Готовый перевод Смартфон - всему голова!: Две рабыни Ч. 3 18+

Рабыня милосердия

В какой момент всё пошло наперекосяк? Юмина задавалась этим вопросом неоднократно в первый месяц своего «правления». Да, может, она и не была очень опытной или гениальной, однако и дурой её вряд ли бы кто-то назвал. Придворная жизнь к тупости не располагает. Особенно это касается членов монаршей фамилии. Она понимала, кто здесь настоящий правитель.

В первые дни после коронации теперь уже королева так ненавидела своего мужа, что готова была даже убить его, её сдерживали лишь её родители, находящиеся фактически у него в заложниках. Она их слишком любила, чтобы пойти на такое. К тому же убийство... претило её натуре. Юмина не хотела обагрять свои руки кровью. В итоге она решила просто смириться со своей печальной участью. А печальной ли?..

Шёл первый месяц, второй... И чем дальше, тем сильнее сомнения скреблись о её черепную коробку.

«Может быть, он на самом деле не такой уж плохой?» — всё чаще думала девушка.

Несомненно, он был жестоким, самовлюблённым, плюющим на традиции и любые авторитеты похотливым животным, но... Похоже, он и правда желает всем лишь блага, как бы по-дурацки это ни звучало. Георгий, именуемый первым, пусть и казался ленивым, однако старался участвовать в жизни Империи и проводить реформы. Никогда прежде армия Белфаста не была столь многочисленна. Да, были и проблемы: в частности катастрофически не хватало младшего и среднего офицерства, однако это было ожидаемо с таким резким увеличением численности войск. Более-менее укомплектованным был только Первый Легион Талисы Инферналес, который прямо сейчас уже должен был встретиться на поле боя с мятежной аристократией.

Талиса... Кем она приходилась Юмине? Давней знакомой, как минимум. Именно эта демоница учила юную принцессу стрельбе из лука и совсем немного самообороне. Хотя про небольшие... странности в её поведении и взглядах девушка слышала, но никогда не заостряла на них внимания, считая, что дурные языки преувеличивают. В целом же тогда ещё принцесса относилась к дочери герцога больше как к приятельнице. Их у девушки было не настолько много, чтобы отмахиваться от дружбы с демоницей.

А теперь они делят одного мужа. У судьбы, надо признать, весьма специфическое чувство юмора. Однако ещё более специфичные отношения в их... семье. С Юминой всё понятно, у неё самый обычный политический брак, пусть и заключённый при необычных обстоятельствах. А вот Талиса вышла замуж... по любви? Или это следует называть фанатичной одержимостью? И в то же время данный брак крайне удобен с внутриполитической точки зрения. Поддержка такого гения войны, как Инферналес, многого стоит.

Да, Юмина могла называть про себя Георгия многими нелестными эпитетами, но «идиота» среди них точно не было. На самом деле он очень расчётливый человек, умеющий повернуть любую ситуацию к своей выгоде.

Шло время, дочь прежнего короля меняла своё отношение к мужу однозначно в лучшую сторону. Правда, её волновал один вопрос, который всё никак не давал ей покоя: почему он с ней не спит? Для монарха вопрос наследника обладает первостепенной важностью, особенно если монарх их новой династии. И уж тем более если монарх – это недавний простолюдин! По всему Алефису и за его пределами ходят слухи о любвеобильности Императора Георгия I. В самых диких, что слышала Юмина, говорилось, будто за одну ночь он смог удовлетворить сразу сотню женщин.

Разумеется, это бред. Во всём замке стольких служанок просто не наберётся. Хотя если брать ещё и дворянок...

Нет, точно нет. Кому как не ей знать, что в действительности её муж старательно избегает подобных отношений с дворянами. Он их презирает. Причину подобного отношения ей выяснить так и не удалось. В любом случае вопрос наследника никуда не делся. Юмина уже даже было подумывала, что она просто не привлекает своего супруга...

За окнами замка солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая окружающее пространство в светло-алые оттенки. Королева Юмина шла по коридорам замка, по пространству эхом разносилось цоканье каблуков, скрытых под голубым платьем своей носительницы. Вдруг из-за поворота выскочила запыхавшаяся служанка, которая в спешке чуть не столкнулась с королевой.

— Ох! Ваше Величество! — поклонилась девушка в пояс. — Прошу прощения!

— Что за спешка? — почти бесстрастно спросила Юмина. За месяцы правления она уже в большой степени научилась контролировать и скрывать свои истинные эмоции. Впрочем, иногда они всё-таки вылезали наружу.

— Ах, Его Величество изволил сегодня присоединиться к Вам за ужином, Ваше Величество.

— Вот как... — задумчиво проговорила про себя Юмина. — Хорошо, можешь идти.

— Благодарствую, Ваше Величество! — отозвалась служанка и побежала дальше. Судя по звукам, за очередным поворотом она всё же в кого-то врезалась.

— Хи-хи... — позволила себе усмехнуться Юмина, после чего направилась на трапезу.

Однако же весьма необычная ситуация! Император редко ел вместе со своей супругой, любой из них. Более того, никто не знал, где он на самом деле спит. Первое время Георгий жил в замке, но затем... просто перестал. Утром, если захочет, он появляется в замке уже чистый и свежий. Где он проводит ночи, не знала даже его дражайшая супруга. Будто они не муж и жена вовсе, а два незнакомых человека. Может, сегодня ей представится шанс это изменить?..

На подступах к столовой уже стояли на посту преторианцы. Юмину они всегда пугали. Охраняли они лично императора и ей не подчинялись. Грозные двухметровые стражи в закрытом латном тяжёлом доспехе. Каждый раз королева чувствовала себя некомфортно вблизи с ними. Наличие подобной стражи возле тела императора ей всегда казалось странным, ибо она была одной из очень немногих, кто был в курсе его небольшой зацикленности на росте. Он терпеть не мог свой низкий рост – хотя самой Юмине его рост виделся самым обычным, она была чуть ниже – и недолюбливал высоких людей. Королева считала, что даже свой грозный «Железный трон» он сделал отчасти именно для того, чтобы быть выше всех остальных в тронном зале.

Гвардейцы, завидев супругу своего повелителя, сразу открыли двери в зал. Девушка, не останавливаясь и не удостаивая стражу даже мимолётным взглядом, прошла внутрь. Вид перед ней был весьма обыденным: широкий дубовый стол с различной снедью на белоснежной скатерти с вышитым на ней гербом династии Белфаст. Необычным в этой композиции был только император, сидящий во главе стола. И его, казалось, вообще никак не смущало, что на скатерти вышит чужой герб.

У самого императора вид был весьма подавленный: глаза полуприкрыты, тело растеклось по креслу с высокой спинкой (тоже, кстати, с гербом Белфаста), лицо выражало нечто среднее между тоской и абсолютным безразличием. Вместо привычной ему насмешливой лёгкой улыбки, уголки губ опущены вниз.

— Приветствую, Ваше Императорское Величество, — произнесла Юмина с лёгким поклоном. В ответ она получила короткое мычание, которое, по-видимому, означало приветствие. — Надеюсь, Вы меня недолго ждали? Мне слишком поздно доложили о Вашем прибытии.

— Садись уже, — недовольно пробурчал император. Подавив вздох, она выполнила просьбу и села рядом с ним, по правую руку.

— Чудесная сегодня погода, не правда ли? — попыталась завязать разговор королева.

— Стража! — Георгий, похоже, не обратил никакого внимания на её вопрос и подозвал гвардейца.

— Слушаю.

— Передай прислуге, что если они через минуту не принесут главное блюдо, тогда завтра они сами им станут.

— Есть, — без какого-либо указания на титул бесстрастно отозвался (или отозвалась?) гвардеец и пошёл исполнять приказ. Ей показалось, или это женщина?..

— Ваше Величество, позвольте зада... — начала говорить девушка, но её бесцеремонно прервал супруг.

— Ты.

— А?

— Обращайся ко мне на «ты» или по имени.

— Как скажете, Ваше Вел... — по привычке ответила Юмина, но вовремя исправила свою оплошность. — Как скажешь.

Удивительно, но менее чем через минуту служанки вбежали в зал с подносами и быстро всё расставили и налили воды Георгию. А девушка предпочитала пить на ужин сильно разбавленное вино, оно благотворно влияло на её сон. Супруги сразу приступили к трапезе, минут десять все в зале молчали, кроме ложек, вилок и ножей. Но если девушка наслаждалась вкусной пищей, то её сосед слева в основном лишь ковырялся в тарелке.

— А как Вы... ты провёл день, муж мой? — попробовала вновь завязать разговор Юмина, взяв бокал в руку.

— Херово.

«Ох, что за бестактность!» — ругалась про себя девушка.

— Кхм... А могу ли я узнать, что произошло? — стараясь не показывать своего недовольства уточнила она.

— Сегодня я обрёк на смерть сотни тысяч разумных, — совершенно безразличным и ровным голосом ответил император.

— Кхе-кхе... — от такого ответа она чуть вино не выплюнула, но сумела всё-таки удержать жидкость в себе, а после и проглотить. — Чего?!

— Не чего, а кого, — с виду ему вся эта ситуация была до одного места.

«Подожди... Он ведь это несерьёзно. Правда ведь?..»

— Ты... ты шутишь? — совершенно неуверенно спросила Юмина.

— Я люблю чёрный юмор, но не настолько, — пробормотал её супруг, закинув кусочек сочной телятины в рот.

«Что?.. Но как... Как это вообще возможно?!» — девушка была в шоке от услышанного.

— Расслабься, нашей державы это не коснётся, — странным образом попытался он утешить девушку.

— Ч-что?.. — поначалу не до конца поняла Юмина. — Да какая разница! Как вообще можно об этом так спокойно разговаривать?! — к концу фразы она уже откровенно перешла на крик.

— Ох... — тяжко вздохнув, Георгий продолжил: — Да успокойся ты. Чего разоралась?

«Ладно. Пожалуй, сейчас и правда не время и не место для подобного. Но всё же... что он сделал? И, судя по виду, его столь ужасные деяния ничуть не радуют. Может, самое время?» — Юмина приободрилась и, отбросив лишние мысли, решила сменить тему.

— Георгий, — гораздо мягче и нежнее, чем прежде, обратилась она к парню, аккуратно положив свою изящную ладонь на его правую руку, — могу ли я...

— Подожди, — но он её прервал. — Все вон отсюда! Оставьте нас наедине, — прислуга и гвардия, повинуясь, молча покинули зал, закрыв за собой двери. — Теперь я хочу тебя кое о чём спросить.

— А? Да, конечно! — обрадовалась королева, думая, что наконец-то он решил с ней нормально поговорить.

— Как твои родители? — спросил Гоша, имея в виду бывших короля и королеву Белфаста, ныне запертых в одном из замков.

— Эм, в порядке... Неужели тебе правда есть до них дело? — подобного вопроса она явно не ожидала.

— Они твои родители, а не мои, — произнёс парень, после чего взял паузу почти на минуту, Юмина его не торопила. — Ты ненавидишь меня? — впервые за весь разговор он повернулся к ней лицом, заглянув девушке в глаза.

— Я... — смутившись, Юмина отвела свои разноцветные глаза от внимательного взгляда собеседника. — Уже нет.

— Надо же... И почему? — в вопросе прозвучала лёгкая усмешка.

— На самом деле ты неплохой человек, я вижу это. И желаешь ты нам только блага, пусть и по-своему. Но... я не понимаю...

— Что конкретно?

— С нашей женитьбы прошло уже шесть месяцев, а мы... Мы так и не... — чем дальше, тем сильнее девушка смущалась и переходила на еле слышный шёпот.

— «Мы не» что?

— Мы не спали! — наконец выпалила она. — Тебе ведь нужен наследник! Дворяне уже почти открыто шепчутся об этом. Постоянно пытаются подложить под тебя своих дочерей, а я их спроваживаю. Неужели они правы? Я тебя не привлекаю? — Юмина подняла свои волшебные глазки с наворачивающимися слезами.

— Тебе ответить честно? — слёзы не подействовали на императора. Девушка слегка кивнула в ответ. — Я боюсь детей. Нет ничего опаснее для монарха, чем его близкие родственники.

— Но ведь... Даже если и так, то наследник всё равно необходим! Мы же не вечны, — для Юмины такая причина звучала, как величайшая глупость.

— А кто сказал, что я собираюсь умирать?

— Э... Чего? — королева была в полнейшем замешательстве.

«Он что, с ума сошёл?» — промелькнула в её голове мысль, которую она старательно отгоняла.

— Впрочем, я понял, в чём твоя проблема.

— А?.. Какая пр... М-м-м!.. — не успела девушка договорить, как в её девичьи губы впились совершенно для неё чужие.

Абсолютно внезапно Гоша развернул кресло с сидящей в нём девушкой и прижался к ней. Сквозь её горячие розовые губки прорвался чужой язык, будто присваивая себе данную территорию и помечая её слюной. От неожиданности девица попыталась отпихнуть своего супруга, но спустя несколько секунд полностью отдалась в мужские руки. Сильный и уже довольно умелый язык полностью оккупировал ротовую полость девушки, подавляя любое сопротивление.

Пусть Юмина и скромница, но даже ей было не чуждо сексуальное возбуждение, которое она порой испытывала. И которого она жутко стыдилась.

От жаркого поцелуя и прижимающегося к ней мужчины, тело Юмины начало нагреваться. В привычном платье вдруг стало необычайно жарко, сердце гулко забилось, а кровь прилила к лицу. Поначалу пассивная, девушка предприняла робкие попытки ответить на поцелуй, но сильный язык её супруга не давал ей и шанса на подобное.

Полминуты спустя Георгий разорвал поцелуй. Прозрачная струйка смешанной слюны протянулась меж их ртами, словно узы, связывая их друг с другом. Не ожидая такого резкого завершения, девица даже слегка простонала с небольшим недовольством.

— Что, понравилось? — ехидно ухмыльнулся парень. Его партнёрша была слишком смущена, чтобы ответить что-то вразумительное.

Муж вновь прильнул к своей жене, оставляя засос на шее, словно метку. От шеи плавно перешёл к ключице и ниже... Каждое такое прикосновение вызывало дрожь по всему девичьему телу, его владелица зарылась рукой в тёмно-русые волосы своего супруга. Но пока рот приближался к довольно скромной груди, рука, задирая подол платья, шла вверх по бедру.

— Она... она ещё вырастет... — пробормотала Юмина, когда парень приблизился к её груди. Тот, впрочем, никакого внимания на это не обратил. Перед ним стояла гораздо более серьёзная проблема: платье.

— Да как же его... Ай, в жопу! — попытки разобраться, как эту конструкцию грамотно снять, обернулись полным фиаско. Момент явно не располагал к терпеливости, поэтому он поднял свою королеву с кресла, развернул спиной к себе и попросту разорвал эту помеху на пути к нежному девичьему телу.

— Ах! Они... они ведь услышат!.. — Юмина предприняла последнюю попытку к сопротивлению.

— Да пофиг, пусть слышат.

Гоша дал мысленную команду своей гвардии ни за что не входить и никого не впускать внутрь.

А после просто снёс со стола всё лишнее, не заботясь о сохранности посуды. Раздался звон бьющегося стекла и фарфора, сделанного королевским двором на заказ и стоящего соответственно. Королева сильно перепугалась, думая, что сейчас в зал нагрянет прислуга, дабы проверить, что с монаршими особами, однако никто так и не вошёл.

— Нам никто не помешает, дорогая.

Император содрал платье со своей королевы, оставив её в одних белоснежных чулках на подвязках. Она, с лицом, по цвету похожим на помидор, тут же постаралась прикрыть свои холмики и промежность. Однако её муж прекратил эти жалкие попытки, развёл ей руки в стороны и усадил на стол.

Губы и горячий ротик девы оказались вновь захвачены. Рука её повелителя, поглаживая плоский животик, шла всё ниже, пока не достигла набухшего бугорка.

— Ахм-м!.. — простонала уже более явно девушка, рефлекторно сдвинув ноги от новых ощущений. Однако ненадолго.

Георгий за полгода достаточно натренировался в ублажении прекрасного пола. В частности он обучился одному очень занимательному трюку: стимулированию магией. Через пальцы посредством заклинания Передачи он очень малыми дозами вливает свою магическую силу в нужную часть тела, тем самым стимулируя её. Так и сейчас, играясь с клитором и половыми губками своей жёнушки, Гоша подавал свою концентрированную магию.

Абсолютно непривычная к подобной стимуляции своих нервных окончаний, девица уже через минуту была на грани.

— Да-а-ах... Ещё немного... — оторвавшись от губ своего любовника, простонала она, как вдруг... — А?.. Что? П-почему... — рука между её гладких ножек внезапно остановилась. — Пожалуйста... — жалобно прошептала девушка, между ног которой уже тоненькой струйкой текли горячие соки.

— А как же я? — будто бы с упрёком спросил её супруг. Опомнившись она взглянула на его пах и осознала свою ошибку. Матушка ведь ей говорила, что долг жены – ублажать своего мужа и подарить ему здоровых детей, а она со всем про него забыла!

— Ну... я, эм... — замялась Юмина, не зная, как оправдаться.

Гоша понял, что его уже как шесть месяцев жена, не знает, что именно нужно делать.

— Ох... Как же тяжко с тобой... — тяжко вздохнул он.

— П-прости...

Быстро сняв штаны и прочую одежду, парень впервые предстал пред своей женой полностью голый. Та невольно отвела взгляд и свела ноги вместе, словно боясь того, что последует далее.

«Это же его... штука. Большая... Она ведь не вместится!..» — мысли ей храбрости точно не добавляли, рисуя в её разуме всё более ужасные картины.

А её партнёр, которому уже порядком надоела зажатость девушки, не собирался ждать, пока она наконец дозреет. Смазав по-быстрому член слюной, он придвинулся к ней поближе, с силой развёл её ноги и разместился прямо у входа, едва касаясь её нижних губ.

От ощущения пульсирующего твёрдого, как камень, члена, стучащего в её святая святых, у Юмины спёрло дыхания одновременно от страха, толики отвращения и сильного предвкушения перед тем, что грядёт.

— Про... прошу, будь со мной неж... А-а-ай! — договорить ей не позволил член, что абсолютно бесцеремонно вошёл вглубь неё, разорвав последнюю преграду на пути к своей цели.

Жгучая боль прокатилась по её телу, бёдра сжались на поясе парня, а мышцы влагалища напряглись до предела, обхватывая вторженца внутри. Подождав пару секунд, супруг возобновил движение.

— Ай-ай! Стой, не двигайся! Больно!.. — кричала уже не девственница, стараясь отпихнуть парня, но тот лишь перехватил её руки и, прижав к столу, усилил напор. — Прошу, хватит! Мне больно! Стой!!!

Ему было всё равно, он хотел трахаться, впрочем, и про девушку также не забывал: концентрированная магия входила в неё вместе с его достоинством. Обжигающая боль вскоре превратилась в незначительную, а после и вовсе обратилась наслаждением, коего юная девушка никогда прежде не испытывала. А крики и мольбы о помощи обернулись в сладострастные стоны, становящиеся всё громче.

Слыша, что дело наконец-то пошло как надо, он прильнул своим ртом к её соску, который так призывно раскачивался в такт его собственным толчкам. Рука занялась и вторым затвердевшим сосочком, легонько скручивая его. Чуть погодя, забавы ради император прикусил зубами один и сжал второй сосок, в то же время направив в эти места пятикратную (в сравнении с обычной) дозу своей магической силы.

— Я... М-м-ма-ах!.. — от такой неожиданной стимуляции Юмина пересекла ту самую грань: мышцы начали активно сокращаться, тело женщины выгнуло дугой, от паха до головы и всех нервных окончаний под её кожей прошёл электрический разряд, уносящий её разум куда-то далеко от этого зала; такого напряжения не выдержал и мочевой пузырь, вылив наружу всё содержимое.

Однако дожидаться, пока его королева соизволит прийти в себя, Гоша не стал и с прежним темпом возобновил толчки. Девушка, разум которой уплывал всё дальше от бурного оргазма, не готовая к продолжению, рефлекторно пыталась соскочить с члена своего мужа, но тот только притягивал её обратно и продолжал сношать свою сучку, которая уже вовсе не фигурально текла.

Ещё сильнее, ещё быстрее... Мокрые шлепки двух разгорячённых тел вместе с громкими стонами разносились по обеденной зале, которая, надо сказать, никогда не отличалась хорошей звукоизоляцией.

Наконец, парень почувствовал, что тоже уже близок к финишу, и разогнался ещё пуще прежнего, словно включив режим отбойного молотка. Вливание концентрированной магии не прекращалось ни на секунду. Каждый следующий толчок сопровождался новой порцией, отчего Юмина уже натурально балдела с высунутым языком и закатившимися глазами, в коих уже не виделось ни грамма ясного рассудка. Словно каждый толчок знаменовал собой микрооргазм.

Рыча, муж сдавил её бока руками и максимально глубоко вошёл внутрь, выстреливая свой густой белый заряд на протяжении ещё нескольких толчков. Юмина, судя по судорогам и выгнувшемуся телу, снова кончила и спустя десяток секунд распласталась на столе с отсутствующим выражением лица.

Парень, довольный, медленно вышел из своей жёнушки. Тут же из её мокрой дырочки полилась густая белая жидкость вперемешку со сгустками крови. Увидев сие зрелище, он усмехнулся, использовал на себе заклинание Освежения и снова вошёл в Юмину, которая только начала приходить в себя. Стоны и влажные шлепки зазвучали вновь...

К четвёртому «выстрелу» юная женщина, лежавшая ничком на столе, напоминала уже скорее кусок мяса, сил не осталось даже на стоны. Из её киски непрерывно что-то текло, пропитывая собой дорогой ковёр ручной работы.

В последний раз Георгий кончил и покинул-таки свою жену. Затем он, вдруг о чём-то вспомнив, открыл портал и пропал на минуту, а вернулся уже с банкой таблеток. Взяв одно «колесо», он подошёл к Юмине и расположил её снова в кресле, где она сидела до этого, и слегка похлопал по щекам.

— Юмина. Юмина, приди в себя.

— А... Что?.. — сознание частично вернулось к ней.

— Проглоти это, — сказал Гоша с протянутой ладонью и таблеткой на ней. — Это средство для предотвращения беременности.

— Н-нет, прошу... Не отнимай у меня ребёнка... — жалобно просила она.

— У тебя его ещё нет.

— Пожалуйста... — умоляя, Юмина встала на колени. — Молю тебя, не надо!.. Что угодно сделаю... Не забирай!..

Муж смотрел на неё очень тяжёлым взглядом, нахмурив брови. Мало кому понравится смотреть на слёзы своей супруги. Он лишь надеялся, что не совершает сейчас величайшую ошибку в своей новой жизни.

— Ладно.

— Спасибо! Спасибо тебе, спасибо... — силы окончательно покидали девушку.

Гоша взял её на руки и через портал прошёл в её спальню, расположенную отдельно от императорской. Он уложил её в кровать и накрыл одеялом, поцеловав напоследок.

Так сладко Юмина ещё никогда не спала.

http://erolate.org/book/4355/415430