Готовый перевод Christmas with Mom / Рождество с мамой: Глава 20

Когда наш горячий поцелуй закончился, я отстранился от губ мамы и посмотрел на ее прекрасное лицо, слезы текли по ее щекам. Она нервно рассмеялась, не переставая лить слезы. Глядя на кольцо, мама сказала: «Ох, сынок, оно так прекрасно. Не могу поверить, что ты … Джон, оно должно было стоит целое состояние!» Мама бросилась в мои объятия и расцеловала мое все лицо, от ее полных любви поцелуев, у меня появилась слабость в коленях, этот момент я буду помнить до конца своих дней.

Когда мы снова остановились целоваться, чтобы перевести дыхание, мама задала очевидный вопрос: «Что будет, когда твой отец заметит мое новое кольцо?»

Я засмеялся и ответил: «Ты правда думаешь, мама, что папа действительно может заметить что-то, что не связана с охотой, рыбалкой, или спортом?» Мама усмехнулась и молча покачала головой, соглашаясь со мной.

Мы посмотрели друг другу в глаза, а потом мама посмотрела на брошенное папиное кольцо. «Что нам с этим делать?» Спросила мама, кивая в сторону ее старого обручального кольца.

С минуту я изучал его, а потом посмотрел из балкона на фонтан, который струился разноцветными огнями. «Загадай желание, мама,» предложил я.

Мамины глаза расширились, когда она поняла, что я имею в виду, а затем ее озорная улыбка, которую я так люблю, расплылась по ее лицу. «Я желаю, чтобы каждый последующий год, отныне будет лучше, чем предыдущий год для моего сына и меня!» Подмигнув мне, мама щелкнула пальцем, и кольцо упало с балкона. Мы едва успели проследить за его полетом, как он незаметно плюхнулся в фонтан.

«Дай своему сыну поцеловать тебя, мама, на счастье,» сказал я, снова беря в руки любовь всей своей жизни. Я прижался губами к губам мамы и предложил ей свой язык. Мама слегка застонала в поцелуе, когда наши языки танцевали и ласкали друг друга.

Мамино пышное тело прильнуло к моему. Ее кожа была теплой на ощупь. Ярко-красный сексуальный румянец распространился по ее обнаженному декольте и верхней части груди. Когда наш с мамой поцелуй закончился, она поразила меня, покусывая и посасывая мой язык в последний момент. «Сынок, отвези меня домой. Возьми меня в постель,» вздохнула мама, в ее глазах пылала страсть и жажда. Я взял ее за руку и через толпу людей, повел ее к лифту.

Швейцар чудесным образом нашел нам такси, и мы забрались внутрь. Я едва успел дать водителю наш адрес, как мама уже карабкалась на меня, целовала и запускала руки под пальто и рубашку. Мама терлась о мое бедро, ее короткое платье задралось, обнажая ее сексуальные стринги. Я уверен, что таксист получал великолепный вид на пышные ягодицы мамы. Надеюсь, ему нравиться вид. Я интуитивно понимал, что это порадует маму еще больше. Жар, исходящий от ее бедер, был очень интенсивным. Мамин мускусный запах наполнил кабину, и вскружил мою голову.

«Я люблю тебя, Джон, мой дорого любимый сын,» сказала, задыхаясь мама, между возбужденными поцелуями. Она терлась об меня, одна тяжелая сиська на мгновение выбралась из платья, ее возбужденный сосок скользнул по моей груди, прежде чем я помог ей вернуться под покров платья, я лишь на мгновение, сжал ее мясистую грудь в своей руке и пососал ее набухший, от возбуждения сосок.

Мама сосала мои пальцы и терла мою распухшую промежность рукой, пока я натирал пальцами мокрый материал ее стрингов. Мама целовала меня агрессивно, собственнически, настойчиво, останавливаясь только для того, чтобы громко шептать всякие пошлости мне на ухо. «Мне нужен большой член моего малыша! Мамочке нужен хороший трах прямо сейчас. Мой малыш сделал мамину киску такой мокрой и горячей.»

Мама направила мои пальцы под шелковистый материал своих трусиков, позволяя моим пальцам проскользнуть через ее густой, покрытый соком куст и между ее возбужденными половыми губами в самую влажную, самую горячую киску, которую я когда-либо знал.

Мы вернулись в жилой дом не слишком рано. Я помог маме выйти из машины, и пока она прижималась ко мне, целуя мою шею и расстегивая пуговицы рубашки, чтобы поцеловать мою грудь, мне удалось достать и бросить несколько купюр в таксиста и сказать ему, чтобы он оставил себе сдачу. Я не знаю, какого достоинства были купюры, но они сделали водителя счастливым, и он крикнул, широко улыбаясь: «Спасибо! С Новым годом! Хорошей вам ночи, ребята!»

Мама, выглядевшая настоящей шлюхой в жару, ее платье было помято, одна грудь обнажена до соска; она улыбнулась ему сквозь слегка взъерошенные волосы и сказала потрясающе сексуальным голосом: «О, у нас будет хорошая ночь, милый. У мамы и ее малыша буде много ебливого веселья этой ночью!»

Не знаю, что я чувствовал больше от маминых слов и поведения, потрясение или возбуждение. Но я знаю, что у меня определенно была чудовищная эрекция, которая угрожала вырваться из моих брюк. Таксист уехал, а я повел маму внутрь здания, и мы попытались подняться по лестнице и одновременно целоваться.

Где-то по пути мама сняла свои трусики, и подняв их к моему лицу, потерла сочной промежностью стрингов о мои губы, сказав певучим голосом: «Кто-то сделал мамочку мокрой!» Ни мама, ни я не пили так много в клубе, но мама не была пьяна от спиртного или шампанского, а была опьянена нашей кровосмесительной любовью. К тому времени, как мы начали подниматься по последнему лестничному пролету, мама вытащила мой член и гладила его.

Мы были в нескольких шагах от нашего этажа, когда мы каким-то образом споткнулись и мама оказалась на мне с верху. Мама поцеловала меня губы, хихикнув и сказала: «Мне нужно попробовать тебя у себя во рту, Джон!» и она опустилась вниз по мне и взяла мой твердый член в свой ротик. У меня кружилась голова, как будто я был пьян. Не знаю, был ли я когда-нибудь так возбужден в своей. Я чувствовал себя большим! Я чувствовал, что могу оставаться твердым в течение месяца. Посмотрев вниз, и увидев пухлые губы мамы, обернутые вокруг моего эрегированного члена, от этого зрелища, мой член, казалось, стал еще больше.

http://erolate.org/book/3395/320131