Джулия бродила по дому в поисках какого-нибудь занятия. Папа был в своем домашнем офисе, что-то делал. Бобби и Барби были обнажены и снова делали это, издавая всевозможные звуки, которые Джулия не хотела слышать. Вот тебе и контроль над рождаемостью и презервативы.
Ей вдруг стало интересно, где она находится в своем собственном цикле. Она пользовалась тем же календарем, что и Барби. Она не собиралась туда возвращаться. Видя, как длинный, твердый пенис Бобби входит и выходит из раскрасневшихся розовых половых губ Барби, она почувствовала, как внутри у нее все шевелится. Впрочем, это не имело значения. Она не собиралась кланяться Матери-Природе.
Ничто ее не привлекало. Ей было скучно. Она позвонила Сьюзен Хикс, но ее звонок переключился на голосовую почту. То же самое произошло, когда она позвонила Синди Джонстон. На несколько секунд ей показалось, что они задумали какую-то забавную штуку и намеренно оставили ее в стороне. Это было просто смешно. Было лето. У всех были свои дела.
Она подумала о папе. Джули посмотрела на часы. Было два часа дня.
И папа не пришел на ленч, когда она позвала его. Конечно, она приготовила только салат из тунца, но ему все равно нужно было поесть.
Неужели он избегает ее?
Она села и стала думать о вчерашнем вечере и обо всем, что произошло с тех пор. Она знала, что запуталась в своих желаниях. Она могла признаться в этом себе. Ей нравилось то, что она чувствовала от рук и губ отца. Ей нравилось заниматься любовью с его пенисом своим ртом. Она не хотела расставаться со своей девственностью... или она думала, что не хочет раставаться со своей девственностью.
Она попыталась представить себе, как это происходит. Описание Барби было далеко не полным. Но, возможно, это было похоже на попытку описать кому-то вкус клубники или томата. Вы можете описать это опираясь на вкус чего-то похожего, но такое описание не только будет далеко от точного, но может запутать. Так что, может быть, Барби и не виновата, что не может понятно описать свои ощущения сестре.
Она представила себе, как Дэнни лежит на ней, как Бобби сейчас на Барби. Она вздрогнула. Ее беспокоила вовсе не мысль о том, что он будет лежать на ней. Мысль о том, что это именно он будет лежать на ней, беспокоила ее. Нет. Только не Дэнни. Он ей нравился, но кое-что в нем ей не нравилось. Он был не тем парнем, с которым она могла бы провести остаток своей жизни.
Она подумала о других парнях, с которыми встречалась или хотела встречаться.
Нет. Ни один из них не вызывал у нее таких чувств.
Но папа сказал, что это происходит только в том случае, если ты проводишь с ними много времени и хорошо их знаешь.
Она никогда не проводила много времени этими парнями. Она слушала отца и старалась встречаться с разными парнями, никогда не проводя слишком много времени ни с одним из них.
Так что она не проводила много времени с какими-то парнями.
Кроме Бобби и ее отца.
Она откинулась на спинку. Папа говорил, что очень важно быть честным. Что-то не давало ей покоя весь день. Теперь она пыталась думать об этом, идентифицировать это, разобраться с этим.
Она все пыталась представить себе, как Дэнни делает с ней то же самое, что делал с ней Папа. Это было невозможно. Она не могла себе представить, что будет делать это с кем-то еще.
Последнее, что она видела перед тем, как выйти из собственной спальни в панике, всплыло в ее сознании. Бобби лежал на Барби, широко расставив ноги и упершись коленями в кровать, его блестящий пенис то входил, то выходил из нее, едва видимый за висячими волосатыми яйцами.
Внезапно это были ее ноги, а не Барби.
Джулия со стоном призналась себе, что ревнует. Всегда она и Бобби, старшие, правили младшей. Они “вырастили” Барби, запрещая ей делать то, что можно было делать старшим.
Теперь Бобби принадлежал Барби.
И теперь она завидовала своей младшей сестре.
И это грызло ее весь день.
-------------------------------------
Она не знала, что делать. Она не могла пойти и поговорить об этом с Барби. Вероятно, они все еще спаривались там, как кролики.
Поэтому она подошла и встала в дверях отцовского кабинета. Он сидел за компьютером, где, как она знала, составлял обычно планы уроков, но сейчас он не работал. Он играл в судоку.
«Можно с тобой поговорить?» спросила она.
Он повернулся и посмотрел на нее. Она все еще была одета так же, как и утром. По крайней мере, теперь ее соски не были напряжены.
«Конечно, детка. Что случилось?»
«Я все еще завидую.»
«Завидуешь?»
«Барби.»
«Я думал, что ты с этим разобралась.»
«Это совсем другое дело. Дело не в том, насколько ей все легко дается. Не совсем.»
Это была просто сила привычки. Если бы он подумал об этом, то сделал бы что-нибудь другое. Но он не думал об этом. Он только похлопал себя по колену. Она подошла и села, тяжело упершись ягодицами в его бедро.
«Расскажи мне об этом,» попросил он.
«Она всегда была пышногрудей меня,» пожаловалась Джулия.
«Ты же знаешь, большая грудь - это еще не все,» сказал Боб. «Я думаю, ты знаешь, что многие парни тоже считают тебя убийственно милой.»
«Не те парни,» вздохнула она.
«А что с ними не так?»
Джули не хотела признавать, что единственными "правильными парнями", о которых она могла думать, были Бобби и он.
«Они просто не захватывающие,» сказала она.
«У Барби тоже нет парня,» сказал Боб. Раньше это всегда делало его счастливым. Сейчас он уже не был так уверен в этом.
«У нее есть Бобби. Ей больше никто не нужен.»
«Он не может быть ее парнем.»
«Он может делать то, что делают парни, чтобы сделать ее счастливой. Он прямо сейчас делает то, что любят делать бойфренды, чтобы сделать ее счастливой.»
«Ох,» сказал Боб. «Они прямо сейчас... хм... ?»
«Занимаются этим? Да, папа, как только обед закончился, они вошли в нашу комнату, и с тех пор я не могу туда войти.»
«Вот дерьмо,» вздохнул Боб. «Я думал, они подождут, пока я не достану Барби противозачаточные.»
«Они не могут ждать. Они беспомощны. Сейчас у них словно медовый месяц. Они не могут оторваться друг от друга.»
«Дерьмо,» сказал Боб. Его рука потянулась к промежности, чтобы поправить растущий стояк, прежде чем он подумал об этом. Взгляд Джули на его руку сказал ему, что он напортачил. «Извини,» сказал он.
«И это все, о чем думают парни?» она пожаловалась.
«Иногда,» честно ответил он. «Особенно если замешана хорошенькая девушка.»
«Ты действительно хочешь трахнуть меня?»
Вот и пришло это время. В какой-то момент ваш ребенок обязательно задаст вам вопрос, на который вы предпочли бы не отвечать.
А ее вопрос был уникальный в том плане, что его не должны были задавать не одному хорошему родителю.
http://erolate.org/book/3438/322873
Сказали спасибо 0 читателей