Когда Ян Циюэ подошел, он автоматически прислонился к телу Шао Цин, улыбаясь тому юнцу: «Раз моя малышка была готова сказать тебе так много, то я тоже тебе кое-что скажу. Видишь Цяо Мо, стоящего там? Если бы он в начале тоже решил протянуть руку помощи, разве человек не был бы спасен? Почему ты не винишь его?»
Потому что он лидер базы... Фраза вертелась на языке юнца, но в конце концов он ее не произнес. Ему стало немного стыдно. Просто потому, что ее статус был другим, он обвинил Шао Цин и даже ни разу не подумал о том, чтобы критиковать Цяо Мо.
Такое обращение с Шао Цин, разве это не одна из форм несправедливости? Когда его аргумент был полностью опровергнут, он почувствовал себя гадко. Затем Ян Циюэ с милейшей улыбкой на губах похлопал юношу по плечу: «Ты так себя ведешь, разве это не называется смотреть на людей через цветные очки?»
Юноша еще больше смутился. Довольный этим, Ян Циюэ оттащил Шао Цин в сторону, на что она сказала: «Ты думаешь, что унижать его было хорошо?»
С лицом, полным невинности, он задумался на секунду. Его жена просто слишком добросердечная. Раньше, с его то характером, если бы он столкнулся с таким идиотом, который осмелился бы критиковать его жену, он определенно зашил бы ему губы или отрезал бы язык. Так он больше никогда не смог бы говорить.
Попавший под горячую руку Цяо Мо: «…»
Похоронив труп, все продолжили идти вперед. Цяо Мо даже специально подарил кристалл питона Шао Цин.
Кристалл был темно-зеленым, со скрытым блеском. Он выглядел красиво.
Из-за того, что она воспользовалась своими сверхсилами и была той, кто сдержал питона, Шао Цин спокойно приняла кристалл и бросила его в свое карманное пространство.
Ян Циюэ все еще прижимался к Шао Цин, и места соприкосновения с ней начали медленно нагреваться. Она бросила на него взгляд, и он полностью покраснел. Его страстный вид был похож на флирт. Это даже не самое главное. Важно другое... как он снова оказался одурманен?
Шао Цин не могла не спросить. Поэтому Ян Циюэ ответил: «Когда я увидел тебя на поле цветов, виноградные лозы вращались вокруг тебя, я не мог не вспомнить тот день...»*
[*Когда она его лозами отхлыстала.]
И тут у него встал! Встал!
Шао Цин долго молчала, не зная, как ответить.
Лес был наиболее опасен ночью. Поэтому, как только начала опускаться темнота, они удостоверились, что нашли подходящее место для разбивки лагеря. Они расчистили окружающую территорию, которая могла быть опасной, а затем поставили палатки. В ходе этих событий Шао Цин и Ян Циюэ отвечали за публичные проявления чувств. Хотя Шао Цин не очень то и хотела...
После ужина, следуя распорядку, им пора было отдохнуть. Но по какой-то причине Шао Цин почувствовала, что заснуть особенно трудно. Она поворочалась, и Ян Циюэ естественным образом обнял ее сзади.
Ее тело было явно ледяным. Однако в месте его прикосновений оно стало обжигающе горячим. Может быть, днем она заразилась остаточными эффектами сока? Или это было ощущение от проглатывания кристалла для восстановления ее тела?
В прошлом, хотя ее тело и выделяло тепло, оно не было таким сильным...
Переворачиваясь снова и снова, но все еще не в состоянии заснуть, она подползла и приготовилась выйти на прогулку. Поднявшись украдкой, она не разбудила Ян Циюэ и вышла из палатки.
Человек, дежуривший ночью, был тем самым парнишей, с которым она разговаривала ранее. В данный момент он изо всех сил старался держать глаза открытыми. Сидя у костра, он нервно охранял территорию.
Лес был наиболее опасен ночью. Бесчисленные мутировавшие животные выходили в это время, чтобы поискать еду, особенно те коварные твари, которые прятались в темноте.
Например, если бы мутировавшие комары, с которыми они столкнулись днем, налетели сейчас и всех немного покусали, это было бы огромной проблемой.
Когда Шао Цин вышла, напряженный юноша тут же отреагировал и схватился за кинжал на поясе. Когда он понял, что это был всего лишь Шао Цин, он облегченно вздохнул и тихо сказал: «Если ты идешь справлять нужду, не уходи слишком далеко. Я не буду подглядывать.» Пока он говорил, свет от огня отражался на его лице, показывая, что оно немного покраснело.
Шао Цин объяснила сама: «Я не могу уснуть, поэтому решила выйти на прогулку. Я не уйду слишком далеко, не волнуйся.»
Юноша все еще волновался, шепча в ответ: «Убедись, что ты не уходишь далеко. Если что-то случится, обязательно кричи во весь голос. Я…»
Изначально он собирался сказать: «Я приду и спасу тебя», но, вспомнив, что Шао Цин была сильнее его, он не закончил предложение, так как его лицо покраснело.
Шао Цин улыбнулась и двинулась вперед. Энергия элемента дерева исходила от нее, заставляя растительность приближаться к ней. Естественно, желая превратить ее в свою еду.
Однако Шао Цин была уверена в своих силах. Если она не пойдет далеко, ничего не произойдет.
Изначально она думала, что прогулка по холодному ночному воздуху приведет к падению температуры ее тела, но после столь долгой ходьбы температура ее тела продолжала расти.
В этот момент она больше не могла говорить себе, что это из-за кристалла, восстанавливающего ее тело. Если бы она все еще не поняла, что возбудительный эффект сока превзошел ее ожидания, то она была бы действительно глупой.
В этот момент у Шао Цин все еще было время пошутить над ситуацией. Эти писаки, создающие романы, любили всегда вставлять этот троп. Неважно, был ли это главный герой или главная героиня, даже если на них не действовали никакие яды, на них всегда действовал афродизиак. Она - зомби, другие яды либо перестали действовать на нее совсем, либо стали не такими эффективными. Тем не менее, этот вид афродизиака смог повлиять на нее так сильно.
В настоящее время Шао Цин не только чувствовала, что ее тело нагревается и ей было трудно это выносить, но она даже чувствовала, что у нее просыпается жажда крови. Вероятно, так себя чувствуют большинство зомби. С самого начала она воздерживалась от потребления плоти, но теперь, когда она попробовала ее, она может стать зависимой.
Как настоящая наркоманка.
Ее потребность в плоти будет все больше и больше расти, в частности, в крови. К счастью, она была очень стойким человеком и не достигла состояния, когда это бы вышло из-под контроля.
Прислонившись к большому дереву, Шао Цин села и начала задумчиво щипать лист. Но ее разум был полностью сосредоточен на нарастающем жаре в ее теле.
Ей нужен был холодный душ, что-то, что погасит это странное желание. Шао Цин рассмеялась над собой. Возможно, она могла бы отсрочить это, но медицина все равно всегда имела предел.
Именно когда Шао Цин пыталась провести ночь таким образом, кто-то, кто должен был спать, внезапно появился рядом с ней. Приблизившись к Шао Цин, он сел, затем посмотрел на черные облака, закрывающие луну, и тихо сказал: «Почему ты не спишь?»
Сдерживая жар, она презрительно усмехнулась: «Ты видел зомби, которому нужен сон?»
Ян Циюэ повернулся и внимательно посмотрел на лицо Шао Цин. Затем он положил голову на бедро Шао Цин и прижал его к своему животу. «Я не против того, что ты зомби. Конечно, если ты против, я сделаю все возможное, чтобы помочь тебе вернуться в нормальное состояние…»
Шао Цин с большим трудом сопротивлялась тому, как он пытался притянуть к себе в объятья ее ногу, в конце концов, Ян Циюэ вместо этого сам прижался к ней. Сделав глубокий вдох, она изобразила безразличие: «Нет ничего плохого в том, чтобы быть зомби. Если бы я не была зомби, я бы уже умерла бесчисленное количество раз.»
Возможно, она умерла бы в момент автокатастрофы. Разве тогда бы у нее была возможность родить Сяо Баоцзы и встретиться со всеми этими людьми, которые заботились о ней?
У Ян Циюэ возникло желание крепко обнять Шао Цин. Он мог только представить, с какими опасностями ей пришлось столкнуться, раз это заставило ее произнести слова, разорвавшие его сердце.
«Отныне я буду защищать тебя.»
Шао Цин не ответила. Она не могла вечно оставаться рядом с Ян Циюэ. Ей нужно было защищать своих людей, поэтому ей пришлось бы уйти. Она не могла обещать вещи, которые она просто не могла сделать.
Лёжа на Шао Цин, он начал свой длинный монолог. Рассказывая о своих днях в приюте, он говорил о том, как он думал, что он хладнокровный человек, когда он убил кого-то в первый раз. Он лично убил своего приёмного отца и не чувствовал ни малейшей вины или страха. На самом деле, он смог заставить себя притвориться бедным ребёнком, который только что потерял члена семьи перед всеми сочувствующими людьми.
В своей жизни он больше всего любил две вещи: самоистязание и исследования. Так было до тех пор, пока он не встретил Шао Цин. Именно тогда он узнал, что и его сердце можно тронуть.
Единственное, что Ян Циюэ никогда не испытывал - чувства безопасности. Поэтому он всё ещё чувствовал, что Шао Цин не принимала его.
Когда Ян Циюэ был в середине своей длинной речи, внезапно что-то теплое упало на его губы, принося слабый запах духов и соблазнительный голос: «Я больше не могу это сдержать...»
Слабый страстный звук был подобен музыке для ушей. Глаза Ян Циюэ расширились, и что-то мелькнуло в его голове. Неужели его мечта действительно сбудется...
Ледяные холодные руки коснулись его лица, подбородка, ключицы. Ее кожа точно была холодной, но каждое место соприкосновения стало несравненно горячим.
Шао Цин опустила голову, глаза светились красным. Глядя на очаровательного мужчину, она погладила его шею: «Могу ли я...»
Ян Циюэ красиво выгнул свою шею, словно принося жертву: «Столько, сколько тебе нужно... Я твой...»
Он сгорал в ожидании того момента, когда его кровь окажется в ее теле.
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
http://erolate.org/book/5283/522198
Готово:
