Готовый перевод Naruto: It Begins by Challenging Itachi Uchiha / Наруто: Начиная с вызова Итачи Учихе: Глава 96. И кто здесь несерьёзен?

Глава 96. И кто здесь несерьёзен?

— Система, ну хватит уже надо мной измываться. Придумай хоть какой-нибудь способ, чтобы я мог беспрепятственно пробраться в Скрытую деревню Песка.

Чэнь мысленно вздохнул, обращаясь к невидимой сущности, которая в последнее время стала его постоянной головной болью. К его искреннему удивлению, ответ пришел незамедлительно:

— Ладно, так и быть. Когда придет время, я помогу.

Однако вместо облегчения Чэнь почувствовал, как по спине пробежал холодок. Опыт подсказывал ему: когда эта Система соглашается на помощь так легко, жди беды. Она была мастером подкладывать свиней в самый неподходящий момент. «Впрочем, — рассудил он, — даже если она решит меня подставить, это случится не раньше, чем мы доберемся до Песка».

Стиснув зубы, Чэнь решил направить всё свое раздражение в русло тренировок. Он жаждал силы, мечтая о том дне, когда сможет окончательно избавиться от опеки этой несносной сущности.

[Система: Проснись, дорогуша. Я могу стереть Шесть Путей одним щелчком пальцев. Каким бы сильным ты ни стал, ты останешься лишь песчинкой в моей руке.]

Тем временем на тренировочной площадке кипела жизнь. Троица Ино-Шика-Чо усердно оттачивала технику владения сюрикенами. Шикамару, который при иных обстоятельствах предпочел бы прикинуться вяленой рыбой и созерцать облака, на этот раз был вынужден проявить хоть какое-то рвение. Неугомонная Ино, подстегиваемая присутствием Сакуры Харуно, развила бурную деятельность. Соперничество двух девчонок зажгло огонь азарта даже в вечно жующем Чоджи, и Шикамару, обреченно вздохнув, нехотя присоединился к общему безумию.

Пока четверка старательно метала сталь, Саске выступал в роли живой мишени, демонстрируя чудеса акробатики. Хотя Шаринган клана Учиха не поглощал чакру так нещадно, как в случае с Какаши, для юного Саске длительное поддержание додзюцу всё еще оставалось тяжелым испытанием.

Вскоре его движения стали тяжелее, а дыхание — прерывистым. Саске замер, тяжело опираясь руками о колени.

— Эй, почему остановились? — окликнул их Чэнь.

— Я больше не могу, — выдохнул Саске, вытирая пот со лба. — Чакра на исходе, мне не удержать Шаринган.

— Неужели без своих глаз ты совсем беспомощен? — Чэнь насмешливо вскинул бровь. — А если завтра ты встретишь врага в бою, и у тебя не останется ни сил, ни Шарингана? Ты просто сядешь на землю и будешь ждать, пока тебя прирежут?

— Но... — Саске попытался возразить, но Чэнь его перебил.

— Итачи способен сражаться на равных с чунином, даже не пробуждая Шаринган. Неужели ты слабее него?

Имя брата подействовало на Саске как удар хлыстом. В глазах мальчика вспыхнула упрямая искра — он готов был на всё, лишь бы доказать, что не уступает Итачи.

Наблюдая за возобновившейся тренировкой, Чэнь едва сдержал усмешку. Ему вдруг захотелось отвезти Саске к морю — просто чтобы тот посмотрел, сколько воды Итачи «сливает» в их поединках, лишь бы не пришибить непутевого младшего брата.

Бойцы снова вошли в ритм: град сюрикенов засвистел в воздухе, а Саске завертелся волчком, уходя от атак.

— Слушай, ты не перегибаешь палку? — раздался в голове Чэня голос Системы. — Саске, конечно, тренирует реакцию, но Шикамару и остальные — дети. У них еще рука не набита. А ну как прибьют наследника Учиха ненароком?

— Прибьют так прибьют, — равнодушно отозвался Чэнь. — Не я же его мечу в мишени.

— И то верно. Может, мне подсобить? Присоединимся к веселью?

— Избавь меня от этого. Издеваться над Саске — сомнительное удовольствие. Ты же знаешь, моя техника владения сюрикенами достигла предела. Даже Итачи в этом аспекте вряд ли меня превзойдет. Если я вступлю в игру, Саске через минуту будет похож на ежа. К тому же...

Чэнь осекся. Его обостренное чутье уловило чужое присутствие. Скользнув взглядом по теням у края площадки, он заметил знакомый силуэт. Итачи не собирался обнаруживать себя, поэтому Чэнь, не привлекая внимания детей, бесшумно скользнул к нему.

— Итачи? Уже вернулся с задания?

— Да, — коротко отозвался тот. — Чэнь, что с Шисуи? Он твердит, будто это откат от чрезмерного использования додзюцу, но ведь его последней миссией была простая зачистка банды разбойников.

Итачи уже успел навестить друга, но Шисуи предпочел утащить истину с собой в постель, сославшись на недомогание.

— Он действительно пострадал от обратного удара техники, — подтвердил Чэнь, не спеша раскрывать все карты. — Не переживай, Шисуи — крепкий орешек. Отлежится пару дней и будет как новенький.

Итачи лишь сдержанно кивнул. Верил он словам друга или нет — осталось тайной, скрытой за маской вечного спокойствия.

— Слушай, ну чего ты такой хмурый? — Чэнь толкнул его плечом. — Только не говори, что затаил на меня обиду из-за того, как я муштрую твоего брата.

Благодаря вмешательству Чэня, Итачи еще не успел поддаться тлетворному влиянию Обито и не начал погружаться в пучину мрака, оставаясь просто очень серьезным и ответственным шиноби.

— Нет, я просто задумался, — ответил Итачи, глядя на Саске. — Спасибо, что присматриваешь за ним. Мое сердце обливается кровью, когда я вижу его таким измотанным, но я понимаю, что такая закалка необходима.

Чэнь мысленно покрутил пальцем у виска. «Боже, и это называется «братская любовь»? — Бедный о-то-то, твой драгоценный они-сан тебя просто бросил на амбразуры».

— Ну, раз ты не против... Кстати, как там у вас с Изуми? На каком вы сейчас этапе? — внезапно спросил Чэнь. Наблюдать за любовными похождениями гениального Учихи было для него высшим наслаждением.

— Ну... всё нормально, — Итачи смущенно отвел взгляд, и это мимолетное замешательство выдало его с головой.

— Итачи, ты же мужчина! Не заставляй Изуми всегда брать инициативу на себя. Куда делась твоя хваленая решительность, с которой ты сокрушаешь врагов?

— Между нами ничего такого нет... — пробормотал Итачи. В любом другом деле он мог лгать, не моргнув глазом, но в вопросах, касающихся Изуми, превращался в совершенного другого человека.

Чэнь лишь вздохнул, чувствуя, как воздух вокруг буквально пропитался флюидами неловкой влюбленности.

— Итачи, а ты не знаешь, у Шисуи есть кто-нибудь на примете?

Чэню стало любопытно. В оригинальной истории о личной жизни Шисуи почти ничего не говорилось.

— Та, кого он любил, погибла в прошлой Мировой войне шиноби, — задумчиво произнес Итачи. — С тех пор, насколько я знаю, он ни с кем не сближался.

Чэнь понимающе кивнул. В мире шиноби год шел за три, и по местным меркам Шисуи уже вполне мог считаться засидевшимся холостяком.

(Шисуи: «?»

Какаши: «????»)

Друзья еще какое-то время молча наблюдали за детьми. Саске, несмотря на все старания, выдохся окончательно, да и Шикамару с компанией требовался отдых. Вскоре вся банда, тяжело дыша, повалилась на траву. В это время, до роковых событий и Истребления клана Учиха, Саске еще не взрастил в себе «синдром главного героя» и легко находил общий язык с Ино-Шика-Чо. Впрочем, Ино и Сакура уже вовсю начали примерять на себя роли непримиримых соперниц.

— Ну что скажешь? Одна из них явно станет твоей невесткой. Есть советы для нашего Саске?

— Та розовенькая... она странная, — произнес Итачи, прищурившись.

— Странная? — Чэнь удивился. Он и сам не питал к Сакуре нежных чувств, но не ожидал такой оценки от Итачи.

— Не знаю, как обьяснить... — Итачи помедлил. — Она не так проста, как кажется. В ней чувствуется какая-то тяжесть, словно внутри скрывается кто-то другой, гораздо более мрачный.

Чэнь едва сдержал смешок. Еще бы! Он-то знал про «внутреннюю Сакуру». У этой девчонки в голове целый рой мыслей, а её переменчивость — то «Наруто!», то «Саске-кун!» — любого могла сбить с толку.

— Значит, она тебе не по душе? Может, мне тогда свести Саске с Ино? Ну, та, со светлыми волосами.

Итачи посмотрел на Чэня долгим взглядом, в котором читалось явное недоумение.

— И ты еще называешь меня несерьезным? Саске и его друзья — совсем дети, а ты уже занимаешься сватовством. Впрочем, тебе самому всего пять лет, а ты уже, считай, окрутил Сион.

— В каком смысле «окрутил»?! Я пальцем ее не тронул!

— Хм, — Итачи едва заметно усмехнулся. — Телом — возможно. Но в голове ты наверняка уже распланировал всю вашу жизнь и даже придумал имена для детей.

— Исчезни! — в сердцах бросил Чэнь.

http://erolate.org/book/4099/373639