Готовый перевод Commanding Presence / Моей маме нужен хозяин: Глава 11

У нее в голове неожиданно возник образ ее сына. Он стоял у кровати, и все, что она могла видеть, - это его обнаженный торс в лунном свете. Она почти чувствовала, как веревки связывали ее ноги к огромной кровати, растягивая ее в стороны, полностью открытую и беспомощную перед его взглядом.

Ее соски покалывали в предвкушении и, хотя в ее фантазии у нее были связаны руки, в реальности они были свободны так, что она воспользовалась этим. Она медленно обхватила ладонями свои груди, которые лежали на ее теле, как воздушные шарики, не совсем надутые до нужного размера. Она пальцами обвела их контур, ногти слегка впивались в ее грудь, вызывая резкий импульс ощущений. Постепенно ее руки поднимались по ее груди и наконец они достигли ее сосков. Перекатывая их между пальцами, она представляла, что это Эван ласкает ее, нежно потягивая возбужденные соски, пока они не встанут по стойке смирно. Ущипнув их посильнее, боль/удовольствие пронзили ее тело, казалось, между ее ног образовался бассейн из ее любовных соков, которые просачивались между ее нежными розовыми губками.

В то время как ее левая рука продолжала сжимать и потягивать сосок, правая медленно начала спускаться вниз по слегка округлому животу, пока пальцы нежно не погладили ее половые губы, дразня их легкими, будто перышко, прикосновениями. Она представляла, как он наклоняется между ее ног, раздвигая их в коленях, открывая ее для самого интимного осмотра.

Это были его пальцы, что нежно ласкали ее губки, раздвигая их, кончик его пальца двигался вниз, исследуя еще глубже ее естество. Когда пальцы нашли и начали ласкать ее клитор, посылая электрические разряды через ее тело, она представила, как он возвышается над ней, его лицо и грудь заполняют ее поле зрения. С ее места, она не могла видеть его член, но чувствовала, как головка затвердевшего члена терлась о ее половые губки, когда он располагался, чтобы взять ее.

Он смотрел ей в глаза с легкой улыбкой на губах; ему не требовались указания, чтобы найти нужное место. Восемнадцать лет назад он вышел оттуда и теперь был готов вернуться. Ее дыхание было тяжелым и прерывистым; она хотела прижаться к нему бедрами, хотела, чтобы он вошел в нее, овладел ею. Она была кобылкой, которую держали для жеребца, что бы он оплодотворял ее. Он медленно начал двигать бедра в перед, и головка его члена раздвинула сложенные губы ее влагалища, как горячий нож, разрезающий масло...

Оргазм накрыл ее, как несущийся товарный поезд. Взорвавшись без предупреждения, как все ее тело внезапно напряглось, ее мускулы сжались в сладострастных спазмах. Наслаждение накатывало по ее телу, волна за волной ударяя то в одну, то в другую сторону. В конце концов оргазм утих, и она убрала свои руки от промежности и груди.

Это было самое прекрасное, что она чувствовала за последние годы, намного лучше, чем те несколько раз, когда Джон трахал ее, и намного, намного лучше, чем порка и боль, которые он обычно причинял ей. Конечно, она знака как мастурбировать, но он запретил ей это, сказав, что у нее нет права на самоудовлетворение, поскольку она принадлежит ему и предназначена только для его удовольствия. Он и раньше ловил ее на том, что она играет сама с собой, и когда это случалось, или если он даже подозревал об этом, наказание было долгим и болезненным. Обычно это приводило к оргазму, но ничего похожего на это удовольствие, удовольствие без боли было для нее новым и неизвестным чувством.

Затем лежа в полудреме, она начала думать о том, что сделала, не о мастурбации, она была взрослой и не имела проблем с чем-то настолько естественным, но о фантазиях, когда она этим занималась.

В ее фантазиях не было сомнений, что она мечтала о сыне. Эта мысль должна была вызвать у нее отвращение, но она не чувствовала этого. На самом деле это казалось самой естественной вещью в мире, это он был ее причиной, не так ли? Он продемонстрировал это на этой неделе. Он контролировал ее, и она принадлежала ему, да, он был ее сыном, но это лишь означало, что он действительно любил ее, не так ли?

Он давал ей цель, а затем похвалил ее, сказал, как хорошо она справляется; он даже возьмет ее на свидание в награду! Он становился тем, в чем она действительно нуждалась, ее компасом, ее навигатором, капитаном ее корабля. Она улыбнулась и расслабилась; впрочем, это не имело значения, не так ли? Фантазии - это всего лишь фантазии. «Такой красивый молодой человек все равно не захотел бы иметь ничего общего со старым мешком вроде меня,» подумала она, но, засыпая, все еще чувствовала призрачный толчок головки члена, который входил в нее, все глубже и глубже...

Было шесть часов вечера субботы, и Шери была на взводе. " Одень красивое платье ", - сказал он. Красивое! Он имел ввиду сексуальное? Она покраснела, вспомнив последние несколько ночей и фантазии, овладевавшие ею, когда она ложилась спать. Или он имел в виду красивое, в смысле как "я пригласил на ужин маму". Надеть ей бежевое платье? Оно было красивым, но ей казалось, что оно придавало ей вид почтенной мамаши. Может, голубое платье? Оно было немного более рисковым, у него подол заканчивался, не доходя нескольких сантиметров до ее колен, а глубокий вырез открывал широкий вид на ее грудь. Чулки с соответствующими туфлями на высоком каблуке идеально подчеркивали наряд. Оно сидело на ней довольно туго, два года без физических нагрузок не пошли ей на пользу, но это не выглядело плохо.

http://erolate.org/book/3436/322749