Флёр прошла через дверь в спальню Гарри с чувством предвкушения.
— Вы хотели меня видеть, милорд? — спросила она с придыханием, сцепив руки вместе так, чтобы её груди выпятились ещё сильнее. Она внутренне сокрушалась по поводу своего поведения, но, по крайней мере, это был последний день.
— Да, всё верно, — он казался весёлым, этот самодовольный ублюдок. — Тебе понравилось работать на меня, Флёр?
— Для меня это большая честь, милорд, — ответила она невнятно, в сотый раз за эти дни стараясь не закатить глаза. Единственное, что придавало ей терпения, так это понимание того, что в случае собственной победы она заставила бы его вести себя так же нелепо. По крайней мере, он не настаивал на том, чтобы она оставалась в образе 24 часа в сутки, 7 дней в неделю, чего бы она сама потребовала от Гарри.
— Тебя всё устраивает?
Нет, её не всё устраивало! Она ожидала ролевых игр и того, что во время этого пари он будет нагибать её над каждым предметом мебели в поместье, но он избегал всего, кроме периодических минетов, что совсем не утихомиривало её либидо. Отсутствие секса расстраивало её до крайности.
Но не то чтобы она собиралась отбросить свою гордость и признать это.
— Oui, я довольна.
— Хорошо, хорошо, — кивнул он. Не удивившись и не испугавшись её ответа. — У меня осталось только одно последнее дело, которое ты должна уладить до истечения срока контракта.
— Для вас, милорд, всё, что угодно, — соблазнительно выдохнула Флёр.
Он слегка усмехнулся, открыто наслаждаясь собой.
— Мне нужно мнение со стороны о качестве моих простыней, так что, если бы ты могла раздеться и лечь на кровать, это было бы замечательно.
— Сию минуту, милорд, — согласилась Флёр, как будто в этой просьбе не было ничего странного. Это было очевидным и довольно неуклюжим предлогом для секса, но она была так возбуждена после трёх дней этих поддразниваний, что ей уже было всё равно.
Она сексуально — но это вовсе не было обязательно — разделась, с удовлетворением отметив, что полностью завладела его вниманием, а затем чувственно расположилась на кровати.
— Это замечательние простини, — заявила она и притворно продолжила в обеспокоенной манере. — Надеюсь, милорд не собирается воспользоваться мной в таком положении.
Гарри ухмыльнулся и щёлкнул пальцами. Её запястья тут же обхватили толстые кожаные ремни и с силой потянули её руки к краям кровати.
— Боюсь, именно это я и собираюсь сделать, — произнёс он, заглушая её удивлённый вздох.
Флёр потянулась к своим путам, но они оказались слишком крепкими, чтобы их можно было разорвать — вероятно, они были заколдованы. Что ж, её предпочтения в отношении бондажа были кардинально иными, но она не могла протестовать, поскольку их сделка всё ещё была в силе. Кроме того, любой секс был лучше, чем никакого, и он не заставлял её признаться, что она хочет этого, так что в её понимании происходящее всё равно считалось победой.
— Пожалуйста, будьте со мной нежнее, — страстно сказала она.
— О, я буду, — ответил Гарри. Флёр не была уверена, нравится ли ей этот блеск в его глазах.
Верный своим словам, он был очень нежен, взяв её левую ножку и пройдясь по ней поцелуями снизу-вверх. Флёр почувствовала, как увлажняется в предвкушении, когда его губы коснулись её бедра, и закрыла глаза, ожидая почувствовать продолжения на своих губах.
Он был уже почти у цели, когда вдруг отступил назад и взял в руки её правую ногу, повторив процедуру на ней. Она стала раздражаться, когда он снова отступил, как раз перед тем, как достиг краёв её половых губ.
— Почему ты такая сердитая? — невинно спросил он в ответ на её пристальный взгляд.
— Я не сержусь, — надулась она, желая повернуться к нему спиной. Но пришлось смотреть в потолок.
Гарри усмехнулся и начал раздеваться, снова привлекая её взгляд к себе. Вид его эрегированного мужского достоинства заставил её зажмуриться, как будто он уже погрузился в неё.
Как только Гарри полностью разделся, то забрался обратно на кровать и сразу же взялся за ноющее место у неё между ног, заставив Флёр выгнуться ему навстречу со счастливым вздохом, когда он медленно провёл языком по её чувствительным участкам. Хотя любимой частью его тела, безусловно, было то, что болталось у парня между ног, она также была очень впечатлена тем, что он мог творить своим языком. Большинство мужчин могли с его помощью только болтать.
На её взгляд он остановился слишком быстро, но она почувствовала знакомое покалывание его магии на своём клиторе. Он баловал её всеми этими известными ему заклинаниями, усиливающими удовольствие. Гарри придвинулся к ней, и она ожидала почувствовать кончик его члена, упирающегося в её дырочку, но в замешательстве нахмурилась, почувствовав, как он потянулся выше и провёл своим членом вдоль её лобка. Что он задумал?
Что-то в её глазах, должно быть, отразило её замешательство, потому что он теперь стал весёлым. Вместо ответа на невысказанный вопрос Гарри нежно поцеловал её в губы. Флёр с готовностью ответила на поцелуй, чувствуя свой собственный вкус на его языке.
— Вейлы — очень интересные существа, — внезапно заговорил Гарри. — Так похожи на людей, и в то же время так сильно отличаются.
— 'Арри? — спросила она, гадая, что он задумал.
— Я был очарован твоей трансформацией с тех пор, как впервые увидел её, — продолжал он.
Флёр поняла, к чему он клонит, и её глаза расширились:
— 'Арри, нет. Не делай этого, — умоляла она. Она вспомнила их первый раз и то, как мучительно он дразнил её. Острую нужду, которая почти лишила её способности мыслить. Это был не первый раз, когда она обращалась в птичью форму, но зато самый сильный, а ведь её трансформация даже не была завершена. Ей было страшно представить, что она будет делать в таком состоянии, если полностью перевоплотится, обезумевшая от похоти.
— Прости, Флёр, но я должен узнать, — усмехнулся Гарри и начал дразнить её.
Флёр пыталась сопротивляться, но вышло бесполезно. Эти поцелуи вдоль шеи и ключиц, лёгкие покусывания и стимуляция сосков, ощущение его члена, пульсирующего на её губах и покалывание его магии вокруг её клитора… Она не могла отрицать свою природу, и её самоконтроль начал ослабевать.
Ещё хуже стало, когда на её теле появился пух, который только усилил ощущения. Вскоре после этого её зрение обострилось, и она поняла, что её глаза должны уже стать чёрными, как уголь. Вскоре пух стал гуще и покрыл всё её тело, а затем появились первые золотистые перья. Её голос уже давно превратился в пронзительный крик, а на пальцах начали расти когти. Она даже не колебалась, прежде чем использовала их, чтобы разрезать свои путы, но те были усилены заклинаниями и без труда сопротивлялись её усилиям.
Руки Флёр болели от постоянных попыток освободить их, но она этого не чувствовала. Её ноги были развязаны, и она яростно пиналась, пытаясь освободиться и совокупиться с магом, лежащим на ней. Когда это не удалось, она обрушила на него своё Очарование с силой, на которую никогда не была способна в обычных обстоятельствах. А когда ничего не вышло, она испустила пронзительный вопль разочарования, от которого задрожали стены.
Флёр совсем потеряла дар речи, когда её лицо начало удлиняться и превращаться в клюв. Её руки были полностью скрыты золотыми перьями.
Гарри поднялся на колени и схватился за её дрыгающиеся ноги, удерживая их на месте без особых усилий, хотя и с бо́льшим трудом, чем он ожидал, учитывая их положение и разницу в массе. Её магия разбушевалась, и его руны больно жалили, но он всё ещё сдерживался, чтобы не проникнуть в неё, желая посмотреть, как далеко всё зайдёт.
Ему пришлось довольно быстро противопоставить свою волю её, когда он почувствовал, как начинало разгораться пламя, и решил, что, возможно, подталкивать её дальше было бы неразумно.
Всё ещё держа Флёр за ноги, он отпрянул назад и одним движением вошёл в её влажную дырочку, с удивлением ахнув от того, какое пекло оказалось внутри. Он знал, что она будет горячей, но это было просто безумием.
Преображённая Флёр снова вскрикнула от внезапного проникновения, теперь она боролась ещё сильнее, стремясь взять всё в свои руки.
Гарри продержался недолго, её жар и теснота были сейчас просто невероятны. Он излился в неё с громким стоном, который полностью перекрыл последний победоносный крик Флёр.
Гарри давно заметил, что у неё, похоже, смазка была лучше, чем у большинства человеческих женщин, и небольшие струйки жидкости были обычным явлением во время оргазма, но в этот раз они были больше похоже на фонтан. Брызги были настолько сильными, что достигли даже его головы, и он был вынужден закрыть глаза, так как его всего залило.
Флёр медленно трансформировалась назад, оставив после себя задыхающуюся вейлу, содрогавшуюся от изнеможения.
Гарри быстро освободил её от пут и накрыл собой, посылая свою магию, чтобы создать «Соединение». До этого он сдерживался, не желая, чтобы оно помешало.
— Bâtard, — простонала Флёр, обхватив его дрожащими руками и ногами.
— Прости, но я фантазировал об этом с самого первого раза, — сказал Гарри с нескрываемой ухмылкой.
Флёр пробормотала что-то о мести, но задремала, не успев закончить фразу. Его тело сверху, его мощное семя в ней и успокаивающая тьма его магии над её магией — всего этого оказалось достаточно, в дополнение к её усталости. Через несколько мгновений она уже крепко спала.
Гарри весело посмотрел на спящую вейлу и повернул их так, чтобы она лежала у него на груди. Он ещё не так сильно устал, но полагал, что должен был обнять её после того, как заставил пройти через такую трансформацию.
http://erolate.org/book/5346/533109
Готово:
