Готовый перевод Дополнительная жизнь в подарок: Глава 14 - Жуткий опыт

Когда Кадж выбрался из кареты, то увидел, что из нижних окон двухэтажного дома, возле которого они остановились, струился свет. “Неужели Тэя зарядила кристаллы перед поездкой?” – задумался было он, но затем, увидев в одном из окон промелькнувший силуэт, сообразил, что это, скорее всего, обслуга дома поддерживает освещение. Секунду спустя в парадной двери щелкнул замок (Тэя в это время как раз давала указания вознице). “Полагаю, слуги бы не спали и ждали свою хозяйку до утра, реши та гульнуть, как следует” – предположил легенда, но спрашивать, понятное дело, не стал.

Потом он наблюдал, как Тэя подошла к двери – та открылась, и молодой мужской голос произнес – «С возвращением, Старшая». “26 лет, чемпион скорости, уши человеческие” – почти машинально отметил Кадж, с некоторым интересом рассматривая черноволосого и сероглазого “стражника дома”, одетого только в белый домашний халат.

«Приветствую уважаемого Каджа, высшую элиту Короны!» - быстро согнулся в поклоне слуга, заметив легенду.

«Сделай гасо со сладостями и подай на стол» - распорядилась Тэя еще до того, как ее прислужник успел разогнуться. Быстро ответив – «Слушаюсь, Старшая» - тот исчез в глубинах дома. Высшая повернулась к Каджу и, сказав – «Будь моим гостем» - пригласила его внутрь.

Зайдя в прихожую и увидев большое, в рост человека, зеркало, легенда успел подумать – “Прямо как у Корта” – а через мгновение, услышав просьбу Тэи, уже отдавал ей свою куртку, которую та затем повесила на один из крючков рядом с дверью.

«Я сейчас раздам указания и приду» - сказала хозяйка дома, снимая обувь. После, показав пальцем на одну из двух дверей, что находились в разных углах противоположной от входа стены, она добавила - «а ты иди в ту комнату и располагайся».

Комната за дверью тоже была освещена кристаллами в настенных светильниках, но при этом имела значительно больший размер, чем прихожая, и по всей длине периметра была уставлена коричневыми кожаными креслами и диванами. В каждом из трех, отдаленных от входа углов, стояло по одинаковому круглому столику. А вот центр помещения являл собой голый паркетный пол, то бишь пустовал. Кадж даже ненадолго задумался о смысле в именно такой расстановке мебели, но, достаточно быстро посчитав, что середина комнаты пустует либо для проведения различных представлений либо для танцев, на этом успокоился и начал осматривать стены.

Первым в глаза бросался лук с двойным изгибом, висящий на стене, естественно, без тетивы. Оценив цифровым глазом прочность и упругость оружия, Кадж с удивлением понял, что даже старый лук Танаты, купленный еще в Тарне, был примерно такой же по характеристикам. “Это, вероятно, памятная вещь” – решил он и начал осматривать висящие на стенах картины, коих тут было немало. Видимо, Тэя являлась ценителем подобного вида искусства, но Каджу такое было неинтересно. Зато он с живым интересом рассмотрел два довольно больших, примерно формата А2[1], рисунка (они висели вровень с другими картинами, и тоже в рамках и под стеклом). На первом рисунке были изображены Тэя и Фанака, стоящие по разные стороны от памятника основателю Лура. Другое же полотно показывало Тэю на фоне знаменитой часовой башни с той же самой площади. “Как знакомо” – вздохнул легенда, вспомнив расставание с Дэссой и ощутив легкое дыхание ностальгии.

«Любуешься картинами?» - раздался голос Тэи и Кадж, посмотрев на вошедшую в комнату хозяйку с необычной металлической шкатулкой в руках, сказал, что тоже успел побывать в Луре и купить себе на память подобный рисунок. Высшая кивнула и, пройдя к одному из ближайших столиков, поставила шкатулку на него. Этот ларец, сделанный из серебра, имел замочную скважину и был инкрустирован[2] разноцветными камнями, а его крышка имела форму полусферы. Что же до размеров, то само тело шкатулки было небольшим: это как если бы взять обычный кирпич, отколоть от него треть и выбросить, оставив остальные две трети. Но необычная крышка сильно добавляла этому сундучку объема.

«Хочешь еще что-то спросить?» - поинтересовалась Тэя, вставляя ключ в ларец.

«Этот лук… в чем его ценность?» - с осторожностью спросил Кадж, надеясь, что сейчас не услышит какую-нибудь душераздирающую историю о погибшем возлюбленном, лук которого заставляет Тэю вспоминать любовь, что была между ними и во время целого шторма нахлынувших чувств насквозь проплакивать подушку. Хотя, учитывая ее возраст, вряд ли подобное предположение будет верным.

«С этим луком я прошла последнее испытание школы» - отвечала высшая, одновременно с этим открывая шкатулку. Затем, повернувшись к уже подошедшему Каджу, она продолжила – «Я же, в вообще-то, лучница. И у меня даже есть площадка на заднем дворе для упражнений в стрельбе».

«Выходит, меч – не твое любимое оружие» - подытожил легенда, рассматривая открытый ларец. Если не считать небольшого мешочка внутри, то внутренности шкатулки были скудны до безобразия: наполовину утопленный в металл круглый магический кристалл размером с грецкий орех в центре и восемь углублений полуцилиндрической формы вокруг камня, расположенных подобно лучам. И еще один, но уже полусферический кристалл, находился в середине внутренней стороны крышки. Кадж, видя, что оба камня окантованы металлом другого цвета, сразу понял (а его цифровой глаз подтвердил) - это уже не серебро, а мифрил.

«Из всех нас только Тагор и Леда всегда предпочитали мечи» - рассказывала Тэя, доставая мешочек и развязывая тесе́мку[3] – «А все остальные… Корт, например, копейщик. Фанака любит боевые ножи. Атан машет топором. Ларак избрал алебарду[4]». “А со мной на тренировке Корт все равно орудовал мечом” – хмыкнул про себя Кадж, наблюдая за тем, как Тэя один за другим достает из мешочка кристаллы в форме цилиндров, подозрительно сильно похожие на те, что вставлялись в жетоны наемников, но только чуть больше размером.

«В общем, я в этом не особо понимаю…» - начала она, поднося кристаллы ближе к глазам и присматриваясь к ним. Кадж, приблизив фокус зрения, сразу же увидел, что на каждом цилиндре присутствует одна или две цифры, а также пара рун.

«…так что расскажу только то, что смогла запомнить» - продолжила Тэя, вставляя некоторые из цилиндров в углубления на дне шкатулки.

И дальше Кадж узнал, что в каждом цилиндре магическим образом записано звучание одного инструмента. Если такой цилиндр вставить в одно из углублений, а затем напитать магией кристалл на дне шкатулки – тот как бы вберет в себя мелодию из цилиндра и направит в камень в центре крышки. И тогда уже станет слышно те звуки, что хранились в цилиндре.

«Заклинания находятся здесь» - произнесла Тэя и нажала на один из украшающих сундук разноцветных камней. В самом низу ларца выскочила тонкая полочка. Выдвинув ее полностью, как ящик стола, высшая показала Каджу вырезанные на этой пластине пять строчек с рунами.

«Первые три заклятья запускают музыку с разной громкостью» - продолжала рассказывать Тэя, водя пальцем с первой строчки по третью – «это тихо, это громче, а это еще громче». Указав на четвертый ряд, что содержал всего три руны, она объяснила, что если эту последовательность добавить к первым трем заклинаниям, то мелодия будет идти по кругу до тех пор, пока мана в камне не закончится. Последнее, пятое заклятье, просто прекращало музыку. “Получается, первый камень считывает информацию с цилиндров и затем с модификаторами громкости и/или повтора направляет ее во второй камень, который уже генерирует звуковые волны вместо динамика” – сделал вывод Кадж, чувствуя восхищение перед изобретателем подобной вещи.

«Выходит, в королевском дворце примерно такое же устройство?» - спросил он.

«Нет, там все намного сложнее» - возразила Тэя и рассказала, что дело не только в размере ларца и камня, что способен воспроизвести более трех десятков инструментов одновременно, но и в четырех кристаллах для создания звука, которые размещены в разных углах тронного зала.

«Понятно» - протянул Кадж и затем добавил - «и стоит такое устройство намного больше твоего, верно?»

«Не смеши Вейру. Такое даже сравнивать стыдно» - фыркнула Тэя, а затем, нахмурившись, пробормотала – «при том, что даже эта шкатулка обошлась мне в два жалованья». “Ничего себе!” - подумал Кадж, вспомнив, что ему Корона назначила зарплату в 100 золотых. Но легенда сразу же одернул себя, вспомнив, что речь шла о так называемом “пустом” жалованье. То есть сто золотых монет он получит, если за двадцать дней не выполнит ни одного задания Короны. А если выполнять задания (и вдобавок еще и помогать птенцам школы, как советовал Ларак)… “И это мне король назначил сто золотых” – напомнил себе Кадж, понимая, что у других высших может быть совсем не такой оклад, как у него. Так что без дополнительных уточнений два жалованья Тэи могли иметь довольно большой разброс в денежном эквиваленте. Но уточнять Кадж не стал.

«Старшая, разрешите?» - раздалось у входа. Легенда повернул голову и увидел того самого слугу, что встречал их ранее, но сейчас он был с подносом в руках.

«Поставь туда» - высшая указала рукой на соседний столик – «и иди спать. Утром ты мне понадобишься».

«Слушаюсь» - ответил слуга и, оставив поднос на указанном хозяйкой столе, быстро покинул комнату.

Кадж ощутил вспышку силы от Тэи, и в тот же миг из камня в крышке полилась мелодия. “Звуки как у фортепиано, или у других похожих клавишных” – отметил легенда, зачарованно уставившись на шкатулку и уже прикидывая, сколько туш дорнов (или магических камней из подземелья Сардиса) нужно продать для покупки этого сокровища. Потому что если все нынешние деньги уйдут на запланированные траты: карету, зарядку меча, доспехи и оружие для группы… “Ничего, в моем инвентаре много всякого хлама” – размышлял Кадж – “ну а на крайний случай возьмем какое-нить дорогостоящее задание в гильдии… или поднимем ранг паре знатных отпрысков”.

«Давай пока поедим» - сказала Тэя, направляясь к тому столику, на котором ее слуга оставил поднос. Надо сказать, что гасо имел слегка непривычный для Каджа аромат, а выпечка была выше всяких похвал.

Во время этого “сладкого стола” высшая упрашивала легенду поговорить с Тагором на тему того, чтобы все остальные соратники тоже получили подобное послабление и могли утешаться с искусителями хотя бы в постельных домах.

«Но разве это решает не Его Величество?» - спросил Кадж.

«Да, однако, глава может повлиять на решение короля» - ответила Тэя и добавила – «но если ты сможешь поговорить с Его Величеством – это будет еще лучше... Раз он к тебе так расположен». Легенда совсем не горел желанием говорить об этом ни с Лэйдисом, ни с Тагором и высшая, видимо, прочла это на его лице, так как предложила помощь. Она сказала, что всего лишь за попытку убедить главу замолвит за Каджа словечко перед торговцем подобными шкатулками, и тогда при покупке легенда получит скидку.

«А если ты сможешь убедить Его Величество отменить запрет – я сама куплю тебе в подарок такой ларец и еще десяток кристаллов с мелодиями в придачу» - продолжала упрашивать Тэя. “Даже если король пойдет мне навстречу, это все равно будет выглядеть так, будто я выпросил у Короны очень серьезную уступку” - думал Кадж - ”и, не ровен час, за нее потом придется расплачиваться каким-нибудь смертельно опасным заданием… или рассказом о других моих способностях, если они уже успели оценить мою ауру или хотя бы ауру Рики”.

«Кроме того» - продолжала высшая – «все наши оценят даже твою попытку помочь. А уж если тебе удастся…» Тэя неожиданно улыбнулась и спросила – «Ты же интересуешься рунами, верно?» - и, после кивка Каджа, предложила – «За успех я отдам тебе все руны огня, которые знаю. В будущем это сделает твоих демонов намного сильнее». “Она что, уже знает, что я покупал у Корта руны?” – мелькнуло у Каджа, который вдруг с ужасом понял, что уже совсем не против попытаться убедить короля отменить этот несправедливый запрет.

«Ой. Извини, больше не буду на тебя наседать» - опомнилась Тэя и, встав с кресла, подошла к шкатулке.

«Давай закончим нашу встречу на приятном моменте» - продолжала говорить она, вкладывая в углубления сразу три музыкальных кристалла. Снова вспышка силы, и заиграла уже более сложная композиция.

«Потанцуешь со мной?» - спросила Тэя, протягивая руку Каджу. “Нашла, блин, приятный момент” – мысленно скривился легенда. В своей прошлой жизни, очень быстро успев понять, что танцы - это не его, Кадж не стал пытаться идти против природы, а просто исключил подобный вид активности из своей жизни. Хотя в глубине души он все равно хотел уметь не быть “деревянным”, попадать телом в ритм музыки, чувствовать партнера в танце и так далее.

«Я не умею танцевать» - выдавил из себя легенда, когда понял, что пауза затягивается.

«Тогда я буду вести тебя» - как ни в чем не бывало, ответила Тэя. Кадж хотел отказаться, но, вспомнив, что в этом мире ему всего 19 лет и, можно сказать, появился второй шанс побороться с этой позорной косолапостью, все-таки вложил руку в протянутую ладонь Тэи и встал с кресла.

«Если ты хоть раз засмеешься…» - начал он, но высшая даже не стала дослушивать – «Не буду я смеяться. Сама когда-то такой была, так что полностью тебя понимаю. Подойди чуть ближе. Так, эту руку давай мне, эту сюда…» И, после всех необходимых приготовлений, танец (хотя правильнее было бы сказать первый танцевальный урок) начался.

Тэя (что для Каджа было совсем неудивительно) отлично чувствовала себя в танце. Все ее движения были плавными, точными и абсолютно своевременными – чего нельзя была сказать о ее партнере. Правда, благодаря возможности ускорять личное время, Кадж умудрялся избегать самых грубых ошибок, вроде наступания на ногу или поворота не в ту сторону. Но высшая не только не усмехалась, но наоборот – терпеливо показывала сложные элементы танца снова и снова. Легенде даже стало казаться, что от процесса обучения Тэя получает удовольствия не меньше, чем от основного действа.

На шестом повторении мелодии Кадж впервые в жизни смог смутно почувствовать ритм танца. У него даже получилось сделать несколько танцевальных элементов подряд без ошибок. А потом Тэя, похвалив легенду за первые успехи, сменила мелодию в шкатулке на более медленную.

«Сейчас будет намного проще» - сказала она и добавила, что это последний заход на сегодня. Кадж сразу же понял, что это что-то типа “медляка”[5], как называли такие танцы в его школьные годы. “Ну, с этим даже я справлюсь” – с облегчением подумал он.

Мелодия все плыла и плыла по комнате, обволакивая пару разумных, что соединились в танце. Обнимая Тэю, вдыхая ее запах, Кадж очень хорошо чувствовал все изгибы и выпуклости своей новой соратницы. Высшая сама прижималась к нему все сильнее, делая это настолько постепенно и ненавязчиво, что легенда даже не сразу понял, что их тела уже практически сплелись в объятиях. Сейчас Кадж был уверен - Тэя не станет сопротивляться, если он начнет ее целовать или даже сразу потащит в постель. Но вместе с этим легенда понимал и кое-что другое, а именно: скорее всего, она уступит ему, чтобы затем еще раз озвучить свою просьбу в надежде, что после секса он станет не только более сговорчивым, но и будет больше стараться в своих попытках убедить короля. В том, что так и будет, Кадж не сомневался ни секунды, ведь, учитывая все произошедшее, было очевидным, что ей хотелось не его, а утех с искусителями. Но, чтобы он там себе не думал – тело все равно начало реагировать. Кадж хотел отстраниться, чтобы Тэя не почувствовала его возбуждения, но она не позволила этого сделать. “Видимо, она всерьез вознамерилась меня завалить, если даже своего слугу спать отправила” – подумал легенда, гадая, стоит ли поддаваться или лучше сейчас попрощаться и уйти, но решение принять не успел.

“Откуда эта вонь?” – с омерзением подумал Кадж, когда ему в ноздри ударил запах гниющего мяса. Он в прошлой жизни успел узнать, как пахнут туши животных, которые полежат на улице несколько теплых дней. И сейчас запах был именно таким, как если бы в доме Тэи под полом гнил и разлагался чей-то труп. Приложив некоторые усилия, Кадж немного отстранился и посмотрел в лицо партнерши по танцу (а то секунду назад они сплетались так плотно, что подбородок Каджа лежал у Тэи на плече).

«Ты чувствуешь это?» - стараясь не показывать омерзение на лице, спросил он.

«Чувствую» - довольно усмехнулась она, а следом добавила – «и совсем не против». “Не против чего?” – в первое мгновение смутился Кадж, но потом до него дошло, что Тэя, вероятно, говорит о его возбуждении. Он уже открыл рот, чтобы уточнить, что дело в трупном запахе, но высшая вдруг начала его целовать. “Неужели она не чувствует?” – успел подумать легенда перед тем, как начался ад.

Вместо касания к языку Тэи язык Каджа почувствовал прикосновение холодного и липкого куска мертвой плоти, а вместо слюны ему в рот хлынул гной. Не помня себя от ужаса и омерзения, он оттолкнул женщину, а в следующее мгновение его вырвало прямо на пол. Изрыгая из себя все съеденное, Кадж силился осмыслить происходящее, но не мог - все его естество прямо кричало, что происходит нечто запретное. Будто он соединился с чем-то совершенно чуждым всей его природе. И от ощущения этого экзистенциального ужаса сознание Каджа едва удерживалось на той грани, сразу за которой начиналось подлинное безумие.

«Как… почему?..» - ошеломленно пробормотала отлетевшая на один из диванов Тэя, но потом ее тоже скрутило. Схватившись за живот, высшая переместилась к двери, но открыть не успела - содержимое ее желудка тоже оказалось на полу. С трудом подняв голову между приступами рвоты, Кадж посмотрел на соратницу и начал открывать рот, чтобы спросить, что происходит, когда увидел, что в глаза Тэи вселился ужас.

«Твоя аура! Ты зараженный?!!» - закричала она и в следующее мгновение дернула за ручку двери с такой силой, что та осталась у нее в руках. Кадж, даже несмотря на свое состояние, понял, что утратил контроль и теперь Тэя узнала его секрет, но предпринять ничего не успел, так как высшая вдруг обмякла и начала оседать на пол. А в следующее мгновение в комнату влетела Лестия.

«Кадж, дай мне очаровать тебя» - быстро начала говорить она, схватив легенду за плечи – «тогда ты быстрее придешь в себя. Поверь мне!»

«Тэя…» - начал Кадж, изо всех сил стараясь снова не вырвать.

«Она очарована, как и ее прислужник» - прояснила Лестия и снова настойчиво повторила свою просьбу – «ну же! Только так сейчас можно помочь!» Легенда, не имея сил расспрашивать, кивнул. И перед тем как суккуб применил свою магию, Кадж успел увидеть вбежавшую в комнату Танату. “А она что тут делает?” – подумал он перед тем, как впасть в забытье.

[1] А2 – один из форматов бумаги. Лист такого формата имеет размеры 420х594 (в миллиметрах).

[2] Инкруста́ция (позднелат. incrustatio — букв. покрытие корой) — украшение изделий и зданий узорами и изображениями из кусочков мрамора, керамики, металла, дерева, перламутра и цветных камней, которые накладываются на поверхность и отличаются от неё по цвету или материалу.

[3] Тесьма́ (тесе́мка) - узкая тканая или плетеная полоска, употр. преимущ. для связывания, скрепления чего-н.

[4] Алеба́рда — древковое холодное оружие с комбинированным наконечником, состоящим из игольчатого копейного острия и клинка боевого топора с острым обухом.

[5]Медля́к — спокойная, тихая музыка, медленный танец.

http://erolate.org/book/5028/508902