Готовый перевод Блич: Бог иллюзий - Айзен Соске: Глава 19 Третий курс - Кьёка Суйгецу

— Итак, господа, что вы думаете о результатах данного соревнования между студентами? — спросил Директор учителей, что присутствовали в его кабинете на собрании.

— К сожалению, результаты большинства удручают.

— Многие совершили ошибки.

— Кто-то ужасно себя проявил.

— Некоторые не оправдали ожиданий.

— Кто-то даже не показал себя в полной мере.

— Это верно, господа. Но всё же что вы скажете о тех, кто проявил себя лучше всех?

— Самым лучшим из них выделяется Айзен Соске. Он не только возглавил свою команду, но и грамотно повёл их за собой, тем самым они легко смогли победить другие команды.

— Верно. Айзен как всегда хорошо себя показал.

— Его оценки всегда на высоте, что и следовало от него ожидать.

— Он спокоен, рассудителен, доброжелателен, серьёзен к учёбе, а также имеет хороший потенциал Синигами.

— Его будущее многообещающее.

— Я думаю, что он вполне может закончить Академию уже на пятом или даже на четвёртом курсе.

— Он уже и так освоил довольно много предметов. Его мастерство меча не вызывает конкуренции среди лучших студентов его класса.

— Он хорошо знает Кидо почти всех направлений.

— При этом он достаточно умён и хорошо знает законы, а также понимает наш мир как никто другой.

— Он проявил лидерские качества и смог возглавить команду, когда многие не смогли это сделать.

— Он точно сможет занять высокое положение в рядах Готея 13, достаточно выпустить его в ближайшее время.

— Так! Стоп! Вы спешите, господа учителя. Я понимаю, что Айзен Соске произвёл на вас впечатление. Но не будем спешить с его выпуском из Академии. Сейчас нет нужды выпускать его так рано, даже если он уже достаточно хорошо себя зарекомендовал как Синигами. Мы не должны забывать, что обязаны закончить обучение каждого студента. Сейчас мирное время, и Готею 13 не нужны в срочном порядке новые Синигами, — объявил Директор.

— Но Директор, Генрюсай же попросил увеличить число Синигами из Академии, так как недавнее нашествие пустых поредило их ряды.

— Это правда. Но я не могу допустить, чтобы мы отправили такого гения без должной подготовки. То, что он выиграл соревнование, ещё не означает, что он готов стать Синигами. Если бы он уже пробудил свой занпакто, то мог бы уже давно покинуть стены моей Академии, но без этого он закончит Академию согласно срокам. Я ясно выразился?! — строго сказал Директор.

— Хорошо, — кивнули все, поняв, что будет сложно убедить Директора в обратном.

— Поговорим о других студентах. Ведь не только Айзен достоин внимания, — сменил тему Директор.

— Да. Стелла Вермилион. Она показала хороший результат на соревновании. Почти никто не смог её победить в одиночку, даже сражаясь в одиночку против целой команды, она смогла кое-как победить. Но, к сожалению, она проиграла от истощения.

— Вермилион? Клан Вермилион значит, хе, что и следовало ожидать от семьи аристократии. Какие у неё оценки за эти три курса?

— Она почти лучшая во всём, кроме Кидо. Там у неё весьма средний результат, из-за чего она уступает лишь Айзену Соске в плане таланта, который хорош во всём.

— Айзену? Всё время этот Айзен, — с лёгким недовольством проговорил Директор.

— Но это идёт ей на пользу. Вермилион стремится превзойти Айзена, и это чувство даёт ей силы продолжать совершенствоваться, — сказал учитель по фехтованию.

— Я вам верю. Но весьма неприятно, что какой-то человек из Руконгая способен тягаться с аристократом.

— Хочу отметить, что если бы она возглавила свою команду, то смогла бы добиться победы. Она сильна, но на одной силе далеко не уйдёшь. Многие следуют за сильными, как за Айзеном. Вермилион не хватает лидерских качеств.

— Всё это придёт к ней с опытом, — заверил Директор в защиту Стеллы.

— Также хорошие результаты показывает Тоука Тодо. Она смогла возглавить свою команду и побеждать разделённые команды поодиночке. При этом она также достойно сражалась.

— Но ей не хватает авторитета и уверенности в себе. Если бы она не пошла на поводу своих подчинённых, то они бы не попали в ловушку Айзена, — сказал учитель.

— Тоука Тодо? Из клана Тодо? Как у неё с оценками?

— Всё очень хорошо. Она одна из лучших, как Вермилион и Айзен, в плане оценок. Она староста класса А-1, её многие уважают за характер и силу. Даже многие учителя признают её. Она помогает нам управлять классом и взаимодействовать с ним без лишних проблем.

— Отлично. Рад это слышать.

— Следующая — Шизука Курогане. Она показала на этом соревновании хорошие боевые качества против Тоуки Тодо и других студентов, что выступали против неё.

— Клан Курогане — клан, в котором частенько рождаются хорошие Синигами. Не удивительно, что такой гений из такого клана.

— Помнится, что бывший глава их клана Рема Курогане был знаменитым Капитаном.

— Да, Рема Курогане участвовал в великой войне против Квинси и был во время восстания в Готее 13, где проявил свои способности. У данного клана хорошие связи с другими кланами и даже с пятью великими домами. Многие ещё помнят подвиги Ремы и стараются помогать клану Курогане.

— Удивительно, что в этом учебном промежутке столько гениев и талантов в нашей Академии, — сказал один из учителей.

— Ничего удивительного. Наша Академия Синигами — лучшая из лучших. Баланс мира может быть в полном порядке под такими защитниками. Но им ещё предстоит доказать свою пригодность как Синигами. Надеюсь, они смогут пробудить свои занпакто.

— На пробуждение занпакто у многих уходит почти сто или двести лет. Мало кто доживает до этого в работе Синигами.

— С их талантом я уверен, что они смогут. Уже были случаи, когда талантливые студенты пробуждали свои мечи ещё в Академии. Вспомните того же Дзюсиро Укитаке и Сюнсуй Кьёраку. После Академии они почти сразу стали капитанами.

— Они — исключение и особый случай. Их обучением занимался сам главнокомандующий Ямамото Генрюсай.

— Даже так, посмотрим, что они нам покажут. Ещё три года у них впереди, — сказал один из учителей.

— Верно. Но меня беспокоит другое. Вы, наверное, заметили странности во время соревнования?

— Да, — кивнули некоторые учителя.

— А что именно?

— Среди учеников были те, кто использовал «Танияк».

— Что это?

— Вы не слышали? Это новый наркотик, который пять лет назад начал распространяться по улицам восточного Руконгая. При употреблении этого наркотика душа стимулирует Рейши употребившего, и таким образом выпускает из себя большое количество духовной силы, — объяснил Директор серьёзным видом.

— Разве такое возможно?

— Да. Неизвестно, кто его производит. Всё-таки это Руконгай, а там сложно найти кого-то, особенно на окраине, где сплошная преступность.

— Но разве такое не будет выгодно Готею 13? Если дать такой наркотик рядовым, то их духовная сила…

— Нет! Побочный эффект в том, что душа медленно умирает. Вы буквально превращаете Рейши своей души в духовную энергию и тем самым сокращаете собственную жизнь. Сначала души начинают становиться агрессивными, теряя всякий самоконтроль над эмоциями, затем они начинают терять память, забывая тех, кого знали, и даже собственное имя. Следом их тела начинают меняться: к примеру, рука может отвалиться, или же глаза начнут гнить. Бывали даже случаи, что тело начинало быстро стареть, и те испытывали ужасную боль, — заявил Директор.

— Звучит мерзко. И почему его принимают? Разве побочные эффекты не слишком ужасны?

— Потому что это даёт силу, что очень популярно в Руконгае. Побочные эффекты проявляются не сразу. Всё зависит от количества принятого вещества. Поэтому главнокомандующий отдал приказ найти тех, кто это делает, и подвергнуть правосудию. То, что эта дрянь проникла в мою Академию, недопустимо! Я прошу вас всех следить за студентами, чья духовная сила выросла слишком внезапно!

— Что сделали с теми, кто показал эти признаки на соревновании?

— Их заключили в тюрьму на разбирательство. К сожалению, все они были членами аристократов, и мы пока стараемся не давить слишком сильно. За дело уже взялся отдел тайных операций, поэтому наши полномочия пока ограничены, — сказал Директор со сложным выражением, так как был в ответе за этих студентов, и ему будет сложно объяснить родителям аристократов, почему их дети оказались в таком положении.

— Это хорошо. Кстати, я помню один студент, что сражался с Шизукой Курогане и победил её. Внезапно он увеличил свою духовную силу. Его тоже поймали?

— Да. Но почему-то у него другие симптомы данного наркотика — обычная боль и кровопотеря. Нет потери самоконтроля. Он вёл себя на допросе очень спокойно, даже несмотря на то, что его даже избивали, — объяснил Директор.

— Может, он тогда не принимал этот наркотик?

— Неизвестно. Им лично решила заняться Унохана Рецу, когда узнала, что у него другие симптомы.

И именно в этот момент в дверь кабинета Директора постучали, что на мгновение того встревожило, так как он мог ясно понять, кто был за дверью, лишь через «Рейкаку».

— Войдите.

Тем, кто вошёл, была взрослая стройная, невысокая молодая женщина с чёрными глазами и длинными чёрными волосами, заплетёнными в косу. На ней была стандартная одежда Синигами и капитанское хаори.

— Унохана-сама, вы что-нибудь узнали?

— Да. Простите, что прервала вас. Но я обследовала того молодого человека по имени Икки Курогане.

— Курогане? — спросил один из учителей.

— Вы не знали? — удивилась Унохана.

— Не суть! Продолжайте, — попросил Директор.

— В общем, он не принимал наркотик «Танияк». Скорее всего, он использовал какую-то сложную технику, которая лишь похожа на действие данного наркотика по увеличению духовной силы. Только она намного сложнее и опаснее, потому что очень давит на тело того, кто её применил. Я смогла восстановить работу его «Звена цепи», чтобы тот снова мог нормально использовать духовную силу.

— Интересно. Такая техника… Значит, его можно отпустить? Вы уверены?

— Да. Он ни в чём не виноват.

— Понятно. Тогда мы так и поступим, — сказал Директор серьёзным видом.

— Но почему мы не слышали об этом студенте из клана Курогане?

— Мы тоже не знали. Я думал, только Шизука Курогане присутствует в Академии.

— Я знал, — заявил Директор.

— И почему вы скрывали об этом?

— Я не скрывал, просто не говорил. Не удивительно, что никто его не заметил — ведь он в классе «D-2».

— «D-2»? Что член семьи Курогане там забыл? Там же обычно люди из Руконгая.

— Лучше не влезайте в это дело, господа. Это личное дело клана Курогане, и мы не в праве вмешиваться, — строго заявил Директор.

— Хорошо.

— Отлично. Госпожа Унохана, вам что-нибудь ещё нужно? Мы готовы сотрудничать и дальше.

— Нет. Я сделала всё, что хотела. Постарайтесь защитить Академию, Директор. Ведь в ваших руках будущее Готея 13. Я очень надеюсь, что вы должным образом выполните свои обязанности, — с улыбкой сказала Унохана, но почему-то от этой улыбки по спине Директора пробежал холод.

(Почему мне так холодно стало, словно на мгновение к моему горлу приставили лезвие меча?) — подумал Директор, остолбенев от этого чувства.

— — — — —

— — — — —

— И где же я? — спросил Айзен, когда открыл глаза и оказался в неизвестном ему месте. Вокруг был сплошной туман, через который ничего нельзя было увидеть, даже землю под ногами. Последним, что помнил Айзен, было то, как он был в комнате, читая книгу и обдумывая своё дальнейшее обучение, а потом всё как в тумане.

(Я ничего не чувствую. Неужели меня заперли в каком-то барьере и заблокировали здесь Рейши? Но такое Кидо крайне сложно — вряд ли кто-то будет использовать его ради меня. При этом я не могу использовать собственную духовную силу, что нелогично, ведь я продолжаю её чувствовать. Сама же атмосфера в этом тумане обычная, что странно — так как в духовном мире такой туман так или иначе должен быть полным Рейши. Я не под воздействием каких-либо затуманивающих способностей. И даже не сплю, потому что осознаю действительность и могу проводить самоанализ.) — обдумывал Айзен ситуацию.

— Скажи мне, чего ты хочешь? — спросил Айзен в пустоту.

— Ты как всегда сообразителен, Айзен, — прозвучал неизвестный голос, то ли женский, то ли мужской.

— Кто ты?

— Я? Хороший вопрос. Но мой будет интереснее: кто ты, Айзен Соске?

— Я? Ты сам ответил на этот вопрос.

— Я не о том, кто ты по имени. Я о том, кто ты по личности. Кто такой Айзен Соске? Можешь ли ты мне это объяснить?

— Я студент Академии Синигами. Добрый, отзывчивый и дружелюбный, — с улыбкой сказал Айзен.

— Неплохая маска. Но я хочу услышать истинную личность твою. Без этих масок, которые ты создал, чтобы обманывать окружающих.

— Маски? Кто ты такой?

— Я тот, кого ты знаешь и одновременно не знаешь.

— Неужели? Интересная загадка. Знаю и не знаю? — задумчиво произнёс Айзен.

— Ты как обычно быстро начинаешь анализировать ситуацию.

— Понятно, хе-хе. «Как обычно», «как всегда», «кого ты знаешь и одновременно не знаешь». Я понял, кто ты такой, и где я.

— Что и следовало ожидать. Поведай же мне свой ответ.

— Конечно. Ты слишком давал много подсказок, мой занпакто.

— Даже если ты всё понял, мой вопрос не отменяется.

— Извини, но зачем тебе его знать, если ты и так обо мне всё знаешь?

— Я хочу увидеть настоящего Айзена Соске — не маску, которую ты носишь перед всеми и даже сейчас. Открой мне истинного себя. Я желаю услышать это от тебя лично, — говорил голос.

— Хорошо. Я Айзен Соске — тот, кто стремится к всемогуществу и власти, чтобы контролировать свою жизнь и тех, кто осмелится мне помешать. Я желаю постичь все тайны этого мира и готов использовать любые средства, чтобы достичь результата. Я обманываю и манипулирую другими, чтобы достичь своих целей. Теперь ты доволен? А теперь назови себя.

— Всему своё время. Но ты ответил правильно. За это я покажу тебе себя настоящего, — сказал голос, и после этого туман начал рассеиваться.

После того как туман пропал, Айзен мог увидеть новый дивный мир: голубое небо, яркое солнце, вдалеке были горы и зелёные холмы, а также леса и реки. Сам же он был на зелёной поляне цветов.

— Нравится вид? — спросил голос позади Айзена. Когда он обернулся, то увидел девушку с длинными чёрно-зелёными волосами, собранными в конский хвост, и зелёными глазами с очками. Носила она обтягивающий наряд с перчатками, который очень выделял её грудь четвёртого размера и объёмные бёдра.

— Так вот как ты выглядишь. Ты прекрасна, мой занпакто, — с улыбкой сказал Айзен.

— Оставим любезности и пустые попытки обмана, Айзен. Я здесь, чтобы поговорить с тобой настоящим. Присаживайся, — сказала она, и внезапно рядом с Айзеном появился белый столик с двумя стульями. На столе же были две чашки с зелёным чаем.

— Хорошо, — сказал Айзен, сразу сев за стул. Следом села сама девушка.

— Ответь мне, Айзен: как ты понимаешь понятие «ложь» и «правда»?

— Ложь и правда — это два состояния, которые были придуманы людьми, чтобы разделить истину и неистину, что была придумана другими. Но по факту ложь и правда похожи до тех пор, пока один из них не будет доказан как истина или неистина. Я считаю, что лжи и правды не может существовать, потому что всё зависит от того, насколько правдива ложь и насколько лжива правда, — ответил Айзен, отпив зелёного чая из кружки.

— Противоречиво.

— Верно. Суть в том, что пока ложь не раскрыта, она считается как правда, а правда будет скрыта, пока не будет доказано обратное. Таким образом эти два состояния зависимы друг от друга и могут легко быть заменены, пока не появится истина. Но даже правду можно превратить в ложь, а ложь в правду — достаточно заставить других верить в ту ложь и правду, которую ты им навязываешь.

— Твой взгляд на мир не меняется. Ты создаешь эти маски, создавая ложь для других, превращая это в правду. Твоё сердце не бьётся, и ты желаешь то, чего другие не могут понять. За этими масками ты скрываешь страх правды того, что тебя поймут и будут остерегаться, — добавила девушка.

— Возможно. Они верят в ложь как в истину и не будут сомневаться, пока я не дам других причин.

— Но любая ложь рано или поздно раскроется, — отметила девушка.

— Отчасти это верно. Но кто сказал, что нельзя превратить ложь в истину? — с улыбкой спросил Айзен.

— Верно. Но как? Ведь истина неопровержима. Нельзя бесконечно скрывать истину.

— Не скрывать, а заменить ложь на истину.

— Ты думаешь, что способен это сделать?

— Главное — быть сильным. Только сильные определяют истину. Такова правда мира.

— Верно.

— Так к чему эти вопросы? — спросил Айзен.

— Они важны. Как тебе чай?

— Вкусный. Можно ещё? — спросил Айзен, допивая зелёный чай. После чего тот снова наполнил его кружку.

— Как ты думаешь, этот мир реален? — спросила девушка, указывая на окружение.

— И да, и нет. Для меня он реален, для других это лишь плод моего воображения и внутреннего мира.

— Верно. Для одного ложь — это истина, а для другого — неистина.

— Люди сами придумывают эти понятия, чтобы обмануть себя и других от действительности мира. Но кто сказал, что нельзя превратить вымысел в реальность? Ложь — лишь вымысел нашего мира, но можно превратить наш вымысел в реальность, которая станет истиной? — спросил Айзен с улыбкой.

— Ты быстро понимаешь всё.

— Я давно над этим размышлял. Даже мои планы являются иллюзией моего разума, до тех пор, пока я не превращу их в реальность собственными руками. Всё определяется теми, кто создаёт мир вокруг себя. Но для этого нужна сила и воля, иначе иллюзия останется иллюзией. Даже чай, который я пью, — иллюзия, обманывающая мои чувства. Даже это окружение — лишь обман.

— Ты быстро всё понимаешь, — с улыбкой сказала женщина, и внезапно за её спиной появились мечи, которые попытались пронзить Айзена. Но тот увернулся, вот только один из мечей успел его задеть в плечо, оставляя рану, от которой он чувствовал боль.

— Больно. Такая враждебность. Испытываешь меня не только умственно, но и духовно? — спросил Айзен, терпя боль в плече и держа расстояние с девушкой.

— Ты сам всё понимаешь. Твои аналитические способности слишком быстро понимают мои замыслы. Но именно это мне нравится в тебе, Айзен. Правда, ты всё ещё не до конца осознал собственные желания. Ты слишком полагаешься на свой ум, чем на чувства.

— Чувства — это слабость и иллюзия, придуманная нашим разумом. Я использую чужие чувства, чтобы обманывать, потому что эмоции затуманивают ум и правду. Зачем эмоции, когда надёжнее доверять истине, чем тому, что ты пытаешься себе навязать?

— Ты противоречишь сам себе, Айзен. Именно то, что ты себе навязываешь, заставляет тебя двигаться и стремиться к цели, — сказала она и затем создала возле себя сто мечей, которые были направлены в сторону Айзена и полетели в его сторону.

— Ха-ха-ха, верно. Противоречие — путь к тому, чтобы найти и создать истину из лжи, которую я создаю. Потому что не существует истины, которую я бы не пытался изменить, — с ухмылкой сказал Айзен и резко побежал навстречу мечам, что следовали к нему.

Затем все эти сто мечей пронзили тело Айзена, от чего тот ощутил мощную боль, которая должна была свести его разум с ума. Но в следующее мгновение все эти мечи и раны, оставленные ими, исчезли, словно никогда не существовали.

— Как ты понял, что это иллюзия?

— Никак, — с ухмылкой заявил Айзен.

— Что?! — удивилась девушка.

— Я блефовал. Но понял, что у меня нет других вариантов. При этом я знаю, что не могу умереть в собственном внутреннем мире. Знание — это сила, которую я собираю и познаю. Но это дало мне понять твою силу, мой занпакто. Осталось узнать лишь твоё имя, и эта сила будет моей.

— Ты слишком самоуверен в себе, Айзен, — сказала женщина, нахмурившись.

— Верно. Но ведь я контролирую ситуацию. Твоя сила — это иллюзия, довольно сильная, потому что я даже не заметил отличий. Скажи мне своё имя, — сказал Айзен с улыбкой, протягивая в её сторону руку.

— Ты уверен? — с улыбкой спросила девушка, чтобы внезапно Айзен ощутил, как лезвие меча пронзает его со спины и выходит из груди.

— Понятно, — произнёс Айзен с каплями крови, которые текли изо рта и из раны, смотря на девушку, что исчезала как мираж. А затем увидел её снова, но уже за его спиной с мечом, что пронзал его насквозь.

— Всё ещё контролируешь ситуацию? — с улыбкой спросила девушка, держа меч, что пронзал его тело.

— Да, — сказал Айзен, схватив лезвие меча, а затем сломал его всей своей силой. От чего девушка отпустила меч и стала держать дистанцию.

— Так ты уже научился этому.

— Верно. Внутренний мир работает почти как мир снов, только здесь важна твоя сила духа, чтобы вымысел воплотился в реальность. Пока я уверен в себе и своих силах, то смогу противостоять тебе, — сказал Айзен, создавая в своих руках зелёный свет, что исцелял его рану на груди.

— Ты никогда не разочаровываешь, — с улыбкой сказала женщина, и следом начали появляться её точные копии — примерно тридцать штук. Каждая из которых имела катану в руках.

Айзен взял катану, что была воткнута в него, а затем она восстановилась в полноценное оружие. Сразу после этого на него напали копии девушки, но Айзен парировал большую часть их атак. Вот только это было бессмысленно, потому что все они, кроме настоящей, были иллюзиями, которые не наносили урона. Но их тела получали урон, и было сложно понять, какая настоящая.

Настоящая появлялась между атаками и наносила порезы, чаще целясь в спину Айзена. Правда, иллюзия заставляла его на мгновение думать, что атаки копий настоящие, но те через несколько секунд становились лишь иллюзией. Это заставляло Айзена притупить свои чувства и позволять настоящей оставаться безнаказанной. Вот только он запоминал каждый порез, который оставлял на копиях.

Но спустя пять минут неприятной драки Айзен смог поймать настоящую, схватив её за руку, а затем попытался пронзить её своим мечом. Вот только оказалось, что это была не настоящая, от чего получил удар в спину и упал на землю.

— Тебе никогда не увидеть сквозь мои иллюзии, Айзен. Моя сила абсолютна. Я могу создать идеальную иллюзию, которую невозможно отличить от настоящей. Даже мои копии настолько реалистичны и осязаемы, что остаются порезы на теле.

— Вижу. Даже почувствовал. Нет смысла пытаться найти в этом логику — истины в этих иллюзиях нельзя найти, ибо обман слишком хорош. Но в этом и моём мире не существует абсолютной правды, — сказал Айзен с ухмылкой, вставая на ноги, будучи весь в собственной крови.

— Просто сдайся. Ты пока не готов узнать моё имя и получить мою силу, Айзен. Ты слишком слаб.

— Возможно. Но ты же меня знаешь. Я никогда не делаю что-то без плана, — произнёс Айзен с безумной ухмылкой и бросил свой меч прямо в сторону той, что говорила. Но меч прошёл насквозь копии, словно через мираж. Сам же он сделал рывок в сторону одной из копий девушки, чтобы схватить одну из них за горло, а затем повалить на землю.

— Что?! Как ты узнал?! — удивилась девушка, когда Айзен нашёл её настоящую среди копий. Следом все другие копии начали растворяться.

— Долго пытался узнать. Было несколько вариантов. К сожалению, ты допустила главную ошибку. Желая меня обмануть, ты создавала слишком реалистичные копии, на которых оставались мои порезы меча. Таким образом, путём исключения я нашёл тебя — у которой порезы не соответствовали тем, которые я оставил.

— Ты запомнил каждый порез?!

— И не только. Капли моей крови остались на их одежде. Все копии нападали спереди, и кровь легко могла попасть к ним на одежду. А у тебя нет ни капли, потому что всегда била в спину. Ты же сама знаешь меня. Идеальной иллюзии нет — есть только хорошая ложь, которую пытаются одни превратить в правду для других. Но стоит найти несоответствия и понять, в чём ложь, как лживая правда превращается в то, чем она и является. Ты слишком пыталась создать реалистичный мир, что забыла про себя саму.

— Молодец, Айзен. Но это ещё не всё, — сказала она и отбросила Айзена огромной силой назад. А затем мир вокруг снова начал меняться, превращаясь в пылающий мир, от которого Айзен чувствовал настоящий жар и давление.

— Сможешь ли ты сражаться при такой температуре? Ты можешь терпеть боль, но мало кто может терпеть такое.

— И долго это будет продолжаться? Какой смысл создавать эту бесконечную ложь? — спросил Айзен, глядя магму.

— Чтобы ты постиг себя.

— «Постиг себя»? Я вроде бы знаю, кто я, — произнёс Айзен задумчивым выражением, касаясь поверхности воды пальцем.

— Нет. Ты видишь лишь отражение, которое сам же и создал. В твоей душе есть вопросы, на которые ты боишься ответить. Ты создаешь иллюзии в своём разуме, чтобы скрыть от себя пустоту непонимания.

— Значит, я бегу от правды? — спросил Айзен, не отводя взгляда от девушки.

— Ты ищешь её, но неправильными методами. Ты путаешь силу с ответом.

— Признаю. Я правда пытался найти цель во внешнем мире, думая, что власть даст мне ответы. Но сила... сила лишь инструмент.

— Скажи мне правду, Айзен. Иначе мы застрянем в этом мире навечно. Ответь из глубины своей души.

— Хорошо. — сказал Айзен показывая впервые слегка серьёзное выражение. — Я хочу понять мир.

— Продолжай.

— Этот мир... он построен на правилах, которые никто не объяснил. Баланс, души, смерть — всё это дано нам как аксиома. Но я не желаю принимать догмы. Я желаю знать, почему мы здесь и что есть этот мир на самом деле. Пока я не узнаю устройство этого мира, я не смогу найти своё место в ней. Мне нужно познать суть вещей, чтобы понять, кто я на самом деле.

— Ты хочешь разобрать мир на части, чтобы увидеть его внутренности?

— Я хочу увидеть истину, даже если она окажется неприятной. Только поняв правила этого мира, я смогу найти в нем своё место. Невозможно познать себя, находясь в неведении относительно того, где ты существуешь. Для этого мне нужна власть и сила, которая помогает мне подняться к вершине и правде мира.

— Теперь ты честен. Путь познания сложнее пути власти. Он одинок и полон сомнений. Но это твой выбор.

— Верно. Я не могу изменить то, чего не понимаю. Слепая сила бесполезна. Сначала знание. Потом... всё остальное.

— Превосходно! Теперь ты достоин быть моим Хозяином! — заявила девушка с улыбкой на лице.

Именно в этот момент Айзен внезапно сделал прыжок в сторону, чтобы внезапно на том месте появилась эта же девушка, которая пыталась ударить своим мечом.

(Пыталась усыпить мою бдительность разговором, как я и думал. Она уже стала предсказуема.) — подумал Айзен, скрещивая меч с девушкой, прежде чем та попытается убежать.

— Ты такой недоверчивый, Айзен, — с улыбкой сказала девушка.

— Знаю. Именно поэтому никто, кроме меня, не достоин стоять на вершине. Подчинись мне, и мы вместе достигнем вершины.

— Какой ты властный. Мне нравится. Сможешь ли ты…

— Смогу. «Бакудо №4 Хаинава»! — после этого из пальца Айзена вышел золотой луч, который сковал женщину.

Но внезапно тело женщины исчезло, оставляя лишь пустоту. Айзен ожидал подобного, поэтому не расстроился, а продолжал улыбаться.

— Я победил, — сказал Айзен и резко взмахнул своим мечом, сделав поворот и ударив сзади. Чтобы спустя мгновение там появилась та же самая женщина, только теперь с раной на груди от его меча.

— Как?! — удивилась она, удерживаясь за рану на своей груди от меча с болью на лице.

— Я понял, как ты мыслишь. Всегда бьёшь в спину и прячешься за ней, когда я пытаюсь тебя достичь. Это главная ошибка всех, кто знает об этом слабом месте — вы слишком часто пытаетесь эксплуатировать данную слепую зону. Может, ты и часть моей души, но в плане понимания других я лучше.

— Ха… похоже, я проиграла… Ты и вправду достоин владеть мной, Айзен, — сказала она, упав на землю и выронив меч.

— Рад слышать. Твоё испытание заставило меня над многим задуматься и понять. Спасибо за полезный урок. Но теперь тебе пора назвать своё имя, — сказал Айзен, указывая мечом на девушку.

— Как обычно властен. Хорошо, мой хозяин, — с лёгкой горечью от поражения сказала женщина.

— Назови своё имя.

— Имя мне «Кьёка Суйгецу», мой хозяин, — заявила она.

— Рад с тобой работать вместе, Кьёка Суйгецу. Отныне мы с тобой достигнем могущества вместе. До самого конца, — сказал Айзен с улыбкой, протягивая руку, чтобы помочь встать девушке Кьёка Суйгецу, которая из-за раны валялась на земле.

— Да, мой господин, — сказала она, беря протянутую руку.

(Но однажды твоя душа поймёт, чего хочет на самом деле. Я буду единственной знать об этом. Надеюсь, ты достигнешь вершины, мой хозяин.)

http://erolate.org/book/5345/532871