Готовый перевод For Love of Magic / HP: Из Любви к Магии ✅: Глава 242

  — Люциус Малфой, Беллатриса Лестрейндж, Антонин Долохов, Августус Руквуд, Эван Розье.

  Гарри задумчиво хмыкнул. Ничего особо нового, просто подтверждение некоторых хорошо обоснованных догадок. Все они — Пожиратели Смерти Внутреннего Круга, любимчики Волдеморта, из которых мертвы только Эван Розье и Малфой, а остальные сейчас находились в Азкабане. Были и другие, о которых Гарри знал или, по крайней мере, подозревал, но Макнейр мог и не знать о них. Чёрная метка на руке мужчины указывала на то, что он был одним из наиболее излюбленных приспешников Волдеморта, но явно не настолько излюбленным. Другими словами — бесполезным.

  — Назови мне имена всех Пожирателей Смерти, которых ты знаешь.

  — О других я точно не знаю... мы действовали втайне, и только Тёмный Лорд знал всех.

  — Тогда сделай несколько обоснованных предположений.

  Несколько мгновений Макнейр боролся с самим собой: чувство долга противостояло страху и чувству самосохранения. Самосохранение победило. 

  — Роберт Малсибер-старший, Максвелл Эйвери-старший, Таддеус Нотт.

  Лорды своих Домов. Нарцисса уже сообщила ему об их симпатиях, не то чтобы об этом было трудно догадаться, поскольку сыновья Малсибера и Эйвери являлись «подимпериусниками», но он не считал, что они окажутся настолько безрассудными, чтобы напрямую присягнуть Тёмному Лорду. 

  — Насколько ты уверен, что они Пожиратели Смерти?

  — Чтобы уберечь от Азкабана, Нотт, Малсибер, Эйвери и Малфой поручились за меня после падения Тёмного Лорда, а позже намекнули на старую дружбу, так что я более чем уверен.

  А-а-а, значит, они уберегли Макнейра от Азкабана и использовали этот долг, чтобы контролировать его. Хотя зачем им понадобилось контролировать палача Министерства, он понять не мог. Может быть, они просто очень старательные.

  Более того, Макнейр считал себя умным, называя имена тех, кто держал его за яйца. Возможно, надеялся, что Гарри избавится от них?

  — Кто ещё?

  — Больше никого. Это все, кого я знаю, — ложь.

  — Ты так сильно желаешь потерять второе ухо?

  Макнейр был одиночкой, у него не было друзей, но он помнил несколько набегов, когда он и пара прекрасно спевшихся Пожирателей Смерти развлекались вместе с грязнокровками или маглами, за которыми их посылали. Тем не менее, этого было недостаточно для того, чтобы терпеть увечья от рук Поттера, и он был слишком напуган своей неспособностью утаить от парня даже эту небольшую попытку обмана. 

  — Алекто и Амикус Кэрроу. Они близнецы и всё делают вместе.

  Ещё одна семья, симпатизирующая Волдеморту, но Нарцисса не смогла назвать ни одного имени среди них. 

  — И ты знал такую пару Пожирателей, что всё делала вместе? — догадался Гарри.

  — Да.

  — Интересно. Если я правильно помню, Алекто и Амикус всего лишь двоюродные братья по основной линии Кэрроу. Они живут в родовом поместье?

  — Нет, у них есть свой собственный дом где-то в Северо-Шотландском нагорье, я не знаю, где именно, — сдавшись, признал Макнейр, зная, что близнецы Кэрроу, скорее всего, скоро окажутся в том же положении, что и он.

  — Твои друзья? — спросил Гарри, его голос отдавал весельем.

  Макнейр не клюнул на приманку.

  — Давай дальше, расскажи мне, как действует Волдеморт, как он руководит, как организуются набеги, откуда у него средства, где в Министерстве у него были сторонники и есть ли они до сих пор, где вы проводили свои собрания... — Гарри спрашивал обо всём этом и даже больше.

  Для Макнейра это звучало так, будто Поттер планирует вести войну, что уже закончилась. Он не хотел всё выкладывать, но угроза дальнейшего увечья не оставляла ему выбора. Всех ответов у него не нашлось, но он выложил всё, что знал.

  — Были ли у Волдеморта достойные внимания союзники не из Пожирателей Смерти?

  — Несколько великанов, дементоры, стая оборотней Фенрира Сивого.

  Все они доставят проблем, если их хозяин когда-нибудь вернётся, но им почти наверняка не доверили бы охранять частичку его души.

  — Где сейчас Сивый?

  — Я не знаю.

  — Очень хорошо, у меня больше нет вопросов, — сказал Гарри и снова встал лицом к своему пленнику.

  Макнейр нервно облизнул губы, стараясь не обращать внимания на влагу на правой стороне головы и затяжную пульсирующую боль в отрезанном ухе. 

  — Что теперь?

  Гарри сначала не ответил, предпочтя вместо этого пройти к своему креслу и сесть в него. Нож всё ещё оставался в его руке, и он некоторое время задумчиво смотрел на пятна крови на нём, прежде чем заговорить:

  — Ты ведь чистокровный, да?

  Макнейр был крайне озадачен, но не видел причин лгать. 

  — Да.

  — А я полукровка?

  Макнейр всё ещё пребывал в замешательстве, но в то же время начал осторожничать: 

  — Да.

  — А моя мать была грязнокровкой?

  Макнейр нервно сглотнул, чувствуя, что стоит на очень тонком льду. Тем не менее вопрос был поставлен так, что ему оставалось только согласиться. 

  — Да?

  — Такая любопытная штука, эта кровь, — задумчиво начал Гарри, продолжая переворачивать нож. — Я прекрасно понимаю, откуда взялась вера в чистоту крови. Идея наследия витала в коллективном сознании человечества с самого рассвета нашего вида, и представление о том, что одна кровь чище другой, является естественным развитием этой веры. Ужасно глупо, но ведь и люди тоже глупые.

  — К чему ты клонишь? — спросил Макнейр.

  — Я слышал, как поговаривали, что Волдеморт и его Пожиратели Смерти отстаивали «старые традиции». Это правда?

  — Да...

  — Старые традиции, устоявшийся порядок вещей, несущий на себе груз истории и обычаев. Звучит как что-то солидное, не так ли?

  — Наверное? — неуверенно проронил Макнейр.

  — Знаешь ли ты, что вся первоначальная магия была связана с кровью? Клятвы на крови, кровавые жертвоприношения, кровь там и кровь сям. Всё крутилось вокруг крови, и неудивительно, ведь этого ещё не было, — рассказывал Гарри, тыкая своим кукри на разломанную палочку, всё ещё лежавшую на столе. — Кровопускание было одним из немногих способов применения магии, не требующего десятков лет обучения. Нестабильная, опасная магия, часто оборачивающаяся против владельца, но всё же магия. Ох уж эти старые добрые времена, не правда ли? Времена, когда могущественные волшебники строили свою силу на крови и костях своих врагов. Настоящие старые традиции.

  Макнейр неуклонно бледнел по мере продолжения монолога, но последнее предложение заставило его попытаться вырваться из пут. 

  — Нет!

  — Не волнуйся, я не собираюсь использовать тебя в каком-то кровавом ритуале, — сказал Гарри с насмешкой.

  Макнейр вздохнул с облегчением.

  — Но я всё равно собираюсь тебя убить.

  — Но я рассказал тебе всё, что ты хотел знать! — яростно крикнул Макнейр.

  — А я сказал тебе, что ты отсюда не выберешься, — резонно заметил Гарри, вставая и отходя в сторону, чтобы подобрать оставшуюся верёвку, крепко ухватившись за её концы и натянув несколько раз.

  — Подожди! Я могу тебе помочь! — отчаянно выдал Макнейр.

  — Ты уже помог мне, не так сильно, как я надеялся, но хоть так. А теперь от тебя больше нет пользы.

  — Но тебе ведь понадобятся слуги, ведь так?

  — Для чего? — спросил Гарри, искренне недоумевая.

  — Разве ты не хочешь стать Тёмным Лордом и подчинить страну себе, как Волдеморт? — Макнейр прекрасно знал, что Поттер придерживается иных идеалов, чем Волдеморт, и, похоже, любил грязнокровок, но это не имело для него большого значения. Он был убийцей, а убийство есть убийство. Он с радостью сменил бы хозяина, если бы снова получил возможность убивать. К тому же он очень сильно хотел жить.

  Вопрос прорвался сквозь безэмоциональный холод, в который погрузился Гарри, и это заставило его рассмеяться.

  — А это забавно, — сказал Гарри с последней усмешкой. — То есть, я понимаю, как ты до этого додумался, но всё равно смешно. Мало того, что захват страны — это последнее, чего бы я хотел, так ещё и ты, и Волдеморт, и все остальные болваны в масках ничего не знаете об Истинной Тьме. Все вы — лишь обуза, и мне нет от вас никакого проку.

  Увидев, как потенциальный палач движется к нему с мрачными намерениями, Макнейр запаниковал:

  — Нет! Постой!

  — Я впервые убиваю кого-то подобным образом, поэтому прошу извинить меня за неуклюжесть, — сказал Гарри, заходя мужчине за спину и чувствуя внутри себя сильный холод.

  Через несколько минут он почувствовал, как Бездна забирает душу Макнейра, и с глубоким выдохом отпустил верёвку. Ножом было бы проще, но он не хотел, чтобы на полу осталось кровавое месиво.

...

http://erolate.org/book/5346/533145