Дом Сергея стоял на краю леса, одинокий и тихий, как всегда в ночь Хэллоуина. Мужчина вернулся поздно — усталый, но голодный. Он даже не зажёг свет в прихожей. Просто снял ботинки, бросил ключи на тумбочку и пошёл в спальню. Хотел принять душ, лечь и спать. Завтра тяжёлый день.
А потом дверь тихо скрипнула.
В спальню вошла она.
Милая. Слишком милая. Высокая, стройная, с длинными светлыми волосами, которые падали как шёлк до талии. Глаза — огромные, голубые, невинные, как у ребёнка. На ней было розовое платьице няши: короткое, с бантиком на груди и оборочками на подоле. Белые чулки с кружевом. Белые туфельки. На голове — мягкий капюшон с ушками и бантом. Всё выглядело так мило, что у Сергея даже сердце дрогнуло.
— Привет, солнышко… — пропела она звонким голосом. — Я твоя новая няня. И сегодня будет очень-очень весело.
Сергей моргнул. Потом улыбнулся.
— Ты… опоздала на полчаса. Я уже собирался спать.
Она подошла ближе. Подошла вплотную. Подняла ручку и погладила его по щеке. Пальчики были холодные. Ледяные.
— Не переживай. Я уже внутри тебя.
Она схватила его за запястья и одним движением защёлкнула на них тонкие серебряные цепочки. Ещё секунда — и они были прикованы к спинке кровати. Потом к лодыжкам. Ноги раздвинула силой и защёлкнула к кольцам у ножек кровати. Теперь Сергей лежал полностью открыт, без сил, полностью её куклой.
— Маманя… — прошептала она, наклонясь и целуя его в губы. — Сегодня ты будешь играть со мной и моими сестрёнками. Пять штук. Они уже ждут в коридоре.
Дверь в спальню открылась. Вошли четыре других.
Суккубы-сестры.
Идеальные. Каждая — копия предыдущей, только чуть по-другому.
— Первая сестрёнка — рыжая, с маленькими рожками, которые слегка светились.
— Вторая — брюнетка, с чёрными крылышками за спиной.
— Третья — шатенка, с маленькими клычками.
— Четвёртая — блондинка с золотыми волосами, как у самой няни.
Все в похожих платьицах няш, но с разными цветами оборочек и бантиков. Все с одинаково мило-невинными лицами.
— Добрый вечер, солнышко~ — пропели они хором.
Сергей дышал тяжело. Желание уже разгоралось. Член стоял колом, капля уже блестела на головке.
Няня-сестра села на его лицо. Прижала свою горячую, мокрую пизду прямо к губам. Сразу начала двигаться. Садиться. Поднимать. Круговые движения. Клитор тёрся о язык. Сергей начал лизать — жадно, отчаянно, потому что она была сладкой, как мёд, и пахла ванилью и чем-то запретным.
— Вот так… лизни няню глубже… — прошептала она.
Две другие сестры взяли его член в руки. Раздвинули кожу, погладили ствол, лизнули головку по очереди. Третья и четвертая встали по бокам, прижались своими мягкими, горячими грудями к его лицу. Соски — твёрдые, ледяные — тёрлись о губы. Сергей дышал их запахом.
Они начали меняться.
Одна села на его член — медленно, до конца. Ездила. Медленно. Потом быстрее. Вторая села в рот — глубокий, жаркий, глотала до самого горла. Третья — в задний проход. Четвёртая — опять в рот, пока одна в вагине, пока одна на лице.
Они меняли всё время.
Сначала — все четверо на нём одновременно. Двойное в вагине (одна двигалась, другая стояла и кончала на его яйца). Двойное в жопе. Один в рот, второй на лице. Они пили кровь — маленькими укусами на шее, на груди, на бёдрах. Кровь текла по его телу, смешиваясь с потом.
Сергей уже не мог считать.
Он кончил первый раз — сильно, когда одна сестра села на его лицо и начала двигаться, пока другая ебала его в рот. Кончил на её язык. Она проглотила всё.
Потом вторую сестру. Третью. Четвёртую.
Они сажали его на игрушки.
Сначала — огромный вибратор размером с его руку. Вставили в вагину, включили на максимум. Он кончил за секунду. Они вытащили, поставили в жопу — снова максимум. Он кончил ещё раз, тело выгнулось дугой.
Потом — второй вибратор, тонкий, но длинный. Один в вагину, один в жопу одновременно. Две сестры ездили на нём, пока остальные целовали его грудь, пили кровь, дёргали соски.
Они привязали его по-новому.
Руки подняты над головой, ноги в позе «ласточка». Полностью открытым. Няня-сестра села на его лицо, пока все четыре другие по очереди садились на его член. Одна — за секунду, вторая — долго, третья — жёстко, четвертая — медленно, кругами. Они меняли. Они меняли его позы.
Сначала он лежал на спине, они втроём на нём: одна в вагине, одна в жопе, одна в рот. Потом — на боку, с двойным в жопе и одним в вагине. Потом — лицом вниз, зад подняли, как для собаки. Все четыре входили по очереди в вагину и в жопу. Двойное, тройное, четверное проникновение. Слюни. Пот. Кровь. Сок.
Они играли с ним часами.
Каждая сестра хотела быть его любимой. Няня-сестра сама сидела на нём последней — медленно, глядя в глаза. Она была мягкой, почти нежной, пока двигалась, пока не кончила сама и не выжала из него ещё одну.
Потом они сели все вместе — пять суккуб-сестёр вокруг него.
Одна начала ездить на его лице. Другая — на груди. Третья — в рот. Четвёртая — в вагину. Пятая — в жопу. Они двигались в унисон, как в хореографии. Секс был громкий, влажный, грязный. Кровь текла по его телу. Его член пульсировал внутри одной, в то время как другие пили кровь с шеи.
Он кончил пятый раз подряд.
Тело уже не слушалось. Ноги дрожали. Член болел от переполнения.
Они не остановились.
Они привязали его в позу «звезда» — руки и ноги в разные стороны, полностью открытым. Все пять одновременно. Двойное в вагине, двойное в жопе, один в рот, один на лице. Они ездили друг на друга, пока не кончили все. Потом сели все на него. Пять горячих, мокрых пизд на его члене, в его жопе, на его лице. Они двигались вместе, как одна большая команда.
Сергей уже не мог.
Только стонал и кончал снова. Сильно. Сильно. Сильно.
К утру он лежал на полу спальни — связанный, выжатый, полностью их. Пять суккуб-сестёр лежали вокруг него, прижимались своими мягкими, тёплыми телами, целовали его, пили кровь и шептали:
— Ты наш, солнышко…
— Теперь ты не встанешь до следующего Хэллоуина…
— Мамаша нас хорошенько научила тебя любить…
Они улыбнулись в унисон. Глаза блестели.
И Сергей улыбнулся сквозь боль и удовольствие.
Ночь закончилась.
Но он всё ещё был внутри.
http://erolate.org/book/5005/515261
Готово:
