Тем не менее Луна не могла и дальше избегать хватки хищника, и Гарри вскоре схватил её за талию.
— Не-е-е-т, отпусти мен-я-я! — потребовала Луна, хихикая.
— Не дождёшься, — фыркнул тот и отнёс извивающуюся блондинку на один из упомянутых ранее диванов, чьей единственной функцией было служить дополнительным местом для потрахушек.
На самом деле, Гарри подозревал, что именно для этого они и предназначались, так как мягкие боковины по высоте идеально подходили для того, чтобы через них кого-нибудь перегнуть.
Луна продолжала сопротивляться изо всех сил, насколько позволяли её жилистые конечности, поэтому Гарри достал из сундука с игрушками пару наручников, завел её ручки за спину и защёлкнул оковы на запястьях.
Теперь, когда Луна извивалась уже не так бойко, Гарри призвал ещё один предмет, но уже из шкафчика с разными веществами.
В его руку полетело нечто, очень похожее на медицинский шприц, только вместо тонкой иглы у него был закруглённый продолговатый наконечник. Внутри этого предмета находилось одно из самых забавных его творений — магическая смазка, призванная расщеплять любые фекалии и сделать прямую кишку такой скользкой, что даже угорь бы позавидовал. Да ещё и с мятным вкусом в придачу.
Луна начала яростно извиваться, пытаясь помешать ему ввести в себя предмет, но Гарри был неумолим. Он слегка надавил на поршень, чтобы из него вытекла небольшая капля смазки, покрывшая затем наконечник, а потом шлёпнул корчащуюся блондинку по булочкам.
Луна слегка подпрыгнула от неожиданности, и этого времени хватило, чтобы ввести аппликатор со смазкой в её анус.
И именно в этот момент дверь в спальню отворилась, и внутрь прошла другая половина их четвёрки.
Гарри посмотрел на весёлые лица Флёр и Доры, на свой стояк, на скованную наручниками Луну, из задницы которой торчал ярко-фиолетовый шприц с лубрикантом, и пришёл к выводу, что сказать он может только одно:
— Это именно то, чем кажется.
Это вызвало пару весёлых фырканий.
— Привет, Нимфадора. Привет, Флёр, — весело приветствовала их Луна, с лёгким ворчанием перевернувшись так, чтобы увидеть девушек. — Это Джинни вас сюда послала по моей просьбе?
— Всё так, — Флёр широко улыбнулась. — Похоже, мы пришли как раз вовремя.
Дора закатила глаза и пробормотала что-то, что Гарри не совсем уловил, но прозвучало очень похоже на «ненасытная шлюха».
— Она также что-то сказала о том, что ты хочешь провести с ней ночь? — метаморфичка произнесла это как вопрос.
— Да, поэтому мне нужно, чтобы вы оттрахали Гарри за меня, — кивнула Луна. — Он только что вышел из Гиперболической Камеры Времени, а вы ведь знаете, каким он тогда становится.
— О да, мы знаем, — хрипло ответила Флёр, глядя на его стояк и облизывая губы таким образом, который в большинстве стран мира, вероятно, классифицировался как публичное непристойное поведение.
— Полагаю, мы могли бы сделать это ради команды, — ухмылка Доры свидетельствовала о том, что с её стороны это не просто благородная жертва.
Гарри решил всё усложнить:
— Ну не знаю, — задумчиво произнёс он, вращая шприц со смазкой, который всё ещё торчал из задницы Луны. — У меня сейчас появилось сильное желание разработать маленькую жопку Луны.
Флёр сексуально подошла к нему, провела руками по его обнажённой груди и страстно прошептала ему на ухо:
— Я потом разрешу тебе разработать мою.
Гарри повернулся к ней лицом и потянулся, чтобы покрутить один из её сосков так, чтобы вышло больно. На ней имелся лишь очень тонкий шёлковый топ, так что проблем с этим не возникло.
— Может быть, в этом всё дело? — вопросил он с мягкой угрозой, сопровождаемой её стоном/вскриком. — Может быть, я не хочу, чтобы ты мне «разрешала». Может быть, я хочу, чтобы ты боролась, сопротивлялась и извивалась.
Флёр вздрогнула и посмотрела на него с жадным выражением лица, кожа её покраснела, а глаза потемнели.
— Это я могу сделать, — тихо прошептала она.
Гарри ещё несколько секунд смотрел на затаившееся в её чёрных глазах вожделение, всё это время перекатывая меж пальцев сосок девушки, а затем без слов выдернул шприц со смазкой из жопы Луны и отбросил его в сторону.
— Посмотрим, — сказал он вейле, намеренно сохранив в голосе обещание. И взмахом руки расстегнул наручники Луны.
— Спасибо, — радостно поблагодарила Луна, вскочив с дивана и поцеловав Флёр в щёчку. — Пойду пока приму душ, чтобы вымыть из своего влагалища как можно больше спермы Гарри, прежде чем отправлюсь в комнату Джинни.
И с этими словами она убежала в прилегающую ванную комнату. Гарри продолжал смотреть в глаза Флёр, перекатывая её сосок в пальцах и гадая, сколько времени понадобится, чтобы её сломать. Судя по вздохам, не очень-то и много.
— Может, мне тоже поискать другую комнату? — спросила Дора, подходя ближе и скрещивая руки. В её голосе прозвучала язвительность, и Гарри уловил в нём нотки ревности.
А, вот и минусы гарема (а Гарри уже давно перестал называть его как-то иначе) — вечное балансирование в попытках не оставить кого-нибудь без внимания. Дора, несмотря на свою внешнюю уверенность, была наиболее склонна к подобным проявлениям неуверенности внутренней.
— И оставишь меня играть с одной лишь Флёр? — с сарказмом спросил он, кивнув головой в сторону вейлы. — Ты только посмотри на неё, она уже готова брызнуть, а я почти ничего и не сделал.
Гарри чуть ли не смеялся над тем, насколько предсказуемыми оказались результаты его исследований по части сексуальной проворности и выносливости Флёр.
Дора ухмыльнулась, очевидно, одновременно забавляясь и успокаиваясь от намёка на то, что она может лучше.
Флёр взвилась от возмущения, посмотрела на него, потом на ухмылку Доры, а затем схватила метаморфичку за голову и принялась энергично целовать её, в очевидной попытке выказать своё пренебрежительное отношение к нему в ответ на такое оскорбление.
А Гарри лишь ухмылялся и наслаждался зрелищем. Слишком просто.
Флёр было ужасно легко манипулировать, если понимать её вероятные реакции и уметь оказывать нужное давление на её гордость или тщеславие, что оные реакции и вызывали. Он уже не в первый раз использовал её для того, чтобы сгладить любые намёки Доры на недовольство, и вряд ли это был последний.
Обе женщины избавляли друг друга от одежды, не обращая на него внимания и, несомненно, думая при этом, что наказывают его.
Гарри, не обращая внимания на их поведение, прижался к спине Доры, просунул руки между двумя женщинами, ощупывая, лаская и посасывая шею метаморфички в том месте, где ей это особенно нравилось.
Он не мог пойти к Флёр, иначе с новой силой вспыхнула бы прежняя ревность Доры. И конечно же, не подойдя сначала к Флёр, он усилил возмущение у вейлы. И не только потому, что проигнорировал её «наказание», но и потому, что лишил её удовольствия.
Успешное управление гаремом, наверное, могло удостоиться бы докторской диссертации на университетском курсе социологии, особенно если ты ещё держал пару любовниц на стороне. Луна была единственной, кто никогда не доставлял ему хлопот.
Но с другой стороны, какую он за это получал награду...
Гарри сотворил быстрое заклинание, и сексуальные качели ожили, ухватившись за конечности Доры, а затем подняли её вверх, пока она не оказалась в горизонтальном положении с раздвинутыми перед ним на уровне головы ногами.
Сделав это, он схватил Флёр за руку и потащил её за собой к подвисшей метаморфичке, толкнув её на колени, а сам сосредоточился на блестящих губах, раскрытых перед его лицом.
Флёр могла бы отказаться от этой немой команды, могла бы отвернуться и продолжить не замечать его, но этого не сделала. Не сделала, потому что была возбуждена, а инстинкты так поступить не позволяли; потому что привыкла к тому, что все её попытки командовать, явные или скрытые, пресекались, и потому что она привыкла к подчинению. Вместо этого она послушно принялась сосать его член, хотя и в такой манере, которую можно было охарактеризовать как «злобно-энергичную», но это лишь заставило Гарри ухмыльнуться, пока он прижимался к киске Доры и наслаждался её вкусом. Позже он ещё повеселится, вытрахивая из Флёр эту злость. Это уже вторая часть методики по разрядке напряжённости в гареме.
Жонглирование женским самолюбием определённо заслуживало написания докторской диссертации.
Через несколько минут Луна вышла из ванной, одетая только в банный халат. Быстро поцеловала каждого из них на ночь и ушла к Джинни в одну из гостевых комнат.
Гарри проводил её удаляющуюся жопку траурным взглядом. Что ж, всегда успеется в следующий раз.
***
Луна постучала в дверь комнаты Джинни, вспоминая лекции Нарциссы о том, как невежливо врываться в чужие покои. Или в ванную в случае, который и послужил поводом для этой лекции.
Она слегка надула губки при этом воспоминании. Ей нужно было о чём-то поговорить с блондинкой постарше, а Нарцисса иногда часами отмокала в ванной. Может быть, она была отчасти русалкой?
Дверь отворилась, показывая испуганную Джинни.
— Луна? — произнесла рыжая с вопросительной интонацией.
— Джинни, — радостно ответила Луна. — Могу я войти?
— Конечно, — быстро заверила рыжая и поманила её рукой. — Ты в порядке?
— Да, — мечтательно улыбнулась Луна. После такого чудесного перепихона и освежающего душа она была более чем в порядке.
— Оу, — Джинни выглядела озадаченной её ответом. — Просто… ну, Гарри выглядел очень… эм, напряжённым… когда уносил тебя. А на тебе сейчас ничего, кроме банного халата.
Луна в замешательстве вскинула брови, не понимая, к чему клонит Джинни.
— Гарри всегда напряжён, а халат на мне, потому что я только что вышла из душа.
— Оу, — неловко повторила Джинни. — Не могла бы ты одеться?
Луна надулась. Почему все постоянно требуют от неё одеться?
— Почему?
— Потому что мне от этого некомфортно.
Луна на мгновение задумалась, а потом кивнула.
— Хорошо.
Она подошла к шкафу и достала комплект красной шёлковой пижамы.
— Лучше? — спросила она, одевшись.
— Да, спасибо, — вздохнула с облегчением Джинни.
— Тебе тоже стоит переодеться, — посоветовала Луна, протягивая аналогичный комплект подруге. — Мы можем устроить пижамную вечеринку!
— Хорошо...
Луна склонила голову набок, удивляясь, почему Джинни говорит так неохотно.
— Не могла бы ты отвернуться? — спросила рыжая, краснея.
— Ладно, — Луна снова надулась. Она хотела посмотреть, ухаживает ли Джинни за своими кустиками или позволяет им расти свободно.
— Ладно, я закончила.
Луна повернулась и тут же прижалась к рыжей. Затем принялась о неё тереться.
— Луна?! — воскликнула Джинни, краснея. — Что ты делаешь?
— Шёлковые растирания, — пояснила Луна и ещё немного потёрлась.
— Перестань! — требовала Джинни, неловко извиваясь.
Луна посмотрела на неё с каким-то суровым раздражением.
— Тебе и впрямь стоит научиться радоваться в жизни простым вещам, — произнесла она совершенно серьёзно. В самом деле, как может кому-то не нравиться шёлковое растирание?
— Просто это странно, что ты так об меня трёшься, понимаешь?
— Кровотечение из влагалища каждый месяц было ещё более странным, но ты привыкла.
Джинни уставилась на неё, потеряв дар речи. Луна задумалась, к чему был этот взгляд, но решила, что это одна из тех глупостей, которые обычно делают люди.
— Кроме того, я вижу сквозь шёлк твои соски. Тебе понравилось, — сказала она.
Джинни вздохнула и прикрыла грудь, заставив Луну склонить голову набок и медленно моргнуть.
— Мне девушки в этом плане не нравятся! — сорвалась Джинни.
— Зато тебе нравятся шёлковые растирания! — радостно заметила Луна.
Джинни застонала и встала в поникшую позу, но совершенно необязательную.
— Может, хватит уже об этом говорить?
— Хорошо. Хочешь теперь заняться девчачьими делами?
— Что ты имеешь в виду под «девчачьими делами»? — спросила Джинни со вздохом.
— Мы могли бы сделать друг другу прически и поговорить о том, чем занимались последние несколько лет, — предложила Луна.
— Конечно, я не против, — кивнула Джинни, почему-то почувствовав облегчение.
http://erolate.org/book/5346/533323
Готово:
