Глава 17 (18+) – САМАЯ жестокая глава ВСЕГО произведения. Страдания Нормы Озборн и её второй личности.
Нью-Йорк, район Куинса. Особняк семьи Озборн.
После битвы с армией Выводок, я позвонил одной ассистентке и попросил пригнать спорткар к своему местоположению.
На бугатти вейрон я и приехал в особняк Нормы.
На небосводе всё также ярко блистало лунное святило. Мои часы на запястье показали без десяти час ночи.
Всю дорогу я ехал к старшей Озборн с мыслью о том, что потребую объяснений из-за её разговора с Петрой.
Я остановился у ворот с ограждениями и несколько раз нажал на гудок, махая рукой в камеру.
Через минуту ворота открыли, и я остановился у входа в особняк, вышел из машины и подошёл к двери.
Я только-только хотел постучать, но какая-то полоумная выбила входную дверь ногой. Прямо перед моим носом пронеслись несколько стальных петель вместе с деревянной конструкцией, а в дверном проёме, с гигантским молотом наперевес, остановилась девушка в клоунском костюме.
Присмотревшись, сразу стало понятно, что уж очень она походит на Харли Квинн из комиксов ДС: серый, глянцевый грим, стройная фигура, широкие бёдра в обтягивающих кожаных чулках с подтяжками и боди-комбинезон с курточкой впору.
У моего лика предстала загримированная девушка, что развеселой походкой мечтательно шагала в мою сторону. Её красно-черный наряд в стиль ромбиков точь-в-точь повторял Харлин Квинзель, а чёрные радужки, маска и безумная улыбка с дрожью проносились по моей коже. У меня на несколько секунд образовались мурашки, поскольку я успел поверить, что передо мной настоящая Харли.
Подумав, я понял, что вероятность сводиться к нулю. В любом прилавке продают комиксы про супермена, бэтмена и других героев ДС. Есть некоторые про Стефанию Роджерс, поскольку она здесь настоящая героиня войны, но это уже совсем другое.
— Приветствую в доме Озборнов, а ты опоздашкаа-аа-ах! — рассматривая мою атлетичную фигуру, она приоткрыла широкую ухмылку, ахнула, зазвенев колокольчиками, и забормотала, — Ты на стероидах сидишь? Где тебя так накачали! Так в существование Всевышней недолго поверить!
Переводя взгляд с выбитой двери на неё, я поинтересовался, — Слушай, а ты кто?
Над её шапочкой со звенящими помпонами будто бы образовалась желтая лампочка, — Ах, я поняла! На тебе тоже эксперименты ставили? Ты подопытныш! А ты типа из наших? Просто я только очнулась недавно, не успела освоить новые физические возможности. Немного переборщила с дверью.
Единственный логичный вывод из её разговоров, так это то, что она напрямую связана с Нормой, но клоунессе ещё не успели объяснить, что можно говорить, а что нельзя.
Я решил подыграть, — Да, я в теме. Ты новенькая, верно?
Она пропускает меня в большой зал особняка, кивая на мои слова, — Ага. Только недавно сбежала из Рафта, думала старым делом заняться, грабить людей, но меня вчера отыскала мисс Озборн и предложила стать её правой рукой! Сначала я отказалась, но она скинула большую сумку со стодолларовыми купюрами, пригрозила убийством и пообещала много-много насильственного веселья! В особенности месть говорливой паучихе...
Пока она провожала меня на второй этаж в личный кабинет, я ни мог не поинтересоваться, — А почему ты в образе Харли Квинн из комиксов ходишь?
— Ну я же клоунесса! А она самая популярная психопатка в костюме. Да и на цирковых представлениях я так больше зелёных срубала, отшибленные девчонки любят меня, они стремятся к себе-подобным.
— Понятно.
— А в чём твоя способность?
— Моя? — я хмыкнул, остановился перед главной дверью, посмотрел в её черные радужки и ответил, — Давать пизды тем, кто переходит границы.
— Воу, круто! У тебя есть пизда? А член тоже есть? Он выше или ниже вагины?
Оставляя пришибленную клоунессу за дверью, я зашёл в кабинет Нормы Озборн и сразу услышал её голос, — Ты пришёл намного позже, чем я предполагала… Свидание с Петрой заиграло красными цветками?
Я изогнул бровь и уточнил, — Так ты знала, что я приду к тебе…
Это странно. Получается она конченая мазохистка или… или всё было спланировано ради меня?
— Да, знала.
Я скалюсь, подхожу максимально близко к ней и хватаю за ладонь, предъявляя, — Но ты же Петру пыталась шантажировать! Думаешь, я с тобой в шахматы играть буду? Лясы точить или плясать под твою дудку?
Она кладёт вторую свободную руку мне на верхнюю одежду и, поглаживая пресс, начинает заигрывать, — Шантажировать и так беспомощное дитя скучновато. Сдалась мне её маленькая бусинка! Ты и был моей изначальной целью. Я просто действовала через неё, чтобы добраться до тебя!
Хм-м-м… я был настроен бить ебало, но всё оказалось куда сложнее, чем я предполагал изначально.
— Ну это другое дело. Окей. Получается я выкупаю долг Петры себе в обмен на какую-то услугу, верно?
— Верно... — Норма пытается схватить мой бугорок в штанах, диктуя условия, — Если сделаешь мне очень хорошо! Никогда не пробовала члена, так что рассчитываю на твой опыт.
Находясь в замешательстве, я перехватываю её руку и отхожу немного поодаль.
В ответ на свои действия слышу возмущение, — Неужели я противна тебе? Может я старше тебя, но в своей красоте я уверена на сто процентов! Не противься неизбежному…
— Дай немного подумать, — откладываю ответ я, чтобы кое-что спросить у Хонсу.
Хонсу, можешь проверить её?
В ответ тишина…
Аа-аах, точняк. Она же в Египте с сестрой – Хасехемвой разбирается.
Окей, тогда действуем по старинке. Начиная читать истину и ложь по сердцебиению, я переспрашиваю, — Ты говорила, что никогда не пробовала члена… Неужели ты девственница?
Она нахмурилась на мой вопрос и правдиво ответила, — Ну да. Раз у меня есть дочь, то я обязательно должна была заниматься сексом? В моих лабораториях практикуются всевозможные методы зачатия без полового партнёра.
Хах, это правда, бредовая правда… А я сразу и не подумал, что такая влиятельная и богатая женщина как она, да и не испробует с кем-либо этой радости за 35-40 лет жизни.
— Хорошо, я согласен.
Она улыбается, поняв причину моего согласия, — Ах ты гадёныш, фетиш на срывание розочек? То-то ты на мою дочь и её подруг запал, — она обхватает моё предплечье и нажимает на стационарный телефон, приглашая зайти в кабинет знакомую мне девушку в костюме клоуна.
Норма официально знакомит нас, — Возможно вы уже познакомились, но я вас представлю. Марк, это Мейнардия Тибольдт. Мейнардия, это Марк Грант.
Я протягиваю ей руку, а она наклоняется, обхватывает запястье двумя руками через перчатки и целует тыльную сторону моей ладони.
— Эм-м…
— Приятно познакомиться официально, Марк. Мне нравится исходящий от тебя аромат трупного смрада! Норма не сказала, какая у меня задача?
Чёрт. Я наверно сильно воняю после потрохов безмозглых насекомых.
— Задача? — я вопросительно повернулся к Норме, — Что за игры ты затеяла?
— Ничего криминального, — разводит руками она, поясняя, — Она психолог-гипнотерапевт и моя личная телохранительница. Если ты попытаешься воспользоваться моим беспомощным состоянием во время секса, я через нейронный датчик в голове подам сигнал в её телефон. Она войдёт, загипнотизирует тебя за плохое поведение и отшлёпает.
— ОХ! Умоляю, будь грубым мальчиком! Я очень сильно хочу поиграть с тобой в хорошую и плохую полицейскую! — начала хлопать в ладошки Мейнардия, кружась вокруг своей оси.
— Без разницы, — я не стал тратить на неё время и грубо потянул Норму за собой, — Так где твоя комната или ты хочешь в кабинете?
— Жесть, какой нетерпеливый парнишка! — чуть заёрзала Норма и указала путь, — Следуй за мной.
Мы с ней дошли до покоев и закрылись с целью уединиться. В паре комнатах от нас я ощущал присутствие Мейнардии, но мне было ни холодно, ни жарко. Её гипноза, красного молота или других сил я не боюсь.
В любом случае я сейчас отыграюсь на мисс Озборн во время траха, но чуть менее жестоко. Всё-таки она не собиралась шантажировать Петру для соблазнения, хоть и угрожала.
Но я был немного взвинченным, поэтому выпустить пар на её дырочках будет хорошей разрядкой.
Она начала раздеваться, завуалированно говоря, — Мне тут птичка нашептала, что у тебя член неплохих размеров. Надеюсь ты меня не разочаруешь.
— Птичка? Что за птичка, — не серьёзно спрашивал я, поскольку и так знаю, что это была Габриэла в образе Леди Хобгоблин.
— Неважно! Я столько фантазировала, пока тебя ждала, что дважды мылась и до сих пор влажная снизу, — Норма сняла рубашку, брюки, трусы и, оставаясь в одних носочках, раздвинула мокрую щель, — Почувствуй, как моя вагина благоухает! Так и ждёт, пока ты прорвёшь плотину.
— А у тебя она сохранилась? — малость удивился я.
— После родов немного повредилась, но Хелен Чо помогла восстановить ещё тогда экспериментальным методом. Как знаешь, спустя 16 лет это стало обыденностью.
Я приспустил штаны и бросился на неё как дикое животное: сначала повалил и прижал к одеялу, затем грубо поцеловал в губы, скрутил руки и резко вошёл в её лоно.
— Фсааах! Гаденыш! Ты у меня за это ответишь, ох... — она откинула голову и запищала от наслаждения, пока из ее щели вытекали алые краски.
Ее пещерка быстро сжалась и поглотила мой член, а женские ножки обхватили бёдра, чтобы я более яростными толчками проникла в её утробу.
Я некоторое время наслаждался видом её развратного личика с высунутым языком как у сучки при случке.
Переворачивая животом к матрасу, я посадил Мисс Гоблин раком, чтобы дать ей ещё меньше контроля над ситуацией.
— Ааах... глубже, несносный мальчика! Глубже, иначе променяю на кого-то получше!
Яростный Шлёпок!
— Вааааах! Жестокий гад, аха-хах... — стонала от удовольствия она после сильнейшего шлепка по заднице.
— Фильтруй базар, иначе головой об стенку улетишь.
Толчок за толчком, член проникал до шейки матки, сводя ее с ума.
Пять минут удовольствия и стонов плавно перетекли к финалу. Дыхание ушло взахлёб, пятки в белых носочках скручивались под простыни, а её слюнявый рот издавал развратные звуки.
Я долбил ее девственную киску, пока Мисс Гоблин боготворила и поощряла хорошо выполненную работу: в момент струйного оргазма я спустил белую пряность в ее матку, слыша горловой крик наслаждения.
— Бра-ах! Боже! Я НАПОЛНЕНА! Детородный орган такой горячий и твёрдый, — её тело вместе с грудями натирало покрывало, пытаясь выбраться из-под наступательной атаки моего члена.
В соседней комнате нас прослушивала Мейнардия. Она всполошилась, возбудилась и начала заниматься онанизмом, фантазируя на звуки стонов, шлепков и несуразных слов, которые пыталась издать её начальница – директриса компании Озкорп.
Я также заметил, что тембр и интонация голоса менялась вместе с цветом глаз во время жёсткого соития. В один момент голубые радужки, а в другой едко-зелёные.
Видимо они заменяют друг друга в процессе траха, чтобы каждая насытилась моим членом, и сейчас главной была Норма Озборн с голубыми радужками.
— Госпожу мне в Помощь, это так охрененно! Фса-аах... секс! Секс придумали для того, чтобы сводить смертных с ума... вах...
Норма не могла мыслить здраво. Она не только поглотила жезл правосудия своим тёплым нутром, но и втянулась самим процессом сношения. Ее тело тряслось как у припадочной, но она была счастлива.
Я тоже был рад, что сбросил немного напряжения в ее узкое лоно.
— Это ещё не всё, мы только начали. Открывай рот, — приказал я, вытаскивая член из попукивающей утробы.
Норма взвыла от досады, когда почувствовала свободное пространство в пещерке, — Марк, черт возьми! Он воняет, ты весь воняешь... Я не хочу сосать, я хочу, чтобы ты ебал меня как суку, как спермоприёмник! Неужели это тавахах.. уггм!!! — пробурчала Мисс Гоблин, когда я подошел к её лицу и без предупреждения засадил член в ворчливый ротик.
Я начал ощущать как Норма пыталась подхватить воздух из-за сбившегося дыхания, но мышцы гортани бессмысленно сокращались, лаская нервные окончания и кожицу моего стояка.
Я около пяти минут постанывал, долбит ротовую полость, проникал в горло, спускал предэякулят и сперму в пищевод, пока её ногти вонзались в мои бёдра.
Ей вдруг стало трудно сдерживать рвотные позывы и она схватила меня за яйца, чтобы я опустил её, но мой член подступил к суперскому финалу, поэтому я перехватил запястья у уязвимых яиц, затем взобрался на ее плечи и зажал голову в тисках бёдер, продолжая долбить зяблый ротик.
—Уррггр!! Враархрхр! — я посмотрел на слезные едко-зеленые зрачки и понял, что сейчас черёд Мисс Гоблин.
Впрыск! Настал момент семяизвержения. Она пыталась получать кайф от насильственного минета, натирая набухший клитор у влагалища, но неопытность и моя грубость быстро свели на нет всякое упоение.
Обед и ужин Мисс Гоблин стал вырываться наружу, но ему преградили выход мой огромный член, ласкающий стенки пищевода, и сперма, что быстро смешивалась с продуктами пищеварительного процесса.
Она истерично вопила с закатанными зрачками и, медленно умирая от удушья, указала на свою голову, как бы предупреждая об вызове косплеерши Харли Квинн.
Я сделал вид, что не понял её намёка, — Оо, ты хочешь, чтобы я ещё сильнее прижал твою гортань к вкусному члену? Без вопросов, — я положил руки на голову и сильнее вдавил в пах, пока не выпустил весь белый йогурт.
Через минуту мучительного для неё орального изнасилования, я разжал голову и позволил ей отбросить меня в сторону.
— Блуаррхрх... вуууаарх... — Мисс Гоблин несколько минут тошнило на пол. После того как она трясущимися ручками вытерла заблеванный рот, то зверски обратилась ко мне, — Тьфу, сучёныш! Это я так понимаю месть или ты на постоянке своих девок пытаешься грохнуть удушьем?
Я подошёл к ней, бесстрашно схватил за волосы, поднял на ноги и спокойно сказал, — Предупреждена, значит вооружена. Разве не так у вас, бизнес-леди, говорится?
Отмахнувшись от кисти, она освободила свои волосы и назло мне сказала абсолютную правду. Правду, которую никогда не стоило выпускать наружу...
— Хах, ты прав, красивый ублюдок. Твой член хорош, но не факт, что самый лучший.
— О чем ты? — с сомнением в сердце спросил я. У меня весь секс стойкое ощущение того, что я не знаю о ней чего-то важного...
Ох, и как же предчувствие попало прямо в точку!
Мисс Гоблин вытерла об меня заблеванную руку и раскрыта киску, зазывая меня к себе и бормоча, — Неважно. Еби меня в пизду, а я как-нибудь потом закажу Петре толпу проститутов. Думаю, она сама захочет пройтись по кругу неплохих мальчишек и членов разного цвета, сорта. Может быть сама опробую парочку лучших аппаратов, после ее пробника и личного мнения соответственно.
— Ч-что мать твою! Что ты несёшь? — моя кривая морда выражала абсолютное охуение от жизни.
Какого хуя? Она же говорит это абсолютно серьёзным тоном, и вполне правдиво! Нихуя не понимаю, она больная целка что ли?
— Что слышал, — поняв, что её речь задела меня за живое, она правдиво повторила, — Петру пущу по кругу проститутов, ей точно понравится, а сама выберу самого хорошенького и попробую его член. Если все они будут ужасными партнёрами, то может я позволю тебе присоединиться к этой оргии с большими членами вследствие моего голода и отчаяния…
Стискивая и кроша зубы от желчи, я топорно хватаю её за горло и ору, — ЧТО ТЫ, мразь, сейчас сказала! Почему за один день я встретил четырёх женщин, которые пытаются смешать меня с дерьмом? ПОВТОРИ! Повтори сука, что ты сказала! ЧЁТКО И ЯСНО!
Мисс Гоблин заламывает моё запястье, освобождается и как невинная розочка возмущается, — Хули ты кричишь, мальчишка-истеричка? Будь рад, что первым меня ебёшь. Я и так тебе многое позволяю, ебень! Получай удовольствие, смакуй, пока я хочу твой большой член, пока ты мне нужен.
Я охренел. Мои брови нахмурились и опустились до носа, а рот начал автоматически анализировать и произносить, — Ахуеть… так это никак не связанно со мной. М-мне просто повезло, что ты решила потрахаться со мной первым? А Петру ты хотела пусть по кругу проститутов.
Не понимая, что её ждёт в дальнейшем, она ухмыляется в тридцать два зуба, закатывает глаза, смотрит на меня как на незрелое дитя и говорит, — Ну конечно! Я так и поступлю. Я сверхсильная, влиятельная и статная злодейка и вправе делать всё, что пожела…
УДАР!
— Арр-гг… — Мисс Гоблин не поняла, что произошло. Она приложила руку к онемевшему рту и почувствовала, как на ладонь стекают сгустки крови вперемешку с несколькими зубами, — Маленький, поганый ублюдок! Да ты ахуе…
Не собираясь церемониться более, я схватил её за горло и поднял над собой, медленно ломая шею и придушивая, — Я так сильно хочу убить тебя, порвать на кусочки и скормить церберам из Ада! РАЗОРВАТЬ! Разорвать тебя и смешать с говном!
Она поняла, что я реальная угроза её жизни, поскольку не могла даже со всей мощью сыворотки Оз пошатнуть мои руки с места.
Я был настолько зол, что неосознанно активировал режим Апостола Луны в человеческом обличии, имея полную силу без трансформации.
Мисс Гоблин вытянула руки вперёд и призвала технологичный, летающий глайдер, забивая на свою конспирацию. Я тут же схватил его второй свободной рукой, шокировав её до невозможности.
Она через телепатическое управление активировала на нём всё вооружение: тыквы-лезвия, тыквы-бомбочки, едкий газ и усыпляющий газ, пулемёты и тому подобное. Затем дверь открыла Мейнардия, но, чувствуя гнетущую атмосферу и тяжелое давление, вознамерилась постоять у проёма и проследить за развитием ситуации.
Не обращая внимания на мелкую боль от орудий глайдера, я продолжал с глубокой яростью смотреть в её растерянные зрачки! Всего несколькими предложениями она причинила боли намного больше, чем Эмма Фрост, Проксима и сестра Хонсу вместе взятые. Даже если помножить это в несколько раз, слова этой поганой швали ничто не перекроет!
— Ты такая грязная тварина! Я сука буду в шоке, если ты доживёшь до следующего дня! Потому что я собираюсь тебя хуярить до посинения…
— О-отпусти… — не собиралась молить о пощаде она.
— Отпущу, когда ты станешь бесформенным фаршем! Холодной биомассой… — я одним движением поделил летающий аппарат надвое. А затем заломил руки Мисс Гоблин, схватил за затылок и молниеносно опустил лицом в деревянный пол.
Она сломала пару досок, собирая заносы из щепок. Затем я со всей силы швырнул её об каменную стенку. Она сначала ударилась головой и застряла в стене, но потом выпала из отверстия и приземлилась на кровать, болезненно сжавшись от мучительных покалываний в области грудины.
— ЭМ-м… думаю я здесь лишняя, — оценив мою силу, прошептала клоунесса и закрыла за собой дверь.
— П-предательница… в первый же день бросила меня! Я ПОРВУ ТЕБЯ СУКА! ВАС ДВОИХ! — выплюнув кровь, оскалилась и кричала Норма, не понимая, как она может быть слабее обычного представителя мужского пола, ведь имеет силу сверхчеловека.
Пока шваль кричала от растерянности, я почувствовал, как Мейнардия спустилась на первый этаж и включила телевизор, чтобы смотреть мультики про свою любимую Харли Квинн.
Я снял с себя отцовские часы и положил их на стол, чтобы не запачкать в крови, затем подошёл к Норме и злобно рыкнул, — Уж лучше о своём благополучии подумай, пизда с ушами, — прижав её горло к постели, я начал одновременно душить и ебать её.
Естественно только жестоким трахом мой излив гнева не ограничился. Я избивал её, ломал кости изнутри. Проходился по каждому рёбрышку и мясной грудке, пока увеличенным членом рвал её лоно и матку.
Сначала я жестоко долбил её лицом к лицу, чтобы считывать и наслаждаться каждым микромоментом нарастающего отчаяния в кривой рожице. Затем будучи уже избитой, я перевернул эту пизду на живот и вдавил её голову в матрас, продолжая насиловать раскрасневшуюся вагину.
Только после десяти минут мучений она сдалась и начала орать во всё горло.
Но гордость не позволяла ей начинать молить. Она требовала, — А-АРХ! О-отпусти меня и идти нахуй! НАХУЙ с моего особняка больной ублюдок! Ва-а-ах!
Хлёсткий удар!
— Вр-а-ах! С-с-ука, больно! — закричала она, когда импульс сильнейшего шлепка на левой ягодице прошёлся по всему избитому тельцу.
Её анус был разрыхлён до крови моими пальцами, бёдра покрыты ссадинами и гематомами, а разбухшая и расширенная мною пизда отрыгивала литры спермы.
Её слова ещё больше воспаляли меня, пробуждая рвение доставлять ещё больше мук и зверских пыток! Чтобы не оставить живого места на этой поганке, чтобы вывернуть её внутренности наружу, превращая туловище в гнилую труху.
Она была как игрушечная кукла, судьбой которой управлял её мученик: я снова перевернул Норму к себе, начал рвать волосы с макушки, бить по лицу и заламывать конечности до хруста.
Сопротивление с её стороны постепенно угасало, медленно изменяя её сознание на принятие предложенной мной перспективы – быть безвольной рабыней.
Только спустя первый час она начала умолять меня остановиться. Но только потому, что приблизилась к потере сознания.
Я же бесцеремонно ёбнул её в солнышко, под дых, и она отрубилась. После этого я начал рвать членом её задницу и всю толстую кишку, забирая анальную девственность без смазки.
Через некоторое время она очнулась от невыносимой боли, начиная визжать как резанная сука, — Арр-р-рах! КЬЯ-Я-Я-ЯХ! Б-БОЛЬНО! ФА-аа-ас! Умоляю, хватит! Хватии-и-и-ит!
Я преступил к оскорблениям и поучениям. Я поливал её словесной грязью, избивал и жестоко насиловал. Делал всё, чтобы она нутром запомнила каждый миг боли и страданий. Ужас и страх должны отпечататься в её подсознании.
— Запомни своё место! Оно у параши, ничтожная шавка!
После несколько отрубов я заметил, что Мисс Гоблин и Норма Озборн заменяли друг друга сознаниями. Но это было бесполезно. Обе пришли к закономерному итогу: они молили меня остановиться, они извинялись и говорили, что ничего подобного из сказанного ими никогда не произойдёт.
— Ага, как же, а ещё бы произошло, суки! Тогда можете забыть о своей идентичности, вы мусор, не имеющий право на жизнь и свободу!
Их слова почему ещё больше злили меня. Я не мог остановиться. Я выбивал зубы, вытягивал язык, практически вырывал соски и бюст до мяса, пока её разбухшая пизда и анус изрыгали литры спермы с венозной, тёмно-красной кровью.
Я покрыл каждый сантиметр омерзительного мне тела синяками, ссадинами, кровоподтёками и порезами.
Изливая злость, ярость, гнев, ненависть и всю негативную палитру эмоций, я все ровно не мог остановиться.
Не мог! Ну вот никак!
Чаша терпения из-за событий в сегодняшнем дне настолько переполнилась во мне, что я взорвался! У меня случился эмоциональный срыв, удар которого на себя взяла Мисс Гоблин и Норма Озборн.
И абсолютно заслуженно! Конченые ублюдины!
Я не переставал напоминать, что они куски дерьма, и их жить ничтожна по сравнению с муравьиной. Даже когда они начали рыдать и молить, я продолжал драть обе стёртые в мясо дырки.
Никакого удовольствия они не получали, только адскую боль, сравнённую с мучительной смертью!
В момент, когда я немного расслабился и вытащил член из повреждённой утробы, Норма Озборн выползла с кровати, скинула своё тело на пол, упала на колени и, рыдая, взмолила, — У-уууумоляю… прошу т-тебя… я ни в чём не виновата-а-ах… Всё она… Г-гоблин… прости-ии м-меня-яя-я…
Я мельком взглянул на дрожащую тварь и вспомнил мультик про Ноев ковчег 2007 года. Если просто представить: передо мной дикое животное, что недалеко от истины, то подобный момент был в мультике, где девушка пригладила пугливого гуся по макушке, потом положила его на разделочную доску и попыталась отрубить голову тесаком, чтобы полакомиться мясом…
Ну я не настолько отбитый.
Я подошёл к ней, наклонился и погладил по каштановой головушке, из которой струилась речка крови, — Всё хорошо, мучения закончились!!! Я тебя прощаю.
— Ваа-х… п-правда? — спрашивая и всхлипкивая, подняла глаза полные надежды Норма.
— Нет, — холодно и односложно ответил я, резко наступая ногой на её затылок, отчего она вдавилась в пол и разбила морду. Она начала рыдать, стонать и умолять, но я с ещё большой силой хуярил ногой по затылку, превращая её лицо в бесформенное месиво, — Заткнись тупая шалава! ЗАТКНИСЬ! Перестань рыдать, ты раздражаешь блядь!
Через минуту я прекратил обоснованный акт агрессии, поднял её кровавое рыло, открыл разбитые в хлам губы и засадил член в её рот, начиная рвать последнюю полость.
— Я же здо-о-хну-у… УРГА-А-рх, — она давилась, задыхалась и пыталась выбраться, барахтаясь ручками и ножками как тюлень.
Через полчаса я сломал её нижнюю челюсть, а её тело перешло в состояние конвульсий.
В данный миг она умирает, поскольку из её рта вытекает не только сперма и тёмная кровь, но и серая пенка.
Я вытащил член и каким-то образом инстинктивно применил лунную энергию на почти мёртвое тело. Её некоторые раны чудесным образом начали заживать.
Она выжила, а я продолжил всю ночь избивать её. Я надругался над мерзкой тушей, душевным состоянием, ломая психику, разум и само естество обеих чокнутых дам.
Даже я не ожидал, что могут быть столь беспощадным с девушкой…
Возможно, что эмбрион Выводок как-то повлиял на мои эмоции? Как долго он будет ассимилироваться моим иммунитетом и защитой от Хонсу? Все ли жестокие действия были диктованы моим суждением или он усилил необоснованную агрессию во мне?
Возможно умирающий паразит оказал какое-то влияние на некоторые участки мозга, но с другой стороны, иначе быть и не могло. Меня за один день попустили или пытались попустить сразу четыре женщины: Белая Королева – Эмма Фрост, Проксима Полночная, сестра Хонсу и Норма Озборн вместе со своей второй личностью – Мисс Гоблин.
Получается пять дамочек. Хреновая статистика намечается.
В этот временной промежуток мне открылась вся картина мироустройства, я прозрел, раскрыл глаза: Этот безумный мир не Рай, а Ад!
Да, мужчин мало и мы ценные, один к пяти всё-таки. Девушек много и большая часть старается сохранять невинность, чтобы иметь наилучшее преимущество или скорее не потерять его в борьбе девушек за предпочтительного мальчика.
Но из этого вытекают жирные минусы.
Сильные женщины будут пытаться на начальном этапе отношений постоянно доминировать, властвовать и контролировать. Если я не буду соответствовать их силе, буду слабее, то однажды появится та, что я совсем не осилю.
И дело тут даже не в том, что она меня изнасилует, возьмёт под свою опеку и будет лелеять как принцессу в башне замка, а дело в том, что другие мои женщины потеряют меня, а я потеряю их навсегда... Да и перспектива иметь женщину проститутку максимально отвратная!
Не дай Бог на меня клюнут Богини на подобии Афродиты! Сделаю один предупредительный выстрел, а потом сразу убью нахуй, пока меня не споили каким-нибудь божественным препаратом подчинения и не привязали к батарее как послушного раба.
Собственницы будут встречаться мне всегда, и с этим можно работать. Но с кем ещё опаснее, так это с собственницами-нимфоманками, которых как этих двух сук не волнует с кем спать, лишь бы член получше найти.
В некотором роде им двоим ещё повезло, они не успели перейти границы полностью. Пусть только посмеют подумать хотя бы ещё один разочек о ком-то другом, кроме меня. Лучше сразу избавить их от страданий, а себя от нервов, отрубив голову и скинув вместе с телом в водяной ров.
Тогда хотя бы шутка про мать в канаве будет актуальной как никогда. Удивлён, что с такой отбитой матерью, Габриэла не пошла по её стопам.
Нужно как можно быстрее сходить к Древней и потребовать помощи. Она научит меня контролировать лунную энергию. Хотя бы в рамках собственной планеты я должен стать непобедимым, чтобы не терять право выбора.
Когда наступило утро, и я полностью закончил развлекаться с телом, то я пошёл мыться в ванную, потом поставил зеркало на колёсиках возле тела Нормы Озборн, оставил записку и по пути к выходу из особняка встретился с Мейнардией, которая в одном полотенце вышла после тёплого душа в другом крыле дома.
— Эх, когда-то я была Начальницей Манежа, а теперь сама на кого-то работаю. Ты оставил от неё что-нибудь живое? — говорила она, виляя крупными формами перед ликом жилистого парня.
— Оставил, — кивнул я и добавил, — Не беспокой её понапрасну. Дай восстановиться, — она беспомощно соглашается и, пытаясь соблазнить, проходит мимо меня и касается грудями, но я не ведусь на эту банальщину, хватаю её за талию и томно шепчу особое задание на ушко, — Если останешься у неё работать, то сообщай о любых передвижениях по этому номеру.
Я передал ей листочек с номером, пряча его между сиськами, и покинул особняк на своём спорткаре, собираясь отправиться к Древней.
Но вдруг мне позвонила Стефани Роджерс и задуманные планы, к сожалению, пришлось отложить и скорректировать под новый лад…
[…]
Мисс Гоблин
Особняк семьи Озборн. Полдень.
В обществе принято считать, что перед смертью жизнь проносится перед глазами... Так знайте – это ложь. Ничего кроме боли вы не испытаете, пока живы.
Умирая, мне хотелось поверить в этот бред, но от реальности не скрыться. Ты совершаешь ошибку, тебе за неё и расплачиваться.
С трудом открыв глаза, я взвыла от невыносимой боли.
Моя покалеченное тело до сих пор было завязано: руки обхвачены веревками позади спины, тело лежит на холодном полу, а мышцы стараются не сокращаться, ибо каждое действие приводит к мучениям и страданиям.
Я дернулась головой, чтобы убрать липкие волосы с глаз. Я подняла веки и заметила зеркало, стоящее впереди меня. Оно специально расположено таким образом, чтобы я могла рассмотреть каждый порез, ссадину, гематому и жестоко избитый дюйм тела.
Марк сделал это нарочно, и я понимаю какую цель он преследовал. Он хотел, чтобы я увидела отвратительную себя и запомнила до конца гнилых дней...
С трудом можно узнать в этом бесформенном фарше свою фигуру: туловище помято и изранено, конечности скручены, сломаны и нефункциональны. Большая часть зубов отсутствует, хоть и медленно прорастает из практически вырванной челюсти. Моя шея не только синяя и искусанная, но и обхвачена веревкой в петлю, которая прикреплена к потолку.
Выглядит так, будто бы он сначала собирался прикончить меня, но в последний момент передумал и решил оставить в таком положении, чтобы я понимала, насколько далеко он был готов зайти после выслушивания неприятной речи из моих грязных уст…
Я рассмотрела себя и устрашилась, вспоминая более 10 часов мучений. Это страшно... очень страшно. Норма и я были сломлены.
Когда мы находимся в духовной части, то ощущения и чувства тела минимальны, поэтому нам приходилось часто сменять друг друга, чтобы окончательно не потерять волю к жизни.
Тягостно встав на разбитые колени, я попыталась высунуть руки с большими гематомами из веревки.
— Ааах! — Крикнула я, стискивая зубы. У меня в довесок сломалось ещё пару костей, но освободиться так и не получилось.
Я попыталась встать, но болезненно свалилась на пол. У меня сломаны ребра, множество других костей. В особенности на ногах и руках. Нижняя челюсть критически повреждённая и говорить страшно больно.
С десятой попытки я смогла подняться, и в этот момент в мою спальню зашла крыса, что бросила меня этой ночью. Немудрено, учитывая, что я её один день знаю.
— Ну как вы? — она подошла ко мне, принесла стакан воды, помогла развязать руки и снять петлю с шеи, которая с трудом удерживала мою окровавленную голову.
С горем пополам проглотив немного воды, я моментально отмахнулась от неё и заговорила, — Чёрт побери, какого рожна ты сбежала, слабая пусичка! Мы заключили договор, и ты его нарушила тварина клоунская!
Не ощущая угрызений совести, она пожала плечами, — Я бы вмешалась, но от него веяло смертью. Ну извиняйте, в договоре не было написано, что я рискую умереть в первый день работы.
Я рыкнула и приказала, — Убирайся с моего дома, пока я не пришла в себя и не убила тебя.
— Но вы же накачали меня сывороткой! Как вы можете отпустить меня? — удивилась она, — Разве мы не семья?
— Это уже не имеет значения. И какая к черту семья? Мы день знакомы. Я хотела использовать тебя в своих целях, но всё стало бессмысленным… всё...
Я собиралась уйти, но эта психанутая внюхивалась в запах верёвок, которые пропитались мою кровью, а также потовыми выделениями Марка, и безумно засмеялась, — Аха-хах-ахах, что вы такая кислая? Я бы сама хотела оказаться на вашем месте, но с моими финансами я только мастурбировать на ваше сношение могу, — она начала махать руками и пояснять, — Это же так поразительно! Быть изнасилованным таким суперским парнем в БДСМ стиле: верёвочки, петелёчки, синяки, а главное веселье, стоны от избиения! Не понимаю, почему вы такая злая и хмурая, ибо как у вас, ни у одной женщины в мире не будет! Такой беспощадный и сильный парень только в хентае можно появится. Радоваться надо.
— Вот и иди к нему, просись на коленях как рабыня. Довольно! Исчезни с глаз, — болезненно махнув разбитой и переломанной кистью, я плюнула на неё и отправилась в ванную комнату.
Сначала я включила встроенный душ, который десять минут смывал с меня кровь и ошмётки мяса... Пиздец, как щипит по всему телу! Ну я хотя бы чувствую его. Не стала калекой, что удивительно.
Я подошла к зеркалу с тумбочкой и начала штопать отчищенное тело, чтобы регенерация смогла быстрее заживлять наиболее сильные травмы.
Пластыри, повязки, мази и крема от синяков: обычно Норма использовала их для дам с которыми у неё были короткие романы, но теперь ими пользуемся мы.
— Ах, чёрт, к-как же трудно двигаться…
Моя голова была пуста. Я боялась думать, боялась делать хоть что-либо, но мое лицо выказывало безразличие. Я хоть и испытываю страх, но не имею права его показывать.
Спустя множество этапов перевоспитания путём многочасовых пыток слёзы выделялись и вытекали из глазниц механически, на автомате. До того как я помылась, туша была похожа на голубя, которого несколько раз переехали на грузовике.
Они у нас в Нью-Йорке такие же бесстрашные и приставучие, по итогу мрут как мухи… как чуть не умерла и я.
Внезапно в голове просыпается сестра Норма, «Я хочу плыть по течению... умереть, если он того пожелает. Прошу, облегчи наши страдания»
— Я тебя понимаю, Норма. Я тоже хочу сдаться, но мы не можем.
«Ты ни хрена не понимаешь! Это ты виновата во всем! Ты безмозглая тварюга, думающая своей пиздой! Доигралась нахуй? Чтобы ты сдохла! НЕНАВИЖУ! Ненавижу, ненавижууу-у!»
Норма кричала у меня в голове, орала и покрывала оскорблениями. Она рыдала и страдала. Марк полностью сломал ее в отличие от меня. Я изначально родилась вследствие жестокости родственниц, олицетворяя их насилие над ребёнком. Поэтому моя духовная составляющая сохранилась в здравом состоянии… большая часть.
Я понимаю, что полностью виновата в произошедшем. Норма никогда не простит этого мне. Если бы только я не ляпнула эту глупость на серьезных щах... И смысл убиваться? Сказанного не воротишь.
«Умри! Умри! Умри!» Норма продолжала желать мне смерти и молиться всем Богиням, лишь бы я страдала в сто крат сильнее, чем она.
Сложно размышлять о произошедшем, когда задним фоном орёт сирена тревоги и мешает мыслить.
— Норма, успокойся. Нам нужно продумать план, как быть дальше.
Норма перестала говорить, но начала ещё больше плакать и стонать.
Стараясь улучшить положение дел, я продолжала лечить своё тело. Когда я вышла из ванной, то решила проверить наличие Марка в особняке.
Пару часов назад он покинул его, оставив записку, на которой написано: — Любое взаимодействие с мужчиной для вас обеих ровняется мучительной смерти. Если удумаете мстить таким образом или с кем-либо из других моих женщин сотворить сказанное ранее, то лучше бы вам придумать способ, как умереть безвозвратно, стерев душу из мироздания. Иначе вчерашние пытки станут бесконечным аттракционом неслыханной щедрости.
— Понятно...
Норма также в это время успокоилась, вчитываясь в текст.
Я обратилась ко второй половинке личности, — Теперь ты готова беседовать?
Норма с забитым от соплей носом сказала, «Да-ааах, готова...» её дрожащий тембр и медленное произношение твердили об обратном.
— Наше поведение рядом с Марком, какое?
«Ты пустоголовая тварь! Полное подчинение своему Господину! Я не собираюсь умирать из-за твоей умственной отсталости!»
— Я согласна, но...
«Никаких, НО, пиздатня психически неуравновешенная! Только несколько недель назад проснулась в моём теле и сразу захотела наверстать упущенные мною года с помощью членов? Ты все испортила! Все! Абсолютно, сучья дочь!»
Я не обращала внимания на выговоры, ибо не настолько сильно отупела. Я прекрасно понимаю какому желанию я потакала и к чему это привело впоследствии. Вместо повторения очевидного, я решила поинтересоваться, — А ты хоть знаешь, кто он такой? Мы плохо его изучили, считая родственником Мадам Кингпин... возможно он ее муж и причём очень сильный! Он развалил наш глайдер, отмудохал как беспомощного мальчика, испугал Мейнардию до усрачки. А ведь мы ввели сыворотку Оз себе и ей! Но для него мы ничто...
Норма мало волновала моя тема. Она крутила свою шарманку, продолжая напоминать обо всех ошибках, «Надо же было ляпнуть наподобие: *Я бы пустила Петру по кругу проститутов, ей бы понравилось. И сама бы присоединилась к ней, пробуя лучшие члены*. Даже у меня это вызвало отвращение, как тебе такое взбрело в голову! Ты просто невыносима... я ненавижу тебя всеми фибрами души! Однажды, если я переживу его гнев и Марк станет благосклонным к выполнению моей просьбы, я попрошу покинуть своё собственное тело! Я навсегда исчезну, пускай и отдам всю компанию тебе! Мне отвратна сама мысль того, что я проведу в одном теле с тобой хотя бы пару лет! Я не вынесу этого, я не смогу-уууу...»
В конце Норма разревелась и слёзно бормотала обидные слова, желая излить всю боль и горе на мою гадкую личность.
Я ничего не могу противопоставить этому, действия сестрёнки заслужены по отношению ко мне. Мои глаза неконтролируемо произвели солёную жидкость. Я не смогла сдержать предательские капли слез!
Я стараюсь всеми силами не думать о том, о чем она постоянно твердит. Поскольку меня начнёт пожирать от чувства вины, сожаления, а также от жалости к Норме. Всего за полдня пыток я выявила у себя столько слабостей, а ведь считала себя сильной личностью… брехня всё это.
Моя жизнь ничего не стоит, теперь. И никогда не стоила, если уж говорить объективную правду.
Мой психологический портрет лежит на ладони: я пыталась придать смысл своему жалкому существованию, но выбрала неправильный, фатальный и ошибочный метод – распутство, желание стать значимой с помощью прелюбодеяния, в попытках обрести что-то эфемерное и значимое с помощью количества мужчин, а не качества одного…
Страшно представить, если бы я всё-таки согрешила в отношениях с ним, если бы я не ляпнула безумное стремление этой ночью и совершила предательство с любым другим после сегодняшнего дня… Чтобы бы было тогда?
Мои поджилки затряслись от самой мысли возможных последствий. Неужели я бы испытала в руках Марк гораздо более жестокие пытки, чем те, через которые мы прошли вместе с сестрой?
Я обратилась к Норме с прощальной речью, — Хватить ныть, успокойся сучка! Соберись сейчас же и слушай каждое мое слово! — Норма замолчала, хоть и шмыгала носиком. Я начала говорить, — Ты всегда была моей сестрой, независимо от того, была ли я пробуждена или спала в глубине твоей души. И кроме Габриэлы ты единственная, кто мне дорога, но я поняла это не сразу, слишком поздно… поэтому я отдам тебе управление над телом, полностью! До тех пор, пока ты не добьёшься желаемого. В будущем ты попросишь его либо удалить меня, либо покинуть своё тело, неважно. Я приму любую судьбу.
Норма с трепетом в слабом голоске заговорила, «Сестра, но как же так...»
— Я знаю, ты будешь расплачиваться за мои ошибки, но я потеряла своё право на свободу. И я не хочу, чтобы ты пошла на дно бездны вместе со мной. Я убеждена, он ещё долгое время будет беспощадным и неумолимым. Терпи, повинуйся, как и планировала. А когда он чуть успокоится, расскажешь, что только я вела себя как шалава и планировала совершить непростительные грехи. Я буду молиться за тебя, чтобы он простил хотя бы тебя. Он не кажется слишком жестоким, просто я не оставила ему выбора... никогда не прощай меня и неси свою ненависть с собой, используя ее как стимул двигаться вперёд! Отомсти мне! Я серьёзно, отомсти! Тогда может и мне полегчает...
— Сестра, постой! — Норма не успела опомниться, как заметила, что сказала это вслух. Тело теперь вернулось первоначальному владельцу.
Находясь в отчаянии, она начала звать меня, — Прошу, поговори со мной! Оставаться одной ещё страшнее! Перестань издеваться, умоляю тебя! Я боюсь увидеть его! Я не смогу...
Я ничего не отвечала. Норма на протяжении нескольких часов звала меня, просила откликнуться. Даже начала угрожать своей жизнью, но я молчала.
Я спряталась в самый потаённый уголок души, представила каменную коробку с кроватью: без окон и без дверей, только четыре угла и скрипучий матрас.
Я укуталась в мягкое, ласковое одеяло, которое олицетворяло самые тёплые воспоминания из ее жизни: рождение Габриэлы, ее взросление, общение с Пётрой, прорывы в компании и многое другое.
И пока Норма отчаянно звала меня и умоляла откликнуться, я позволила себе немного поплакать.
У-ух, я не собираюсь возвращаться в этот жестокий мир, к которому не была готова. Теперь, возможно, я больше никогда её не увижу. Она попросит Марка убить меня, избавиться от меня. Стереть меня навсегда.
Жаль я не могу стереть саму себя. Я ничтожно слаба чтобы решиться на такой смелый поступок. Я не достойна ничего кроме боли, страданий и вечных мучений.
Эти долгие месяцы самобичевания я проведу в состоянии плача, вспоминая счастливые моменты из жизни сестры. Я была ослеплена и соблазнена первичным чувством – похотью, и даже не успела заполучить хотя бы одно хорошее воспоминание от своего лица, для себя…
Вместо того чтобы построить крепкий мост между нашими берегами – я попыталась в наглую купить несколько лодок...
Послесловие-факт:
Пока Стивен Грант в образе Марка перевоспитывал и наказывал двух личностей, что делят одно тело, Хонсу с помощью Ключа Зодиака и других методов истязаний выпытала некоторую информацию из единственной выжившей Выводки-сестры.
Как оказалось, женский пол их расы может выделять не только вирус с эмбрионом Выводок, но и вместе с ним уникальный, лимитированный фермент со встроенным генетическим кодом, целью которого является построение матримониальных планов – обычно жертва помечается в качестве червонного золотого *принца* и доставляется к Императрице.
Щедрые спонсоры: Патриарх❶ – Акума Сато; Патриарх❷ – Лукос Стеклар; Патриарх❸ – никалай; Патриарх❹ – Михаил Гайнутдинов. CSV; Артем Запорожец; Роман Гущин; Морил.
http://erolate.org/book/5450/552046
Готово:
