Готовый перевод Wiedergeburt: Legend of the Reincarnated Warrior / Возрождение: Легенда о реинкарнированном воине: Глава 11

Во время тренировок Кари становилась совершенно другим человеком. Вся та доброта, мягкость и кроткая улыбка, что были ей свойственны, испарялись в то же мгновение, стоило нам начать занятия.

— Сорок пять… сорок шесть… сорок семь…

В тишине леса, в сотнях километров от Неварии, мой голос звучал натужно – я кряхтел, боролся с собой и обливался потом. Я отжимался. Но это не были обычные отжимания. Кари нашла валун весом в несколько килограммов и водрузила мне на спину. Теперь я изнывал под тяжестью, которая казалась мне двухсоттонной горой.

— С-сорок восемь…

— Продолжай, — холодным голосом подгоняла меня Кари. — Не останавливайся, пока не будет пятидесяти!

Она стояла чуть в стороне, наблюдая за мной. Поскольку мы бежали в чем были, на ней и сегодня был тот же наряд, что и всегда. Она сняла нагрудник, наплечники, поножи и наручи, оставшись в простой белой тунике и штанах. Сейчас одежда выглядела грязноватой и потрепанной. Даже если мы стирали вещи в ближайших ручьях и реках, с некоторыми вещами ничего нельзя было поделать.

Мне было интересно: всегда ли в Кари жила эта «строгая наставница» или же годы замужества за Грантом Лойхтом заставили её взрастить в себе эту холодность? Жизнь с нелюбимым мужчиной, который, казалось, был самим воплощением слова «зло», кого угодно заставит растерять доброту. С другой стороны, причиной могли стать и разрушение её дома, и гибель матери, отца и братьев – да и всё остальное.

— С-сорок… сорок… девять…!!

Тело била дрожь. Казалось, руки вот-вот отвалятся. Спина стонала, протестуя против давящего груза. Пот лился ручьями по лицу, груди, плечам, ногам и рукам, пропитывая одежду. Если так пойдет и дальше, я точно умру!

— Давай же! — Надавила Кари. — Осталось всего один раз!

Я стиснул зубы и опустился так низко, что кончик носа почти коснулся травы. Мышцы свело судорогой, когда я попытался вытолкнуть себя вверх. Еще один. Нужно сделать всего один. Давай. Дава-а-ай!

— Пять… пять… пятьдесят!

Я сделал это. Последнее отжимание за утро. Однако не успел я поздравить себя, как силы окончательно покинули тело. Тяжесть валуна стала невыносимой после такого изнурения.

В этот миг Кари подскочила и пинком сбросила камень с моей спины – тот покатился по лесу, словно стеклянный шарик. Валун врезался в дерево, разнес ствол в щепки и пролетел еще добрых два метра, прежде чем рухнуть на землю с громоподобным «БУМ!», от которого содрогнулась почва.

Я уже видел подобные чудеса в её исполнении, поэтому не стал пялиться, разинув рот, но – черт возьми – Кари была сильна.

Я лежал на животе, а она возвышалась надо мной. Признаю, вид у меня был не слишком мужественный. Вероятно, я походил на червяка, но я давно растерял остатки мужской гордости… если они у меня вообще когда-то были.

— Можешь встать? — Спросила Кари, протягивая руку. Суровость бесследно исчезла. На смену холоду пришла врожденная доброта, согревающая душу. Губы тронула нежная улыбка, а глаза сияли, словно драгоценные камни, глядя на меня с состраданием.

Я невольно подумал о методе кнута и пряника.

— Да… — я приподнялся на руках, встал на четвереньки и вложил свою ладонь в руку Кари. Она помогла мне подняться.

— Ты отлично справился, — Кари улыбнулась и заправила выбившуюся золотистую прядь за правое ухо. — Честно говоря, я не ожидала, что ты осилишь все пятьдесят.

— Тогда зачем заставила делать столько? — Спросил я. Это не было жалобой – в конце концов, я сам об этом просил, – но мне было любопытно.

Кари кивнула, будто ожидала этого вопроса.

— Чтобы дать тебе цель, к которой нужно стремиться. Когда цель ясна, ты можешь выжать из себя больше, — ответила она.

— Наверное, в этом есть смысл, — прокрехтел я, потягиваясь и заводя руки за спину. У-у-у… приятного мало. Грудь болела немилосердно.

— Раз ты смог отжаться пятьдесят раз, думаю, пора увеличить нагрузку, — добавила Кари. — Отныне твоя цель – сто отжиманий.

Где-то внутри мне захотелось взвыть, но я сдержался. Кари тренировала меня по моей же просьбе. Я тренировался, потому что хотел стать ей полезным. Жаловаться или ныть о том, как это жестоко и больно, значило бы обесценить её добрые намерения и мою решимость.

— Ладно! — Кари хлопнула в ладоши. — Пора приступать к остальным упражнениям.

Я кивнул, мысленно готовясь к новой порции боли.

Мои тренировки состояли из трех частей. Утро отводилось физическим упражнениям, день – лекциям о Спиритуализме, а вечер – практике полученных знаний.

Утренняя подготовка включала базу: бег, отжимания, пресс, подтягивания, приседания и отработку уклонений. Каждый день Кари ставила передо мной задачу. Например, сегодня: забег на 10 километров, 50 отжиманий с валуном на спине, 200 подъемов пресса, 30 подтягиваний, 500 приседаний и целый час попыток уклониться от её атак. Я выполнил всё, кроме последнего.

Меня хватило лишь на полчаса.

Справедливости ради, к началу последнего упражнения я был уже выжат как лимон, но я понимал: разница в способностях между мной и Кари – как между небом и землей.

Прошел месяц с тех пор, как я попросил её о наставничестве. Все эти 63 дня мы жили в горной пещере, спускаясь в лес для тренировок и возвращаясь на ночлег. Демонических зверей в округе было на удивление мало. Нам не приходилось слишком сильно беспокоиться о внезапных нападениях. Кари предполагала, что большинство чудовищ, вероятно, вернулись в Горный Хребет Демонических Зверей после уничтожения Неварии, но никто из нас не знал наверняка.

Закончив с упражнениями, мы спустились к ручью искупаться. Мы делали это по отдельности. Хотя мы и признались друг другу в чувствах, думаю, ни один из нас не был готов предстать перед другим нагим.

Кари жила с Грантом Лойхтом, но близость у них была лишь однажды. После той первой ночи она наотрез отказалась даже спать с ним в одной постели. Она рассказывала, что её «муж» лишь раз попытался взять её силой, но Кари избила его так сильно, что после этого он не смел к ней приближаться. Когда она вспоминала об этом, на её лице появлялась одна из тех редких, хищных улыбок… и я вполне понимал почему.

Приведя себя в порядок – насколько это было возможно, – мы наловили в ручье форели и зажарили её на костре.

Нам повезло, что мы оба неплохо знали окружающую среду. Благодаря любви к чтению мы изучили немало книг по ботанике регионов вокруг Неварии. Нам удавалось собирать травы, фрукты и орехи, чтобы улучшить вкус рыбы. Пока мы ели, Кари читала мне лекцию.

— Теперь, когда ты способен проявлять свою Духовную Ауру, мы можем начать обучение усилению физических способностей, — сказала она, держа в руке прутик с рыбой. — Проявление Духовной Ауры считается Первым Состоянием Спиритуализма. Когда тебя окружает аура, она служит щитом, защищающим как от физических, так и от духовных атак. Разумеется, этот щит можно пробить, если нанести физический удар или применить Духовную Технику, которая окажется сильнее твоей Духовной Ауры. Также он может рухнуть, если аура получит слишком много повреждений. Помимо проявления Ауры, теперь ты можешь использовать и Духовное Давление.

— А что такое Духовное Давление? — Спросил я, откусывая кусок от второй рыбины. Я был голоден как волк.

— Проще говоря, Духовное Давление – это то давление, которое ощущают окружающие, когда спиритуалист высвобождает свою Духовную Силу. Это манифестация мощи. — Кари прервалась, чтобы съесть кусочек рыбы, затем подцепила несколько орехов и отправила их в рот. Даже поглощая такую простую пищу, она жевала с закрытым ртом, изящно прикрывая его рукой, и продолжала говорить только проглотив. — В большинстве случаев высвобождение Духовного Давления лишь вызывает у людей беспокойство. Однако существуют невероятно могущественные личности, способные заставить других потерять все силы или испытать запредельный ужас. — Она снова замолчала, но на этот раз не ради еды. На её лице промелькнула тень боли. — Духовное Давление моей матери было настолько сокрушительным, что люди, испытавшие его, часто описывали это как невероятную силу, раздавливающую их тела.

Кивнув, я доел рыбу, воткнул палочку в землю и взял большой лист, на котором лежало несколько ягод и орехов.

— Этим мы и займемся вечером? — Поинтересовался я, наслаждаясь освежающим сладким вкусом ягод.

— Да. — Кари бросила на меня мягкий взгляд. — Раз уж ты, похоже, не можешь использовать Духовные Техники, нам придется найти другой способ тренировать твою Духовную Силу.

Я почувствовал, как щеки обдало жаром при упоминании моей неспособности использовать техники.

Использование Духовных Техник требовало своего рода танца. Конечно, я называл это танцем, но на самом деле это была форма движения. Перемещая тело в определенном ритме или по заданному шаблону, спиритуалист мог направлять Духовную Силу вовне. Они могли метать огненные шары, призывать копья молний, создавать водяные клинки… Спиритуалистам было доступно множество феноменальных атак. Пределом служили лишь запас Духовной Силы и знание Духовных Техник.

По какой-то причине у меня это не получалось. Сколько бы раз я ни пытался заучить движения, мне ни разу не удалось применить Духовную Технику. Правда, я уничтожил немало деревьев. Хотя я не владел техниками, я мог извергать воду и молнии из рук, что часто приводило к разрушениям. Беда была в том, что я полностью истощался после первой же атаки.

Закончив трапезу, Кари продолжила рассказывать о Духовном Давлении, делясь всем, что знала о его применении. Я слушал, затаив дыхание. Лекция длилась до самого заката, но я ловил каждое слово. Когда она закончила, пришло время снова приступать к тренировке.

Мы стояли на поляне. Кари была чуть в стороне, скрестив руки на груди, пока я высвобождал свою Духовную Силу, которая проявлялась в виде бледных дуг молний и крошечных искр, кружащихся вокруг моего тела, подобно воде. Этого было немного. Молнии короткими вспышками пробегали по коже, а искры были совсем мелкими. Она говорила, это потому, что я только достиг этой стадии и во мне мало сил. Именно поэтому я их и тренировал.

— Хорошо, — начала Кари, — я хочу, чтобы ты попробовал применить свое Духовное Давление на мне.

Будь это до вторжения демонических зверей, я бы побоялся атаковать Кари в любом виде. Но не теперь. Кари была сильна. Мало того, что ей не стоило беспокоиться о моих жалких потугах, она еще и помогала мне стать сильнее. Отказываться от атаки только потому, что она была женщиной, которую я люблю, значило бы оказать ей медвежью услугу.

Я глубоко вздохнул и направил свою волю на неё. Чтобы создать по-настоящему свирепое Духовное Давление, важно было иметь злой умысел или намерение убить, причинить вред. У меня этого не было. По крайней мере, по отношению к Кари. Тем не менее, я всё же мог проявить Духовное Давление, просто сфокусировав волю на ней.

— Хорошо. — Кари кивнула. — Теперь увеличь мощность.

Я снова кивнул, набрал полную грудь воздуха и зажмурился, наращивая поток силы. Уверен, моё лицо покраснело от натуги. Мой запас Духовной Силы был ограничен, так что увеличение отдачи означало быструю потерю энергии. Но в этом и заключалась суть упражнения.

Возможно, из-за того, что я только недавно научился проявлять Духовную Ауру, я не мог удерживать её долго. Вскоре моя аура замерцала. А затем и вовсе погасла. В тот же миг тело обмякло, словно из него выкачали все силы. Эта глубокая усталость проникала до самых костей. Однако, успев не раз истощить свою Духовную Силу за последний месяц, я уже привык к этому состоянию.

Кари кивнула и улыбнулась:

— Хорошая попытка. Я действительно почувствовала, как твоё Духовное Давление давит на меня.

— Но это ничего не дало, — заметил я сквозь тяжелое дыхание.

— Ну, да, но ты ведь только обрел способность проявлять Духовную Ауру, — наставительно произнесла она. — Ты еще не очень силен. Однако если мы продолжим в том же духе, через несколько месяцев ты станешь вполне способным. Честно говоря, я поражена твоим ростом. Мне потребовалось два года, чтобы довести свою Духовную Ауру до того уровня, который есть у тебя сейчас.

Этого я не знал. Впрочем, она и начинала гораздо раньше меня. Я был уверен, что два года ей потребовалось просто потому, что в детстве учиться сложнее.

Лишь позже я узнаю, что спиритуалисты начинают тренировки в раннем возрасте именно потому, что юный разум и тело впитывают знания легче.

Когда тренировка завершилась, мы скромно поужинали и отправились обратно в пещеру. У нас не было одеял, не говоря уже о постели. Твердая земля была неудобной, но мы давно к этому привыкли.

Кари прижалась ко мне, лежа на боку и используя моё плечо вместо подушки. Она была так близко, что я чувствовал изгиб её пышной груди. Одну ногу она закинула на меня. Нежная мягкость её кожи была обманчива – я видел, как эта нога дробит валуны одним ударом. А еще я очень надеялся, что она не двинет ногой выше. Это стало бы проблемой.

С той ночи, когда Кари плакала в моих объятиях, мы стали гораздо ближе. Пусть мы всё еще не могли купаться вместе, но каждую ночь мы спали вот так, в обнимку. Мы находили утешение и покой в руках друг друга, а еще это помогало спасаться от холода.

— Ты сегодня молодец, — прошептала Кари мне на ухо. Я старался не вздрогнуть от её теплого дыхания.

— Спасибо, — тихо ответил я.

— Завтра… я собираюсь усложнить тренировку. Ты не против?

— Всё в порядке. Я не возражаю, если ты сделаешь испытания труднее.

— В тебе столько решимости. — Кари подняла руку, лежавшую у меня на груди, и прикоснулась к моей щеке. Она приподнялась и поцеловала меня в другую щеку. Тепло её губ осталось на коже.

Я повернул голову и посмотрел на Кари: она улыбалась мне сонными, полуприкрытыми глазами. Хотя я знал, что она выглядит так просто от усталости, а не из желания соблазнить, сердце всё равно пропустило удар. Было что-то притягательное в её нынешнем облике.

— Кари…

Она шевельнулась и села на меня верхом. Её длинные золотистые волосы рассыпались по плечу, словно занавес из мерцающего шелка. Ярко-синие глаза, в которых больше не было юношеской невинности, смотрели на меня взглядом, который я не мог разгадать. Не знаю почему, но от этого выражения её лица к паху прилила волна жара.

— Я знаю, что ты делаешь всё это ради меня, — сказала Кари тихим, но страстным голосом. — Ты терпел мои тренировки целый месяц и ни разу не пожаловался. Ты твердишь, что хочешь стать сильнее, и я знаю – всё это из-за меня.

— Конечно, — я попытался звучать небрежно, но уверен, что провалился. Трудно сохранять невозмутимость, когда на тебе сидит любимая женщина. — Я люблю тебя.

Губы Кари изогнулись в нежной улыбке, от которой моё сердце забилось чаще.

— Я знаю. И я тоже тебя люблю.

В этот миг она наклонилась и прижалась своими губами к моим. Я, не колеблясь, ответил на поцелуй. Мягкость её губ была неописуема. Несмотря на то, что мы были вынуждены жить в лесу, питаться подножным кормом и мыться в ручьях, её кожа и губы оставались безупречными и невероятно нежными.

За этот месяц мы целовались много раз. Но в этот раз всё было иначе. Пока мы целовались, Кари коснулась моим языком своего. Он был теплым и влажным, и от того, как её язык ласкал мой рот, по телу пробежала странная дрожь. Я старался следовать её примеру. Впрочем, для меня это было впервые. С другой стороны, я не думал, что она занималась подобным с Грантом Лойхтом, так что для неё это, скорее всего, тоже было в новинку.

Пока поцелуй продолжался, Кари уперлась ладонями в мой живот и задрала рубашку, принимаясь водить руками по моей груди и прессу, словно изучая контуры моего тела.

Пусть я и тренировался месяц, настоящих мышц мне всё еще не хватало. Я стал суше, тело – крепче, но у меня не было стальных кубиков пресса и мощной груди, какими щеголяли многие неварианские спиритуалисты.

Кари, казалось, это не заботило. Её руки блуждали по мне, поднимаясь от живота к плечам и спускаясь обратно. Наконец, я больше не мог сдерживаться.

— Кари… можно мне тоже коснуться тебя?

Поцелуй прервался. Кари выпрямилась, всё еще сидя на мне. Лунный свет, проникавший в пещеру, окутывал её силуэт сияющим ореолом, придавая ей неземной вид – она казалась божеством. На её щеках играл мягкий румянец. Я не знал, от возбуждения это или от смущения.

— Да. Можно.

Сказав это, Кари стянула белую тунику через голову и отбросила в сторону, представ передо мной обнаженной. Я был потрясен. Её бледная кожа была отмечена несколькими шрамами, но в остальном оставалась безупречной. Мне даже показалось, что шрамы делают её еще притягательнее. Грудь оказалась больше, чем я предполагал, а ведь я и так знал, что она немаленькая. Розовые соски венчали обе груди, а ареолы были чуть светлее остальной кожи.

При такой пышной груди сама она была изящной. Мягкие, тонкие плечи и руки – они совсем не походили на руки человека, способного убивать демонических зверей и крушить скалы, хотя я-то знал правду. Талия была настолько тонкой, что я готов был назвать её микроскопической. И всё же в ней чувствовалась вся хрупкая прелесть женщины. Никаких кубиков пресса – если они и были, то скрывались под слоем нежности.

Я протянул руки и медленно коснулся её груди. Кари тихо выдохнула, и её щеки вспыхнули еще ярче. Я подхватил ладонями обе груди, ощущая их вес.

— Они тяжелые, — пробормотал я. — Они не мешают тебе?

— М-мешают, — призналась она. — Честно говоря, я их не очень люблю, потому что сражаться, когда они трясутся и подпрыгивают, трудно. Обычно я ношу утягивающие повязки, но они порвались, когда мы бежали из Неварии.

— Ну… может, они и не очень практичны, но мне они нравятся, — признался я.

Краснота со щек Кари разлилась по всему лицу и даже перешла на шею.

— В-вот как? Ну, тогда, наверное, они не так уж и плохи.

— Совсем не плохи.

Приподнявшись, я наклонился и поцеловал её в ложбинку между грудей. Кари издала тихий вздох. Один поцелуй сменился вторым, вторым – третьим. Я постепенно поднимался выше, пока не достиг ключицы, которую принялся осторожно покусывать. Это возымело эффект, но Кари не ответила на это с особым энтузиазмом.

Нахмурившись, я вернулся к её груди и на мгновение замер, разглядывая её. Она действительно была огромной. Не знаю насколько, но зрелище было впечатляющее.

— Мне неловко, когда ты так на них смотришь, — пробормотала Кари.

— Прости.

Я тряхнул головой, наклонился и поцеловал её сосок. Кари вздрогнула, её дыхание перехватило. Хм… неужели её грудь такая чувствительная? Решив проверить догадку, я провел языком по соску. Внезапный стон, сорвавшийся с её губ, заставил меня поднять глаза.

Лицо Кари было пунцовым.

— О-они довольно чувствительные.

— Вот как? Буду знать.

Хотя мне и самому было неловко, я не хотел давать смущению волю. Я взял один сосок в рот и обвел его языком. На этот раз реакция была еще ярче. Кари застонала громче и обхватила мою голову руками. Похоже, это было одно из её слабых мест. Поняв это, я начал чередовать поцелуи, ласки языком и легкие покусывания. Я переходил от одной груди к другой, уделяя внимание обеим. К этому моменту дыхание Кари стало тяжелым.

— Э-Эрик…!

В какой-то момент я остановился и посмотрел на неё. Лицо Кари раскраснелось и блестело в лунном свете. Тонкий слой пота покрывал её тело, придавая неземное сияние её чертам. Она закусила нижнюю губу, словно сдерживая крик. Я видел, как дрожат её плечи.

— Кари, — сказал я. — Я хочу стать с тобой единым целым.

— Я тоже… — выдохнула Кари, и её грудь неистово заходила ходуном. — Я тоже этого хочу…

Мы оба понимали, о чем идет речь. Кари поднялась и сбросила штаны, а я, оставшись на земле, стянул свои. Я поднял взгляд как раз в тот момент, когда она развязывала шнурок на нижнем белье. Она сняла его, явив моему взору золотистый пушок на лобке и нежную гладкость кожи. При виде её влажной плоти мой член дернулся.

Кари заметила это, и на её лице промелькнула смущенная улыбка.

— Эм… надеюсь, ты не против, что я немного… грязная. Купание в ручье – это всё-таки не то…

— Я и сам мылся в том же ручье, — ответил я, переводя взгляд с её бедер на лицо. — И я думаю, что ты прекрасна.

Если бы её щеки уже не пылали румянцем, уверен, они бы вспыхнули сейчас. Улыбка на её лице стала шире, и она подошла ближе.

— Ложись, пожалуйста, — тихо попросила она.

Я послушно лег, хотя одна часть меня явно не собиралась принимать горизонтальное положение. Кари посмотрела на неё с чем-то похожим на неуверенность.

— Что-то не так? — Спросил я.

— О, нет. Просто… — она нахмурилась, переводя взгляд с моего достоинства мне в глаза. — Просто… ты заметно крупнее Гранта. Я не уверена, что это в меня поместится.

Наверное, глупо было испытывать гордость от того, что мой член больше, чем у Гранта Лойхта, но, должно быть, я и впрямь был дураком, потому что грудь так и расперло от самодовольства.

— Нам стоит остановиться? — Спросил я.

Кари покачала головой и опустилась, сев мне на бедра. Она протянула руку и нерешительно коснулась моего члена, который тут же дернулся в её ладони. Её прохладная рука была нежной, и хотя от этого холода по коже пошли мурашки, я стал только тверже. Тело пробила дрожь, когда её пальцы сомкнулись вокруг него. Кожа на её ладонях была немного огрубевшей из-за долгой жизни в глуши, но я не мог отрицать – это было чертовски приятно.

— Такой теплый… — пробормотала она. — Горячий и пульсирует, как бьющееся сердце.

— Э-э…

— П-прости, — буркнула она. — Просто заметила.

— Всё в порядке, — пробормотал я в ответ.

— Хорошо. — Кари глубоко вздохнула. — Я сейчас… начну.

— Хорошо.

— Ты… — Кари запнулась. — …Кари?

— Это было потрясающе, — пробормотала она. Приподняв голову, она лучезарно улыбнулась мне. — Спасибо.

— Э-м, ну… — я моргнул. — Всегда пожалуйста.

Я понятия не имел, за что она меня благодарит. Честно говоря, мне казалось, что мои мысли где-то блуждают. В голове воцарилась тяжесть. Даже просто думать было непосильным трудом, от которого я бы с радостью отказался.

Кари, похоже, не смутил мой растерянный ответ: она снова положила голову мне на грудь и прижалась щекой, совершенно не обращая внимания на то, что я весь взмок от пота. Должно быть, она устала не меньше, потому что мгновение спустя её тело обмякло. Дыхание стало глубоким и ровным – она уснула.

Я немного поерзал, пытаясь устроиться поудобнее. Её грудь, влажная от пота, и соски, трущиеся о мою кожу, мешали расслабиться. Однако я вымотался сильнее, чем думал. Даже когда я вспоминал о том упоительном чувстве, с которым её грудь вжималась в мою, разум медленно поддался изнурению, и я провалился в сон.

Спустя несколько дней я узнал, что Грант Лойхт так и не смог довести Кари до оргазма в их первую и единственную совместную ночь – именно поэтому она поблагодарила меня. Моя грудь вновь раздулась от бесполезной мужской гордости.

***

Два дня пролетели как одно мгновение, хотя, полагаю, во многом это объяснялось моей занятостью. Между работой в библиотеке, общением с Кари и тренировками мой график был забит до отказа.

В кузницу я пришел рано утром на второй день. Как ни старался сдержаться, я не смог подавить зевок. Прошлой ночью мне снилось, как мы с Кари впервые занялись сексом. Я проснулся с такой эрекцией, какой свет не видывал, и был вынужден разбираться с этим делом самостоятельно. Мало того что сон оставил меня в каком-то странном эмоциональном состоянии, так еще и необходимость пользоваться собственной рукой, чтобы облегчиться, вызывала неловкость.

Что ж… Видимо, ничего не поделаешь.

— А ты спозаранку, — проворчал кузнец. Он выглядел немного недовольным. Казалось, он еще даже не разжег горн.

Я пожал плечами.

— У меня сегодня много дел, но я не могу начать, пока не получу те цилиндры.

— До сих пор не верю, что ты просишь кузнеца изготовить пару каких-то странных болванок. — С тяжелым вздохом мужчина схватил большой мешок, стоявший на столе. Звон металла эхом разнесся по помещению, когда он подошел и сунул мешок мне в руки. — Держи. Это ведь то, что ты хотел? В следующий раз, когда придешь, убедись, что у тебя есть настоящая работа, которая проверит мое мастерство. По крайней мере, пусть это будет что-то, требующее хоть капли таланта.

— Конечно, — ответил я, принимая мешок. Как только мужчина отпустил его, ноша тут же потянула меня вниз своим огромным весом. Я кряхтя подхватил её обеими руками. Кузнец ухмыльнулся, но я проигнорировал его снисходительный взгляд и потащил тяжесть прочь из кузницы.

Доставить этот мешок с железом в мою комнату само по себе было задачей не из легких. Это вполне можно было считать формой тренировки. Путь, который обычно занимал двадцать минут, растянулся на целый час. И это не считая подъема по лестнице. К тому времени, когда мне наконец удалось войти в комнату, спина ныла, в ногах тянуло каждую мышцу, а руки и плечи превратились в желе. Мне потребовалось полчаса, прежде чем ко мне вернулись силы, чтобы приступить к следующему этапу.

Запустив руку в сумку, я вытащил один из металлических цилиндров, изучил его и удовлетворенно кивнул. Он был идеально гладким и округлым. Я взял один из наручей, сшитых портнихой, и скользнул цилиндром в один из кармашков. Подошло идеально.

— Превосходно, — произнес я.

Держа цилиндр в одной руке, я направил Духовную Силу в другую, сосредоточив всю энергию в пальце, который начал испускать слабое голубое свечение, потрескивая и искрясь. Я приложил кончик пальца к металлу. С интенсивным шипением от поверхности тут же поднялся пар. Убедившись, что я действительно способен использовать Руническое Письмо, я начал вести пальцем по металлу.

Уруз: руна физической силы, скорости и необузданного потенциала.

Наутиз: руна, означающая задержки и ограничения.

Иса: вызов или фрустрация. Психологические блоки для мыслей или деятельности.

Дагаз: прорыв. Пробуждение. Осознанность. Ясность дневного света в противовес ночной неуверенности. Время планировать или начинать новое дело.

Тщательно выверенными движениями я одну за другой вплавлял руны в металлический цилиндр, соединяя их тонкими нитями и закрученными линиями, символизирующими то, как все они сойдутся воедино и обретут смысл.

К тому времени, как я закончил, я почувствовал легкую усталость. Плечи поникли, когда я выглянул в окно. Солнце еще не достигло зенита, а значит, у меня оставался как минимум час до ухода.

Мне удалось закончить еще шесть штук, прежде чем пришлось отправиться в библиотеку.

***

Потребовалось шестнадцать дней, чтобы нанести руны на все металлические цилиндры. Возможно, если бы мне не приходилось работать в библиотеке, я бы справился быстрее, но я не мог просто так бросить работу. К тому же мне нравилось там трудиться. Именно там я мог видеться с Кари, когда она не посещала занятия в Академии Спиритуалистов.

На следующий день после того, как я закончил с рунами, я пришел в библиотеку и открыл её как обычно. Однако в тот день, пока я расставлял книги по местам, произошло нечто необычное.

— Эрик…

Знакомый голос заставил меня обернуться. Кари стояла в нескольких шагах, с теплой улыбкой на лице. В тот день она выбрала зеленое платье без рукавов, а на плечи набросила шелковую шаль. У платья был небольшой вырез посередине, открывающий взору край её белоснежной ложбинки. Как и шаль, само платье, должно быть, было из шелка, потому что ткань казалась очень тонкой. Оно заканчивалось на уровне колен, что было странно, ведь обычно её платья были длинными, до самых щиколоток. Тем не менее, нельзя было отрицать, что выглядела она великолепно. На ногах у неё были сандалии.

Её появление заставило многих в библиотеке оторваться от дел, хотя некоторые вернулись к своим занятиям, уделив мгновение тому, чтобы полюбоваться ею. Большинство завсегдатаев уже знали, что она часто здесь бывает. И все же нашлось немало мужчин, которые одарили меня свирепыми взглядами…

Я покачал головой и улыбнулся девушке. — Ты сегодня рано.

Её улыбка стала еще шире. — У меня сегодня нет занятий.

— И тренировок тоже? — Спросил я. Она покачала головой. При этом я заметил свиток в её руках. — Это карта?

— Именно. — Она поднесла свернутый свиток к лицу и гордо улыбнулась. — Это карта тех немногих областей Горного Хребта Демонических Зверей, которые удалось исследовать жителям Неварии.

— А? — Пробормотал я, не зная, что и сказать.

Кари лишь улыбнулась мне.

— Я сначала поднимусь наверх. Приходи, когда закончишь работу.

— Обязательно.

Сначала я не понимал, зачем она принесла карту, но вскоре, завершив свои дела, всё выяснил. Когда я поднялся на второй этаж, она уже вовсю изучала её. Несколько мест были обведены чернилами. Присмотревшись к отмеченным точкам, рядом с которыми были довольно детальные рисунки, я понял, что это такое.

— Это руины? — Спросил я, присаживаясь рядом с ней.

— Да! — В глазах Кари светилось возбуждение, которое ей было трудно сдержать. — Это все руины, обнаруженные на данный момент. Некоторые из них уже изучены, например вот эти. Это древний город, разрушенный во время Великой Катастрофы. Он находится довольно близко к Неварии, полностью исследован и нанесен на карту. Однако есть ряд руин, которые были найдены, но не изучены так основательно из-за того, насколько они опасны.

Пока Кари с энтузиазмом объясняла всё, что знала о каждом из этих мест, я догадался, к чему она клонит.

— Это те места, которые ты хотела бы исследовать, верно? — Сказал я с улыбкой.

Щеки Кари внезапно вспыхнули, будто внутри них зажглись два маленьких огонька. Она положила руки на колени, теребя пальцы, и уставилась в стол. Волосы слегка рассыпались, закрывая лоб, словно пытаясь скрыть её смущение.

— Ты говорил… раньше ты сказал мне, что отправишься со мной исследовать руины, если я тебя попрошу, — произнесла она прерывистым, неуверенным голосом.

— Говорил, и я не шутил. — Придвинувшись чуть ближе, я оперся о стол и принялся изучать карту. — Какие руины ты думала посетить первыми?

Кари посмотрела на меня почти ошарашенно, но, увидев, что я серьезен, её лицо просияло ярче первых лучей утреннего солнца. Она тут же принялась указывать, какие руины хочет попробовать исследовать в первую очередь. Это были те, что уже посещались и не представляли большой угрозы. Она объяснила это тем, что хочет набраться опыта, прежде чем браться за неизученные места.

И это было правильно. Неисследованные руины располагались в глубине Горного Хребта Демонических Зверей, там, где обитали демонические звери во много раз мощнее тех, с которыми обычно сталкивались спиритуалисты. И я сейчас даже не о демонических зверях A-ранга. Те, кто жил так далеко, были S-ранга и выше. Я был искренне удивлен, что у кого-то хватило дерзости зайти в Горный Хребет Демонических Зверей так глубоко.

— Кстати… — начала Кари, — что случилось с твоей рукой?

— С рукой? — Я посмотрел на свою кисть, когда Кари указала на неё. Это была та самая рука, которую укусила змея. Следы проколов все еще виднелись, так и не затянувшись. Более того, вдоль безымянного пальца теперь тянулись многочисленные черные линии. Они походили на колючие лозы. — Не знаю. Вчера такого не было.

— Думаешь, что-то произошло? — Спросила Кари.

— Не думаю. — Я отбросил беспокойство по этому поводу, так как не чувствовал никакого яда. Взглянув на Кари, я решил удовлетворить любопытство по поводу того, о чем размышлял в последнее время. — Не возражаешь, если я кое-что спрошу?

— Конечно. — Она улыбнулась и заправила прядь волос за правое ухо. — О чем ты хотел спросить?

— Я понимаю, что семья не отпустит тебя в Горный Хребет Демонических Зверей прямо сейчас. — Я замялся, подбирая слова помягче, но потом просто пожал плечами и продолжил:

— Что нужно, чтобы убедить твоих родителей разрешить тебе путешествовать и исследовать руины?

Кари замерла, её лицо стало таким бесстрастным, что показалось холодным. Меня это не смутило: когда Кари усиленно думала, она часто принимала такой вид.

— Наверное, всё должно быть так же, как у моих братьев, — призналась она медленно, словно тщательно подбирая каждое слово. — Мне придется доказать, что я достаточно сильна, чтобы защитить себя и отбиться от демонических зверей. — Её улыбка вдруг стала самокритичной. — Однако сейчас у меня нет такой силы.

Я хмыкнул, обдумывая её слова.

Та Кари, которую я помнил по временам Вторжения Демонических Зверей, казалась непобедимой. Однако та, что сидела передо мной, этой силой не обладала.

Думаю, мощь, которую Кари обрела тогда, была следствием того, что с ней произошло. Жизнь в незавидном положении, вероятно, дала ей решимость стать сильнее. Годы замужества за Грантом Лойхтом выковали из неё женщину невероятной стойкости и воли. Сейчас же Кари была просто девушкой, обладавшей огромным потенциалом. Она была той Кари, которую я знал до её замужества.

— Если бы я сказал, что могу помочь тебе стать сильнее, что бы ты сделала? — Спросил я.

Кари оживилась.

— Ты можешь? Как?

Я был рад, что она не отвергла мое предложение с ходу. Это значило, что она действительно верила в мою помощь, и от этого на душе стало тепло.

Взяв её перо и чернильницу, я вытянул листок пергамента и записал ингредиенты, необходимые для Трехсторонней Пилюли Расширения Духа и Пилюли Закалки Тела. Закончив, я пододвинул пергамент к ней.

— Если ты сможешь достать мне эти ингредиенты, я изготовлю две пилюли, которые значительно ускорят твои тренировки, — сказал я.

Кари закусила губу, глядя на список.

— Это… алхимия, верно? Неужели алхимия действительно может помочь ускорить обучение?

— Может, — ответил я со всей уверенностью, которой у меня, признаться, было в избытке. Пусть в Мидгарде я был лишь посредственным алхимиком, но у меня хватало навыков, чтобы создать ряд мощных пилюль, помогающих в тренировках.

— Сколько каждого из этих ингредиентов тебе нужно? — Спросила она.

Я забрал пергамент и быстро приписал количество, после чего снова протянул ей.

— Это необходимый минимум. С таким количеством я смогу изготовить достаточно пилюль, чтобы тебе хватило на месяц.

— Минимум? — Она вскинула бровь.

Я пожал плечами.

— Чем больше пилюль я смогу сделать, тем больше пользы ты получишь… по крайней мере, до определенного момента. Со временем пилюли становятся неэффективными, так как организм вырабатывает к ним сопротивление, но до тех пор они помогут тебе стать сильнее.

— Понятно, — пробормотала она тихим, почти неразличимым голосом.

Не знаю, поверила ли она мне тогда. Однако на следующий день Кари пришла в библиотеку, несмотря на занятия, чтобы принести в три раза больше ингредиентов, чем я указал в списке.

***

Это был первый день, когда я собирался заняться физической подготовкой для укрепления тела, и, поскольку это был первый раз, я не стал использовать металлические цилиндры. У меня хватило ума понять, что сейчас я не слишком силен. Потребовался целый час только на то, чтобы затащить эти чертовы штуки в комнату. Увеличение веса, с которым мне предстояло работать, не принесло бы пользы, пока я не подниму свой текущий уровень силы.

Я решил сделать место, где впервые встретил Фэй Валштайн, своей постоянной тренировочной площадкой. С тем уровнем контроля над Духовной Силой, которым я обладал, мне больше не нужно было использовать метод тренировки под водопадом – вернее, этот метод больше не давал бы результата. В любом случае, с духовным контролем у меня всё было в порядке. Значит, пришло время повышать физические возможности.

Я использовал метод тренировки, который Кари когда-то разработала для меня после Вторжения Демонических Зверей. Поскольку я не отличался силой, это означало забег на два километра, затем пятнадцать отжиманий, пятьдесят подъемов туловища, десять подтягиваний и сто приседаний. Единственное упражнение, которое я не мог выполнить, – это уклонение. Однако я заменил его практикой двух стилей боя, которыми владел. Жаль только, что у меня не было оружия.

— Ха… ха… ох… мне что-то нехорошо…

Кажется, я немного переборщил. Хотя мне и удалось завершить комплекс упражнений, тело чувствовало себя так, словно его пропустили через мясорубку, и я изо всех сил сдерживал позывы к рвоте. Я постарался отогнать эти ощущения. Если я хотел изменить прошлое к лучшему, мне нужно было стать сильнее как можно скорее. Истязание себя было единственным способом достичь цели.

Когда я пустился в долгий путь домой, спотыкаясь между валунами и деревьями, один из кустов слева от меня зашевелился. Я замер. Глядя на куст, я ждал, не выйдет ли оттуда кто-нибудь. Когда прошло несколько секунд, а ничего не случилось, я нахмурился и продолжил путь.

На мгновение показалось, что за мной кто-то наблюдает, но теперь я ничего не чувствовал. Может, вообразил?

Возвращение в Неварию заняло больше времени, чем выход из неё, что я списал на смертельную усталость. Взгляды, которыми наградили меня стражники при входе в город, были весьма красноречивы. Не думаю, что когда-либо видел, чтобы у кого-то так низко отвисала челюсть.

Хотя реакция стражников меня позабавила, пока я шел по дороге, я не мог избавиться от чувства, что за мной кто-то следит. Я огляделся. Похоже, на меня и впрямь смотрело довольно много людей. Пара ребятишек тыкали пальцами в мой потрепанный вид и хихикали, подтрунивая надо мной; какой-то старик пялился на меня так, будто хотел узнать, из какой дыры я вылез; а две молодые женщины шептались, указывая в мою сторону. Я привлекал гораздо больше внимания, чем рассчитывал.

Я нахмурился еще сильнее.

Не желая больше подвергаться этим взглядам, я прибавил шагу, несмотря на то как сильно болели ноги. Не скажу, что добрался до комнаты в рекордные сроки, однако нежелание быть объектом всеобщего внимания определенно сократило время в пути.

Добравшись до комнаты, я минутку перевел дух и приступил к трудоемкому процессу наполнения ванны водой. Учитывая, что я только что тренировался до полусмерти, это заняло порядочно времени.

Когда я наконец закончил, я едва держался на ногах. Мне не терпелось запрыгнуть внутрь. Однако оставалось последнее дело.

Подобно тому, как я бросал Пилюлю Духовного Укрепления в ванну для Фэй, я опустил туда же Пилюлю Закалки Тела. Эффект проявился гораздо быстрее. Ярко-красный цвет, похожий на пламя, мгновенно впитался в воду, распространяясь, пока вся жидкость не окрасилась в тот же оттенок.

К сожалению, вода от этого не стала горячей, как это бывало с Пилюлей Духовного Укрепления. Когда я шагнул в ванну, по телу побежали мурашки – холод пробирал до костей. Это молодое тело не привыкло к подобным омовениям. К тому же, когда я стал старше и жил в Мидгарде, все мои ванны были горячими.

Я сидел в тазу, скрестив руки и стараясь унять дрожь и стук зубов, ожидая, пока тело впитает все лекарственные ингредиенты, растворенные в воде. Казалось, я весь заледенел. Я был почти уверен, что от холода мои яйца сморщились в изюм.

На что только не пойдешь ради силы…

http://erolate.org/book/4151/385086