Готовый перевод Pharaoh’s Curse / Проклятие фараона: Глава 7

Глава 7.

Эндрю стоял в стороне, пока его мать и трое ее учеников осторожно пробивались сквозь песок, затвердевший между щелями больших дверей. И смотрел на попку Баст, выгибая бровь при виде деталей женственности богини. Покачав головой на извращенность древних египтян, он услышал звук подъемника. Что же они найдут внутри. Эндрю на самом деле очень жалел, что у него нет огнемета на случай, если наружу хлынет волна пауков. Он насмотрелся на них уже на второй день своего пребывания тут, и они были... огромными! Эндрю чувствовал, как по коже бегают мурашки при одной мысли об их длинных волосатых лапках, и об этих маленьких глазках-бусинках, сверкающих на свету. – «Нет, сэр! Моя задница не станет их пищей!» - решительно сказал себе Эндрю, содрогаясь при этой мысли.

- Этого должно хватить! - Эндрю вскинул голову при звуке голоса матери, и положив руки на пах, посмотрел на мамину попку. Его разум не мог перестать думать о том поцелуе и словах, которые она шептала ему. - Ладно, Абаси, убери это с дороги, - сказала Алекс, чувствуя на себе чей-то взгляд. – «Боже! Эндрю пялится на мою задницу!» - Успокойся, просто успокойся, - бормотала она себе под нос. Как бы ей хотелось иметь при себе бюстгальтер, тогда ее соски не были бы так... заметны. Ее рука держалась за поручень, пока Абаси направлял лифт. Она старалась не замечать, как ее сын смотрит на нее, пока лифт опускался, но было легче сказать, чем сделать.

- Будем надеяться, что мы не закончим, как те парни, которые открыли гробницу Тутанхамона, - сказал Эндрю, подходя к матери, и они оба расположились перед дверями.

- Тсс! - Алекс игриво хлопнула сына по груди. - Никто не брился, чтобы этого не случилось, - сказала она, не скрывая улыбки вспоминая, как она учила его опасностям вскрытия запечатанных камер, когда ему было девять. Теперь, пробегая глазами по трехнедельной щетине Эндрю, она не могла не полюбить, такой его брутальный образ. - Окажи честь, - сказала Алекс, подталкивая сына вперед. И принялась наблюдать за тем, как двигаются мышцы его спины под футболкой, в то время как ее сын прижал руки к левой створке, а Абаси сделал то же самое с правой. Алекс покусывала внутреннюю сторону щеки, пока ее глаза были прикованы к заднице Эндрю, в то время как мышцы на его ногах вздулись, когда они попытались сломать печать, сформовавшуюся столетиями, и до которой они не смогли дотянуться своими зубилами.

- Давайте, ребята! Покажите нам вашу силу! - ободряюще выкрикнула Анта.

- Вот ведь, - пробормотал Эндрю, посмотрел направо, и увидел, что Абаси тоже пробормотал что-то по-арабски. Затем, когда его лицо уже начало краснеть от напряжения, он услышал легкий треск, а затем еще один, и вскоре створки со стоном распахнулись.

- Я знала, что в тебе это есть, - поддразнила сына Алекс. - Окей, все! - Она хлопнула в ладоши, привлекая внимание учеников, зная, что они так же, как и она, жаждут попасть внутрь, и не увидела, как в святилище входит Эндрю. - Берите инструменты и фонари... А куда делся Эндрю? - Она повернула голову в поисках сына, и ее сердце замерло, когда она услышала грохот камня и его вопль боли.

Эндрю не знал, зачем вошел в святилище. Что-то в его голове заставляло его первым переступить порог. Как будто что-то завладело его разумом, направляя тело к задней части здания, не обращая внимания на яркие изображения на стенах. И только когда древние бревна, поддерживающие фальшпол, треснули под его весом, его разум вышел из оцепенения. - Черт! - выкрикнул Эндрю, падая в темноту. Его левое плечо сильно ударилось о край спускающейся вниз шахты, и он упал навзничь. Его голова ударилась о каменную стену, и тело покатилось вниз по шахте. Темно-синее пламя вспыхнуло на пропитанных маслом факелах, которые стояли в подставках на стенах. В отличие от помещения над ним, комната в которую он попал сейчас была размером всего шесть на девять футов, и здесь не было никаких фресок или иероглифов на гладких полированных ониксовых стенах. Единственным украшением этой тайной комнаты был одинокий пьедестал, поднимающийся на высоту его пояса, окруженный бассейном глубиной в фут. На пьедестале сидела изящная каменная кошка, вырезанная из того же камня, что и стены, пол и потолок.

Эндрю закашлялся, выплевывая воду, которая проникла в его легкие, синий свет мерцал вдоль его радужных оболочек, глубокий порез на лбу закрылся, когда кровь потекла по его виску. И он мог бы поклясться, что, вглядываясь затуманенными глазами, увидел перед собой образ Баст, прежде чем потерял сознание.

- Мы снова встретились, мой Фараон, - проговорила Баст, склонившись над ним. Золотистый мех ее лица блестел на свету. Ее оливковая кожа была нежной и молодой. Ее большие груди прижимаясь к покрывавшему их полотну, выделяли кровавым цветом ее соски. - Не могу сказать, что эта форма лучше твоей прошлой, но ты Онуфрий, по крайней мере, душой. - Ее кошачьи глаза пробежали по телу Эндрю, и она положила руку ему на грудь. Приказав воде проникнуть в его тело, она вновь вплавила свое благословение в тело Эндрю, точно так же, как сделала это с Онуфрием все эти тысячелетия назад. Ее золотисто-карие глаза вспыхнули, и статуя кошки начала трескаться и крошиться, когда сила, пойманная в ловушку в этой комнате, вернулась к своему прежнему владельцу. Ее клыки блеснули на свету, и она начала превращаться в серебристо-пятнистого египетского мау. Ее хвост легонько постукивал по камню, она подняла правую лапу, и ее язык пробежал по ее подушечке, на ее лбу красовался знак жука-скарабея, и свет играл на меху. Ее зеленые глаза смотрели в сторону проема, хвост нетерпеливо покачивался, от желания увидеть, что люди сделали с землей.

- Эндрю! Эндрю! Ответь мне, малыш! - кричала Алекс в проем. Ее глаза вглядывались в темноту в поисках сына, а сердце замирало от тревоги. - Эндрю! Ответь мне сию же секунду! Дай мне знать, что с тобой все в порядке! - кричала она вниз, стуча руками по камню, в ожидании возвращения Анты и Абаси с веревкой и лестницей.

Эндрю застонал, приходя в себя. Его правая рука схватилась за левое плечо, которое пульсировало от боли как сумасшедшее. Он сел, удивляясь, почему промок. И это было не обычное ощущение промокания до костей в поту, которое он так хорошо знал. Затем пошевелил пальцами левой руки, и обрадовался, что они все еще работают. Ну, по крайней мере, он не очнулся весь в верблюжьих пауках, это все, что ему было нужно.

- Эндрю, это не смешно! Ответь мне! - Эндрю посмотрел в сторону шахты, и его разум, наконец, воспроизвел то фрагментарное воспоминание о том, как он попал сюда. Шипя, он прижал левую руку к груди и поднялся с пола.

- Я здесь!

- О, слава Богу! – вздохнула Алекс. Прижимаясь лбом к камню, она молилась небесам, чтобы ее сын остался жив. - Эндрю, где именно ты находишься? - крикнула она, подавляя инстинкты археолога.

- Я... не знаю, - сказал Эндрю, и его голос эхом отразился от стен.

- Что значит "не знаешь"? Там же должно быть что-то, что укажет, для чего это место?

- Нет, мама, здесь ничего нет, только очень, очень странные факелы, - сказал Эндрю, оглядываясь вокруг.

- Что ты имеешь в виду?! - озадаченно спросила Алекс.

- Они синие, я имею в виду пламя, - сказал Эндрю, поднимаясь из шахты.

- Синие?! А есть там еще что-нибудь? - спросила Алекс, в то же время беспокоясь о том, был ли ее сын ранен. Однако она все еще хотела получить отчет из первых рук о том, что он видел.

- Ничего... кроме… - сказал Эндрю, склонив голову к единственному пьедесталу.

- Кроме чего?

- Здесь есть пьедестал, но на нем ничего нет, - сказал Эндрю, находя всю эту комнату странной, учитывая природу камня. Даже он понимал, что это место было очень странным, так как египтяне использовали в своих зданиях глиняные кирпичи, песчаник, известняк или гранит, а не этот черный полированный камень. - Оникс?

- Что ты сказал Эндрю?

- По-моему, вся комната сделана из оникса, - крикнул Эндрю матери.

- Не обращай внимания, ты можешь подняться сюда сам? - спросила Алекс, пока этот лакомый кусочек грыз ее мозг.

- Не знаю, я повредил плечо, но постараюсь, - сказал Эндрю, выходя из комнаты.

- Ладно, не напрягайся, если не сможешь, - сказала Алекс, перекатываясь на бок, когда услышала стук лестницы, которую принесла Анта.

Эндрю поморщился, его теннисные туфли едва давали ему достаточную тягу, пока он поднимался к свету. Он хотел использовать свою левую руку, пока мог двигать ею, она не ощущалась вывихнутой, но все же чувствовала слабость. Его рука метнулась вперед, хватаясь за край отверстия шахты, в то время как Эндрю задыхался в изнеможении. Несмотря на то, что в комнате было прохладно, он все равно думал, что вспотеет от напряжения, но он оставался сухим, как кость.

- Только посмотри на себя, - беспокойство матери заставило Эндрю поднять глаза. - Это кровь! - Алекс чуть не взвизгнула при виде ее.

- Что?! Где?! - Эндрю выразил свое потрясение, оглядывая свое тело. Интересно, как он так быстро высох от того, что промок насквозь?

- Твой лоб, - сказала Алекс, указывая на пятно.

- Странно, - пробормотал Эндрю, потирая лоб пальцами. Он не почувствовал раны, так откуда же тогда взялась кровь?

- Что у тебя с плечом? Анта принесла лестницу, просто подожди еще немного, и мы вытащим тебя оттуда, - сказала Алекс, улыбаясь сыну, когда он посмотрел на нее.

- Ой, ой, - прошипел Эндрю, когда мать обняла его, как только он выбрался из проема.

- Извини, - смущенно сказала Алекс, убирая прядь волос за ухо. - Билл, отведи Эндрю в медпункт, чтобы ему осмотрели плечо, - приказала она, нежно поглаживая спину сына. - Извини, я обещаю, что приду проведать тебя, как только мы все выясним. Надеюсь, ты понимаешь меня.

- Хорошо, - кивнул Эндрю. Даже он не мог винить ее за то, что она хотела спуститься туда. Но почему та комната показалось ему такой знакомой.

- От него что пахло гранатом? - спросила Анта, подходя к Алекс, в то время как они смотрели, как Билл выводит Эндрю из святилища.

Алекс выгнула бровь, когда Анта пристально посмотрела на сына. Она ни разу не видела, чтобы Анта проявляла какую-либо форму влечения к Эндрю с тех пор, как он появился в их лагере. Алекс мгновенно почувствовала, что начинает ревновать. Да что с ней такое?! Она не должна ревновать, если кто-то другой интересуется ее сыном. Это вполне естественно, что девушки... Нет все же что-то внутри нее хотело, чтобы ее сын был только ее.

- Не знаю, - ответила Алекс, возвращая свое внимание к проему в полу. И пытаясь отвлечься от странных эмоций, которые она испытывала. - Пойдем разберемся с этим странным помещением, в которое попал Эндрю.

http://erolate.org/book/473/43737