гильдии, если узнают, что у меня мировой предмет. Я не была самым сильным игроком в «Иггдрасиле». Я не входила в топ-сотню, не участвовала в рейдах мировых боссов, не соревновалась за первые места в рейтингах. Мало кто мог бы меня защитить от настоящих профи. Я просто хотела играть и быть той, кем хочу быть. Но мировой предмет был полезен для защиты от сильных игроков или боссов.

Я просто хотела быть зверем и частью стаи животных, и игра давала мне это. Каждый вечер, после двенадцатичасовой смены на фабрике по переработке синтетического белка, я надевала шлем погружения и становилась Кишашей.

Когда объявили о закрытии серверов, меня накрыло. Я сидела в своей комнате за куполом, в шлеме, с открытым окном уведомлений перед глазами, и смотрела на строчку «Серверы «Иггдрасиль» будут отключены через месяц», и внутри меня было пусто.

Я начала разбирать инвентарь, как и все остальные, выкладывать предметы на продажу, снижать цены, потому что рынок рухнул за один вечер, и все хотели избавиться от хлама, который больше не имел значения. Я выставила свои «Клыки Первой Охоты», пару редких расходников, зелья, которые копила месяцами, и думала, что вот и всё, что семь лет закончились и завтра я снова буду сидеть на фабрике и дышать синтетическим белком до конца своих дней.

А потом в общем чате началась волна. Кто-то написал про игрока, которого называли «Вампир Коллекционер», про то, что он скупает предметы и мировые артефакты за реальные деньги, тратит огромные суммы после объявления о закрытии, и что это не имеет смысла, если серверы действительно закрываются. Люди спорили, ругались, строили теории, кто-то говорил, что это просто безумец, который не может смириться с потерей, а кто-то говорил, что, может быть, игра не закрывается, что разработчики передумали, что есть какой-то план, о котором никто не знает. Я смотрела на эти сообщения и чувствовала, как внутри меня трепещет надежда на лучший исход.

Я сняла свои предметы с продажи. Убрала «Клыки Первой Охоты» обратно в инвентарь, вернула расходники в сумку и просто продолжила играть. Если был хотя бы один шанс из тысячи, что это всё не закончится, что я снова смогу быть Кишашей и побегу по лугам Альвхейма, я хотела быть в игре в этот момент. Я хотела быть зверем до последней секунды, независимо от того, будет ли эта секунда последней вообще.

В последнюю ночь я не стала сидеть в своём доме в лесах или разбирать инвентарь. Я побежала по бескрайним лугам Альвхейма на четырёх лапах. Рядом со мной бежали мои спутники, волчонок и сова.

Я остановилась на вершине холма, откуда было видно всю равнину Альвхейма, и села, обвив хвост вокруг лап. Волчонок улёгся рядом, положив голову мне на колено, а сова устроилась на плече, и я гладила их обоих, чувствуя пальцами текстуру шерсти и перьев, которая была не настоящей, но ощущалась настоящей в моей голове, и этого было достаточно. Внизу бродили мобы, не обращая на меня внимания, и небо над головой было тёмным и бесконечным, и я смотрела на него с улыбкой. Я получила то, что хотела. Я была зверем. И этого было достаточно.

А потом, прежде чем закрыть глаза, я открыла окно статуса. Просто чтобы посмотреть весь свой путь напоследок:

[СТАТУС ПЕРСОНАЖА]

{ОСНОВНАЯ ИНФОРМАЦИЯ}

[Имя: Кишаша]

[Тип расы: Зверолюд]

{Классы}

[Расовый класс: Зверолюд — 15/15]

[Расовый класс: Людолев — 10/10]

[Расовый класс: Альфа-Зверь — 10/10]

[Класс: Берсерк — 15/15]

[Класс: Мастер БИ — 10/10]

[Класс: Мастер приручения — 15/15]

[Класс: Охотник — 15/15]

[Класс: Следопыт — 10/10]

[Общий уровень: 100]

[Карма: − 50]

{ХАРАКТЕРИСТИКИ}

[HP: 170 000 / 170 000]

[MP: 38 000 / 38 000]

[Физическая Атака: 100]

[Физическая Защита: 78]

[Магическая Атака: 45]

[Магическая Защита: 60]

[Ловкость: 100]

[Сопротивление: 88]

[Особое: 90]

{РАСОВЫЕ СПОСОБНОСТИ}

[Когти Альфы]

[Рык Львицы]

[Инстинкт Хищника]

[Ярость Крови]

[Звериное Тело]

[Охотничье Чутьё]

[Стая Зовёт]

[Неукротимость]

[Львиный Прыжок]

[Клыки и Когти]

[Запах Страха]

[Рёв Альфы]

{АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ}

[«Когти Альфы: Разрыв»]

[«Когти Альфы: Серия»]

[«Когти Альфы: Рассечение пространства»]

[«Рёв Львицы: Подавление»]

[«Рёв Львицы: Паника»]

[«Ярость Крови: Пробуждение»]

[«Ярость Крови: Предел»]

[«Охота: Преследование»]

[«Охота: Метка добычи»]

[«Охота: Засада»]

[«Львиный Прыжок: Рывок»]

[«Львиный Прыжок: Атака сверху»]

[«Стая: Зов Крови»]

[«Стая: Координация»]

[«Клыки: Хватка Смерти»]

[«Клыки: Дробление»]

[«Инстинкт: Ускорение»]

[«Инстинкт: Уклонение»]

[«Неукротимость: Восстание»]

[«Неукротимость: Второй шанс»]

[«Рёв Альфы: Территория»]

[«Рёв Альфы: Приказ стае»]

[«Рёв Альфы: призыв стаи»]

[«Приручение: Подчинение зверя»]

[«Приручение: Усиление зверя»]

[«Приручение: Ярость стаи»]

[«Хвост: Хлыст»]

[«Четвероногий бой: Натиск»]

[«Дикий рык: Разрушение барьеров»]

…

[Развернуть]

{ПАССИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ}

[Аура Хищника]

[Ночное зрение]

[Обострённый слух и обоняние]

[Высокая регенерация]

[Не стареет]

[Мастерство Когтей и Клыков]

[Четвероногий Бег]

[Запах Страха]

[Связь со стаей]

[Железная хватка]

[Боевой транс]

[Адаптация к местности]

{СОПРОТИВЛЕНИЯ И ИММУНИТЕТЫ}

[Иммунитет: Яд, Болезнь, Паралич, Страх, Очарование, Сон]

[Сопротивление 100%: Физический урон ниже 60 уровня]

[Сопротивление 50%: Огонь, Кислота]

[Сопротивление 30%: Магия, Свет, Святая магия]

[Иммунитет к Остановке времени]

{ТИТУЛЫ}

[Альфа Стаи]

[Коготь, Который Не Тупится]

[Рёв, От Которого Падают Стены]

[Охотница Крови]

[Неукротимая]

[Та, Кто Врывается Первой]

[Хозяйка Зверей]

Я смотрела на эти цифры и чувствовала, как внутри меня разливается тёплое, тихое удовлетворение. Семь лет моих трудов. Ванахейм, Альвхейм, Нифельхейм, Мидгард и ещё несколько миров, по которым я бегала и веселилась.

[Таймер до закрытия серверов:]

{23:59:50}

{23:59:51}

{23:59:52}

Я закрыла окно статуса и закрыла глаза, и зарычала в последний раз. Волчонок поднял голову и ткнулся носом в мою ладонь, и сова тихонько ухнула, и я улыбнулась под своими клыками.

— Спасибо, что были со мной. — сказала я напоследок с улыбкой. Какой бы не был исход, я ни о чём не жалею.

{23:59:57}

{23:59:58}

{23:59:59}

{00:00:00}

В следующее мгновение я моргнула и внезапно интерфейс игры пропал, моё окружение тоже изменилось. Теперь вместо холма я сидела на земле среди деревьев и грибов. От такой резкой смены обстановки я была крайне удивлена и шокирована, потому что ожидала, что меня выкинет из игры, но вместо этого я сижу и смотрю в пустоту, пытаясь осознать происходящее.

Волчонок ткнулся носом в мою ладонь, и сова тихонько ухнула, устраиваясь на плече, и я почувствовала их тепло, что меня удивило. Я провела пальцами по шерсти волчонка и ощутила каждую ворсинку и изгиб его маленького тела, и это было настолько отчётливым и объёмным, что я невольно дёрнулась, потому что в игре прикосновения ощущались иначе.

Я попыталась вызвать меню, проведя рукой в воздухе так, как делала это тысячи раз за семь лет игры, но ничего не произошло. Просто мои пальцы рассекли пустой воздух, и я почувствовала, как холодный ночной ветер скользнул между ними, и заставил волоски встать дыбом. Я вдохнула и почувствовала запах сырой земли, прелых листьев и чего-то грибного, терпкого, и этот запах был очень даже настоящим, отчего я невольно дёрнула носом, раздувая ноздри. В игре запахов вообще не было. А сейчас я вдыхала этот лес целиком, каждым рецептором. Даже в своём реальном теле я не могла ощущать все запахи из-за болезни от загрязнения.

Где я? Может быть, это какой-то баг? Может, серверы не закрылись, а просто произошёл сбой и меня выкинуло в какую-то случайную локацию без интерфейса? Такое ведь бывало в «Иггдрасиле», когда сервера перегружались и игроков выбрасывало в технические зоны. Но почему всё настолько реально?

Пока я сидела и пыталась собрать мысли в кучу, сверху на меня что-то рухнуло, тяжёлое и вонючее, пытаясь придавить своим телом к земле. Четыре конечности обхватили мои плечи и талию, острые зубы щёлкнули в сантиметре от моего уха, и горячее зловонное дыхание обдало шею. Я не успела подумать и понять, что происходит, потому что моё тело среагировало на инстинкте, и я отбросила это что-то от себя одним рывком, вложив в движение всю силу, которая была в моих руках.

Существо отлетело на несколько метров, врезалось спиной в ствол дерева и рухнуло на землю, визжа. Волчонок зарычал, оскалив острые зубы, и встал передо мной, расставив лапы, а сова расправила крылья и издала резкий крик, от которого ближайшие кусты задрожали. Я откатилась в сторону, вскочила на ноги и наконец увидела, что на меня напало. Это было существо похожее на обезьяну, но с четырьмя руками и острыми зубами, торчащими из-за губ в два ряда. Его шерсть была грязно-бурой, глаза маленькие и злобные, а из пасти капала слюна, смешанная с кровью. Ростом оно было мне по грудь, и от него несло падалью и гнилым мясом.

— ГРААААА! — заорало оно, вскакивая на ноги и бросаясь на меня снова, размахивая всеми четырьмя руками, на концах которых были кривые когти.

Я отпрыгнула в сторону, и когти прошлись по воздуху там, где секунду назад была моя голова. Сердце колотилось, адреналин бил по вискам, и я не понимала, что происходит. В игре я бы видела уровень монстра над его головой, видела бы его HP, но сейчас не было ничего. Это правда игра или у меня галлюцинации?

Я отбила удар предплечьем, и когти скользнули по моей коже, оставив белые полосы, будто он меня просто погладил, а не пытался убить. Тварь завизжала от того, что не смогла меня поранить, и замахнулась снова, но я уже перехватила её за одну из четырёх рук и дёрнула на себя.

Хруст был громким и отчётливым. Рука твари вывернулась под неестественным углом, и она завопила, но я не остановилась, потому что внутри меня что-то щёлкнуло, и моё тело начало двигаться само. Я решила использовать свои способности из игры.

— «Когти Альфы: Разрыв»! — крикнула я, и мои пальцы сами раскрылись, когти на концах удлинились и блеснули в тусклом свете, и я полоснула ими по груди твари одним движением.

Тварь развалилась надвое, прежде чем успела издать последний визг, но атака не остановилась на ней. Волна от моих когтей продолжила свой путь вперёд, разрывая на куски других тварей, прятавшихся за деревьями, и сами деревья, за которыми они сидели, и всё это на протяжении сотни метров, не оставляя за собой ничего живого и целого. За мной лежала просека из поваленных стволов и изуродованных пней, а в земле под ними зияла борозда, прочерченная моим ударом.

Кровь брызнула на траву горячим потоком, и обе половины тела шлёпнулись на землю с мокрым звуком. Волчонок подбежал к останкам и зарычал, а сова спикировала вниз и ударила клювом в одну из половин, будто добивая. Я стояла над ними и пыталась осознать происходящее. В игре ведь была цензура, и многие законы не позволяли чрезмерную жестокость. Почему я вижу внутренности монстра? Это слишком реалистично, чтобы быть игрой. Может ли быть…

Но я не успела додумать эту мысль, потому что из-за деревьев выскочили ещё три таких же твари, визжа и щёлкая зубами. За ними, ломая кусты, вывалилось нечто огромное, похожее на медведя, но с двумя головами и шестью лапами, и его пасть была усеяна зубами размером с мой палец. А сверху, с ветвей, спикировали два существа, напоминающих гигантских ос размером с собаку, и их жала блестели ядовитым зелёным светом.

Волчонок встал рядом со мной, и его шерсть встала дыбом, а из горла вырвался злой рык. Сова взлетела вверх, кружа над поляной, и её крик разнёсся по лесу, предупреждая меня об атаке сверху. Я решила не терять времени, чтобы меня не убили, и действовать так, как я действовала с монстрами всегда.

— «Стая: Координация»! — произнесла я, и мир вокруг стал чётче, резче, и я видела каждую мышцу на телах этих тварей благодаря глазам совы сверху и носу волчонка снизу, и всё это было медленным, будто кто-то замедлил время вокруг меня. Я видела с трёх точек зрения, и мой мозг мог детально обработать информацию. Правда, мой мозг слегка ломался от такого.

Медведеподобный монстр бросился первым, и его шесть лап молотили по земле. Я не стала уклоняться. Вместо этого я опустилась на четыре лапы, как всегда, делала перед боем.

— «Четвероногий бой: Натиск»! — выкрикнула я, и моё тело рвануло вперёд на четырёх лапах с такой скоростью, что земля под моими когтями лопнула и разлетелась комьями. Я врезалась в медведеподобного монстра всем телом и прошла через его тело, разрывая его на куски.

Вторая обезьяна прыгнула на меня сбоку, но я развернулась на пятке и ударила её локтем в челюсть, а затем схватила голову и сжала её, отчего та лопнула в клочья. Третья обезьяна бросилась на меня спереди, и я полоснула когтями по её горлу, не останавливаясь, отчего её голова отделилась от тела, и четвёртая попыталась убежать, но я уже это увидела и напала.

— «Охота: Преследование»! — сказала я, и мои ноги понеслись быстрее, чем глаза успевали фиксировать, и я догнала тварь в три прыжка, вцепившись когтями в её спину и разрывая её на куски прямо на бегу.

Осы зашли на второй круг, целясь жалами в мою шею и спину, и я услышала, как воздух гудит от скорости их крыльев. Я присела, пропуская первую осу над собой, и её жало вонзилось в землю, оставляя дымящийся след. Волчонок бросился на вторую осу, вцепившись зубами в её крыло, и она закрутилась на месте, визжа.

— «Клыки: Хватка Смерти»! — выкрикнула я, и мои челюсти сами раскрылись шире, чем должны были, клыки удлинились, и я схватила первую осу за крыло, когда она пыталась выдернуть жало из земли. Крыло хрустнуло в моих зубах, и я дёрнула голову в сторону, разрывая насекомое пополам. Две половины осы шлёпнулись на траву, дёргаясь. Волчонок отпустил свою половину и отбежал ко мне, оскалив зубы, а сова приземлилась на моё плечо и ухнула.

Затем появился новый медведеподобный монстр с двумя головами, его шесть лап молотили по земле, и он бросился на меня.

— «Ярость Крови: Пробуждение»! — произнесла я, и моё тело налилось силой, и когти удлинились ещё сильнее, и я почувствовала, как каждая мышца гудит от энергии, и мне хотелось рвать, хотелось бежать, хотелось выть.

Монстр замахнулся всеми шестью лапами одновременно, но я уже была под ним.

— «Хвост: Хлыст»! — сказала я, и мой хвост ударил по передним лапам монстра с такой силой, что они переломились в нескольких местах, и монстр рухнул на колени, воя от боли.

— «Львиный Прыжок: Атака сверху»! — произнесла я в полёте, и моё тело само сгруппировалось, когти вытянулись вперёд, и я обрушилась на медведеподобного монстра сверху, вонзив все десять когтей в его черепа одновременно.

Обе головы лопнули, и тело монстра вмялось в землю по самое брюхо, образуя яму, и ударная волна от приземления снесла остатки кустов вокруг и повалила ещё несколько деревьев на краю поляны. Я выдернула когти из того, что осталось от его черепов, отпрыгивая назад, чтобы не быть залитой кровью.

Последняя четырёхрукая обезьяна, которая до этого пряталась за деревом, выскочила и бросилась на меня сзади, визжа и размахивая когтями. Я даже не обернулась, потому что услышала её шаги, почувствовала запах её пота и услышала, как бьётся её сердце. Сова издала резкий крик, предупреждая, и волчонок бросился ей навстречу, вцепившись в ногу твари и сбивая её с ритма.

— «Когти Альфы: Рассечение пространства»! — сказала я и мои руки стали светиться, а затем я развернулась, и полоснула когтями по диагонали, снизу вверх. Удар прошёл через тело твари и не остановился, рассекая воздух за ней видимой волной, которая прошла сквозь деревья и всё живое на сотни метров вперёд, не оставляя ничего целого. За мной снова легла просека из поваленных стволов.

Когда всё закончилось, я вдруг осознала, что делала, тяжело дыша и смотря на капли крови на своих когтях и теле. Множество частей монстров лежали вокруг меня кусками, и их кровь пропитала землю, смешиваясь с грязью и листьями. Поляна, которая ещё минуту назад была обычным лесным участком, теперь выглядела как после землетрясения или работы лесников, срубивших половину деревьев.

Я посмотрела на свои когти, на которых ещё висели ошмётки чужого мяса, и на свои ладони, которые были в крови по запястья. Я чувствовала эту кровь, чувствовала, как она остывает на воздухе, чувствовала запах железа, который бил в ноздри. Моё сердце билось в ушах, руки дрожали от адреналина, и каждый звук вокруг был объёмным и настоящим.

Я даже не поняла, как всё это сделала. Будто что-то взяло моё сознание под контроль и желало устроить резню. При этом я понимала, что делаю, и в то же время нет. Я использовала свои навыки так идеально, хотя обычно половина анимаций происходила автоматически.

Может быть, я всё ещё в игре? Может быть, это какой-то новый режим, полное погружение без интерфейса, где ты чувствуешь всё как настоящее? Разработчики обещали, что когда-нибудь сделают такое, но я думала, что это будет через десять лет, а не в ночь закрытия серверов. Но тогда, где меню? Почему я не могу вызвать окно статуса, не вижу уровней монстров. Почему здесь нет цензуры? Она всегда и везде была, и вряд ли бы существовала хоть одна официальная игра, способная её обойти.

Я стояла посреди леса, в крови чужих монстров, с когтями, которые всё ещё были длиннее обычного, и смотрела на свои руки, и внутри меня боролись два чувства: уверенность, что это игра, и нарастающее подозрение, что это уже давно не игра.

Волчонок ткнулся носом в мою ладонь, и я опустила руку и погладила его по голове, и он заскулил тихо, и сова ухнула.

Ладно. Неважно, игра это или нет. Может быть, я просто в коме и у меня галлюцинации? Скорее всего, это плод моего воображения.

Я облизнула когти, стряхнула с них остатки крови и пошла вперёд на четырёх лапах, так как помнила, что такой стиль передвижения для моей расы самый быстрый. Волчонок побежал рядом, а сова взлетела и закружила надо мной, высматривая дорогу, и мои пальцы утопали в мягкой земле, и каждый шаг приносил новые запахи, звуки, ощущения, которые были слишком настоящими, чтобы быть игрой, но слишком похожими на игру, чтобы быть чем-то другим. К счастью, я нашла речку и умылась от крови, смывая чужую плоть с морды и когтей, и холодная вода обожгла кожу приятной свежестью.

Также я проверила своё снаряжение и удивилась, что инвентарь всё ещё работал, и в нём хранились все мои вещи, включая мой мировой предмет «Клыки Первой Охоты», который я решила пока хранить там, а не надевать, потому что не знала, что меня ждёт дальше, и не хотела тратить его единственную способность впустую.

Спустя примерно десять минут бега я внезапно услышала громкие шаги и направилась в их сторону. Когда я добежала до края леса, то увидела на выходе из него коричневое пустынное поле без травы и деревьев, а на нём новых монстров. Только если те, что напали на меня раньше, были уродливыми и без всякого разума, эти выглядели наполовину животными и наполовину людьми. Их нижняя половина тела имела копытные ноги, а верхняя была слегка волосатой, с рогами и крепкими телами. На них было очень мало одежды и почти никаких доспехов, а в руках они держали топоры с грубыми каменными лезвиями.

Я сразу поняла, что это минотавры, и была удивлена их появлению. Ведь минотавры были такого же типа расы, как и я, получеловеческой, и по логике должны быть разумными. Примерно там было дюжина минотавров, которые что-то делали, собираясь в круг и тыкая топорами в землю.

Я подбежала к ним в надежде узнать уровень их интеллекта, только стоило им меня заметить, как те сразу же начали выть как коровы и поднимать топоры.

— ЗВЕРОЛЮД! — кричал минотавр, побежав на меня с топорами в руках.

Мои инстинкты внезапно закричали о враждебности, и я снова вошла в состояние агрессии, мои когти удлинились и взгляд стал острее.

Минотавры бежали на меня, размахивая топорами, и их копыта молотили по сухой земле, поднимая облака пыли. Волчонок зарычал, встав передо мной, а сова расправила крылья и издала резкий крик. Я смотрела на дюжину рогатых тварей и понимала, что справлюсь с ними сама, но мне нужны были живые. Хотя бы один. Потому что я не знала, где нахожусь, и эти создания были первыми возможно разумными существами, которых я встретила после того безумного леса.

Но сначала нужно было убедиться, что они не убьют меня раньше, чем я смогу задать вопросы.

Поэтому я решила, что сейчас надо проверить другую свою способность, вдруг она сработает. Я ведь собирала много животных и могла призывать их в случае необходимости. К сожалению, в игре были ограничения по количеству фамильяров и питомцев, чтобы у одного игрока не была бесконечная армия мобов. Ну попробуем.

— «Рёв Альфы: Призыв стаи»! — крикнула я, и из моей груди вырвался звук, который пронёсся по полю и достиг леса позади.

Несколько секунд ничего не происходило. Минотавры продолжали бежать, и первый из них уже занёс топор, когда я отпрыгнула в сторону, пропуская удар. Когти прошлись по воздуху там, где секунду назад была моя голова.

И тогда земля задрожала.

Из-за линии деревьев вырвался огромный волк. Он был с тёмно-синей шерстью с серебристыми полосами вдоль хребта. Его глаза были бледно-голубыми, а из пасти торчали четыре клыка, каждый длиной с мою ладонь. На спине между лопатками торчали три костяных шипа, и от него пахло морозом. Стоп? Я могу чувствовать с такого расстояния запах холода? Я только сейчас заметила.

Волк врезался в строй минотавров всем телом, сбив троих с ног, и его челюсти сомкнулись на руке четвёртого. Хруст костей разнёсся по полю, и минотавр завыл, но не выронил топор, а другой рукой ударил волка в бок. Волк отпустил его и отпрыгнул, разворачиваясь для следующей атаки.

Минотавры не разбежались, а зарычали и сомкнули строй, поднимая топоры, и их рога наклонились вперёд, и они бросились на волка одновременно, не думая о том, что он в три раза больше любого из них.

Следом из-за деревьев вылетела птица с размахом крыльев в пять метров, и её оперение было не перьями, а тонкими металлическими пластинами тёмно-красного цвета, которые лязгали при каждом взмахе. На концах крыльев были заострённые лезвия, и когда она спикировала вниз, два минотавра развалились на половины. Но остальные даже не обернулись на крики падающих товарищей, продолжая наступать.

А затем из-за холма появился лев. Он был вдвое больше обычного, с гривой из тёмного пламени и тёмно-золотой шерстью с чёрными полосами. Его глаза были красными, и когда он открыл пасть, из горла вырвалась волна жара, от которой трава на поле почернела. Лев бросился на минотавров, и его лапа опустилась на одного из них, вдавливая в землю по самую грудь.

— «Когти Альфы: Серия»! — произнесла я, бросаясь в бой, и мои лапы задвигались, нанося удары один за другим. Каждый удар находил цель, и минотавры падали, но те, что оставались стоять, не отступали. Они размахивали топорами и рычали, и их рога были направлены на меня, и в их маленьких глазах не было страха, только ярость и готовность умереть, но не сдаться.

Волчонок метнулся под ноги одному из минотавров, вцепившись зубами в копыто, и тот споткнулся, но не упал, а просто ударил волчонка топором плашмя, отбрасывая его в сторону. Сова спикировала сверху и вонзила когти в глаз другому, и минотавр завыл, замахав топором вслепую, но не бросил оружие.

Я полоснула когтями по горлу ближайшего минотавра, и его голова отделилась от тела, но он продолжал стоять ещё секунду, прежде чем рухнуть. Другой бросился на меня сбоку, и я развернулась, ударив его локтем в челюсть. Шея хрустнула, и он рухнул, но его пальцы всё ещё сжимали топор даже после смерти.

— «Хвост: Хлыст»! — сказала я с ухмылкой, и мой хвост метнулся вперёд, обвивая ноги двух минотавров одновременно. Я дёрнула, и оба рухнули на землю, но тут же попытались встать, размахивая топорами лёжа.

Лев тем временем расправился с ещё двумя, разрывая их зубами и лапами, и его горящая грива отбрасывала багровые отсветы на поле. Птица сделала ещё один заход, и её лезвия рассекли минотавра, который пытался убежать, но не от страха, а чтобы обойти нас с фланга.

Волк вцепился в последнего стоящего минотавра, сбивая его с ног, и тот упал, но тут же попытался ударить волка топором в брюхо. Волк отпрыгнул, и минотавр вскочил, поднимая топор снова.

Я бросилась к нему и полоснула когтями по его рукам, перерезая сухожилия. Топор выпал из разжатых пальцев, и минотавр рухнул на колени. Он просто зарычал и попытался укусить меня своими зубами, но я отступила на шаг, и его челюсти сомкнулись на пустом воздухе.

Поле было усеяно телами минотавров, и их кровь пропитала землю. Из дюжины в живых остались четверо: двое с переломанными ногами, один без рук, и тот последний, которого я оставила на коленях.

Я подошла к ближайшему из раненых, тому, что сидел на коленях, и наклонилась, разглядывая его сверху вниз. Его глаза смотрели на меня без страха, только с ненавистью и упрямством.

— Эй, рогатый, — я скрестила руки на груди, вглядываясь в его морду. — Ты вообще понимаешь человеческую речь?

Минотавр зарычал и дёрнулся вперёд, но израненные ноги подкосились, заставляя рухнуть на одно колено. Тяжёлый топор выскользнул из пальцев, и он тут же потянулся за ним.

— Я спрашиваю, ты понимаешь меня? — мой голос стал заметно жёстче. — Или мне повторить на языке копыт и мычания?

Он вскинул массивную голову, и его маленькие глаза сверкнули чистой, неприкрытой ненавистью.

— Грязный зверолюд, — выплюнул он с хрипом, сплёвывая сукровицу.

Я моргнула, слегка ошарашенная такой реакцией.

— Что именно ты сейчас сказал?

— Грязный зверолюд! — повторил он с таким презрением, что мне захотелось вспороть ему глотку когтями прямо сейчас. — Я убью тебя прежде, чем ты убьёшь нас!

Я открыла рот, но слова застряли в горле. Этот здоровяк только что назвал меня зверолюдом. Технически я действительно относилась к этой расе, но он выплёвывал это слово с такой желчью, будто вкладывал в него какой-то конкретный, непонятный мне смысл.

— Я без понятия, о чём ты несёшь чушь, — я нахмурилась, искренне не понимая ситуации. — Какой ещё зверолюд?

Минотавр сплюнул густую кровавую слюну на сухую траву.

— Не притворяйся глупой, грязное животное. Смотри на свои лапы и хвост. Ты из южных племен. Из тех, что прут на наши равнины.

— Я не состою ни в каких племенах, — отрезала я, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Я вообще не понимаю, где нахожусь. Что это за место?

Он издал хриплый, булькающий смешок, и кровь закапала с его подбородка на землю.

— Ты вторглась на земли «Великого Королевства Минотавров», — прорычал он с нескрываемой гордостью. — Ты ступила на нашу траву, зверолюд, и за это мы отрубим тебе голову и выставим на кольях!

Я переварила полученную информацию про это их «Великое Королевство».

— Королевство, значит, — протянула я, обдумывая услышанное. — И кто именно ваш правитель? Какой-нибудь король или верховный вождь?

Минотавр посмотрел на меня с откровенным подозрением.

— Великий Хозяин Рогов, естественно, — буркнул он. — Ты что, правда не знаешь? Или твои шаманы лишили тебя разума перед отправкой в разведку?

— Я не в разведке, — вздохнула я, опуская руки вдоль тела. — И я не тот зверолюд, с кем вы тут воюете. У меня даже племени в этих краях нет. Я просто заблудилась в лесу.

— Заблудилась, — повторил он, и его губы скривились в злой усмешке. — Зверолюд заблудился на земле минотавров. С десятком хищников за спиной. Думаешь, я поверю, что ты просто шла по лесу и свернула не туда? Не держи нас за дураков, зверолюдка!

— Вы напали первыми! — рявкнула я, и когти непроизвольно удлинились, царапая воздух. — Я шла по своим делам, хотела узнать дорогу, а вы бросились с топорами. Мне пришлось защищаться!

— Защищалась, — фыркнул он, сплёвывая в очередной раз. — Зверолюд говорит, что защищался на чужой земле.

Он издал презрительный, хриплый смешок.

Я почувствовала закипающую внутри злость и выпустила часть ауры. Воздух вокруг мгновенно стал тяжёлым, вязким, а земля под копытами минотавра пошла мелкими трещинами от давления.

— Слушай сюда, рогатый, — я наклонилась ближе, заглядывая ему прямо в глаза. — Я не знаю, кто такие ваши южные зверолюды. Понятия не имею, что за Великий Хозяин Рогов. И мне абсолютно плевать на ваше королевство. Объясни, что здесь происходит, потому что я не собираюсь стоять тут и слушать, как ты называешь меня животным.

Минотавр выдержал взгляд, даже не моргнув. В его глазах не дрогнула ни капля страха или сомнения. Он смотрел с прежней ненавистью, выставив рога прямо вперёд.

— Думаешь, можешь напугать минотавра? — спросил он ровным тоном. — Мы ничего не боимся. Рождаемся без страха и умираем без страха. Именно это делает нас минотаврами!

Я замерла. В его голосе не было ни бравады, ни попытки казаться смелым. Я скосила глаза на остальных выживших — ни один не дрогнул. Они просто стояли и смотрели, что было одновременно раздражающе и впечатляюще.

Я убрала ауру и выпрямилась, снова скрещивая руки на груди. Пугать их оказалось бесполезно.

— Ладно, — я сменила тон на более деловой. — Тогда ответь на другой вопрос. Почему вы не боитесь смерти?

Минотавр молчал несколько секунд, изучая меня с подозрением, явно пытаясь понять, зачем мне эта информация. Затем он усмехнулся, и в этой усмешке читалась дикая гордость.

— Потому что мы тысячу лет были сильнейшими в этих землях, — произнёс он. — Тысячу лет мы держали эти равнины и не отдавали их никому. Королевства приходили и уходили. Племена рождались и исчезали. А мы всегда стояли на своём.

Он помолчал, его копыто дёрнулось в попытке встать, но раны не позволяли.

— Мы сражались со всеми, кто приходил. С людьми, полулюдьми, драконами, демонами. С каждым, кто думал забрать нашу землю, семью и честь. И каждый раз мы побеждали или умирали. Но никогда не убегали. Побег — удел трусов и низших созданий, подчиняющихся животным инстинктам! Мы не дрогнем! Мать-земля с нами! — его крик прокатился по равнине. Остальные минотавры подхватили восторженным рёвом.

Я смотрела на него, чувствуя странное уважение пополам с раздражением. Свирепые, жестокие и упрямые до идиотизма, но их упрямство выглядело абсолютно искренним.

— Ладно, рогатый, — я выпрямилась во весь рост. — Я поняла, что вас невозможно напугать или сломать. И не собираюсь тратить время на доказательства своей невиновности, ты всё равно не поверишь. Предлагаю другой вариант.

Минотавр вскинул голову, принимая вызов.

— Честная дуэль, — мои когти блеснули в тусклом свете. — Один на один. Если победишь ты — забираешь всё. Мою жизнь, моих зверей, всё, что у меня есть. Если побеждаю я — ты отвечаешь на вопросы честно, без насмешек, и отпускаешь меня с миром.

Минотавр молчал, оценивая меня своими маленькими глазами. Он видел, что я сильна. Видел, что я уложила половину его воинов. Но совершенно не боялся.

— Да будет так! Честь во имя Великого Рога!

— Великий Рог! Великий Рог! Великий Рог! — подхватили остальные минотавры, ударяя себя в грудь.

— Я принимаю твой вызов, — произнёс он без колебаний ровным и твёрдым голосом. — Но предупреждаю, зверолюд. Я воин «третьего круга», и мои рога пробивали камень.

— Мне плевать, какого ты круга, — мои пальцы сжались в кулаки. — Поднимайся и готовься.

— По правилам тот, кому бросили вызов, выбирает условия сражения. Никакой магии, только кулаки, — заявил минотавр, с трудом поднимаясь на ноги.

— Отлично. Кстати, держи, — я достала из инвентаря зелье лечения и бросила колбу минотавру.

— Что это?

— Зелье лечения. Выпей, и раны затянутся. Будет нечестно, если ты станешь драться покалеченным.

Минотавр с сомнением посмотрел на стеклянную колбу в своей огромной лапе.

— Не дёргайся. Если бы я хотела тебя отравить, то просто перерезала бы тебе горло, пока ты валялся.

Тот всё ещё сомневался, но потом сплюнул кровью, разгрыз стекло и проглотил зелье прямо с осколками. Для него это была слишком маленькая бутылка. Спустя несколько секунд раны на его теле затянулись, но благодарности я не дождалась.

Остальные минотавры расступились, образуя широкий круг, и одобрительно зарычали.

Волчонок отбежал в сторону, а сова взмыла вверх, начиная кружить над поляной. Я встала в стойку напротив минотавра, выпуская когти на максимум, готовая к рывку.

Минотавр бросился первым, с размаху замахиваясь огромными кулаками.

Я уже примерно понимала уровень своей новой силы, поэтому подгадала момент самого удара. Просто сжала руку в кулак и вложила весь вес в прямой удар ему в грудь. Минотавр отлетел на несколько метров назад, а на его массивной грудине осталась глубокая вмятина.

— Гррх… — вырвалось из его горла. Он попытался подняться, но мышцы отказали, и он рухнул обратно в пыль.

Остальные минотавры стояли вокруг, глядя на тело своего воина, и ни один не издал ни звука.

— Дуэль окончена, — констатировала я ровным тоном, стряхивая пыль с кулака. — Победила я. Теперь вы отвечаете на мои вопросы. Честно и без насмешек.

Один из минотавров, стоявший ближе всех, медленно кивнул, опуская рога в знаке уважения.

— Ты победила честно, во имя Великого Рога! — произнёс он хриплым голосом. — Мы дадим все ответы, как велит честь!

— Честь! Честь! Честь! — гулким эхом прокатилось по кругу.

Боже, куда я попала. Прямо в дурдом. Правда, их образ жизни мне даже нравится, ведь чем-то напоминает мне простой образ жизни животных.

http://erolate.org/book/285/33986