Глинда Гудвич всегда была воплощением дисциплины и грации в Академии Бикон. Её золотистые волосы, собранные в идеальный пучок, и строгий костюм подчёркивали её статус главы факультета. Но в тот день, во время рутинной охоты на Гримм в лесах недалеко от Вейла, всё изменилось.
Она разила тварей, вспышки телекинеза разрывали воздух, когда тени сомкнулись вокруг неё. Не Гримм — люди. Маскированные агенты Салем, подкреплённые тьмой, набросились внезапно. Удар по затылку, вспышка боли, и мир потух.
Когда Глинда пришла в себя, она была в цепях. Холодный камень замка Салем обнимал её тело, а воздух пропитан запахом плесени и химикатов. Её руки и ноги растянуты на металлическом столе в лаборатории, освещённой тусклым красным светом. Дверь скрипнула, и вошла она — Салем, бледная королева тьмы, с улыбкой, что могла заморозить кровь в жилах.
— Добро пожаловать в мой скромный дом, Глинда, — прошептала Салем, её голос эхом отразился от стен. — Ты всегда была такой преданной Озпину. Теперь ты послужишь мне. Мои предыдущие... эксперименты с Гримм-гибридами были разочарованием. Безмозглые звери, годные только на бойню. Но ты... ты станешь матерью чему-то большему. Мы сделаем твоё тело идеальным сосудом.
Глинда дёрнулась в цепях, её глаза полыхнули гневом. — Ты монстр! Озпин узнает, и...
Салем рассмеялась, жестом подзывая учёных. Двое мужчин в лабораторных халатах, лица бледные от страха, приблизились. Один держал шприц с чёрной, бурлящей жидкостью — генетическим коктейлем, выведенным под угрозой смерти.
— Они лучшие в своём деле, — объяснила Салем. — А теперь... начнём.
Первый укол пришёл в шею. Жидкость жгла, как жидкий огонь, распространяясь по венам. Глинда закричала, её тело выгнулось. Учёные работали быстро: инъекции в грудь, бёдра, живот. Её кожа начала меняться — становилась эластичнее, мышцы укреплялись, матка расширялась, чтобы выдержать нечеловеческое. Вторая серия — наноимпланты, вживлённые под кожу, чтобы заживлять раны мгновенно, поддерживать сердцебиение даже в агонии. Салем наблюдала, её глаза блестели от предвкушения.
— Ты выдержишь их всех, — прошептала она. — Специально выведенных Гримм-самцов. Их члены будут рвать тебя, семя — заполнять. А мы вернём тебя сюда после каждого раза, чтобы подлатать, улучшить. Твоя воля сломается не сразу. Я хочу видеть, как ты молишь о пощаде, зная, что Озпин не придёт.
Через часы Глинду оттащили в камеру — тёмную яму с соломой на полу. Дверь открылась, и вошёл первый. Гримм-гибрид: тело как у беовульфа, но мутированное, с человеческими чертами — мощные лапы, но торс, покрытый чёрной чешуёй, и между ног — огромный, пульсирующий член, венозный и покрытый шипами. Он зарычал, красные глаза уставились на неё.
Глинда отползла, но цепь на шее дёрнула её назад.
— Нет... пожалуйста... — прошептала она, но зверь был на ней в секунду. Лапы разорвали её одежду, обнажив полные груди и гладкий живот. Он схватил её за бёдра, раздвигая ноги грубо. Член ткнулся в её вход, и толчок — внутрь, разрывая девственную плоть. Глинда закричала, боль пронзила тело, но улучшения сработали: кровь хлынула, но раны затягивались.
Зверь трахал её яростно, член вонзался глубоко, шипы царапали стенки влагалища. Её тело дёрнулось, когда он вгрызся в плечо, но клыки не убили — только отметили. Глинда билась, царапая его чешую, но силы таяли. Он рычал, ускоряя темп, и наконец — рывок, семя хлынуло внутрь, густое и чёрное, заполняя матку. Она почувствовала, как оно проникает, оплодотворяя, меняя.
Гримм отвалился, тяжело дыша, и ушёл, оставив её в луже собственной крови и его спермы. Но это был только первый. Салем хотела больше. Часы спустя вернули второго — крупнее, с двумя членами, один для вагины, другой для ануса.
Он схватил её за волосы, прижав лицом к полу, и вошёл сзади, растягивая оба отверстия одновременно. Глинда визжала, тело горело от боли и странного, вынужденного жара — побочный эффект модификаций, чтобы тело реагировало, несмотря на ужас.
Её соски затвердели, влагалище сжималось вокруг вторжения, и слёзы текли по щекам.
— Зачем... почему я? — хрипела она, пока он долбил её, лапы мяли груди, сжимая до синяков. Сперма выплеснулась снова, двойная доза, пропитывая внутренности. Третий пришёл ночью — гибрид с щупальцами вместо конечностей, обвивший её тело, проникая в рот, влагалище, зад. Она задыхалась, кашляя от чёрной слизи, пока он пульсировал внутри, изливаясь.
К утру Глинду вернули в лабораторию. Учёные, дрожа, ввели стабилизаторы: очистили семя, но оставили зародыши — первые гибриды росли внутри. Инъекции витаминов, регенерации, психостимуляторов, чтобы разум не сломался слишком рано. Салем стояла у стола, гладя её щёку.
— Ты держишься хорошо, Глинда. Ещё несколько циклов, и твои дети родятся. А потом... новые самцы. Я сохраню тебя навсегда в этом аду.
Глинда смотрела в потолок, слёзы текли, но в глазах тлел огонь. Она не сломается.
Но Салем знала: время на её стороне. Следующий раунд ждал.
http://erolate.org/book/5436/550895
Готово:
