— Да. Вы должны понять, что ручка создана с целью, которая её и определяет. И цель эта — писать. Держа её в руках, вы ей овладеваете, и, взяв её себе, вы также становитесь её владельцем. Забрав её, я магическим образом запечатлел своё право владения ручкой. Будь она сделана вашими руками, то вам пришлось бы подарить её мне, чтобы сделать это возможным, но поскольку она — творение массового производства, ваши первоначальные притязания оказались очень слабыми, и я смог забрать её силой. Овладев ею, я могу приказать ей скрыть от вас своё предназначение. И это довольно слабая форма варда.
— То есть, чтобы наложить вард на мой дом без моего разрешения?..
— С домами всё иначе. Ваши права на него будут гораздо весомее, даже если вы не принимали участие в его создании. Я не могу просто забрать его у вас, появившись, когда вас там не будет. Мне пришлось бы вас убить, либо подчинить себе, чтобы претендовать на право владения домом. И только тогда я смогу возвести в нём подходящий вард без вашего разрешения и сотрудничества.
Глаза Лоры расширились от удивления, но она быстро взяла себя в руки.
— Значит, чтобы наложить варды на все Британские острова?
— Я должен стать королём, либо благодаря поддержке народа, либо в результате тиранической кампании, чтобы подавить любую существенную оппозицию. Для закрепления варда не обязательно, чтобы абсолютно все поддерживали меня или боялись, но потребует весомого большинства.
— Но что, если для создания варда вы станете работать с королевой?
— Какой королевой? — насмешливо поинтересовался Гарри.
— Королевой Елизаветой...
Гарри высмеял эту идею:
— Ой, да бросьте, «королева» Елизавета имеет больше общего с призовым пуделем на выставке собак, чем с настоящим монархом. Чтобы варды могли удержаться над всей страной, нельзя довольствоваться демократией или чем-то похожим на неё. Если каждый будет думать, что он владеет этой землёй совместно с другими, это не только лишит всего места привязки, к которому можно было бы прикрепить вард, но и появится бесчисленное множество деструктивных элементов, ослабляющих магию.
— Оу, понятно, — голос Лоры выдавал её разочарование.
— Если вам станет от этого легче, то я подозреваю, что МКМ и различные магические правительства Европы теперь станут более сговорчивыми, так что, возможно, мне удастся занять Реддла и не дать ему устроить очередную бессмысленную бойню.
— Кстати говоря, о МКМ и магических правительствах, почему они не общаются с нами? Вы — самый первый надёжный представитель магического мира с момента его раскрытия.
— Это потому что они не ожидали такого поворота событий, — Гарри фыркнул. — Они думали, что смогут бесконечно долго сохранять Статут Секретности, и теперь и они, и Министерство Магии в панике.
— А вы ожидали, что Статут Секретности будет нарушен?
— Не могу сказать, что был готов к тому, что это произойдёт так быстро, или тому, как это случится, но и врасплох меня тоже не застали.
— Так, когда же нам ожидать какого-то официального представителя со стороны Министерства Магии и МКМ?
— Скоро. Вероятно, до них уже дошли слухи об этом интервью. А технологически более подкованные, возможно, даже смотрят его. Я не сомневаюсь, что они снова ударились в панику и впадают в бюрократическую ярость от того, что я вот так запросто перешагнул через их головы. Они будут жаловаться на меня по этому поводу, но, скорее всего, откажутся от мечты засунуть кота обратно в мешок и откроют соответствующие дипломатические каналы.
— Это хорошо, — радостно кивнула Лора. — Ну что ж, я думаю, с большей частью моих вопросов мы уже разобрались. Вы не против ответить ещё на несколько, прежде чем мы закончим?
— Нисколько.
— Хорошо, мой первый вопрос о Статуте Секретности. Зачем он вообще был введён?
— Я думал, это очевидно, — Гарри пожал плечами. — Мы не ладили друг с другом. Слишком много страха и зависти и слишком мало разумности. Охота на ведьм с вашей стороны — хотя в большинстве преследуемых людей не было ни капли магии — и злоупотребление властью с нашей стороны… нам всем было бы лучше, держись мы порознь. Статут Секретности отнюдь не стал идеальным решением. Мы по-прежнему гибли в ваших войнах, а вы — в наших, но так всё же лучше, чем то постоянно нарастающее напряжение, когда мы жили вместе открыто.
— Но, используя свои силы, вы могли бы сделать столько добра... — начала она.
— Не так много, как вы думаете, — опроверг эту идею Гарри, сдерживая желание прочитать ей лекцию о субъективной природе «добра». — Нас очень мало, и большинство из нас не имеет квалификации, чтобы варить лечебные зелья и тому подобные вещи. Большинство волшебников — скучные офисные служащие, владельцы магазинов и просто люди, живущие своей жизнью. Они пригодны для помощи людям не более, чем вы для проведения хирургической операции.
— Оу, — Лора моргнула в замешательстве. — Хорошо, думаю, я могу это понять. Тогда перейдём к моему следующему вопросу.
Гарри хмыкнул в знак согласия.
— Что определяет силу волшебника и есть ли какие-либо врождённые различия в силе между мужчиной и женщиной?
Гарри некоторое время поразмышлял над этим вопросом, прежде чем придумать объяснение, которое вышло бы для неё понятным.
— Прежде всего, нужно понимать, что с магией — тут либо «да», либо «нет». Не существует врождённых преимуществ или недостатков магической силы, хотя некоторые будут настаивать на этом, дабы оправдать свою слабость. Есть магические таланты, с которыми можно родиться, но магическая сила — это прямое отражение личной воли и знаний. Из исключительных людей получаются исключительные волшебники.
— Не могли бы вы рассказать об этом подробнее?
— Думайте о силе волшебника, как о воде в бассейне. Широкий охват знаний даст бассейну большую площадь, большая глубина знаний сделает бассейн глубоким, а сильная воля повысит качество воды.
— Это логично, — признала Лора, но затем её поведение стало более нерешительным. — Хорошо, последний вопрос. Как магия связана с религией?
— А, я так и думал, что вы об этом спросите, — Гарри кивнул. Это направление беседы она предлагала очень осторожно, очевидно боясь разозлить его. Гарри искренне надеялся, что ему не придётся разбираться с этой хренью, но это было неизбежно, и он не собирался ходить вокруг неё на цыпочках. — Я подготовил ещё одну демонстрацию, способную прояснить всю суть.
Лора оживилась, явно желая увидеть, что он сделает на этот раз.
Гарри жестом указал на кувшин с водой, который он поставил на стол именно для этой цели.
— Вода, — объявил он и налил воду в стакан. Затем размешал её пальцем, пока она не стала тёмно-красной. — Вино.
— Вы только что превратили воду в вино, — тупо произнесла Лора. Похоже, что она не успела всё увязать.
— Да, довольно простая трансфигурация, — Гарри произнёс это с лёгкой насмешкой, не пытаясь скрыть своего веселья. — Я также могу размножить рыбу или ходить по воде. Чёрт, да даже летать могу, так что я уже на голову выше. Короче говоря, Иисус был волшебником, как и два других так называемых «пророка». Они заставили кучку легковерных идиотов следовать за ними, и из этого возникла религия. Я слышал, что в те времена это было довольно распространённым явлением, просто чаще всего это ни к чему не приводило.
— Но...
Гарри сейчас находился в ударе, и его уже нельзя было остановить.
— На самом деле, все мои исследования на эту тему говорят о том, что большинство богов когда-то были волшебниками, чьё могущество со временем сильно преувеличилось.
— Но...
— Это не значит, что существование созданий высшего порядка невозможно. Однако вероятность того, что они обратят на нас внимание, больше чем мы на космическую пыль на другом конце галактики, — если они действительно существуют, — довольно мала.
— Но… если религия — это ложь, то откуда тогда берётся магия? — а, похоже, она ожидала объяснения Бога. Религиозная личность? В таком случае, будет забавно избавить её от этого.
— Я точно не знаю, — пожал Гарри плечами. — Моя лучшая гипотеза состоит в том, что это пережиток времён до создания вселенной, окно в состояние бытия, когда пространство, время и физика ещё не устоялись. Это прекрасно объясняет, почему она переписывает правила обычной реальности, но у меня нет возможности доказать свою правоту.
— А, тогда, наверное, такие вещи, как ад и рай, тоже не существуют?
— Не существуют.
— Ангелы и демоны?
— Истории, основанные на магических существах. Причём одних и тех же магических существах, как это ни забавно. Суккубы были расой чрезвычайно красивых крылатых полулюдей женского пола с сильной предрасположенностью к огню. Они охотились на волшебников, а иногда и на ведьм, соблазняя их и высасывая их магию и жизненные силы через секс, чтобы поддерживать своё бессмертие. Последний их представитель был убит много веков назад.
— Но откуда взялись эти суккубы?
— Древний Шумер, — невозмутимо ответил Гарри, забавляясь её неуклюжими попытками поставить его в тупик. — Колдунья Лилит неизвестным нам образом превратилась из обычного человека в первого суккуба. Тысячу лет она питалась жизнями и магией месопотамских волшебников и породила легион дочерей-суккубов, прежде чем погибла от руки Гильгамеша.
— Вот это да, такого я не ожидала, — изумлённо покачала головой Лора.
— Вы только начали спускаться в кроличью нору, — ухмыльнулся Гарри.
— Как бы мне ни хотелось сейчас продолжить, думаю, нам придётся закончить на сегодня наше интервью, но я с нетерпением жду следующего, и ещё моего посещения Спеллхейвена.
— Я тоже, — Гарри слегка усмехнулся, гадая, как она отреагирует на его девочек. Он намеренно избегал упоминаний о них.
***
Вернон уже целыми днями не переставал разглагольствовать и буйствовать по поводу уродов и неестественности. И хотя Петуния и была с ним согласна, ей хотелось, чтобы он остановился. Это не могло благотворно сказаться на его кровяном давлении.
Последние четырнадцать лет, с тех пор как они отослали его прочь, жизнь была благословенно нормальной. Иногда ей в голову закрадывались сомнения по поводу того, что они сделали с сыном её сестры, но она всегда успокаивала себя тем, что всё это делалось к лучшему. Дадли не должен был расти рядом с уродом, как это пришлось делать ей.
И вот это случилось. Уроды наконец-то показали себя во всей красе. Хорошо, что Дадли решил не ехать в Лондон на празднование Нового года.
Но на этом потрясения не закончились. Вскоре в новостях объявили, что проведут интервью с настоящим волшебником, неким Гарри Поттером.
Петунии стало неприятно, что ей начали ещё чаще напоминать о племяннике. Вернону тоже не понравилось, и его тирады от этого участились.
Несмотря на неприязнь, все они решили посмотреть интервью, когда оно вышло в эфир.
Петунья впервые за четырнадцать лет увидела своего племянника, и это поразило её сильнее, чем ожидалось. Шрамы на его лице шокировали, но пылающие зелёные глаза, которым она всегда завидовала у своей сестры, узнавались безошибочно. Его подтянутое, мощное тело также заставило её внутренне содрогнуться. Она ожидала, что её дорогой Дадличек с его занятиями боксом станет крупнее, красивее и лучше сложен, чем её уродливый племянник, но всё получилось не так, даже с учётом шрамов.
И тут на неё нахлынула зависть, как в старые добрые времена.
Собственно, интервью ничуть не улучшило её настроения. Гарри говорил красноречиво, умно и уверенно, часто используя слова, значение которых она и сама не знала, но никогда бы не призналась в этом. Он был влиятелен и, судя по его дорогой одежде, явно богат. То, что они его бросили, похоже, ничем не помешало парню.
У Вернона всё это время пульсировала на лбу вена, а Дадли был по большей части просто растерян. Он почти не помнил Гарри.
Когда интервью дошло до момента, где говорилось, что Гарри должен стать королём Британии, дабы установить над страной какую-то магию, Вернон больше не смог сдерживать свой гнев и разразился очередной тирадой.
Его перенапряжённое сердце не выдержало и объявило забастовку.
— ВЕРНОН!!! — закричала Петуния, когда её муж упал на пол, хватаясь за грудь.
***
В отличие от Дурслей, Кэтрин и Роберт Шоу пришли в восторг, узнав, что мальчик, которого они очень давно приютили, будет давать интервью на тему последних событий. Его, без сомнений, будут смотреть во всём мире.
То, что произошло в Лондоне, конечно, было ужасно, но стоило смотреть наперёд. Вот почему они пригласили всех своих друзей и знакомых к себе домой, чтобы вместе посмотреть интервью.
Прошло всё замечательно. И хотя они отчаялись, увидев изуродованное лицо и обожжённую руку мальчика, потом всё же начали умиляться его красноречивой речи и с удовольствием ставили её себе в заслугу. Услышать, что он, по сути, король своего собственного волшебного островного государства, оказалось ещё приятнее, и это произвело впечатление на всех их друзей. Кэтрин с удовольствием обсуждала с другими женщинами, во что он был одет, а Роберт критиковал политику МКМ и Министерства Магии, о которых упоминал Гарри, вместе с мужчинами.
Они поморщились от его совершенно недипломатичных слов о религии, и каждый молча порицал его за то, что он не стал избегать такой щекотливой темы. При этом они делали вид, что не слышат обиженного ворчания части религиозных гостей.
Когда интервью подошло к концу, одна из наиболее влиятельных среди гостей дам повернулась к ним с надеждой в глазах:
— Это невероятно. Как вы думаете, не получится ли попросить вашего старого приёмного сына принять нас на несколько дней в качестве гостей на его острове, чтобы мы могли узнать, как живут ему подобные?
Роберт и Кэтрин замерли и начали покрываться холодным потом. Они прекрасно помнили, как Гарри предупреждал их, чтобы они не беспокоили его по пустякам, и подозревали, что это как раз будет считаться таковым.
Зои была в Лондоне, когда случилось нападение. Она видела, как великаны крушили здания своими огромными дубинами, и за ней некоторое время гнались эти странные зомби. Видела она также и змееобразный огонь, пожирающий город.
И выжила, отделавшись лишь несколькими царапинами и синяками, но всё это её изменило. Хоть она обычно и не любила заниматься общественной деятельностью, но всё же вызвалась помочь в восстановлении города и поиске заваленных обломками выживших.
А пока она занималась этим, ей стало интересно, являлся ли волшебником тот её симпатичный трахаль, с которым она провела когда-то лето и чей цветочек она сорвала. Гарри отвечал на все вопросы достаточно расплывчато, что вполне могло указывать на это. Он сказал, что в его школе-интернате не было никаких технологичных штук, и иногда шутил, что он волшебник.
Анонс с интервью подтвердил её подозрения. Когда оно вышло, Зои и её лучшая подруга Келли в сильном предвкушении сидели вместе перед телевизором.
— Ух ты, какой он горячий! — вздохнула Келли, впервые взглянув на Гарри.
Зои была с ней полностью согласна. Гарри определённо вырос, и эти шрамы на его лице тоже выглядели очень сексуально.
— Ты не говорила мне, что он лорд, — с обвинением сказала Келли, когда репортёрша закончила представлять гостя.
— Я и не знала, — возмутилась Зои. — Хотя всё сходится. Он был богат и учился в школе-интернате.
Они с благоговением наблюдали за его демонстрациями магии и слушали с недоумением. Потом их разговор зашёл о социальном статусе Гарри.
— Ни фига себе, Зои! Ты переспала с королём! — Келли это сильно впечатлило.
— Тогда он ещё не был королём, — резонно заметила Зои, хотя ей очень хотелось повыделываться.
— Хотелось бы мне увидеть драконов, единорогов и всех остальных волшебных существ, — с тоской выговорила Келли, когда интервью завершилось. Затем она повернулась к Зои с блеском в глазах. — Эй, у тебя ведь остался его номер? Ты могла бы позвонить или написать ему и напроситься в гости!
— Что? Нет! — запротестовала Зои. — Мы всего-то несколько раз потрахались лет шесть назад! Что я должна сказать: «Эй, Гарри, можно я приеду к тебе на остров с подругой? А если согласишься, то я отполирую твой шланг как в старые добрые времена? Уверена, что его девушке или даже жене это очень понравится.
— Ну дав-а-а-а-й, пожа-а-а-а-луйста? — ныла Келли. — Ты разве не видела, как он флиртовал с репортёршей? Он точно бы не стал этого делать, будь он женат.
Зои была вынуждена признать, что мысль-то правильная. Гарри однозначно флиртовал с репортёршей. То, что он мог так уверенно флиртовать с женщиной старше себя, также свидетельствовало о том, что он серьёзно повысил уровень своих подкатов с тех пор, как она видела его в последний раз, и это вызвало у неё любопытство. Может быть, они могли бы вспомнить былые времена: Гарри был одержим странной идеей освоить куннилингус, и, если он продолжал всё это время практиковаться…
Нет! Это была плохая идея. Если она начнёт подкатывать к нему сейчас, когда он стал такой большой шишкой, то будет выглядеть как самая настоящая шлюха.
— Ну же, Зои! — продолжала уговаривать её Келли. — Просто спроси его, можем ли мы приехать. Скажи, что это я заставила тебя это сделать, если стесняешься. Я даже перепихнусь с ним вместо тебя, если он этого захочет.
— А как же твой парень? — недоверчиво спросила Зои. — Помнишь его? Каштановые волосы, голубые глаза, отзывается на имя Джейсон?
— Он не может показать мне единорогов, — раздражённо ответила Келли.
— Неудивительно, что ты не можешь завести постоянного парня, — пробормотала Зои и закатила глаза. Не то чтобы она сама имела какое-то право бросаться в неё за это камнями.
***
Бьомолф выключил телевизор.
— Интересный ход, Гарри. Действительно интересный, — выговорил он. — И довольно непредсказуемый.
На самом деле, этот ход не мог прийти в голову никому из окружения Гарри Поттера. Слишком смело, слишком политически амбициозно. Выдвигать себя таким образом, открыто бросать вызов МКМ... совсем не в духе Гарри Поттера. Он должен был оставаться в стороне и быть неподвижным как валун. А это шаг хищника, почуявшего кровь.
Или, возможно, Чёрной Вдовы, почувствовавшей вибрацию в своей паутине. В последнее время Адрастия довольно часто появлялась на Спеллхейвене, и некоторые из её последних действий выглядели несколько необычно.
— Неужели ему удалось купить тебя, Адрастия? — задался вопросом Бьомолф.
Всякий раз, когда он думал об этих двоих, ему вспоминалась сказка о скорпионе и лягушке. Адрастия была скорпионом, но жалила она только тогда, когда находилась в безопасности, а Гарри не был настолько глуп, чтобы переправлять её через реку. Неужели он нашёл способ безвозвратно связать её судьбу со своей, продлив переправу через метафорическую реку на неопределённое время?
— Едва начали, а уже всё идёт не по плану, — забавно фыркнул древний вампир. — А как же иначе.
http://erolate.org/book/5346/533337
Готово:
