Интерлюдия 16
Эрониндзя: The Limelight Глава 10
Хината: для формирования бриллианта требуется время и давление.
Примечание автора: события этой главы ведут к сцене Хинаты в главе 74 (по факту во время главы 77)
Глава 10.1
*****
Хината не спала уже почти целый час, но не могла заставить себя вылезти из-под тёплой постели. Нетрудно было догадаться о причине этого, поскольку она всегда находила жилые помещения семьи, Главной Ветви клана, легко продуваемыми сквозняками из-за огромных комнат и длинных коридоров. Она была уверена, что те, кто жил в менее роскошных домах, не поняли бы её жалоб, но обнаружила, что предпочитает домашний уют гостиницы ''Скрытый Водоворот'' или других любовных гнёздышек, которые Наруто организовал в деревнях, которые она посещала (п.п.: вроде Киёми организовала (п.м. Вообще они все это организовали, для своих фальшивых личностей)). Она вздохнула, желая, чтобы он сейчас был рядом, чтобы согреть её, но хотя они иногда и дурачились в её комнате, несмотря на барьеры конфиденциальности, установленные для защиты от членов клана, которые использовали свою родословную в извращённой манере, она признавала, что на самом деле никогда не чувствовала себя так комфортно, как занимаясь любовью с Наруто там. Она подозревала, что это было потому, что по настоящему она никогда не чувствовала это место своим домом.
Куноичи исправила свою мысль, вспомнив то время, когда это место было её домом, но это было ещё до безвременной кончины её матери. Хината попыталась припомнить события, предшествовавшие её смерти, но, по правде говоря, не смогла из-за того, насколько она была молода, поскольку это случилось вскоре после рождения Ханаби. Однако она помнила, насколько внезапно это произошло: утром она отправилась в Академию, а когда её рано вызвали домой, то обнаружила там мать, лежащую на смертном одре с закрытым лицом. Официально её смерть была вызвана внезапным сердечным приступом, так как она упала в обморок в своём саду. Хината хорошо помнила, что в тот день, когда мать провожала её в Академию, она была очень печальна. Временами она даже задавалась вопросом, знала ли её мама, что это будет последний раз, когда они увидятся.
Мир Хинаты резко изменился после того, как она потеряла мать, а её семейная жизнь разбилась вдребезги. Её отец, хоть и был всегда довольно суров, стал очень холоден к ней, так как, по-видимому, уже тогда считал её неудачницей. Немногим позже он сосредоточил своё внимание на том, чтобы сделать своей наследницей Ханаби. В результате самооценка Хинаты начала падать всё больше и больше, пока слова отца о её никчемности не оказались правдой.
Она села в постели и позволила себе улыбнуться, представив мужчину, который помог ей восстановить уверенность в себе, во-первых, показав ей способ жить так, что независимо от того, сколько людей отвергают её, она будет продолжать стремиться к самосовершенствованию. Но в настоящее время, благодаря любви и привязанности, которые она получала и от него, и от женщин, которые были связаны с ним, она потянулась под одеялом, чтобы быстро потереть свою киску, которая покалывала от воспоминаний о том, как она дарила и получала удовольствие. Куноичи подумывала снова лечь в постель, чтобы согреться от этой физической нагрузки, но решила, что это может подождать, так как знала, что день будет очень напряжённым. Особенно если учесть, что её сестра Ханаби сегодня отмечает свой четырнадцатый день рождения.
Она почувствовала лёгкий укол ревности, потому что все её собственные дни рождения прошли без особой помпезности. И это несмотря на то, что её отец смягчил свою позицию по отношению к ней в течение нескольких лет после поражения Неджи от Наруто. Его холодность вернулась после того, как она стала любовницей Наруто. Это удивило её особенно, потому что она совершенно искренне думала, что он будет доволен теми улучшениями, которые она заметила в себе. Она даже пыталась показать, что достойна быть его наследницей.
Однако казалось, что чем больше поддержки она получала в своём стремлении стать главой клана Хьюга, тем больше отпора она получала от своего отца и тех, кто поддерживал его желание назначить на этот пост Ханаби. По большей части для этого её отцу было достаточно небольшого, но мощного контингента главных семей Хьюга внутри клана. Хотя количество их голосов и было не велико, но они обладали большей частью власти. Однако, в последние месяцы их энергетическая база начала разрушаться, поскольку многие бизнес-интересы, которые финансировали их, начали испытывать финансовые трудности. Хината даже столкнулась с Киёми по этому поводу, так как хотя она и хотела стать главой клана, но не хотела делать этого, причиняя боль членам клана. Даже тем, которые были против неё. Однако Киёми заверила её, что она не манипулирует событиями, чтобы навредить тем, кто выступает против её назначения. Снижение доходов было естественным Побочным продуктом тесных связей, которые они поддерживали между деревнями шиноби, так как большинство деловых интересов её клана выигрывали от отсутствия торговли.
Тем не менее, её клан далеко не обнищал, хотя некоторые семьи больше и не могли жить той шикарной жизнью, к какой они уже привыкли. Однако вместо того, чтобы пытаться приспособиться к изменяющейся внешней среде, они пытались протолкнуть законы, которые сохраняли бы монополии, которыми они привыкли пользоваться. Хината чувствовала себя немного виноватой, наблюдая, как они пытаются перестроить игру в свою пользу, тратя большие суммы денег на поддержку гражданских советников, которые будут продвигать законы, благоприятствующие Хьюга. Или же путём поддержки профсоюзов, которые попытаются подавить конкуренцию на рынках труда, чтобы не допустить создания новых предприятий, способных конкурировать в определённых областях. Это было проблемой, с которой столкнулась Судоходная Компания Узумаки, поскольку Хьюга имела контрольный пакет акций во многих портах вдоль восточного побережья страны Огня, а также профсоюзах, которые обслуживали их. Однако их влияние быстро ослабевало, так как порт в Волне привлекал всё больше и больше прибывающих кораблей, не желающих платить высокие тарифы на рабочую силу или плату за использование портов страны Огня. Фуука даже позволяла конкурентам пользоваться портами Судоходной Компании Узумаки за небольшую часть тех расходов, которые им приходилось совершать в подконтрольных Хьюге предприятиях. Это, как правило, увеличивало срок доставки товаров в большинство пунктов назначения примерно на один день, что являлось совсем небольшой ценой, учитывая получающуюся экономию. Фуука вела переговоры с Даймё Чиё из страны Рисовых Полей об открытии порта на севере страны. Если всё сложится удачно, то этот новый порт ещё больше ослабит финансовую мощь её клана.
Хината чувствовала себя немного виноватой, наблюдая за трудностями своей семьи, так как в некотором смысле она знала, что благодаря женщинам, связанным с Семьей, попытки её клана установить монополию будут блокированы. Но по мере того, как голос Хьюга в Гражданском Совете становился всё громче благодаря советникам, которых они поддерживали на выборах, это могло начать осложнять положение Семьи. Хокаге сможет блокировать любые законы, исходящие от законодательного органа, но в зависимости от того, как отреагирует Хьюга, они могут заставить страдать гражданское население Конохи и других близлежащих деревень, отказывая в определённых услугах, поскольку их профсоюзы и другие предприятия объявят забастовку, чтобы оказать давление на Цунаде.
Хината обдумывала способы смягчить свой клан, но не решалась их применять, так как это решительно поставило бы её против отца, а следовательно, и сестры. Она хотела верить, что для того, чтобы изменить клан, ей не нужно будет становиться противником, но если её вынудят, она предпочтёт встать рядом с Наруто и своей новой семьей, а не с теми, с кем у неё была общая кровь.
Она была оторвана от своих мыслей и, наконец, столкнулась с реальностью, что ей нужно было встать с постели, когда услышала нежный голос: — Леди Хината, я вхожу.
Она села, зевая, когда Нацу Хьюга вошла в её комнату. Женщина, которая служила помощницей её сестры после смерти их матери, недавно была назначена главой обслуживающего персонала комплекса Хьюга. Это делало зеленоволосую женщину, наверное, самой осведомлённой женщиной о том, что происходит внутри клана. Это было бы правдой, если бы она использовала это положение, как сделала бы Хината для своего любовника, если бы была на её месте. В конце концов, она была совершенно уверена, что члены её клана часто игнорировали присутствие своих слуг, что делало их посвящёнными во многие их тайны.
Хината поднялась с кровати, а Нацу подошла к окну и распахнула его. Она обернулась, чтобы сказать что-то весёлое, но её глаза расширились, и она быстро отвернулась, чтобы задёрнуть шторы. Хината была удивлена этим поступком, поэтому повернулась к служанке и спросила: — Нацу, что случилось?
Женщина повернулась к ней спиной и спросила: — Леди Хината, где ваша одежда?
Хината улыбнулась, поскольку с некоторых пор стала спать обнажённой. Обычно она старалась одеться до того, как за ней пришлют кого-нибудь, но сегодня притяжение кровати оказалось слишком велико. Подойдя к маленькой ванной в своей комнате, она сказала: — Мне было довольно жарко прошлой ночью.
— Конечно, миледи, — поклонившись, сказала Нацу. — Это, наверное, хорошо... Раньше вы были такой застенчивой.
Хината шагнула в душ, думая о том, что той застенчивой Хинаты уже очень давно нет. Той, которая могла лишь наблюдать из тени за тем, кого она любила, вместо того, чтобы быть рядом с ним. И хотя технически она всё ещё любила его в тени, у неё не было никаких проблем с этим, поскольку она знала, что он любит её. Омывая своё тело, она начала уделять некоторое внимание своей груди и подразнила свои соски, пока они не стали твёрдыми. Затем она просунула обе руки себе между ног, где начала дразнить свою киску, представляя, что это её любовник заставляет её чувствовать себя хорошо. Образ Наруто, стоящего перед ней на коленях и прижимающегося ртом к её киске, вскоре трансформировался в образ её сенсея. Она прислонилась спиной к душевой кабине, представляя себе, как Куренай стоит перед ней на коленях и лижет её киску. Куноичи была уверена, что многих поразило бы, узнай они, что это была не просто фантазия, а нечто такое, чем она жила. Она полностью погрузилась в фантазию и начала кончать, а женщина между её ног отстранилась и превратилась в Нацу, которая спросила: — Леди Хината, всё в порядке?
Хината стряхнула с себя наваждение и ответила: — Да, просто сон наяву. Я выйду через минуту.
Она быстро закончила приводить себя в порядок, после чего вышла и нашла ожидающее её полотенце. Она улыбнулась, вытираясь, и увидела, как женщина раскладывает её тренировочную одежду. Нахмурившись, Хината спросила: — Я не знала, что сегодня у меня назначена тренировка.
Нацу, знающая о напряжении между ней и её отцом, выглядела немного неловко, когда объяснила: — Было решено, что сегодня утром у вас будет спарринг с госпожой Ханаби. Вероятно, вам следует взять на себя обязательство присоединиться к Основной семье за утренней трапезой.
Хината хмуро посмотрела на Нацу, вежливо упрекнувшей её за то, что она прекратила присутствовать на завтраках вместе с другими членами клана, составлявшими Главные семьи. Однако, обнаружив, что трапезы с другими главными членами клана являются такими душераздирающими делами, она решила избегать их, чтобы вместо этого провести их со своей истинной семьей или поесть с семьей Побочной Ветви. Нацу, несмотря на свою роль служанки, всё ещё принадлежала к Главной семье, что всегда казалось Хинате странным. Но в то время, как Основная семья не имела никаких проблем с использованием семьи Побочной Ветви в качестве живого щита для них или для использования в качестве солдат для Листа, они предпочитали не связываться с ними. Её отец был исключением, но главным образом потому, что его брат был одним из первых за долгое время, кто был отправлен в семью Побочной Ветви из-за обстоятельств своего рождения. Как таковая, Нацу также была склонна разделять то, что Хината считала высокомерным взглядом на Побочную ветвь семьи, несмотря на то, что сама происходила из одной из меньших Главных семей.
— Тебе не по чину комментировать такие вещи, — сказала она, проявив в своём голосе стальные нотки.
— Простите, Миледи, — быстро сказала Нацу, опустив голову, — я не хотела вас обидеть.
Хината начала одеваться и позволила тишине говорить за себя. Какая-то часть её хотела извиниться, но она воздержалась, так как устала от клана, который относился к половине своих членов хуже, чем они относились к своим слугам, потому что на этих слугах не было варварского клейма. Возможно, Неджи и был исключением, но только потому, что её отец взял его под своё крыло. Часть её хотела верить, что это было потому, что он был близким членом семьи, но когда на её отца давили другие члены Главных семей, он утверждал, что это был лучший способ сдержать его, так как Неджи сумел самостоятельно обучиться методам, предназначенным для Главной Ветви. Но всё же, несмотря на кажущиеся хорошими отношения её отца с Неджи, временами она подозревала, что это потому, что её кузен представлял опасность для существующего положения вещей. Поэтому, вместо того, чтобы позволить ему продолжать доказывать свою исключительность без их помощи, они сделали для него исключение, чтобы он не поднимался слишком высоко и не желал большего. Ей хотелось верить, что её отец просто говорит то, что хочет услышать Главная Ветвь, но она не могла не бояться, что он, как и многие другие, просто пытается предотвратить изменение ситуации, держа его под постоянным наблюдением.
Хината позволила на своём лице появиться небольшой улыбке, когда подумала о честолюбии, которое она разделяла со своим любовником, потому что она знала, что в мире шиноби грядут перемены, к которым Хьюга вынуждены будут адаптироваться или останутся позади.
http://erolate.org/book/5500/560058
Готово:
