Середина октября.
— Так вот как обстоят дела в Северной Америке, — задумчиво произнёс Гарри после того, как Пенни рассказала обо всём, что ей удалось узнать. — Интересно, я не думал, что людские предрассудки тоже могут быть фактором.
Однако конечный результат был таким же. У людского правительства так и останутся озлобленные люди, которых можно будет привлечь на свою сторону, особенно если всё останется по-прежнему, а магическая сторона будет отставать от времени. Неприятно. В частности, потому что Канада не была отдельной частью магической Северной Америки. Всё, что было к северу от Мексики, входило в её состав, а всё, что южнее — уже магическая Южная Америка. Это было одним из самых больших отличий между человеческой и магической частями света. Остальной мир, в целом, оставался примерно схожим. Магическая Канада была единственным регионом, готовым отделиться от основной части, но в итоге она осталась в составе Северной Америки. Конечно, территория была огромной, а магическое население составляло лишь крошечную долю от человеческого, поэтому волшебники и ведьмы того времени, возможно, не чувствовали необходимости ссориться между собой, по той же причине, что Ирландия и Шотландия остались в ведении Министерства Магии Великобритании, а не стали независимыми.
— А что насчёт Мексики? — этот конкретный регион вызывал у него вопросы с тех пор, как он впервые увидел политическую карту всего магического мира и заметил, что она принадлежит одновременно и Северной и Южной Америке.
Пенни в зеркале нахмурилась.
— С ней всё странно.
— Что именно?
— Согласно моим исследованиям, там рождается много магов первого поколения, и под словом «много» я имею в виду очень много, но ни одна волшебная семья, похоже, там не живёт. Северная и Южная Америка просто делят между собой рождённых там детей для дальнейшего обучения, — на получение этой информации она потратила большую часть месяца, но всё ещё не понимала, что это значит.
— Это странно, — согласился Гарри. — И нет ничего о том, почему волшебники и ведьмы не хотят там жить?
— Не очень, — пожала плечами Пенни. — Единственная подсказка, которую я получила, была в одной публикации от ликвидаторов проклятий, где говорилось, что вся Мексика каким-то образом оказалась проклята, но никто так и не смог найти никаких проклятий, кроме того, что это место заставляет людей чувствовать себя некомфортно. Это считается одной из величайших магических загадок мира.
В голове Гарри промелькнуло воспоминание о том, что он читал много лет назад, ещё до того, как узнал о Хогвартсе, когда он проводил дни, гугля различные упоминания о магии среди древних цивилизаций. Империя ацтеков когда-то занимала большую часть территории современной Мексики, и они очень любили массовые человеческие жертвоприношения, в основном своему богу солнца, но также и другим богам. И эта кровавая практика уходила корнями далеко в прошлое.
Если бы это был просто случай, когда обычный жрец ритуально убивал другого обычного человека, то это было бы просто обычным убийством без всякого эффекта, но благодаря собственному изучению истории магии (а не той ерунды, о которой рассказывал Биннс) Гарри сделал вывод, что жрецы часто являлись необученными волшебниками, хоть и не способными овладеть даже простейшей магией. Крошечные проявления силы в старых религиях обычно рассматривались как божественная благодать, и те, кто мог их совершать, часто становились религиозными деятелями.
Если жрецы ацтеков на самом деле были волшебниками, как он подозревал, то ситуация внезапно усложнялась.
Волшебник или ведьма, приносящие в жертву обычного человека, могли привести к небольшим последствиям, но ничего такого, о чём стоило бы беспокоиться.
А вот если обычный человек приносил в жертву волшебника или ведьму, то это становилось жестоким убийством, которое при соответствующих условиях могло бы с лёгкостью породить призрака.
Волшебник или ведьма, приносящий в жертву другого волшебника или ведьму — вот где всё становилось непросто. Ритуалы были сложными вещами, на которые сильно влияли мысли людей, участвующих в них, и они легко могли пойти не так, как хотелось бы. Это Гарри мог подтвердить на личном опыте. Книга, которую он взял в библиотеке Блэков, предупреждала об опасности использования человеческих жертвоприношений, поскольку даже сами мысли о жертвоприношении также влияли на конечный результат.
Фанатичный, но необученный маг-жрец, приносящий в жертву другого необученного мага, особенно если это был невольный человек, захваченный во время какого-нибудь набега и используемый в каком-то непродуманном и плохо структурированном ритуале, в то время как в непосредственной близости от него находились десятки тысяч таких же фанатичных людей, жаждущих крови… И, опять же, возможно, среди них было довольно много таких же необученных магов… Тут всё прямо кричало о неприятностях.
Повторите это несколько тысяч раз или сколько там вообще можно было найти случайных магов для жертвоприношения, и вуаля, вам удалось наложить затяжной миазм смерти и боли на целый географический регион. Немагическое население не обращало бы на это внимания, но кто угодно или что угодно, обладающие магией, могли это почувствовать.
Испанцы, вероятно, оказали миру услугу, уничтожив ацтеков. Если Гарри был прав, то на рассеивание магических последствий могли уйти буквально столетия. То, что это не произошло за последние пять сотен лет, не давало оснований думать, что это может случиться в ближайшее время.
— Гарри! — громко сказала Пенни, вырвав его из раздумий.
— Что? — спросил он, моргая.
— Ты сейчас отключился на минуту, — объяснила девушка.
— Извини, — проронил Гарри. Он знал, что, когда погружается в свои мысли, иногда не обращает внимания на людей.
— О чём ты думал? — спросила Пенни с любопытством.
