Готовый перевод Покоритель благородных особ.: Глава 7: Победа с помощью тактики.

Достав парочку зелий из подсумка и выпив их, Ганзель выкинул склянки в сторону. Он сразу ощутил, как его тело напрягается, словно каждая мышца ревёт от боли и нетерпения. Почувствовал, как его зрение стало острее, вместе со знаком, который он ещё не завершил, его чувства в целом стали лучше.

Монстр перед ним и сам понимал, что человека напротив не стоит недооценивать, поэтому напал ещё когда тот выпивал первое зелье. Однако Ганзель создал барьер, который смог выдержать целых два удара, после чего разлетелся на осколки, избегая третьего удара.

Каждый удар монстра был увесистым и мощным. Земля в месте, куда пришёлся удар разлетелась в стороны, и образовывалось небольшое углубление. И, несмотря на мощь, монстр был достаточно быстрым, преследуя Ганзеля, не отступая ни на шаг.

– Поразительная ловкость для такой громилы, – саркастично ухмылялся Ганзель, убрав меч в ножны от ненадобности.

– Кто бы говорил, жалкий человечешка, – не менее саркастично ответил монстр, нанося очередной удар и ненадолго замирая, склонившись к земле. – Это из-за зелий? Неужели они настолько хорошо влияют на столь жалкие тела? – выпрямился монстр.

– Ну, не знаю как у других, но моя сестра отменно варит зелья, – с гордостью произнёс Ганзель, оценивая монстра перед собой, всё ещё не отпускающего его серебряный меч. – Но меня кое-что всё же интересует. Ты вот сказал про хозяина или господина, не помню. Кто ты такой и кто твой господин, раз уж заговорил об этом? Ты ведь не просто был создан в лаборатории ведьм?

– Ты всё равно умрёшь, так зачем тебе нужна эта информация?

Словно понимая, что это его шанс, монстр вновь напал на Ганзеля, только в этот раз намного быстрее. Ганзель с трудом успел поставить Квен, принявший на себя весь удар. Сила удара была настолько больше, в сравнении с другими, что хватило одного удара, чтобы пробить барьер.

Ганзель был вынужден уклониться, понимая, что удар почти не замедлился, несмотря на барьер. Он использовал Ирден, ставя ловушку прямо в том месте, куда должен был шагнуть монстр, заставляя его замедлиться.

Именно в этот момент Ганзель атаковал монстра, замедлившегося настолько незначительно, словно ловушка и не сработала. Сложив знак Аард и увернувшись от очередного удара кулаком монстра, Ганзель атаковал его запястье с мечом. Однако силы удара не хватило даже, чтобы пошатнуть монстра. Из-за этого Ганзель едва успел отреагировать на второй удар, отпрыгивая в сторону и получая небольшой порез на груди от своего же серебряного меча.

Монстр не остановился на этом, атакуя Ганзеля вновь, целясь своим кулаком прямо в голову. Если бы Ганзель вновь не увернулся, он бы лишился головы, но, словно насмехаясь над ним, монстр перед ним раскрыл ладонь, демонстрируя длинные и острые ногти.

Махнув ладонью в сторону Ганзеля, отпрыгнувшего лишь на пол метра в сторону, монстр почти разрубил его своими острыми когтями. Благодаря зельям и своему знаку, Ганзель в последний момент успел уклониться, получая лишь четыре неглубокие раны на плече.

Однако монстр не стал останавливаться на этом, продолжая атаковать Ганзеля вновь и вновь, пока Диаваль наблюдал за всем боем сверху, а Гретель была вынуждена следить из леса. Как бы Гретель ни хотелось помочь, она не могла подвергать брата опасности своими необдуманными поступками. Её пули не наносили никакого вреда монстру перед ней, и если она попытается помочь, только навредит. Диаваль же наблюдал за боем, ожидая свою госпожу, которая на големе всё ещё была в пути. Ей нужно было преодолеть лес.

Но больше, чем ожидание её, Диаваля занимала оценка силы Ганзеля, предполагая, что в конце концов он может стать врагом. Ему было необходимо знать, на что тот был способен, чтобы Ганзель не навредил его госпоже.

Ганзель весь бой продолжал лишь уклоняться, даже не пытаясь атаковать. Он уже оценил прочность шкуры монстра перед собой, осознавая, что так просто пробить её не выйдет. Но он не только уклонялся, продолжая оценивать противника, каждый раз загоняя его в ловушку Ирдена, пользуясь его кратковременным, хоть и небольшим, замедлением. В то же время он готовил более сильную ловушку, расставляя множество знаков Ирден, которые активируются только тогда, когда он этого захочет.

Монстр был настолько сконцентрирован на Ганзеле, что и не заметил, как тот ставит знаки, каждый раз делая это, оказываясь в слепой зоне монстра. Единственное, что помимо ловушек приходило Ганзелю в голову, это атаковать в глаза или рот, два единственных открытых для удара места.

Но как бы Ганзель ни думал, он не знал, как именно атаковать монстра в эти уязвимые места, с его подвижностью и инстинктами. А стоило Ганзелю сложить Игни, монстр сразу реагировал на это, разрывая дистанцию в последний момент, ловко избегая огня.

– Видимо огня ты всё же боишься, – Ганзель с усмешкой смотрел на монстра перед собой, вновь разорвавшего расстояние с ним. – Огонь плохо работал на том парне, но на тебе, видимо, эффективен? Да и, похоже, серебро для тебя серьёзная угроза, поэтому ты до сих пор не выкинул меч, верно?

– Думаешь, знание этого поможет тебе? – надменно улыбнулся ему монстр. – Огонь или серебро могут ранить меня, но не в твоих руках, маленькое ничтожество.

– Действительно? – сложил он очередной знак Ирдена. – Сочувствую, потому что я уже подготовил ловушку.

Ударив ладонью по земле, прямо по другому знаку Ирдена, Ганзель активировал все заранее разложенные знаки. В тот же миг более пятидесяти знаков засветились одновременно, нисколько не истощая Ганзеля, несмотря на обильную потерю магических сил. Он словно и не заметил этого, смотря на монстра перед собой, застывшего в одном положении.

– Я уже успел оценить, насколько ты сильный и быстрый, поэтому подобное количество знаков — более чем достаточно, чтобы остановить тебя.

Хотя Ганзель и был полон уверенности в себе, он шёл к монстру быстрым шагом, не теряя бдительности. В конце концов, монстр мог притвориться, что Ирден подействовал на него. Однако подойдя, Ганзель понял, что Ирден всё же работает исправно, и тот даже глазами не может двигать.

Протянув руку и взявшись за рукоять своего меча, Ганзель попробовал достать его, но из-за сильного хвата монстра ничего не вышло. Вытащив свой второй меч и вылив на него зелье, которое при коротком контакте с воздухом сразу воспламенилось, Ганзель поднял его, направляя кончик в открытый рот.

– Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы убить тебя.

– Ублю... док... – неожиданно произнёс монстр, опуская взгляд на Ганзеля. – Мы... демоны... придём... за тобой...

– Буду ждать с нетерпением, – надменно ухмыльнулся Ганзель.

Хотя череп всё ещё был твёрдым, Ганзель всё же смог пробиться и вонзил меч в мозг через рот. Казалось, что огонь немного размягчил защиту демона, позволяя легче справиться. Но из-за того, что Ирден был всё ещё активен, демон так и остался стоять в одной позе, пока глаза его теряли жизнь.

– Надеюсь тебе этого достаточно, – вытащил Ганзель меч из головы демона, отпрыгивая на несколько метров. – На всякий случай, просто ослаблю магию и буду держаться на расстоянии.

После ослабления тело демона начало заваливаться вперёд, в конце концов падая на землю. Его рука, крепко сжимающая серебряный меч, расслабилась, наконец отпуская его и позволяя Ганзелю забрать своё оружие.

Однако он всё равно решил лишить демона головы на всякий случай, что далось ему на удивление легко. Словно тело демона после смерти значительно ослабло, давая понять Ганзелю, что дело в магической силе.

– Усиливал тело магией? – пробормотал Ганзель, вытирая мечи о лохмотья на демоне и убирая их в ножны. – Впервые вижу, чтобы кто-то направлял магию в тело, чтобы сделать его сильнее. Может, у меня получится также? – призадумался он на несколько секунд, прекращая думать об этом из-за Гретель вышедшей из леса с двумя конями. – Ты в порядке? – с улыбкой смотрел он на сестру, подошедшую к нему.

– Да, щит помог, – махнула она рукой со сложенным щитом. – А ты как? Тебя ранило, – оглядела она неглубокие раны на груди и плече. – Нужно вылечить, – достав из подсумка какое-то зелье и платок из кармана, Гретель подошла к своему брату и, смочив платок, начала вытирать раны.

Ганзель ощутил, как в месте ранения начинает пощипывать, игнорируя столь лёгкую боль. Спустя буквально минуту от ран не осталось и следа.

– Как всегда, великолепно, – смотря на свою сестру с любовью, Ганзель взял её за ладонь и мягко сжал. – Что бы я делал без твоих зелий?

– Умер бы давно, – закатила Гретель глаза. – В любом случае, я последовала за тобой, но так и не поняла, что происходит, объяснишь?

– Ааа... ну да, надо бы объяснить...

После короткого рассказа, Гретель тяжело выдохнула, словно Ганзель совершил какую-то глупость.

– Ты хоть понимаешь, что с нами будет, если мы нападём на короля? – с укором смотрела на него Гретель.

– С чего это я на короля должен нападать? Изначально я просто хотел остановить Аврору и поговорить с ней, но она, должно быть, уже в замке. Всё-таки эта компашка отняла слишком много времени, так что даже на Плотве я не успею вовремя.

– Не станешь нападать? Ну да, ты ведь не так глуп, – вздохнула Гретель с облегчением. – Хотя довольно высокомерен. Но в любом случае, ты ведь понимаешь, что как только станет известно о наших действиях, заказов от аристократов у нас поубавится?

– А зачем нам их заказы, если мы поможем будущей королеве? У нас денег будет столько, сколько на всю жизнь хватит! – уверенно заявил Ганзель.

– Уаааа... – раздался милый зевок, и из кармана на груди Ганзеля выглянула Динь Динь. Она почти сразу заметила последствия боя, поднимая взгляд на Ганзеля и Гретель. – Я что-то пропустила?

– Как ты умудрялась спать, пока Ганзель так активно двигался... – с недоумением произнесла Гретель.

– Моя магия сна очень сильна! – с гордостью заговорила Динь Динь, паря между Ганзелем и Гретель. Она упирала руки в бока, задирая носик вверх, что выглядело скорее мило, нежели горделиво. – Кстати, а мы разве не в том же месте, где я легла спать?

– Много чего произошло... – пробормотал Ганзель.

Именно в этот момент земля начала слегка трястись, и из леса, верхом на големе, выбежала Малефисента. Голем двигался намного медленнее даже обычной лошади, но всё равно быстрее любого человека.

– Королева? – с шоком произнесла Динь Динь, стоило ей увидеть Малефисенту. – Нет, то есть... да, но... – не могла она определиться, испытывая смутные чувства. – Она проклята? И где её крылья?

– Долгая история, – устало вздохнул Ганзель, не желая повторять дважды то, что уже коротко рассказал Гретель. – В любом случае, мы союзники. Во всяком случае, я поверил ей и решил помочь. Всё-таки даже если мы наёмники, у нас тоже есть честь и принципы, и помогать предателям и всяким ублюдкам у меня желания нет.

– Ч-что я пропустила?! – выкрикнула Динь Динь, смотря то на Ганзеля, то на Гретель. – В-вы ведь расскажете об этом мне?

– Я позже расскажу, а сейчас надо поговорить с этой женщиной.

В отличие от Ганзеля, его сестра была предельно серьёзной, смотря на Малефисенту. Та уже подошла к ним, спускаясь с голема и вставая перед ними. Выглядела она встревожено, уже осознав, что здесь произошло даже без слов Диаваля.

– С кем вы сражались?

– Ведьма, фамильяр ведьмы, демон, – коротко ответил Ганзель. – О последних я только сейчас узнал. Надо будет пошарить потом в книгах, может найду информацию о них.

– Что с Авророй? – с беспокойством интересовалась Малефисента, внешне сохраняя полное спокойствие. – Судя по всему, её здесь нет, вы не успели её остановить?

– Скорее всего она уже должна была вернуться в замок, учитывая, сколько времени я потратил на этих придурков, – раздражённо выпалил Ганзель. – Но сейчас не это важно. Что ты будешь делать теперь, зная, что она в замке? Ты ведь не предложишь мне напасть на замок?

– Нет, – покачала Малефисента головой. – Вы отказались от моего убийства, за что я благодарна, и даже попытались помочь, встретившись с опасностью, более я ни о чём не могу вас просить, – глядя на Ганзеля и видя на его груди и плече порванную одежду, Малефисента поняла, что тот пострадал в бою, но не стала об этом спрашивать. – Всё, чего я могу пожелать, это, чтобы вы не вмешивались. Прошу, не вставайте на сторону короля.

– Ну, я уж точно не встану, – пожала Гретель плечами. – Не вижу смысла, учитывая, что узнала. Но надо хотя бы вернуть деньги за задание и отказаться, поэтому в замок мы вернёмся первыми.

– Ну, я подумаю, – с усмешкой ответил Ганзель. Его слова заставили Малефисенту напрячься, готовясь к тому, что он может стать врагом. – Всё-таки, я уже решил вам помочь, поэтому мне нужно подумать, как именно это сделать без лишних жертв.

– Что? – с недоумением во взгляде смотрела на него Малефисента.

– Что? Я ведь согласился ещё тогда, – подошел он к женщине, приподнимая её голову за подбородок чуть выше. – Правда я наёмник и бесплатно не работаю.

– У меня нет денег, но есть сокровища Топких болот, – сдержанно ответила Малефисента. Она никак не реагировала на довольно грубые действия Ганзеля. – Можете взять всё, что хотите, но в пределах разумного.

– Правда?! – обрадовалась Гретель. – У вас там много редких трав и многого другого! Я с радостью приму задание и помогу вам.

– Продалась за травы? – приподняв бровь, посмотрел на неё Ганзель.

– Я-то хоть за травы, а ты в постель хочешь этих двоих затащить, – скрестила Гретель руки под грудью, делая её визуально больше. – Так что не тебе меня осуждать.

– О чём она? – нахмурилась Малефисента.

– А, ну, о том, что ты услышала, – вернул Ганзель взгляд на Малефисенту немного пошло ей улыбаясь. – Я положил на тебя и Аврору взгляд, как увидел. И у меня есть слабость к красивым и невинным девушкам. Хотя взрослые дамы могут и не быть невинны, – провёл он большим пальцем рядом с губами женщины, нисколько не сопротивляющейся ему. – Поэтому рассматривай своё тело как плату за помощь. Готова ли ты пойти на это, желая спасти ту, кого любишь всем сердцем?

Хотя Ганзель и казался подонком, что он, что Гретель и Динь Динь, прекрасно понимали, что это лишь фарс. Он не станет принуждать Малефисенту к тому, чтобы лечь с ним в постель даже после того, как всё закончится, и уж тем более не станет требовать этого же от Авроры.

Ганзель просто хотел помочь страдающей от разбитого сердца женщине, нашедшей исцеление в дочери того, кто её предал. Хотел помочь матери, не желающей потерять своего ребёнка, даже если этого ребёнка она и прокляла. И ему просто не нравились плохие концовки. Для него победа короля была именно такой, даже если Аврора и будет спасена.

Гретель и Динь Динь прекрасно об этом знали, поэтому молча наблюдали за тем, как Ганзель дразнит Малефисенту, для которой все его слова были предельно серьёзны.

– Ты ещё хуже его, – грубо убрала она руку Ганзеля от себя, едва сдерживаясь, чтобы не атаковать его. – Я справлюсь и без вашей помощи, – демонстративно отвернувшись, Малефисента направилась к голему. – Лети вперёд, Диаваль, – отдала она приказ ворону, сидевшему на големе.

– Кар! – ответил ей Диаваль.

– Что? – удивлённо произнесла Малефисента.

– Кар!

– Он говорит использовать нас, – вмешалась в разговор Динь Динь, удивляя Диаваля и Малефисенту. – Что? Вы ведь не думали, что только вы можете понимать, о чём он говорит? Феи хорошо понимают любые языки волшебных существ, даже если это фамильяр.

– Значит использовать нас? Откажись, – с добродушной улыбкой порекомендовал Ганзель, во взгляде которого было видно угрозу. – Даже если ты вернёшь себе крылья, это не придаст тебе столько силы, чтобы победить меня. Я даже больше скажу, ты не та, кто будет действовать подобным образом. Скорее ты поймёшь, что без нашей помощи тебе не справиться и согласишься с моим предложением.

Конец 7 главы.

http://erolate.org/book/4423/425832