Готовый перевод Восхождение принца Хаоса: Глава 40 Смерть и рождение Астарот

В темной комнате, куда не проникал ни один луч света, и лишь одинокая свеча на тумбочке мерцала, едва освещая лицо спящего демона. У него были короткие белые волосы, аккуратная бородка и усы, заострённые уши и изогнутые белые рога. Лицо его казалось уставшим, покрытым лёгкими морщинами. Это был Нергалус Астарот, Высший герцог дома Астарот.

Тишину внезапно разорвал шорох. Тьма в углу начала двигаться, как живая, и из неё выпрыгнула фигура.

— Умри! — закричал молодой демон с такими же белыми короткими волосами и ярко-голубыми глазами, одетый в грязную, рваную одежду. В руке он сжимал кинжал, которым без колебаний вонзил в грудь Нергалуса попадая прямо в сердце.

— Агрх!.. — прохрипел Нергалус, широко раскрыв глаза от шока, глядя на нападавшего.

— Я стану главой Астарот! Сгинь, старик! — рычал Сайрос, его голос дрожал от ярости и одержимости. Он снова и снова вонзал клинок в грудь отца, пока кровь не залила пол, стены и его собственное тело.

— Ха… ха… Хахахаха! Да! Я сделал это! Теперь всё моё! Дом Астарот мой! ДААА! — кричал он, хватая окровавленными руками своё лицо, стоя над бездыханным телом родителя.

Но вдруг за его спиной раздался спокойный, почти насмешливый голос:

— Каждый раз, когда ты меня убиваешь, твоя радость не знает границ.

Сайрос резко обернулся и замахнулся кинжалом, но его запястье перехватила железная хватка.

— Невозможно! Ты же мёртв! Это клон?! — выдохнул он, глядя на того самого Нергалуса, живого и невредимого, который держал его руку в считаных сантиметрах от собственного лица.

— И да, и нет, сын мой, — произнёс Нергалус. — Но должен признать, твоя одержимость властью достойна уважения.

С этими словами он с силой швырнул Сайроса в стену. От удара камень треснул, образовав глубокую воронку.

— Агрх! Умри! — Сайрос вскочил на ноги и бросился в атаку, но Нергалус лишь вытянул руку и невидимая сила отшвырнула сына обратно.

— Ты не меняешься. Для меня ты открытая книга, — сказал Нергалус, не повышая голоса.

— Я не сдамся! Я убью тебя и получу своё! — прошипел Сайрос, поднимаясь, сжимая кинжал, чтобы найти момент для нового удара.

— Можешь не волноваться. Скоро ты получишь своё… как и я.

— О чём ты? — настороженно спросил Сайрос, готовый к новому рывку.

Но прежде, чем Нергалус успел ответить, Сайрос воспользовался паузой. Он рванул вперёд, но отец вновь перехватил его руку с кинжалом. Однако Сайрос мгновенно перехватил оружие второй рукой и метнул его в голову Нергалуса.

— Умри уже! — закричал он, наблюдая, как клинок вонзается в череп отца.

Но Нергалус лишь усмехнулся.

— Так вот… меня так просто не убить.

— Что?! Почему ты не умер?! Иллюзия?! Но когда?!

— Нет, сын мой. Это не иллюзия… но и не правда. Позволь объяснить.

Он спокойно вытащил кинжал из головы, и рана мгновенно исчезла, будто её никогда не было. Затем Нергалус щёлкнул пальцами.

Пространство вокруг изменилось. Тёмная спальня растворилась, уступив место просторной лаборатории, где были стеклянные колбы, алхимические печи, приборы, мерцающие магическими рунами. Вдоль стен стояли фигуры в чёрных плащах и масках алхимики дома Набериуса.

— Что это?! — выкрикнул Сайрос, оглядываясь с растерянностью.

— Мы сейчас в астральном мире, — спокойно пояснил Нергалус. — Вернее, внутри сознания. Точнее внутри «твоего» сознания.

— Но почему ты здесь?!

— Потому что мы, сын мой, находимся в процессе слияния.

— Какого ещё слияния?! — Сайрос сжал кулаки, глаза горели ненавистью и страхом. Он не понимал, что происходит, но не мог позволить себе быть игрушкой в руках отца.

— Понимаешь, сын мой. Моя сила и опыт огромны, всё-таки я Высший Герцог, проживший немало веков, и могу даже претендовать на титул Архидемона. Но… я стар. Я не могу становиться сильнее, как прежде. Ты же молодой и талантливый наследник рода Астарот, твой потенциал близок к моему. Моих нынешних сил недостаточно, чтобы победить Нориву. Поэтому я принял решение изменить это.

— Ты клонишь к тому, чтобы поглотить меня? Это невозможно! Даже если тебе это удастся, моя сила не сделает тебя сильнее Императора Норивы!

— Не совсем верно. Видишь ли, дом Набериус проводил эксперименты и пришёл к выводу: если объединить две сущности в равной степени от души до физической оболочки, можно получить силу за гранью их прежних возможностей. Объединить слабости, силу, личности, характер, чтобы родилась новая сущность, чьи возможности превзойдут старые.

— Это невозможно!

— В прошлом да. Но сейчас мы уже в процессе. Твоё тело и моё находятся в лаборатории, где наши сущности проходят слияние. Мы делим один внутренний мир.

— Ты лжёшь!

— Нет. Я даже рад, что именно ты стал избранным для нашего возвышения. Рад, что давал тебе свободу и не мешал устранять братьев и сестёр на пути к власти. Сначала я думал, ты станешь новым главой дома. Но теперь ты стал чем-то большим, основой моей мести за брата, — говорил Нергалус, глядя на сына с радостной улыбкой.

— Нет-нет-нет! Я не могу так просто потерять всё, ради чего шёл к власти!

— Интересно… Судя по твоим воспоминаниям, ты не всех убивал. Некоторых сестёр ты пощадил, заставив подписать контракты. А братьев устранял с особой жестокостью. Даже использовал одну из женщин братьев, во время их секса, чтобы она взорвалась и убила его. Ты ничуть меня не разочаровал. Лжёшь, манипулируешь, используешь ради выгоды и власти. Твоему тщеславию и лицемерию нет предела. Хахах! — рассмеялся Нергалус.

— Прочь из моей головы!

— Мы делим один внутренний мир. И то, что я уже вижу твои воспоминания, говорит, что процесс слияния начался в полной мере.

— Что ты… а?! — в этот момент Сайрос тоже начал видеть воспоминания отца.

— Видишь? Мои воспоминания.

— Нет! Как это остановить?! — закричал Сайрос со злостью, не желая участвовать в этом. Он понял, что в процессе слияния его личность может исчезнуть, а значит, исчезнет и он сам.

— Никак. Процесс начался давно и необратим.

— Ты безумец! — закричал Сайрос, бросившись к отцу и схватив его за шею, пытаясь задушить. Но ничего не произошло.

— Сопротивление бессмысленно. Мы станем едины. Разве ты не понял? Это не значит, что ты исчезнешь. Это значит, что мы оба перестанем быть теми, кем были. Мы станем чем-то новым.

— Но ты ведь исчезнешь!

— Нет. Мы исчезнем как отдельные личности, но наши характеры, души, воспоминания сольются и родится нечто новое, в котором сохранится и старое. А значит, сохранится моя ненависть и жажда мести к Нориве.

— И всё это ради мести?!

—Норива разрушил мои планы. Из-за него мой брат Карнус пал от его руки. Мы с Карнусом мечтали возвысить Астарот до новых вершин. Мы могли почти уничтожить Совет Короля демонов и узурпировать власть. Но пришёл Норива и всё рухнуло. Годы работы уничтожены, брат мёртв. Я никогда не прощу ему этого!

— Вы глупцы, возомнившие себя умнее остальных!

— Молчать! — угрожающе произнёс Нергалус, и невидимая сила отбросила Сайроса.

— Нет! — воскликнул Сайрос, сопротивляясь отцовской воле.

Но кое-как поняв, как устроен этот внутренний мир, Сайрос создал в ладонях магию, метнув её в Нергалуса. Тот воздвиг барьер, отразив атаку. Но Сайрос материализовался позади отца, сформировал клинок из маны и пронзил им сердце Нергалуса сзади.

— Агрх!

Нергалус выпустил импульс силы, отбросивший Сайроса, но тот вовремя сориентировался и ответил аналогичным импульсом, создав противостояние разума.

— Я не буду жить по твоей воле! Это моя жизнь! Мои желания! И мои амбиции! — кричал Сайрос, усиливая натиск и вынуждая Нергалуса отступать.

— К сожалению, сын мой, нам суждено быть вместе и воплотить наши желания в едином существе. Хахахаха! — смеялся Нергалус, чья сущность начала проявлять признаки растворения.

— Исчезни!

— Я исчезну, но вместе с тобой. Твоя сила воли сравнялась с моей, компенсировав недостаток опыта. Мы достигли баланса! Хахаха! Да начнётся обряд единения! — воскликнул Нергалус с безумным смехом.

Вместе с ним начала растворяться и сущность Сайроса, струясь к центру пространства между отцом и сыном, образуя нечто новое. Пытаясь избежать этого, Сайрос бросился бежать, но чем дальше он уходил, тем сильнее невидимая сила влекла его обратно.

— Нееет! Нет-нет-нет!

— Давай, сын мой, мы станем новым демоном, что превзойдёт самого Императора!

— Я не хочу становиться сильнее таким образом! Я не хочу исчезать! — кричал Сайрос, сопротивляясь, но его попытки были тщетны.

— Я рад, что у меня родился такой сын, как ты, Сайрос. Ты оправдал все мои ожидания, — с улыбкой произнёс Нергалус, прежде чем его сущность полностью обратилась в сияющую энергию, устремившись к центру.

— Будь ты проклят, отец! — выкрикнул в последний раз Сайрос, прежде чем и он растворился, превратившись в поток энергии, сливающийся с отцом.

Энергия двух душ и сущностей закрутилась в вихре, меняя цвет и форму, пока в одно мгновение не расширилась, словно взрыв. Весь внутренний мир погрузился во тьму, после которой в центре вспыхнул слабый огонёк и новый взрыв породил обновлённое пространство сознания.

Тем временем в реальном мире, в подземной лаборатории дома Набериуса, где проводился ритуал слияния отца и сына, родилось новое существо. Оно сочетало черты обоих демонов, но обладало и уникальными особенностями, средней длины белые волосы, белоснежная кожа, мускулистое телосложение. На голове возвышались изогнутые чёрные рога, а по всему телу расстилались тёмные татуировки. Но главной особенностью стал странный зелёный кристалл в центре груди, от которого расходились светящиеся вены по всей грудной клетке.

Демоны-учёные, наблюдавшие за процессом, замерли в благоговейном ожидании. Но больше всех ликовал глава дома Набериуса его мечта о создании совершенного оружия наконец обрела плоть и разум.

— Каковы показатели жизненных функций? — спросил глава дома Набериуса.

— Судя по энергетическим сигнатурам маны и жизненной силы, наблюдается огромный всплеск. Состояние объекта превышает средние показатели, угроз для жизни не выявлено если судить по данным магических кругов анализа, — ответил демон-учёный Набериуса, отвечающий за контроль этих кругов.

— Отлично, — с ещё большей радостью произнёс глава Набериуса. Их многовековые труды оправдались, теперь они наблюдали рождение существа, приближающегося по силе к уровню Императора демонов. Даже несмотря на множество условий и подготовительных этапов, путь был найден для дальнейших исследований в этом направлении с целью в будущем создавать демонов уровня Архидемонов. Тогда никто не сможет одолеть расу демонов.

— Пока объект не проявляет признаков пробуждения.

— Снимите барьер.

— Но это может быть опасно.

— Это приказ!

Когда барьер был снят, глава Набериуса приблизился к неподвижной фигуре, чьи глаза оставались закрытыми, он стоял словно статуя, но магические круги и потоки энергии подтверждали: существо живо и переполнено силой.

— Пробудись!

Ответа не последовало. Фигура продолжала оставаться неподвижной.

— Никаких признаков пробуждения? — спросил глава Набериуса у подчинённых.

— Нет, господин. Похоже, процесс займёт больше времени.

— Сколько?

— Неизвестно. Всё зависит от самой личности, возникшей в результате слияния.

— Так сделайте что-нибудь!

— Господин! — воскликнул один из демонов, заметив, как глаза фигуры открылись. Вместо голубых глаз Нергалуса и Сайроса они оказались кроваво-красными, а склеры чёрными, как бездна.

В этот миг лабораторию заполнил колоссальный всплеск маны, подавивший всех присутствующих. И не только здесь, в радиусе километра каждое живое существо ощутило невыносимое давление, будто его вот-вот раздавят, как насекомое.

Спустя минуту давление отступило, возвращая способность двигаться. Однако многие в этом радиусе потеряли сознание или погибли. Лишь те, кто находился в лаборатории, выжили благодаря собственной силе и воле, но даже они едва могли стоять на ногах.

— Ха… ха… ха… — тяжело дышал глава Набериуса, не ожидавший подобного давления. Даже его силы оказалось недостаточно, он оказался в эпицентре и был вынужден пасть на колени.

— Крампус, поднимись, — прозвучал давящий, леденящий душу голос сущности перед главой Набериуса по имени Крампус.

— Вы…

— Хахахахахаха! — расхохотался демон, заставив всех вздрогнуть от неопределённости.

— Я больше не Нергалус и не Сайрос, но одновременно являюсь частью их первоначального «я». Я совершенно новое существо. Зовите меня Нерайрос Астарот, ибо я новый глава дома и будущий Император демонов! — провозгласил демон по имени Нерайрос, выпуская ледяную ауру, принимавшую форму ледяного пламени дара, доступного лишь прямым потомкам Астарота.

В ответ все демоны в лаборатории опустились на колени, признавая власть Нерайроса Астарота.

— Мы ждём ваших приказов, господин Нерайрос Астарот.

— У нас много работы, Крампус. Во-первых, собери глав всех семей и домов, чтобы я объявил о своём рождении. Во-вторых, начни процесс создания подобных мне демонов. Список кандидатов у тебя уже есть, — приказал Нерайрос, проходя мимо Крампуса, чтобы взять белую робу и прикрыть своё открытое тело.

— Будет исполнено, Нерайрос, но вам следует пройти тесты, чтобы выявить возможные дефекты. Нам ещё неизвестно, какие изменения произошли в вашем теле. Также неясен точный уровень вашей силы.

— Хм? — Нерайрос бросил на Крампуса ледяной взгляд, от которого тот застыл, чувствуя что может быть убит этим взглядом.

— Ты прав, я спешу. Но я ощущаю, контракты, связывавшие Нергалуса и Сайроса, теперь стали частью меня. Приказываю Крампус [прыгни!]

Сила контракта мгновенно заставила Крампуса подчиниться. Из-за отсутствия уточнения высоты он взмыл вверх до самого потолка, который находился на внушительной высоте.

— Похоже, контракты действительно сохранили силу. Но… — сказал Крампус игнорируя боль от удара головы с потолком.

— Что?

— В момент выполнения приказа я ощутил иное качество связи. Возможно, причина в том, что контракты, привязанные к душе и телу, обрели новую природу после слияния.

— Исследуй это явление.

— Будет исполнено.

— Это начало нового порядка сил. Если исследования продвинутся дальше, мы сможем создавать демонов уровня Архидемонов. Тогда никто не сможет победить нашу расу! Мы будем править этим миром! Хахаха! — рассмеялся Нерайрос, уже видя себя на троне Императора демонов, а затем владыкой всего сущего. Но этот порыв исчез так же быстро, как и возник. — Выполняй свою работу. Всё необходимое получишь в своё распоряжение.

Затем Нерайрос превратил руку в лезвие, удлинившееся, словно хлыст, и достигшее стены лаборатории.

— Похоже, кровь представителей иных рас и их способности неплохо прижились в этом теле, — с ухмылкой произнёс Нерайрос, ощущая в себе множество источников силы, теперь полностью подчинённых его воле.

Ведь помимо Нергалуса и Сайроса, в ритуал были добавлены органы и ткани других существ не целые личности, а лишь носители их силы и особенностей, дабы сделать новорождённого ещё могущественнее.

— Кстати, где моя Виллоу? — внезапно спросил Нерайрос.

— Она пропала господин после переворота.

— Что?! Почему её никто не пошел искать?!

— Вам было безразлична её судьба, когда вы были… Нергалусом.

— Что?! Тогда я приказываю найти её! Верните мне мою Виллоу! — приказал Нерайрос добавляя в голос ману.

— Но… она ведь.

— Это приказ! Найдите её!

— — — — —

— — — — —

В другом же месте, которым был особняк Ашмар. В одной каменной комнате сидела Виллоу Астарот, женщина Сайроса, что сидела в кресле у окна, укутанная в белое одеяло. Её пальцы дрожали от боли, что она испытывала внутри себя.

Винтер дочь Виллоу опустилась на колени рядом с матерью. Она взяла мать за руки, которые продолжали дрожать.

— Мама, помнишь, как мы собирали ледяные цветы на склоне Хельвига? — спросила Винтер.

Глаза Виллоу медленно сфокусировались. Она повернула голову в сторону дочери.

— Ты вернулась.

— Я никогда не уходила от тебя, мама.

— Я рада…

Виллоу подняла руку и коснулась щеки дочери. Её пальцы дрожали, но прикосновение было тёплым.

— Ты выросла, доченька.

— Ты уже это говорила.

— Ты так похожа на него… на твоего отца. Он тоже говорил такие слова. Перед тем как исчезнуть. Кстати, как там мой брат Сайрос?

— Я не хочу говорить о нём. Он монстр.

— Раньше Сайрос был лучше, но, когда началась борьба за власть… он начал меняться и делать жестокие вещи с другими членами семьи. Я заботилась о нём ещё с детства, из-за этого он в меня влюбился и стал одержим. Для демонов нормально быть сильным и жестоким, но…

— Он перешёл все границы! Он должен заплатить за свои злодеяния. Он уничтожил нашу семью из-за своей жажды власти! — заявила Винтер.

— Сайрос… мы слишком недооценивали его… среди братьев он был… сам по себе. Кайрос, Малакиос, Валериос, Враконис, все они погибли от его руки.

— Мама, я с тобой, я тебя не покину.

— Спасибо… Винтер? Ты вернулась, — сказала Виллоу, будто забыв весь разговор.

— Мама, прошу тебя, не забывай ничего. Вспомни меня лучше. Вспомни своих сестёр, забудь о братьях! Думай обо мне и сёстрах. Думай о лучшем времени.

— Ха, я помню, как ты бегала по коридору. Ты была такой проказницей, — сказала Виллоу, и в её глазах мелькнуло что-то живое. — Однажды ты украла пирог из кухни и спряталась за портьерами в комнате. Я нашла тебя по крошкам на полу.

— Я тогда любила залезать в разные места, — с лёгким смущением сказала Винтер. — Помнишь, как я впервые начала учить магию? Мне было пятнадцать лет.

— Ты уронила чернильницу на одежду учителя, — улыбнулась Виллоу с закрытыми глазами.

— Я не специально.

— Помню ты спасла того котёнка, когда мы гуляли по городу. Он жил у нас три года, пока не умер.

— Его звали Снежок, — прошептала Винтер. — Белый с чёрным пятном на ухе.

— Ты каждый вечер читала ему сказки перед сном. — сказала Виллоу вспоминая это с улыбкой.

Виллоу открыла глаза, в которых было тепло и рассудок, который лишь иногда возвращался к ней.

— Тебе пришлось нести тяжёлый груз, доченька.

Она подняла руку и коснулась щеки дочери без прежней дрожи.

— Я помню тебя. Помню каждую твою царапину, синяк после тренировок. Помню, как ты плакала, когда умер Снежок.

Винтер не ответила. Просто наклонилась и прижалась лбом к материнской ладони. За окном завыл ветер, срывая с вершин свежий снег. Но в комнате стало тише и теплее. И впервые за два месяца Виллоу не спросила, кто перед ней.

Спустя примерно два часа нахождения в покоях Виллоу Винтер вышла из них с лёгкой улыбкой и надеждой в глазах. У выхода её ждали две женщины. Одна из них — лучшая подруга и товарищ по армии Эсил Радиру, охранявшая дверь в покои матери Винтер. Рядом с ней стояла другая женщина с длинными белыми волосами и рогами — хозяйка замка, Гестелла.

— Судя по твоему выражению, прогресс есть, — отметила Гестелла, скрестив руки на груди.

— Немного, но есть.

— Не буду говорить тебе, что лучше было поступить иначе.

— Я понимаю, тётушка Гестелла.

— Хорошо.

— Что тебя привело сюда? — спросила Винтер.

— Я долго думала и решила оказать тебе небольшую помощь.

— Правда?! — удивилась Винтер, зная, как сложно было убедить тётушку, да и сама та не могла напрямую помочь, не нарушив контракт.

— Прямо я никак не могу помогать, но косвенно ещё есть лазейки в контракте. Так как ты формально не являешься наследницей, я могу тебе помогать.

— К чему ты это?

— Чтобы спасти семью, тебе придётся пойти войной на неё. Вернее, на твоего дедушку Нергалуса и дядю Сайроса.

— Ты хочешь, чтобы я объявила о своих претензиях на главенство в доме Астарот?! — уточнила Винтер, понимая, к чему клонит тётушка.

— Верно.

— Я не буду!

— А какой у тебя выбор?

— Ты сама знаешь, тётя. Я не могу из-за разницы поколений. Сейчас претендовать на главенство может только Сайрос так как он следующее поколение, а я уже после него.

— Верно. Но так как Сайрос проиграл в борьбе против своего отца, а других действующих претендентов больше нет, ты можешь выступить с заявлением о претензии на власть в доме Астарот.

— Это не сработает!

— Поверь, сработает. Если тебя поддержит достаточно много дворян северного региона.

— Кто меня поддержит? Я мало кому известна. — продолжала Винтер. — Я отказалась от фамилии Астарот и всех привилегий, став Винтер Шни. Тем более я женщина и мои претензии такие же как твои. Совет Короля демонов даже не будет слушать меня!

— У меня есть пара знакомых, которые поддержат тебя при моем содействии. А ты создашь вторую силу, за которую смогут зацепиться другие дворяне те, у кого сейчас нет выбора.

— Ты сама сказала, что многих заставляют под угрозой убийства их лидеров или членов семей. Мы ничего не добьёмся такими действиями.

— Знаю. Но у нас, по-твоему, есть выбор? Или ты готова обратиться за помощью к Императору и втянуть его в это? Конечно, сейчас у него конфликт с домом Астарот, и твоё появление может создать дополнительные проблемы. Но если ты объявишь себя наследницей, то создашь трудности уже для Астарот. Это хоть и слабая, но хоть какая-то польза для победы над отцом, — сказала Гестелла.

— Это подобно соломинке, за которую цепляешься на краю пропасти.

— Мы в плачевном положении, и выбор у нас невелик. Либо ты можешь бежать и прятаться в надежде, что о твоём существовании и о матери забудут.

— Я… я… — Винтер сжала руки в кулаки, чувствуя, что выбор и вправду ограничен. Она ненавидела кровь Астарот в себе, а теперь ей предстояло либо проглотить гордость и использовать эту кровь, чтобы навредить дому Астарот, либо бесконечно убегать и прятаться.

— Я дам тебе время подумать, — сказала Гестелла, уходя и оставляя двух женщин наедине.

В этот момент Винтер резко опустилась, тяжело вздохнув.

— Ты в порядке? — спросила Эсил, положив руку на плечо Винтер.

— Да… просто слишком много всего за раз. Есть надежда и отчаяние. Если пойду в противостояние, я могу потерять мать, а если откажусь… если же я поддамся эгоизму и обращусь к Императору, то… могу помочь дедушке, создав раскол в его фракции, — размышляла Винтер, смотря сначала на пол, а затем на собственные руки.

— Я не могу понять тяжести твоей ноши, но… я хочу помочь всем, чем смогу. Ты не одна, Винтер. Помни, ты можешь обратиться не только за помощью к Императору.

— Не только?

— Да, ты могла бы…

— Наследник!

— А?

— Я могу обратиться за помощью к наследнику Мелиодасу.

— Но ведь он тебя не знает.

— Верно, но это не значит, что я не могу получить от него помощь.

— Но ведь формально это всё равно будет…

— Нет, принцы хоть и привязаны к семье, но наследник более самостоятельный. За наследником Мелиодасом не будут так сильно следить. Если я смогу с ним договориться, то…

— Это всё равно может принести проблемы для Императора.

— Возможно… но вариантов у меня мало. Если я предложу ему что-то, что заставит его помочь мне.

— Но что ты можешь ему предложить?

— Я слышала, принц очень любит женщин и ведёт весьма активную сексуальную жизнь.

— Что?! От кого ты это слышала?! — удивилась Эсил, покраснев от такой информации.

— От служанок, — призналась Винтер, тоже слегка покраснев.

— Ты что, хочешь ему предложить себя?

— Если других вариантов не будет, то да.

— Винтер, это… слишком.

— По сравнению с тем, чтобы стать мишенью? Или вечной беглянкой?

— Ты можешь переждать всю эту бурю.

— А вдруг не смогу?

— Я помогу!

— Спасибо, но стоит хотя бы попробовать договориться с принцем.

http://erolate.org/book/294/34238