Готовый перевод Wiedergeburt: Legend of the Reincarnated Warrior / Возрождение: Легенда о реинкарнированном воине: Глава 22

Два дня я провел в том здании, в тишине восстанавливая силы. Руки нещадно ныли – все это время меня держали взаперти. Кандалы, стягивавшие запястья, стерли кожу в кровь, но я старался не замечать боли, сосредоточившись на том, чтобы Духовная Сила непрерывно циркулировала по телу.

Время от времени заходили несколько ламий, принося еду и воду. Я был почти уверен, что и то, и другое отравлено. Стоило мне поесть или попить, как тело становилось вялым, а мысли путались. Чтобы противостоять яду, я пропускал через себя стихии молнии и воды. Вода обладала исцеляющими свойствами, а молния могла нейтрализовать действие токсинов, хотя она и была далеко не так эффективна, как огонь.

Теперь я не сомневался, что смогу разорвать цепи в любой момент, но нужно было дождаться удобного случая для побега. Если я просто сокрушу оковы и уйду, первый же вошедший обнаружит пропажу и поднимет тревогу.

Были и другие причины, мешавшие мне освободиться немедленно. Во-первых, я не знал численность ламий. Если здесь огромное поселение с тысячами или – упаси небеса – десятками тысяч змеелюдов, то выбраться отсюда будет невероятно трудно, если вообще возможно. И все же я понимал: рано или поздно придется действовать.

Этот момент настал на третий день после того, как я пришел в себя. В комнату вошел змеечеловек, и это было странно. До сих пор еду и воду мне приносили только женщины. Полагаю, королева Медуза приказала прислужницам ухаживать за мной, надеясь, что так я потеряю бдительность. В конце концов, мужчине трудно думать о побеге или нападении, когда рядом прекрасная обнаженная женщина.

На меня это не подействовало бы, но она об этом не знала.

— Пора. — Глаза ламии блеснули, когда он подполз ко мне. На поясе у него висел хопеш. — Ритуал подготовлен. Надеюсь, ты готов отдать свою жизнь ради дитя моей королевы. Тебе следует гордиться такой честью. Твоя смерть обеспечит второму ребенку моей госпожи силу и процветание.

— О, я польщен, — ответил я, пока ламия начал отцеплять цепи от стены. Видимо, надеяться на то, что он просто снимет кандалы с запястий, было излишне. — Настолько польщен, что не планирую задерживаться здесь и становиться кормом для нерожденного змееныша.

Змеечеловек зашипел – в этом звуке слышалось скорее удивление или замешательство. Похоже, он не понял смысла моих слов. Что ж, тем лучше. Я не собирался давать ему время на раздумья.

Я направил Духовную Силу в руки, и по цепям побежали разряды. Электрический импульс пронзил мое тело. Дуги бледно-голубых молний устремились вверх по звеньям, ударив ламию прямо в ладони. Змеечеловек издал испуганное шипение, над его чешуйчатыми руками поднялся пар. Он резко отдернул их и отпрянул, едва не теряя равновесие.

Я высвободил свою Духовную Ауру: тело окутали вихри искр и всполохи молний. Используя дарованную мощь, я одним рывком сокрушил цепи, приковывавшие меня к стене. Сразу после этого я оттолкнулся от пола и бросился на противника.

Надо отдать ему должное – реакция у него была отменная. Он выхватил хопеш и замахнулся, но движения его были дергаными и рваными: остаточное электричество от моей атаки все еще путало ему нервы.

Я нырнул под удар и выбросил вперед левую руку. Полуметровый обрывок цепи, все еще висевший на моем запястье, захлестнул хопеш, обвившись вокруг лезвия. Резкий рывок – и меч вылетел из рук ламии. Пока клинок кувыркался в воздухе, я сделал два быстрых шага, входя в ближнюю зону противника.

Он попытался ударить меня хвостом. Воздух вокруг заложило от мощного свиста, когда тяжелый хвост метнулся к моей голове, но он не мог меня достать – я был уже слишком близко. С коротким выдохом я вложил всю силу в левую руку и нанес удар наотмашь, снова пропустив молнию через цепь. Моя атака пришлась ламии прямо в лицо. Электрические разряды заплясали по его щеке; он крутанулся на месте и рухнул на пол. Тело несколько раз дернулось в конвульсиях и затихло.

«Жив он или мертв?» – мелькнуло в голове.

Я подошел и приложил руку к шее ламии. Пульс прощупывался. На мгновение я задумался, как поступить. Убить его? Покачав головой, я решил этого не делать. Если бы он погиб от моего удара, я бы не пролил ни слезинки, но я не был настолько жестоким, чтобы добивать того, кто не может сопротивляться.

Сорвав остатки кандалов со своих рук, я обмотал ими ламию, связав ему руки и хвост. Я пошел еще дальше: с помощью молнии расплавил концы обрывков и спаял их между собой. Если повезет, он не выберется отсюда еще долго. Убедившись, что пленник надежно скручен и напоминает крендель, я подобрал его хопеш и сделал несколько пробных взмахов.

— Какой-то он необычный… — пробормотал я.

Вес, то, как клинок рассекал воздух, – все ощущалось неправильно. Впрочем, времени привыкать к оружию не было. Выходить с пустыми руками нельзя: эти ламии слишком сильны, чтобы справляться с ними одними кулаками.

Кивнув самому себе, я подошел к занавесу, отодвинул его и выглянул наружу. Вокруг теснилось множество зданий. Все они были квадратными, с плоскими крышами и казались сложенными из необожженного кирпича. Поблизости никого не было. Я на миг задумался: почему? Может, они все отправились к месту ритуала?

Я решил не искушать судьбу лишними вопросами. Осторожность важна, но дареному страуту в зубы не смотрят.

Пробираясь между постройками, я услышал вдали шум. Доносился громкий лязг металла и яростный рев. Я сразу узнал звуки боя, но меня смутило то, что они перемежались чем-то похожим на одобрительные крики толпы. Поколебавшись, я сменил направление и направился на шум. Что-то подсказывало мне, что я должен увидеть происходящее своими глазами.

Интуиция не подвела. Завернув за угол, я обнаружил большую группу ламий, столпившихся вокруг чего-то. Звон стали о сталь эхом разносился из центра этого сборища. Там шел бой.

Я взобрался на крышу одного из домов. В стенах не хватало кирпичей, что дало мне опору и облегчило подъем. Оказавшись наверху, я посмотрел вниз: ламии образовали живой круг, а в самой середине этого круга была…

— Кари? — Прошептал я.

В центре и впрямь была Кари. С нашей последней встречи она сменила наряд. Живот был полностью открыт, лишь кожаный нагрудник защищал сердце, но больше на ней почти ничего не было. Наплечники тоже казались кожаными. Юбка, обернутая вокруг бедер, развевалась, пока девушка уклонялась от стремительных атак, а ее сандалии вычерчивали на песке концентрические круги.

Она вращала рансёр, сражаясь с женщиной, в которой я узнал королеву Медузу. Похоже, бой длился уже долго. Тела обеих покрывали ссадины и синяки. Левая рука Кари стала темно-фиолетовой. У королевы Медузы же на торсе виднелись многочисленные отметины – я узнал в них ожоги от стихии света, а не огня.

Обеих окутывала мощная Духовная Аура. Тело Кари сияло ярким золотистым светом, казавшимся почти божественным. Аура королевы Медузы была темно-пурпурной – холодной и ядовитой.

— Ты ворвалась в город этой королевы, убила ее подданных и прервала ритуал, который должен был наделить ее дитя силой! — Прошипела Медуза, сузив золотистые глаза. — Более того, ты посмела ударить эту королеву в чрево, где растет ее ребенок! Эта королева жестоко накажет тебя за такое оскорбление! Она надеется, что ты готова к пыткам, которые хуже смерти!

— Единственная, кого здесь будут пытать – это ты! — Огрызнулась Кари. — Где Эрик?! Говори сейчас же, иначе, клянусь богами, я вскрою твое брюхо прямо сейчас!

— Ты смеешь?! — Лицо королевы Медузы побагровело от ярости, и она бросилась на Кари.

Кари среагировала мгновенно, порхая по песку и выписывая рансёром замысловатые узоры. С острия сорвался свет, принявший форму копья, и устремился в королеву. Медузе пришлось уклониться, но это не значило, что атака прошла бесследно: световое копье прошило насквозь нескольких ламий из толпы.

Вид погибающих соплеменников привел Медузу в бешенство. Ее глаза налились кровью, и она атаковала Кари с удвоенным рвением, размахивая двумя хопешами. Влево. Вправо. По диагонали. Вверх. Вниз. Наотмашь. Ее удары рассекали воздух с пронзительным свистом. И хотя некоторые выпады были опасны, лишь пара клинков задела цель, но и те были отражены Духовной Аурой Кари.

Пока Кари отступала, королева Медуза создала несколько призрачных ядовитых змей – светящихся пурпурных существ из Духовной Силы. Они бросились на девушку, но та не сдавалась. Танцуя на песке, она взмахнула сияющим рансёром и разрубила каждую змею на куски.

Я оценил расстояние до группы ламий. Примерно… метров двенадцать. Кивнув, я отошел от края крыши, развернулся и направил Духовную Силу в ноги. Отсчитал про себя: три, два, один. А затем рванул вперед, пролетел по крыше и прыгнул.

Мое тело неслось по воздуху, ветер свистел в ушах. Ускорив циркуляцию Духовной Силы, я вложил ее всю до капли в хопеш.

Я рассчитал траекторию так, чтобы приземлиться в самой дальней части круга ламий. Никто из них не замечал меня до последнего момента. Одна из ламий подняла голову, в изумлении открыв рот, и в этот миг я со всей силы обрушил хопеш по широкой дуге.

Из клинка вырвалась молния. Сам хопеш разлетелся вдребезги – он не выдержал напора Духовной Силы. Теперь это было неважно. Огромная электрическая дуга ударила в землю, взорвавшись ослепительным бледно-голубым светом. Те, кто оказался прямо под ударом, поджарились мгновенно. Их тела превратились в дымящиеся черные трупы, которые продолжали дергаться от бегающих по ним искр.

Пострадали не только те, кто был в эпицентре. Молния разошлась волной, отбрасывая змеелюдов назад, убивая одних и парализуя других. Многие рухнули на землю, трепыхаясь, словно рыбы, выброшенные на берег.

— Эрик! — Крикнула Кари, когда они с королевой Медузой прервали схватку и уставились на меня.

— Уходим! — Крикнул я в ответ. Моя Духовная Сила бурлила, и вокруг закружилась Духовная Аура, похожая на смесь молний и водных потоков. — Нет смысла здесь больше задерживаться!

— Верно! — Кари рассмеялась, подняла рансёр над головой и заскользила по земле в только ей слышимом ритме.

— Вы… эта королева убьет вас обоих!! — Завизжала Медуза.

Она вскинула руки высоко вверх, и над ней начал расти массивный шар пурпурной энергии. Воздух наполнился странным запахом. Взглянув на этот сгусток Духовной Силы, я заметил, как пространство вокруг него шипит и шкварчит, будто испаряясь. Яд. Эта мысль поразила меня. Шар был воплощением настолько мощной ядовитой атаки, что она разъедала саму атмосферу.

С пронзительным криком королева Медуза метнула гигантскую сферу в Кари. К этому моменту рансёр Кари сиял так ярко, что на него было больно смотреть. Со своим боевым кличем она обрушила оружие вниз.

Никакого луча или ответного снаряда не последовало. Вместо этого рансёр Кари просто рассек сферу сгущенной энергии пополам. Две половины пролетели мимо нее, ударив в тех ламий, что не успели вовремя убраться с пути. Похоже, у них не было иммунитета к яду своей королевы. Те, кого зацепило, истошно вопили, пока их тела плавились от едкой отравы. Даже земля под ними начала оседать.

Должно быть, Кари вложила в этот удар слишком много сил – ее дыхание стало тяжелым. Тем не менее она бросилась вперед. Ее клинок снова вспыхнул, и она полоснула по ошеломленной Медузе, пытавшейся отпрянуть. Королева ламий не успела. Брызнула кровь, и Кари начисто отсекла ей руку. На этот раз из уст Медузы вырвался крик истинной боли.

Вместо того чтобы добивать ее, Кари решила, что нам важнее сбежать. Я был согласен. Вокруг все еще оставалось полно невредимых ламий.

— Давай за мной! — Крикнула она, проносясь мимо.

Мы бежали в пустыню, а за спинами эхом отдавались вопли муки и ярости. Не знаю, сколько мы бежали, но погони не было. Видимо, спасение истекающей кровью королевы оказалось важнее мести. Что ж, за это их можно было уважать – приоритеты они расставили верно.

— Спасибо, что спасла меня, — сказал я, когда мы немного сбавили темп.

— Разве не естественно спасать мужчину, которого любишь? — Улыбнулась Кари.

Я рассмеялся:

— Пожалуй, ты права.

— И все же… можно спросить кое-что? — Продолжила она.

— Валяй. — Я жестом предложил ей говорить.

— Почему ты голый?

Я посмотрел вниз и внезапно осознал, что да, я все еще совершенно наг. Мое достоинство было выставлено на всеобщее обозрение, болтаясь в такт бегу. Теперь, когда я вспомнил о своей наготе, я также понял, что бежать без нижнего белья, которое удерживало бы все хозяйство на месте, было чертовски больно.

— Знаешь… я бы и сам хотел знать ответ на этот вопрос, — сказал я, снова взглянув на Кари.

В ответ Кари только покачала головой.

***

Копье вращалось в руках Кари, пока она отступала, танцуя на земле. Противник перед ней делал резкие выпады мечом, стремясь пробить ее оборону. Повсюду разносился звон сталкивающегося металла. Каждый удар вражеского клинка был лишь смазанным пятном, которое человеческий глаз едва ли мог уловить. Однако Кари справлялась: она упорно тренировалась, чтобы уметь отслеживать невероятно быстрые атаки, и без колебаний продолжала крутить копье, отбивая выпады один за другим.

Стояло раннее утро. Она и ее наставница тренировались во внутреннем дворе Императорского Королевского Дворца. Морозный утренний воздух обжигал легкие, пока Кари продолжала двигаться и защищаться.

— Ты никогда не победишь, если будешь только обороняться! — Суровые слова наставницы прозвучали над самым ухом, но Кари ничего не могла поделать. Эта женщина просто не давала ей времени для атаки!

Танец продолжался. Противница сделала шаг вперед и снова нанесла колющий удар. Кари дернулась, перехватывая его рансёром. Но на этот раз она не просто защищалась. Она подставила острие так, что меч скользнул между зубцами, похожими на трезубец, и продвинула свое оружие вперед, пока оно не уперлось в гарду меча. После этого она заблокировала клинки и резко дернула на себя!

Раздался скрежет, а затем свист, похожий на порыв ветра. Меч взлетел в воздух, перевернулся несколько раз и с грохотом упал на землю в нескольких метрах от них. Кари в недоумении уставилась на оружие.

— У меня получилось, — пробормотала она. — Я сделала… ох!

Резкий удар в грудь повалил Кари на землю. Она судорожно ловила ртом воздух, прижав руку к груди и растирая ушибленное место, будто это могло унять боль.

— Ты могла обезоружить меня, но это не значит, что битва окончена, — прозвучал строгий голос. — Запомни: в бою ты должна быть уверена, что противник либо мертв, либо неспособен атаковать. Просто лишить его основного оружия недостаточно. У него может быть запасное. Более того, если твой враг – спиритуалист, у него все еще остаются Духовные Техники.

Кари посмотрела на наставницу со смущенной улыбкой:

— Простите, наставница Брюнхильд.

Женщина, которую Кари называла наставницей Брюнхильд, выглядела воплощением силы. Ее скуластое лицо казалось высеченным из камня. Тяжелая челюсть и темно-серые глаза придавали ей пугающий вид, который лишь подчеркивал рваный шрам на левой щеке.

Она была крепко сложена: широкие плечи, мускулистые руки. Ее тело защищала кольчуга и нагрудник, тускло поблескивавший бронзой в лучах утреннего солнца. На плечах сидели массивные наплечники, предплечья закрывали наручи, а кисти рук – толстые перчатки с сегментированными металлическими пластинами. Простая юбка доходила до колен; при движении было видно, что под ней надеты коричневые штаны, а при каждом шаге металл поножей издавал негромкий лязг.

— Что ж, по крайней мере, на этот раз тебе удалось меня обезоружить. — С усталой улыбкой наставница Брюнхильд покачала головой и протянула руку. — Тебе не удавалось этого с самого начала наших тренировок. Твой прогресс за последний месяц просто поразителен.

— Спасибо, но я все еще не могу вас победить.

Кари ухватилась за руку наставницы и позволила поднять себя. Она отряхнулась, поморщившись от боли в пятой точке. Сидеть сегодня будет явно неудобно.

Пока она сокрушалась о грядущих синяках, Брюнхильд подошла к своему мечу. Это был однолезвийный клинок с умеренным изгибом, причем последние несколько сантиметров обуха тоже были заточены. Такое оружие называлось саблей; в основном оно предназначалось для рубящих ударов, но изгиб позволял и довольно эффективно колоть.

— И все же я впечатлена. — Брюнхильд взглянула на свое оружие, а затем снова на ученицу. — Скорость твоего обучения – это то, чего я никогда не видела у других. Если бы я не знала тебя так хорошо, я бы решила, что ты тренируешься втайне от меня.

— Нет-нет. Я просто принимаю ваши уроки близко к сердцу, — ответила Кари, потирая затылок. Она никак не могла признаться, что секрет ее успеха крылся в Пилюлях Закалки Тела, которые Эрик делал для укрепления ее физических сил.

— Что ж, так или иначе, теперь, когда ты достигла этого этапа, я считаю, тебе пора сделать перерыв, — объявила Брюнхильд.

— Перерыв? — Глаза Кари расширились.

Убрав саблю в ножны на поясе, наставница кивнула:

— Ты справляешься превосходно. Однако тренировки по-настоящему эффективны только тогда, когда телу дают отдых. Последние несколько дней мы занимались почти без остановки, и это вдобавок к твоим занятиям в Академии Спиритуалистов. Так что завтра, когда у тебя не будет ни тренировок, ни уроков, ты будешь отдыхать.

Кари почувствовала себя так, словно ее ударили Техникой Духовной Молнии. Перерыв? Настоящий отдых? Искушение ущипнуть себя, чтобы проверить, не сон ли это, было настолько велико, что она сдержалась лишь потому, что Брюнхильд посмотрела бы на нее как на сумасшедшую.

Когда осознание того, что она действительно свободна на целый день, окончательно укоренилось в ее мыслях, на лице девушки расплылась улыбка. Она точно знала, чем хочет заняться в этот выходной.

***

Я проснулся от ощущения, что меня во что-то завернули. Тело было стянуто, будто кто-то взял очень толстую веревку и крепко меня связал. Однако на ощупь это было совсем не похоже на веревку. Во-первых, то, что обвивало мои руки, ноги и грудь, было гладким и мягким. Во-вторых, оно было очень… толстым. Другого слова я подобрать не мог.

Приоткрыв глаза, я увидел змеиную морду всего в паре сантиметров от своего лица. Несколько раз моргнув и гадая, почему эта змея так близко, я осознал, что лежу на боку и обнимаю ее. И не только я обнимал змею – змея обнимала меня. Ну, она обернула все шесть метров своего длинного тела вокруг меня. Полагаю, это можно считать объятиями.

— Эй… — пробормотал я. — Эй, можешь размотаться? Я не могу встать с кровати, пока ты на мне висишь, как чересчур ласковый шарф.

Змею пришлось будить долго. Ее раздвоенный язык то и дело высовывался из пасти, а из горла доносилось странное шипение, подозрительно похожее на храп. Обычные слова не помогали. Тогда я пропустил через себя стихию молнии, дав ровно столько разряда, чтобы она открыла глаза. Причинять ей боль я не хотел.

— Мне нужно вставать, — сказал я, когда змея начала озираться с видом, который я мог истолковать только как крайнее замешательство. Она повернула голову ко мне и зашипела. — Да, прямо сейчас. Послушай, сегодня у меня выходной в библиотеке, но дел все равно невпроворот.

Змея не выглядела убежденной, но все же медленно соскользнула с меня, позволяя выбраться из постели. Как только босые ступни коснулись прохладного пола, я потянулся и во весь голос зевнул. Я был совершенно наг. Впрочем, вряд ли нагота могла кого-то смутить: единственным живым существом в комнате, кроме меня, была змея, а она, ну… она всего лишь змея.

Я умылся над тазом и обтерся мокрым полотенцем с мылом. Высушив кожу, я оделся в те вещи, что Фэй купила мне несколько дней назад. Притопнул сапогами, проверяя, хорошо ли они сидят, и удовлетворенно кивнул.

— Ну что, — пробормотал я, поворачиваясь к змее. — Ты со мной или остаешься?

Змея мотнула головой и зарылась мордой в мою подушку. Я лишь пожал плечами:

— Как хочешь.

Выйдя из комнаты, я купил на завтрак буханку хлеба в медовой глазури и принялся жевать на ходу, шагая по утренним улицам. В этот час здесь было немноголюдно: помимо пекарей и владельцев лавок, готовящихся к рабочему дню, встречались лишь редкие прохожие.

Я размышлял о планах на день. В библиотеке сегодня выходной, у Фэй намечалось какое-то семейное торжество, да и в Ассоциацию Алхимиков заходить нужды не было. Впервые за долгое время у меня выдался по-настоящему свободный день.

Минуло два месяца с тех пор, как я внезапно вернулся в свое семнадцатилетнее тело. За это время произошло столько всего: я снова встретил Кари, начал тренировки, исцелил Фэй Валштайн от духовного отравления и убедил ее тренироваться вместе со мной, заключил сделку с Ассоциацией Алхимиков, признался в любви Кари и услышал признание от Фэй. От всего этого голова шла кругом.

Ноги сами привели меня к библиотеке. Я не удивился: в Неварии это место оставалось для меня самым посещаемым, к тому же именно здесь я мог встретить Кари. Казалось, тело само инстинктивно стремилось сюда.

Я замер перед входом, раздумывая, стоит ли заходить, но сомнения развеял мягкий голос, коснувшийся моего слуха:

— Эрик?

Я обернулся и увидел идущую ко мне Кари. Белое платье без рукавов мягко колыхалось у ее бедер, едва доходя до колен. На этот раз на ней не было плаща, и я невольно засмотрелся на ее впечатляющую грудь, обтянутую тканью. Опустив взгляд ниже, я заметил на ее ногах сандалии; ее милые пальчики слегка шевельнулись, когда она остановилась.

— Доброе утро, — я улыбнулся ей. — Не ожидал увидеть тебя так рано. Что-то случилось?

— Наставница Брюнхильд дала мне выходной, — радостно объявила Кари и даже выпятила грудь от гордости, отчего та слегка колыхнулась. — Она сказала, что я превосхожу все ее ожидания, и мне нужно отдохнуть.

— И ты решила прийти сюда? — Я понимающе кивнул и добавил с лукавой усмешкой:

— Неужели надеялась встретить здесь меня?

Щеки Кари чуть порозовели, и она отвела взгляд:

— Было бы опрометчиво с моей стороны признаться в этом?

— Вовсе нет, — я покачал головой. — На самом деле, я тоже надеялся тебя увидеть. Понимаешь, у меня сегодня свободный день. Никакой работы, никаких тренировок, никаких дел. Раз уж мы оба свободны, может, проведем это время вместе?

Глаза Кари сияли так ярко, что в моей груди разлилось тепло. Ее нежные розовые губы изогнулись в изящной улыбке.

— Я была бы не против, если бы ты сопроводил меня в прогулке по Неварии, — произнесла она. Ее вежливый, сдержанный голос слегка дрожал, будто эмоции едва удерживались на тонком поводке.

— В таком случае, почему бы нам не погулять и не поболтать? — Я протянул ей руку. Кари несколько секунд смотрела на нее, прежде чем решиться.

— Да! — Она вложила свою ладонь в мою. Ее пальцы были мягкими и хрупкими. Она посмотрела на меня, сияя от счастья. — Я с удовольствием прогуляюсь с тобой!

Держась за руки, мы отправились бродить по городу.

Не думаю, что у нас была какая-то цель. Мы шли куда глаза глядят, обсуждая последние прочитанные книги, новости о древних руинах, найденных в Горном Хребте Демонических Зверей, и вообще все, что приходило на ум. Я не упускал случая по-доброму подразнить ее: то вворачивал неожиданный комплимент, то подшучивал над ее неуемной тягой к путешествиям. Она принимала это с достоинством – то есть краснела и легонько тыкала меня пальцем в щеку, не переставая улыбаться.

В какой-то момент мы добрались до Торгового Округа, где к полудню стало весьма оживленно. Пока мы рассматривали прилавки с товарами – от продуктов до драгоценностей, – в воздухе поплыл аппетитный, пряный аромат. Наши желудки синхронно заурчали, напоминая, что с самого начала свидания мы ничего не ели.

— Как насчет перекусить? — Предложил я.

Кари кивнула:

— Звучит заманчиво.

Запах, привлекший наше внимание, исходил от лавки, где торговали жареным мясом и овощами на шпажках. Мясо было поджаристым, приправленным солью, перцем и чем-то острым. Овощи – огурцы, цукини, баклажаны и даже ананасы – пахли не менее соблазнительно.

— Сколько тебе взять? — Спросил я, подходя к прилавку.

— О, я сама заплачу, — возразила Кари, но я не собирался уступать.

— Я знаю, что ты можешь, но сегодня угощаю я. — Заметив, как она нахмурилась, собираясь спорить, я поспешил добавить:

— Раз уж я пригласил тебя, позволь мне взять расходы на себя. В следующий раз пригласишь меня ты и угостишь в ответ. Договорились?

Кари задумалась, мило сморщив носик. Я едва сдержал желание ущипнуть ее за этот нос – реакция наверняка была бы очаровательной, но я знал меру.

— Полагаю, это справедливо, — пробормотала она наконец. — Но в следующий раз угощаю я.

— Разумеется, — улыбнулся я. — Так сколько штук?

— Т-три, — тихо ответила она.

Я подошел к лавочнику, дородному мужчине с внушительным брюшком, и заказал семь порций жареного мяса – кажется, это называлось кебабом. Мужчина ухмыльнулся, протягивая еду, и заметил, что мы – милая парочка. Я удивился, что он не узнал Кари, но, видимо, не все в лицо знали принцессу Неварии.

— О-он сказал, мы похожи на пару, — прошептала Кари, когда мы отошли, держа в руках шпажки.

— А ты с ним не согласна? — Спросил я. Кари взглянула на меня, тут же отвела глаза и покачала головой. Я усмехнулся. — А по-моему, мы отлично смотримся вместе.

С робкой, но нежной улыбкой Кари ответила:

— Я тоже так думаю.

Продолжая путь, я заметил несколько лавок, торгующих алхимическими пилюлями. Они пользовались огромным успехом: толпы людей пытались пробиться к прилавкам. Большинство из них были спиритуалистами – я чувствовал это по потокам Духовной Силы, которые фиксировало мое Духовное Восприятие. Похоже, пилюли, созданные Ассоциацией Алхимиков, становились все популярнее.

— Эти пилюли… — пробормотала Кари, глядя на одну из лавок.

— Что такое?

— Это ты их сделал? — Спросила она.

Я медленно кивнул:

— Да. Мне нужны были деньги на обучение, и я заключил сделку с Ассоциацией Алхимиков. В обмен на рецепт и технологию очистки они выплачивают мне долю от прибыли.

— Умно, — с легкой улыбкой заметила Кари.

Пока мы шли по городу, некоторые горожане начали узнавать Кари. Люди указывали на нас пальцами и перешептывались. Хотя я не слышал слов, по их взглядам было ясно: они понимают, кто идет рядом со мной.

Это меня немного тревожило. Я не знал, что будет, если поползут слухи о том, что Кари проводит время с простолюдином. Сейчас я был никем. В обществе, где сила и престиж ценились превыше всего, человек без репутации и веса считался пустым местом.

Подтверждение этому нашлось спустя пару часов.

Мы наслаждались днем, гуляли и пробовали еду из каждой лавки. Мы даже заглянули в ювелирные ряды, хотя Кари не нашла там ничего интересного. Но когда мы свернули на очередную улицу, дорогу нам преградили трое. Двоих я не знал, но молодого человека, стоявшего в центре, узнал мгновенно. Такого трудно забыть.

— Похоже, слухи не врали. — Юноша, на вид мой ровесник, откинул со лба темно-русые волосы до плеч. Его губы искривились в брезгливой усмешке. — Я слышал, что ты якшаешься с плебеем из какой-то захудалой библиотеки, но до последнего отказывался верить. Думал, это невозможно, и все же вот вы здесь. — Он прищурил голубые глаза, переводя взгляд с меня на Кари. — Я глубоко разочарован в тебе, Кари.

Как и большинство дворян, этот юноша был одет вызывающе роскошно. На его кожаном тюнике тонкой выделки красовался золотой герб – какая-то птица, кажется, ворон. Черные штаны и белая сорочка были сшиты из тончайшего шелка гигантского шелкопряда. На руках – белые перчатки, на поясе – меч.

Кари на мгновение закусила губу, но быстро взяла себя в руки. Она крепко обхватила мою руку и посмотрела на юношу, чье лицо внезапно залилось краской гнева.

— Ты говоришь, что разочарован, Грант, но я не понимаю, с чего ты взял, будто твое мнение для меня что-то значит, — произнесла она вежливо, но твердо. — С кем мне проводить время – это только мое дело.

Грант сощурился, его уши покраснели еще сильнее:

— Это ненадолго. Уверен, ты знаешь о сделке, которую мой клан заключил с императрицей Хильдой, так что мне не нужно объяснять, что будет дальше. В следующем месяце ты станешь моей.

Вокруг нас уже начала собираться толпа, смыкаясь в кольцо. Шепот и тыканье пальцами заставили меня нахмуриться. Одно из немногих качеств, которые я не любил в людях – это страсть глазеть на происшествия, когда никто не готов вмешаться и помочь.

— Как бы там ни было, сейчас у тебя нет ни власти, ни полномочий указывать Кари, что делать, — вставил я.

— Ты смеешь называть леди Кари без титула?! — Грант резко повернулся ко мне, его лицо исказилось в оскале. — Не наглей, смерд! Если бы мы не были на виду у всех, я бы уже преподал тебе суровый урок вежливости!

— Тогда давай решим это иначе, — предложил я. — Ты упомянул о событии в следующем месяце. Уж не о ежегодном ли Великом Турнире Спиритуалистов речь?

И Кари, и Грант уставились на меня с недоверием. В глазах Кари читалась тревога, а Грант выглядел так, будто его только что ударили наотмашь.

— Ты что… предлагаешь решить наш спор на турнире? — Переспросил он, словно не веря своим ушам.

Я пожал плечами:

— Отличный способ уладить все разногласия, не так ли?

Грант прижал руку к лицу, запрокинул голову и расхохотался:

— Не могу поверить! Простолюдин возомнил, что может победить дворянина, обученного искусству спиритуализма! Вот умора! — Смех резко оборвался, взгляд стал ледяным. — Что ж, по рукам. Мы оба подадим заявки на турнир. Если я выиграю, ты больше никогда не приблизишься к леди Кари.

— Эрик… — прошептала Кари.

Я улыбнулся ей, а затем серьезно посмотрел на Гранта:

— Идет. Но если выиграю я, у меня будет свое условие.

Грант прищурился:

— И какое же?

— Ты навсегда оставишь попытки навязать Кари или Фэй брак по расчету, — объявил я. На моем лице появилась улыбка, но в ней не было ни капли тепла. — Твои преследования и нежелательные знаки внимания им порядком надоели. Знаешь ли, никто не любит озабоченных зверей, не знающих самоконтроля.

Пока Кари в шоке смотрела на меня, лицо Гранта стало пунцовым. Он сжал кулаки, но, верный своей дворянской натуре, не стал нападать прилюдно, чтобы не ударить в грязь лицом.

— Ладно, — процедил он сквозь зубы. — Я принимаю условия. Увидимся на турнире… если доживешь до встречи со мной.

Грант развернулся и зашагал прочь, не оглядываясь. Двое его прихвостней переглянулись и поспешили за ним. Я проводил их взглядом, убеждаясь, что они скрылись, и только потом посмотрел на Кари.

— Прости, что устроил сцену, — сказал я.

— Зачем ты это сделал? — Спросила Кари. — Зачем предложил сразиться с ним? Ты хоть понимаешь, кто это? Грант Лойхт – молодой наследник Клана Лойхт, одного из Трех Небесных Кланов, чья власть уступает лишь Королевской Семье Астралия. Более того, Грант не слабак. Он очень сильный спиритуалист. Бросив ему вызов, ты нажил себе невероятно могущественного врага.

То, что Кари беспокоилась за меня больше, чем за себя, трогало до глубины души. Глядя на выражение ее лица, в котором читалось лишь желание уберечь меня, я едва сдержался, чтобы не поцеловать ее. Пожалуй, единственным, что меня остановило, был мой статус. Сейчас я все еще оставался простолюдином.

— Неважно, насколько он силен. — Я повернулся к Кари и взял ее за руки. — С того момента, как я узнал, что он пытается навязать тебе брак, я понял, что рано или поздно мы столкнемся. Никто не имеет права принуждать другого к свадьбе. Ты вольна сама выбирать, с кем быть и быть ли вообще. Я не позволю ему лишить тебя этого права.

Щеки Кари горели, но в глазах все еще стояла тревога:

— Но Клан Лойхт очень влиятелен. Они не будут сидеть сложа руки. Даже если ты встретишься с ним на арене, тебе придется противостоять грозному противнику.

— Ты веришь в меня? — Спросил я.

— Что?

— Ты веришь в меня? — Кари на мгновение замялась, а затем кивнула. Я прижал ее ладони к своей груди. Ее лицо вспыхнуло, но она не отняла рук. — Тогда поверь мне: Грант Лойхт мне не ровня. Я встречусь с ним на этом турнире, надеру ему задницу, и он больше никогда не посмеет переступить твой порог.

Я смотрел ей прямо в глаза, стараясь передать свою уверенность. Кажется, спустя миг она все поняла. На ее лице промелькнула улыбка, подобная солнечному лучу, пробившемуся сквозь тучи.

— Я верю тебе, — сказала она.

— Вот и славно. — Кивнув, я отпустил ее руки и отступил на шаг. — Обещаю не подвести тебя. Хотя я до сих пор не понимаю, почему ты сама не участвуешь. Ты бы без труда его одолела.

Кари покачала головой:

— Нет никакой гарантии, что я бы победила. Как я уже сказала, Грант – сильный спиритуалист, которого с детства обучал клан. К тому же мне запрещено участвовать в Великом Турнире Спиритуалистов, так как я член Королевской Семьи Астралия.

— То есть принадлежность к королевской семье лишает тебя права на участие? Какая глупость.

Я почесал затылок. Раньше я об этом не знал, но теперь стало понятно, как Грант умудрился выиграть турнир в моей прошлой жизни. Если бы Кари или кто-то из ее троих братьев участвовал, Гранту бы ничего не светило. Видимо, Королевской Семье Астралия запретили участвовать именно потому, что это было бы нечестно по отношению к остальным.

— Это немного удручает, — призналась Кари. — Если бы я могла участвовать, я бы доказала матери, что достаточно сильна, чтобы путешествовать за пределами Неварии.

— Тогда позволишь ли ты мне сражаться вместо тебя? — Спросил я.

— О чем ты? — Кари в замешательстве посмотрела на меня.

— Мне говорили, что победитель Великого Турнира Спиритуалистов может просить Королевскую Семью Астралия о чем угодно. — Это объясняло, как Клан Лойхт в свое время навязал Кари тот брак. — Я выиграю турнир и потребую, чтобы тебе разрешили покинуть Неварию.

Сначала Кари молчала, и я даже испугался, что сказал что-то не то. Но когда я взглянул на нее, то увидел, что она смотрит на меня широко распахнутыми глазами, в которых блестели слезы.

— Ты правда сделаешь это для меня? — Спросила она почти шепотом.

Я посмотрел на нее со всей нежностью, которую чувствовал:

— Кажется, мы уже выяснили, что я ради тебя на все готов. В том числе и на победу в турнире, чтобы твоя мама перестала держать тебя под замком в этом городе.

Слезы все же покатились по щекам Кари. Она прикрыла рот рукой, но по тому, как прищурились ее глаза, я понял, что она улыбается.

— Ну, не надо плакать, — мягко сказал я.

Я протянул руки и коснулся ее щек. Тепло ее кожи отозвалось во мне электрическим разрядом. Большими пальцами я осторожно стер слезы под ее глазами.

— Я знаю, — пробормотала она, не отстраняясь. — Просто я очень счастлива… ты первый… первый человек, который сказал, что сделает это для меня. Ты так добр ко мне, и я чувствую такую близость… иногда кажется, будто мы знакомы всю жизнь.

«Это потому, что я и правда знаю тебя всю жизнь, ну или большую ее часть», – подумал я, но вслух ничего не сказал.

— Я рад, что ты счастлива, — признался я с кривой усмешкой. — Но, пожалуй, нам пора уходить. Мы привлекаем слишком много внимания.

— А?

Кари на мгновение растерялась, но потом огляделась и заметила любопытные взгляды и шепотки прохожих. Ее лицо залилось ярко-розовым цветом – от корней волос до самой шеи.

Она схватила меня за руку и припустила бегом. Не знаю, сколько мы бежали, но в конце концов толпа осталась позади, и мы оказались в тихом районе города.

— Прости, что пришлось убегать, — сказала она, замедляя шаг. Интересно, заметила ли она, что мы все еще держимся за руки?

— Все в порядке, — ответил я. — Меня это не беспокоит.

Кари рассеянно кивнула, будто что-то вспомнив. Она повернулась ко мне, и этот ее взгляд заставил меня насторожиться.

— Эрик, — начала она, слегка нахмурившись. — Скажи, откуда ты узнал, что Грант пытается навязать брак еще и Фэй? Я уверена, что не говорила тебе об этом.

И тут я понял, к чему было то нехорошее предчувствие.

Тихо вздохнув, я принялся рассказывать Кари о том, как мы познакомились с Фэй, о наших тренировках и о ее признании, которое случилось несколько дней назад.

***

Грант стремительно шагал по улице, и лишь спустя несколько минут замедлил ход. Дыхание его было тяжелым, кулаки сжаты до белизны суставов. Внутри него закипала черная ярость. Как посмел этот… этот плебей бросить ему вызов?! Кем он себя возомнил?! Грант покажет этому недоумку, почему никто не смеет переходить ему дорогу!

— А пацан-то не промах, а? — Подал голос один из его прихвостней. Это был довольно высокий и смазливый малый, но умом он не блистал.

— И не говори, Альф, — поддакнул второй. Он выглядел почти так же, как первый – они были близнецами.

— Удивительно, что какой-то оборванец вообще рискнул тебе перечить, — добавил Альф. — Он либо не знает, кто ты, либо круглый идиот.

Грант лишь кивнул, продолжая идти.

— Куда теперь, Грант? — Спросил второй близнец.

— Я домой, поговорю с отцом, — ответил Грант. — А вы двое, Альф, Арвид, проследите за этим мальчишкой. Выясните о нем все: кто он, где живет, с кем общается. — Он замолчал, и на его губах заиграла жестокая улыбка. — И если представится случай – проучите его как следует.

Альф и Арвид переглянулись.

— Положись на нас, — хором ответили они.

Грант вздохнул. Этим двум остолопам нельзя было доверить серьезное дело, но как отвлекающий маневр они сгодятся. Пусть этот простолюдин сосредоточится на этих идиотах – тогда он не заметит настоящей угрозы, пока не станет слишком поздно.

Злая ухмылка не сходила с его лица. Не было нужды ждать турнира, чтобы разобраться с этим выскочкой. Он поговорит с отцом и составит план, как устранить проблему еще до начала состязаний.

http://erolate.org/book/4151/385097