— Я думал о том, что мне нужно увидеть это место своими глазами. Рано или поздно, — он хотел почувствовать это на себе и проверить, прав ли он на самом деле. Что-то подсказывало, что американцы точно знают, почему никто не хочет там жить, но по какой-то причине просто не хотят говорить людям правду.
— Гарри, не лучше ли тебе поехать в отпуск на какой-нибудь приличный пляж? — предложила Пенни. — Сириус как раз на днях хвастался островом в Карибском море, которым он владеет.
— Туда мы тоже поедем, — усмехнулся Гарри. Личный остров с песчаным пляжем и Дорой в бикини (или без него)? С таким стимулом он вполне мог бы на время приостановить магические исследования. — Но мы отклонились от темы. Давай перейдём к Южной Америке.
— Магическая Южная Америка немного моложе своего северного соседа, и до начала XIX-ого века у неё не было полноценного волшебного сообщества. До этого она считалась местом для искателей приключений, а не для поселенцев, — начала Пенни.
— Есть какая-нибудь конкретная причина этого? — спросил Гарри.
— В основном — нехватка людей, — ответила она, пожав плечами. — Америка огромна, а в мире не так много волшебников и ведьм. Поскольку в то время было принято убивать местных жителей, а не жить вместе в мире, прошло какое-то время, прежде чем достаточное количество людей осталось там на постоянной основе. Помогло и то, что маги, живущие на Пиренейском полуострове, лишь относительно недавно сформировали своё собственное правительство.
— И гоблинов там тоже нет?
— Нет, Северная Америка была полна решимости не давать им прохода нигде на континенте и внимательно следила за тем, чтобы этого не произошло.
— Как умно с их стороны, — язвительно прокомментировал Гарри. — А как насчёт дискриминации?
— Не такая сильная, если верить женщине, с которой я разговаривала, — ответила Пенни, нахмурившись. — Но сама я не очень ей доверяю, она показалась мне немного скользкой.
— Полагаю, это всё, что мы можем получить, не убедившись на собственном опыте, — размышлял Гарри. — Ладно, с одним континентом разобрались, теперь перейдём к Европе.
— Ты уже в курсе, что Британия — худшая в этом отношении, Италия — номер два в этом списке.
— Италия? — спросил Гарри, приподняв брови. Почему именно Италия?
— Итальянцы были союзниками Германии во время Второй мировой войны, и по сей день утверждают, что их принудили к этому, хотя не все в это верят, — объяснила Пенни. — В любом случае, Гриндевальд, в целом, оставил их в покое, поэтому большинство старой магической знати Италии выжило, а вместе с ней и фанатизм по отношению к магам первого поколения, — Пенни переняла терминологию, о которой узнала после разговора с американским послом, не желая называть себя потомком необразованных кретинов, даже если большинство людей забыли происхождение этого слова.
Гарри весело фыркнул самому себе. Тёмный Лорд Гриндевальд нечаянно оказался поборником равенства, который за несколько лет разрушил иллюзию чистоты крови сильнее, чем Дамблдор за всю свою жизнь. Невероятная ирония.
Пенни проигнорировала фырканье и продолжила свой доклад:
— Третьей по списку, как ни странно, является Скандинавия. Должна признаться, это меня удивило, поскольку немагические страны Норвегии, Швеции и Финляндии считаются одними из самых толерантных и порядочных в мире. Причиной этого, похоже, является школа Дурмстранг, в уставе которой есть запрет на обучение любого, у кого предки минимум до третьего поколения не являлись волшебниками. Причём с обеих сторон.
— Как это вообще возможно? — спросил Гарри в искреннем замешательстве. — Хогвартс находится в самой фанатичной магической стране мира, но принимает всех, а Дурмстранг открыто дискриминирует?
— Это связано с датой его основания, — объяснила Пенни. — В уставе Хогвартса конкретно сказано, что каждому магическому ребёнку есть место в его стенах, и основатели были слишком почитаемы, чтобы этот пункт можно было оспорить, особенно когда это стало традицией. Дурмстранг был основан примерно через двести лет после Хогвартса, и к тому времени менталитет чистокровных был уже достаточно развит. К тому же, нынешний директор школы — известный Пожиратель Смерти по имени Игорь Каркаров.
— Они поставили террориста во главе школы? — Гарри не мог поверить в то, что услышал. Нельзя же быть настолько глупыми…
В ответ Пенни могла только пожать плечами.
— Его, очевидно, помиловали за донос на своих коллег, но да, я понятия не имею, кто мог решить, что это была хорошая идея. Возможно, имел место подкуп, а может быть, они решили, что всё будет в порядке, поскольку там всё равно были одни лишь чистокровные. Все, кто недостаточно «чистокровен», ходят в маленькие школы, которые разбросаны по всему региону, откуда Дурмстранг черпает своих учеников.
В идее назначить Пожирателя смерти директором одной из трёх крупнейших магических школ Европы было столько логических нестыковок, что Гарри только и мог, что двигать челюстью, пытаясь что-то выговорить. В итоге он просто покачал головой с чувством глубокого разочарования, а его уважение к тому, кто руководил Дурмстрангом, упало ниже некуда.
— Пожалуйста, скажи мне, что в Шармбатоне нет ничего настолько же тупого.
— Какое-то время так и было, — признала Пенни. — Одно время во Франции было так же плохо, как в Британии, но всё изменилось во время Французской революции. Даже магическая часть страны не осталась целой после этого беспорядка, и довольно много старых магических семей Франции встретили свой конец под лезвием гильотины, хотя я понятия не имею, как это могло произойти.
...
http://erolate.org/book/5346/533029
Готово:
