Готовый перевод For Love of Magic / HP: Из Любви к Магии ✅: Глава 447

Глава 54

  26 апреля 2019 года. Спеллхейвен.

  Хотя Гарри и оставил инструкции как с ним связаться, если случится что-то важное, все намерились подарить молодожёнам возможность как можно дольше наслаждаться медовым месяцем без помех. В мире события в целом происходили важные, но контролировать их было невозможно, поэтому Нарцисса, Пенни, Андромеда и Орели успешно пресекали все попытки связаться с четвёркой.

  В конце концов, домой их вернула не какая-то чрезвычайная ситуация, а скука. Как бы ни было хорошо на время от всего отвлечься, они всё же оказались готовы вернуться в дело.

  Для перемещения с Острова Блэков на Спеллхейвен вместо портала они воспользовались ковром-самолётом. Беременным женщинам рекомендовалось избегать порталов, аппарирования и даже сети каминов. Не обязательно, что те приведут к выкидышу, но после использования вышеперечисленных вещей такое явление не считалось редкостью.

  Они предупредили всех заранее, поэтому по прибытии их ждала небольшая группа приветствия. Множество объятий, поцелуев и расторопной женской болтовни.

  Гарри закатил глаза и оставил своих дам с этим разбираться, а сам пошёл поприветствовать Нарциссу, вместо того чтобы участвовать в этом, на его взгляд, чересчур радостном воссоединении.

  — Добро пожаловать домой, милорд, — сказала она с улыбкой.

  — И я рад возвращению, — согласился он искренне.

  — Ты уже от него забеременела? — прорвался сквозь болтовню озорной голос Габриель.

  — Oui, — Флёр чуть ли не светилась от счастья, подтверждая это.

  — Я тоже, — засияла рядом с ней Луна.

  Все посмотрели на метаморфичку, видимо, каким-то образом сдерживая свой визг, пока не решили, насколько громким он должен выйти. Такой вот загадочный женский психологический феномен.

  А метаморфичка каким-то образом умудрилась выглядеть одновременно и смущённой, и счастливой.

  — Нимфадора, ты тоже беременна? — спросила Андромеда, откровенно надеясь на подтверждение.

  — О, позвольте мне рассказать вам, что сделала Дора, — вклинился Гарри, проходя мимо и кладя руки на плечи своей самой колоритной жены.

  — Гарри, — слабо запротестовала та, смущённая, но в то же время подозрительно счастливая.

  — Тихо ты, — наигранно пригрозил ей Гарри. — В общем и целом, она, похоже, действительно хотела удостовериться, что забеременеет как можно скорее, поэтому использовала свои способности метаморфа, чтобы... скажем так, подкорректировать шансы.

  — И? — спросил Тед, недоумевая.

  — Сработало куда лучше, чем ожидалось, и теперь у неё тройня.

  Гарри поморщился от восторженных криков, вызванных его рассказом. Да что это за прикол такой с этими женщинами и их неспособностью контролировать громкость, когда они сильно радовались? Ну, в основном это относилось к Аполлин и Габриель, хотя остальные тоже с ними почти поравнялись. Андромеда и Нарцисса оказались единственными, кто полностью сохранил самообладание, несмотря на очевидное счастье, ведь их воспитывали так, чтобы они всегда сохраняли достойный вид.

  И кстати, об Андромеде, она повернулась к Гарри, приподняв бровь:

  — Гарри, ты расстроен тем, что у неё будет тройня? — спросила она.

  — Не-е, — заверил тот, и то было чистой правдой. По большому счёту он лишь испытывал весёлое раздражение от того, какие неожиданные повороты может принимать человеческая жизнь. — Но я, само собой, ни за что не позволю ей забыть, что она случайно залетела тройней, ибо хотела трижды удостовериться, что забеременеет в нашу брачную ночь.

  — Я была на эмоциях, понятно? — пробормотала Дора, ничуть не расстроившись из-за своего «промаха».

  — Надеюсь, ты будешь чувствовать себя так же и после того, как станешь размером с кита, — поддразнил её Гарри.

  Внутри же Гарри очень радовался, что у него есть Гиперболическая Камера Времени, куда он может сбежать, когда ему понадобятся покой и тишина, потому что он не мог себе представить, как его рассудок сохранится без личного времени. Ему и так приходилось периодически брать перерыв от девочек, а с детьми, наверное, будет в сто раз хуже.

***

  После семейного ужина, во время которого разговор почти полностью вертелся вокруг детей, Гарри увёл Пенелопу и Нарциссу к себе в кабинет, а девочки и все остальные удалились в гостиную… чтобы ещё немного поговорить о детях.

  Гарри был озадачен. О чём ещё там можно было разглагольствовать на эту тему?

  Адрастия уже сидела в кабинете, по-кошачьи развалившись в одном из плюшевых кресел. Он вызвал её на Спеллхейвен, но ей не было дела до сентиментальных воссоединений или беременной лихорадки, и она решила подождать здесь, а не участвовать в вышеперечисленном.

  — Гарри, — промурчала она с ухмылкой. — Я слышала, что ты стаешь отцом. Прими мои соболезнования.

  — Спасибо, — сухо ответил он, схватившись за руку Нарциссы, чтобы удержать её от лишних слов. Светловолосая ведьма радовалась за девочек, но её слегка задело напоминание о собственном погибшем отроке. — Давайте приступим к делу. Цисси, ты первая. Как обстоят дела в МКМ?

  — Сумбурно, — лаконично ответила она, скрывая своё раздражение. — Они не знают, как быть без Статута Секретности и как реагировать на предложения от ООН. Обе организации слишком раздуты, коррумпированы и самодовольны, чтобы договориться хоть о чём-то, а дипломатическая ситуация напоминает взорвавшуюся лабораторию зельевара.

  — Значит, тебе особо ничего делать и не придётся? — весело спросил Гарри.

  — Не совсем, — ухмыльнулась Нарцисса в ответ. — Я по-прежнему использую Ваше имя и репутацию, чтобы пресечь любую инициативу, по моему мнению, способную создать какой-то импульс, но обычно все они рассасываются сами по себе.

  Гарри кивнул, довольный. МКМ может распасться даже быстрее, чем ожидалось.

  — А что насчёт Дамблдора?

  — Неэффективен, — ухмылка Нарциссы стала шире. Она никогда не являлась поклонницей этого старика. — Он пытался играть роль посредника как в МКМ, так и в Визенгамоте, но без особых успехов. Обычно ни в том, ни в другом ведомстве не требуется много реальной работы, но постоянные экстренные заседания его вымотали, особенно с тех пор, как снова открылся Хогвартс.

  — Ну ещё бы, когда пытаешься усидеть на трёх работах, — фыркнул Гарри.

  — Это ещё не всё, — сказала Нарцисса, и её резкий тон заставил его подумать, что последует нечто серьёзное.

  — Да? — спросил он, приподняв бровь.

  — Маглы узнали о Гриндевальде.

  О… да, это вызовет большой переполох, не так ли? Обычный чистокровный, возможно, не очень хорошо понимал, что именно делал Гриндевальд и почему он «якшался с маглами», но связь Тёмного Лорда с державами Оси сомнений уже вызывать не будет, учитывая его очень удачное появления во время Второй мировой войны. Тем более, что он действительно предоставлял нацистам некоторые магические улучшения, пусть и в своих собственных интересах, а не из общих убеждений.

  — Насколько всё плохо?

  — Просто невероятно, — вклинилась Адрастия, улыбаясь так, словно это была лучшая за весь месяц шутка. — Многие задаются вопросом, действовали ли Гитлер и его правление по собственной воле, или же они просто были марионетками Тёмного Лорда и его приспешников, и произошла бы Вторая мировая война без их вмешательства? Даже не дождавшись подтверждения, что это именно так, некоторые уже начали рассуждать о том, сколько ещё мирских войн было спровоцировано волшебниками из тени. Истерия в конце концов поутихнет, но прежде чем это случится, дров наломается немало.

  Гарри мог только шумно выдохнуть от негодования. Смягчить этот удар было невозможно, проблема Гриндевальда слишком уж огромная. Гарри теперь полностью убедился, что единственная причина, по которой Статут Секретности не был нарушен в те времена, заключалась в том, что технологии камер и связи оставались ещё очень примитивными.

  — Полагаю, были предоставлены заверения того, что это не так и что Гриндевальд не являлся каким-то всемогущим закулисным кукловодом? — спросил он. Предыдущий Тёмный Лорд был слишком занят своими собственными амбициями, чтобы управлять маленьким злобным австрийцем и его подручными. Одержимость Гитлера оккультизмом и хаос, который он порождал, пришлись Гриндевальду очень кстати, но в конечном счёте оставались для того лишь удобным рычагом.

  — Так и есть, — кисло выдала Нарцисса.

  — Я чую здесь «но», — с сожалением констатировал Гарри.

  — Дамблдор провёл пресс-конференцию для маглов, чтобы объяснить им суть дела. Один из репортёров спросил о его отношениях с Гриндевальдом. Дамблдор попытался уклониться от ответа, и тогда репортёр прямо спросил его, были ли они любовниками. Реакция Дамблдора дала достаточно ясный ответ, и с тех пор всплыли новые подробности, вырисовывающие очень нелестную картину с участием почтенного директора, — пояснила она.

  — В результате этого отношения с мирскими жителями только ухудшились. А вот не будь ничего сказано, вышло бы куда лучше, — добавила Адрастия.

  Гарри захотелось что-нибудь сломать. Он знал, что у Дамблдора и Гриндевальда имелась общая история, не считая их знаменитой дуэли, но такого драматичного бреда как «трагические любовники по разные стороны баррикад» он не ожидал. До чего же этот старик смешон! А хуже всего то, что сама информация выглядела не такой уж и плохой, как казалось на первый взгляд, учитывая, что Дамблдор и Гриндевальд, должно быть, разорвали свои отношения ещё задолго до войны, но момент, когда эта новость вскрылась, оказался просто чудовищным.

  И здесь уже виднелись отпечатки пальцев Бьомолфа. Иначе как бы этот репортёр додумался задать такой вопрос? Большинство людей, которые смотрели на Дамблдора, даже не могли себе представить, что он когда-то был молод, не говоря уже о том, что у него имелось либидо. А вампир был как раз из тех интриганов, которые десятилетие за десятилетием сидели на этом сочном самородке информации, пока не получилось использовать его с максимальной выгодой.

  Гарри вдруг мучительно осознал — вампиры знают, что он снабдил Амортенцией человека с сомнительными моральными качествами, потому что ему хотелось стать перевёртышем.

  Узнав об этом, Дора будет от него не в восторге. Она потребовала, чтобы он взял её с собой в Северную Америку, дабы посмотреть, как Ахига применил зелье, и Гарри подчинился. Оказалось, что этот человек просто был неравнодушен к одной женщине, которая, возможно, раньше не обращала на него внимания. Сейчас они представляли собой счастливую молодую семью, и у них родился сын. О том, что с ними что-то не так, можно было догадаться только просканировав на зелья.

  Вряд ли это можно было назвать самым худшим применением Амортенции, но Дора ясно дала понять, что его поступок — Не Ок, особенно потому, что ему было всё равно, для чего Ахига будет зелье использовать. В конце концов она оставила всё как есть, так как вывод зелья из организма на данном этапе принёс бы больше вреда, чем пользы, но Гарри всё равно метафорически «изгнали в собачью будку» на несколько недель.

  А вот остальной мир в целом окажется куда менее снисходителен, а ему нужно сохранить свою репутацию в целости. И вину на вампиров за эти поступки возложить нельзя. Поединок с поливанием грязью навредит ему гораздо больше, чем им. Кроме того, настоящая борьба велась не совсем с вампирами. Просто у них имелись планы, которые могли противоречить или не противоречить его собственным.

  — А Дамблдор что-нибудь предпринимает в ответ? — спросил Гарри. Скорее всего, нет, но люди иногда преподносили сюрпризы.

  — Он оставил свои посты в МКМ и Визенгамоте и отступил в Хогвартс. И лишь прислал нам ещё одно прошение поговорить с тобой, — сказала Нарцисса.

  Гарри просто кивнул. Старый волшебник просил аудиенции с тех пор, как было объявлено о «кончине» Волдеморта, но он с ним разговаривать не спешил.

  — Раз уж ты упомянула Визенгамот, то как там обстоят дела? — спросил он.

  У Гарри не было в этом органе назначенного на его место доверенного лица, но кое-кто там всё же имелся. Непритязательный и неамбициозный, но очень проницательный человек, который отлично умел делать пометки и обращать внимание на нужные вещи. Он не имел права выступать от его имени, поэтому его единственной задачей оставалось следить за тем, чем занималось это сборище идиотов. А Нарцисса являлась его непосредственным куратором.

  — Тоже сумбурно. Они постоянно конфликтуют с магловской правовой системой, особенно на тему маглорождённых, как вы и предсказывали. Фракция традиционалистов, возглавляемая домом Монтегю, выступает за строго изоляционистскую внешнюю политику, в рамках которой они перестанут принимать любых маленьких волшебных детей, имеющих связи с магловским миром.

  — Идиоты, — фыркнул Гарри. Как будто таким образом можно легко разобраться с этой кашей. На самом деле, это была очевидная попытка тупоголовых чистокровных использовать ситуацию как способ избавиться от всех, кто не был достаточно «чист».

  Нарцисса продолжала, как будто он ничего и не говорил:

  — Прогрессисты, которых когда-то возглавлял Дамблдор, а теперь по факту оставшиеся без лидера, пытаются добиться более тесных отношений с маглами и совместной юрисдикции над маглорождёнными.

  — О, гляньте, ещё большие идиоты, — усмехнулся Гарри.

  Маги первого, второго и, возможно, даже третьего поколения являлись мостом, соединяющим магический и обычный миры, и так было всегда. Это делало их группой очень опасной — не самих по себе, а с точки зрения того, для чего их можно использовать. Если магический и обычный миры разделят юрисдикцию над этой группкой, то не успеешь и глазом моргнуть, как в попечительский совет Хогвартса войдут не-маги.

  Он скорее разграбит школьную библиотеку и разнесёт её в щепки, чем допустит подобное. Культура погибает, когда позволяет чужеродному влиянию проникать в свои школы. Хотя в данном случае его больше всего беспокоила мысль о том, что обычные люди установят таким образом правила для магических.

  — Да, ну, в любом случае, они не добились больших успехов, — Нарцисса состроила странное выражение лица, которое лучше всего можно было бы описать как забавную гримасу. — Похоже, маглы совсем не хотят разделять юрисдикцию. Более того, многие не хотят, чтобы магический мир хоть как-то касался их детей.

  — У меня такое чувство, что мне это тоже не понравится, — вздохнул Гарри.

  — В вашем классе в Хогвартсе училась девочка по фамилии Грейнджер, не так ли? После её смерти, согласно стандартной процедуре, Министерство подвергло забвению её родителей и нескольких других членов её семьи, полностью удалив все воспоминания о магии и заставив их думать, что она погибла в автокатастрофе. Эта история каким-то образом вскрылась, как и несколько других похожих, и реакция маглов на неё не утихает до сих пор, особенно в связи с фиаско с Гриндевальдом и всем остальным.

...

http://erolate.org/book/5346/533350