Гермиона говорила совершенно искренне, потому что именно этим их договорённость и являлась: соглашением о сексе. По окончании недели она не рассчитывала ни на что сверх того, о чём они оба условились, письменно или устно.
К сожалению, реакция Драко оказалась мгновенной и болезненно резкой. Даже холодной.
Его челюсть напряглась, под бледной кожей шеи проступили сухожилия.
— Я знаю условия, Грейнджер, — процедил он. — Я девственник, а не какой-то беспомощный идиот.
Гермиона моргнула, немного опешив.
— Я не… Боги, Драко, ты ведь знаешь, что я не это имела в виду… Я просто подумала… Мы друзья, и я не хочу, чтобы всё стало… ну, э-э…
— Сложным? — подсказал он.
Гермиона кивнула.
— Да. Именно.
Между ними повисла тяжёлая тишина. Гермиона смотрела на него через стол и понимала, что даже её высочайшей квалификации специалиста по снятию проклятий не хватило бы, чтобы расшифровать вихрь эмоций, пронёсшихся по его лицу и исказивших линию губ.
Но они исчезли так же быстро, как появились, и привычная маска вернулась на место.
Вот видите? Именно этого она и боялась: той стороны Драко, которую годами пыталась разрушить.
Гермиона раздражённо выдохнула.
— Если между нами всё будет происходить вот так, тогда не надо.
Она небрежно указала на расписание и пустую пунктирную линию для подписи.
— Я не хочу испортить нашу дружбу. И прости, если тебя это оскорбляет, но всё это? Мы? Ты и я? Это очень важно для меня, Драко.
Зажмурившись, он застонал.
— Блядь. Я знаю, Гермиона. Я… Прости. Я не хотел…
— Да, но ты всё равно это сделал, — перебила она. — Больше так не делай, хорошо?
Драко с трудом сглотнул и встретился с ней взглядом.
— Хорошо.
Приподняв бровь, Гермиона снова ободряюще указала на пергамент. Она не хотела начинать день с ссоры. И если они собирались придерживаться её тщательно разработанного расписания, то им следовало строго следовать плану. Никаких отклонений. Никаких споров. Ничего подобного.
Сегодня должен был начаться первый день их плана «Секс по плану».
Драко потянулся к своему обычному перу, лежавшему посреди стола, и размашисто вывел знакомую подпись.
Как только чернила высохли, Гермиона ощутила прилив магии, разлившейся по воздуху. Она защекотала кожу, словно пузырьки игристого шампанского. Гермиона облизнула губы и ощутила на языке острые ноты магического отпечатка Драко: хвоя, лёгкая перечная мята, хрустящие яблоки, первый снег посреди зимы. Он сам. Казалось, его магия тихо гудела вокруг неё, играла с кудрями и скользила по коже, словно прохладный дорогой шёлк.
Она никогда бы не призналась, но ей это нравилось — нравилась его магия. И да, нравилось то, как она ощущалась.
Драко молча передвинул пергамент обратно, не глядя на неё.
Повторив его действия, Гермиона легко поставила свою подпись, стараясь не обращать внимания на лёгкую дрожь в руке.
Теперь пути назад не было, и оба это знали. Чувствовали с каждым вдохом.
Не произнося ни слова, Гермиона поднялась, ощутив, как под рёбрами распускается крошечный бутон неизвестного чувства. Она проигнорировала его, разгладила брюки и обошла длинный стол из нержавеющей стали, направляясь на другую сторону. Её туфли на плоской подошве не издавали ни звука на плиточном полу, но Драко следил за каждым движением. Его бледные глаза смотрели так пронзительно, словно всё стекло в комнате разлетелось вдребезги и теперь осколки вонзались в её покрывшуюся мурашками кожу.
Напряжение между ними усилилось, изменилось и продолжало нарастать, пока не стало почти электрическим.
Драко развернулся на табурете, инстинктивно раздвинув колени. Не спрашивая разрешения, Гермиона шагнула между его бёдер. Боги, даже сидя он всё ещё был выше неё.
Ладно, их глаза находились почти на одном уровне, но ей всё равно пришлось бы приподняться на цыпочки. Неважно. Сейчас это не имело значения.
Предвкушение снова пробежало по коже, затаившись в ожидании. То древнее, безымянное нечто, которое пряталось в углу или скрывалось за стеклянными зеркалами. Всё то, что они обычно старались игнорировать во время работы здесь.
Гермиона положила ладони ему на плечи, пытаясь обрести опору, и ощутила под пальцами твёрдые мышцы. Всё в нём было сильным и поджарым — она никогда прежде этого не замечала. И теперь почему-то отчаянно захотела, чтобы между ними не осталось никакой преграды.
http://erolate.org/book/3514/380404
Сказали спасибо 0 читателей