Помимо Зельеварения, единственным предметом, который после его маленького рождественского приключения стал гораздо интереснее, была Астрономия.
Гарри по-прежнему считал, что телескопы не мешало бы уже заменить. Чары, наложенные на них, делали их значительно мощнее, но это означало лишь то, что новые модели были бы ещё лучше.
Тем не менее, трудно было не полюбить ночное небо, когда он прямо-таки чувствовал, как звёзды поют в его магии.
— Гарри, ты разобрался? — спросила профессор Синистра, подтолкнув парня, чтобы взглянуть самой.
— Почти, — ответил он и позволил ей протиснуться, получая удовольствие от ощущения её груди, касающейся спины, когда профессор к нему наклонилась.
И это была ещё одна причина, по которой ему нравилась Астрономия. Иногда ему аж до жути хотелось пофлиртовать с этой красивой темнокожей профессоршей. Он не стал этого делать, потому что это могло обернуться большими проблемами, но искушение было сильнейшим.
Какая ирония. Джинни спросила его в начале года, нравятся ли ему женщины постарше, и он ответил «да». В основном, чтобы отвязаться от девчонки, но теперь оказалось, что это была абсолютная правда. Женщины в возрасте тридцать с лишним лет привлекали его даже больше, чем девушки подросткового возраста.
Синистре было тридцать три. Вектор было сорок. И обе они были горячими. Он не мог показать даже намёка на своё влечение, не сделав при этом ситуацию очень и очень неловкой. Он даже не знал, состоят ли они в отношениях. Иногда жизнь была просто несправедливой.
Гарри поклялся, что постарается переспать хотя бы с одной из них до того, как покинет Хогвартс.
***
Тем временем в поместье Поттеров.
Сириус отставил стакан с огненным виски, который собирался осушить, и приложил руку к груди, размышляя о яростном порыве гордости за своего крестника.
***
Гарри вернулся в свою комнату в состоянии лёгкого сексуального неудовлетворения, что было вполне нормально для этих поздних ночных занятий по Астрономии.
На его кровати лежала Брианна, одетая, по всей видимости, в комплект шоколадного нижнего белья, зачарованного так, чтобы оно вело себя, как ткань.
— Привет, любовничек.
Жизнь иногда может быть несправедливой, но в то же время она может быть очень неплохой. Он уже давно хотел попробовать кое-что из того, о чём прочитал в книге Луны, но для этого ему нужен был партнёр. Прапрабабушка Луны выдвигала много теорий, но только практика могла показать, имели ли они место быть.
— Я подумала, что тебе перед сном не помешает перекусить.
Много-много практики.
— Я сильно проголодался, — признался Гарри, быстро избавляясь от одежды и накладывая на свою полуночную гостью противозачаточные чары.
Брианна закатила глаза на его паранойю. Он всё ещё не верил, что зелье справится со своей задачей.
Гарри не обратил на её недовольство никакого внимания, забравшись на кровать и сосредоточившись на её сосках, покрытых шоколадом.
Он понятия не имел, как применять описанные в книге приёмы, но решил, что не ошибётся, если для начала слижет шоколад с её грудей. Теперь у него было магическое зрение, так что эксперименты наверняка принесут свои результаты.
***
Брианна издала судорожный вздох во время своего третьего оргазма, который, по чистой случайности, вызвал четвёртый у Гарри. Она понятия не имела, что он делает, но его член ощущался внутри неё даже лучше, чем то заклинание вибрации, которому Тиана научила её в конце прошлого года.
Гарри ухмыльнулся себе самому, когда Брианна рухнула на него сверху и прижалась к его шее, делая глубокие вдохи. Возможность видеть, как её магия реагирует на его усилия, оказалась чрезвычайно полезной для того, чтобы понять, как доставить ей удовольствие. Книга Луны была написана с точки зрения женщины, но адаптировать знания было несложно.
— М-м-м, чем же ты занимался во время праздников? — чуть ли не промурлыкала Брианна, чувствуя восхитительное удовлетворение. Гарри без сомнений начал улучшать свои навыки.
— Ох, то, да сё, — загадочно ответил он, выводя круги на её пояснице и проверяя, может ли он магически стимулировать нервы, которые должны были там находиться.
— Ну, продолжай в том же духе, — приказала она, прижимаясь к нему грудью и снова чувствуя нарастающее тепло в паху. И это несмотря на совсем недавний оргазм. Тот факт, что он всё ещё находился в ней, пока из её отверстия медленно вытекала струйка спермы, только улучшал ситуацию.
— Есть, мэм, — усмехнулся Гарри, медленно совершенствуя свою технику, основываясь на ощущениях, которые он получал от её собственной магии.
Какое-то время они оставались в таком положении, довольные тем, что сделали небольшой перерыв и позволили желанию нарастать, прежде чем вновь перейти к сексу.
— Что ты думаешь о том, чтобы встретиться в ближайшее время со всеми четырьмя девушками? — неожиданно спросила Брианна, подняв голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
Гарри удивлённо приподнял бровь.
— Ты имеешь в виду… — под конец он сильнее прижал её к своему вновь вставшему члену.
Брианна беззаботно рассмеялась, поняв, на что она только что намекнула.
— Только в мечтах, Поттер. Нет, я не это имела в виду.
— Жаль, — усмехнулся Гарри. Он уже представил, как сильно Сириус бы ему стал завидовать.
— Изабель составила контракт, и мы хотели бы, чтобы ты взглянул на него, — уточнила Брианна.
— Конечно, — согласился Гарри, начав осыпать поцелуями шею девушки. — Но сейчас контракты меня не интересуют.
— Тогда что же тебя интересует? — хрипло спросила она.
Его руки обхватили её зад, а затем он быстро перевернулся так, что оказался сверху.
— О, есть у меня в голове парочка идей, — сказал он и поцеловал её, одновременно толкаясь бёдрами вперёд и наслаждаясь её стоном удовольствия.
***
Гарри не был уверен, понравились ли ему Изабель и Джейд.
Они не были грубыми или что-то в этом роде, но у него сложилось впечатление, что эти девушки испытывают к нему лёгкую неприязнь из-за того, что он спит с их подругами.
Гарри мог понять, как выглядела ситуация со стороны, но он также был уверен, что Брианна и Тиана не считали чем-то неприятным его компанию по ночам. Ненавязчивая жалоба Тианы на то, что он не уделял ей должного внимания, была хорошим показателем этого, как и бесстыдное злоупотребление Брианной их принадлежностью к одному факультету, дабы провести с ним больше ночей лишь вдвоём.
Либо они наслаждались ситуацией так же, как и он, либо им следовало отказаться от идеи с магазином одежды и отправиться в Голливуд.
Изабель показалась ему довольно чопорной и дополнялось это лёгкой социальной неловкостью, которая была вполне обычной для учеников Рейвенкло. Она вручила ему контракт в позе, присущей МакГонагалл — словно палку проглотила. Очевидно, она хотела покончить с этим как можно скорее.
С гриффиндоркой дело обстояло несколько иначе. Она выглядела так, словно только и ждала повода, чтобы разозлиться на него.
Гарри не мог быть уверен на сто процентов, но ему казалось, что магически они обе слабее Брианны и Тианы. У него не было никаких веских доказательств, так как его магическое зрение и магическое чувство только указывали ему, является ли что-то магическим или нет, но не могли определить её показатели, но интуиция подсказывала ему, что Изабель и Джейд были слабее духом.
Это же чутье подсказывало ему об остальных людях с момента его возвращения в Хогвартс.
Оно подсказывало ему, что Луна, в общем-то, была особой легкомысленной, которая плыла по течению жизни без особых забот, но что-то в ней было надломлено, в результате чего, как бы парадоксально это не звучало, это делало её сильнее, чем она казалась.
Джинни — неуверенная в себе маленькая девочка, окутанная смесью угрюмой обиды и тоски. Во всяком случае, именно так она чувствовала себя рядом с ним. Он не знал, было ли в ней что-то большее или нет.
Малфой — наигранное высокомерие, прикрывающее хрупкую сердцевину. Он вовсе не был так силён, каким хотел казаться. Гарри предполагал, что тот тут же рассыплется, если у блондина отнимут иллюзию превосходства.
Люпин — внутренняя дикость его волка была запрятана за стенами страха и ненависти к себе. В нём был железный дух, но словно обращённый вовнутрь, как будто он больше всего боялся самого себя.
Снейп — жестокий и ненавистный, с чувством вины и ненависти к себе даже сильнее, чем у Люпина. В нём присутствовало и чувство решимости фаталиста, как будто он был твёрдо намерен закончить что-то и почти не заботился о последствиях.
Всё это были лишь смутные впечатления, которые прояснялись чуточку лучше, если он больше времени проводил рядом с этими людьми. Кроме того, кого-то «ощутить» было проще, чем другого. Гарри подозревал, что в этом плане лучше ощущались могущественные волшебники и ведьмы.
Дамблдор, например, был столпом спокойствия, возвышающимся над глубоким колодцем горя и сожаления. В нём была непоколебимая решимость добиться чего-то любой ценой. От этого ощущалась некая опасность.
В отличие от него, такие люди, как Изабель Моррис и Джейд Доусон, были гораздо менее заметны. Их души сияли не так ярко, и на фоне других людей они просто бы померкли. Так и вышло, что Брианна с Тианой почти что затмили их. Его симпатичные грелки для кровати были гораздо самоувереннее, чем их подруги, более целеустремлёнными и просто... их было больше.
Гарри прямо не мог удержаться от того, чтобы не назвать подобных им людей NPC.
Но он был здесь не для того, чтобы валять дурака, а для того, чтобы проверить контракт.
...
http://erolate.org/book/5346/532970
Готово:
