× Теперь видно, как работает ваша реклама
×Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов, так как модераторы установили для него статус «перевод редактируется»

Готовый перевод Eroninja: The Limelight and other / Эрониндзя: дополнение сюжета и побочные истории: LBB Глава 11.1 (арт)

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Интерлюдия 26

Эрониндзя: Маленькая Черная Книга

Глава 11: Успокоение агнцов

(п.п. вообще успокоение овец, но речь о божьих агнцах или о церковной пастве)

Глава 11.1

*****

Примерно за 7 лет до событий главы 95:

Каэде Ёсино, даже после недельного путешествия в Суну, всё ещё чувствовала головокружение от поцелуев своего возлюбленного, Конохамару. Тем не менее, большая часть этого головокружения начала исчезать, когда она заметила, как её отец спорит с охранниками, стоящими перед въездом в Деревню Песка. В испытываемые ей чувства примешался намёк на страх, поскольку, хотя она всё ещё была всего лишь студенткой Академии, она могла достаточно легко прочитать ситуацию, чтобы понять, что все шиноби, как Суны, так и Конохи, которые сопровождали их, напряглись, как будто собирались напасть друг на друга. Однако, прежде чем дело дошло до драки, её отец доказал, почему он был выбран послом в Суне, лично Хокаге, довольно эффективно начав деэскалацию зарождающегося конфликта.

После нескольких довольно напряжённых мгновений, он в знак уважения склонил голову перед джонином Суны и направился к фургону, в котором находилась вся его семья и имущество. Когда они приблизились, большая часть ниндзя Конохи остановилась в паре метров от них, бросив взгляд на шиноби Суны, охраняющих окружающий их деревню, природный барьер. Шиноби, возглавлявший команду, охранявшую её отца и остальных, вновь направился к фургону, со словами, обращенными к её отцу: — Это серьёзное оскорбление. Как они посмели отказать вам во въезде?!

— Я благодарю тебя за твоё негодование от моего имени, — ответил отец Каэде, не скрывая своего раздражения, чтобы дать джонину понять, что его поведение не слишком помогло в этой ситуации, — но если мы затеем драку за их стенами, Казекаге не изменит своего решения.

Джонин нахмурился, но осознав мудрость слов отца, извинился, прежде чем спросить: — Вы действительно собираетесь переехать вместе со своей семьёй в деревню Врата Ветра?

— Это то место, куда Казекаге просил нас отправиться, — с ноткой беспокойства в голосе, ответил отец. — Есть какая-то веская причина, по которой вы считаете, что мы не должны этого делать?

— Да, — с недоверием в голосе, сказал джонин, — скорее всего, это ответвление их Северного Аванпоста, который охраняет Коридор Земли, соединяющий Страну Ветра и Страну Земли. Как правило, это довольно шумное место, прежде всего потому, что Ива чаще всего использует этот район, когда пытается ввести в Страну Ветра шпионов, потому что Страна Камня позволяет им беспрепятственно передвигаться по своей территории. — После нескольких секунд молчания, человек, которому было поручено возглавить команду, защищающую их во время путешествия, добавил: — У меня плохое предчувствие. Эти песчаные ублюдки что-то замышляют, иначе зачем отказывать в доступе в деревню послу, отправленному лично Лордом Хокаге?

Отец Каэде пропустил оскорбление мимо ушей и, сосредоточившись на более насущных проблемах, заявил: — Это просто доказательство того, что опасения Хокаге по поводу того, что Суна отдаляется от нас, действительно верны. Четвёртый Казекаге всегда был недоволен договором между нашими деревнями. Ходят слухи, что он сделал своего младшего сына джинчурики, и судя по приблизительному возрасту его ребёнка, возможно, он даже появится на предстоящих экзаменах на чунина, что может быть предвестником попытки разрушения этого договора. Особенно, если он уверен в способности своего сына контролировать запечатанного внутри него зверя.

Джонин кивнул и добавил: — Третий не должен был упускать возможность, которую оставил ему Четвёртый. Этот Узу…

— Давай закончим на этом, — внезапно сказал отец Каэде жёстким, решительным тоном, прежде чем бросить на него многозначительный взгляд. Каэде была смущена реакцией отца, но знала, что лучше ничего не спрашивать, поскольку он часто имел дело с секретами, которыми не мог поделиться даже со своей семьёй.

Глаза джонина расширились, поскольку он только сейчас вспомнил о присутствии двух других людей, которых ему было поручено охранять, но затем он с благодарностью посмотрел на её отца. Через некоторое время, джонин спросил: — Вы уверены, что хотите переселить вашу семью в Врата Ветра? Это опасный район из-за всей активности Ивы, и город действительно существует только для того, чтобы поддерживать расположенную там базу. Судя по слухам, которые я слышал, готовясь к этой поездке, туда просто ссылают всех нарушителей спокойствия Суны. Скорее всего, Казекаге хочет, чтобы вы были там, чтобы он мог незаметно устранить вас всех, а затем обвинить либо Иву, либо кого-нибудь из оппозиции Суны.

— Благодарю за заботу, — вежливо ответил отец, — но если я должен исполнить свой долг, то мне хотелось бы надеяться, что он ещё не обречён на провал. Договор между нами и Суной явно односторонний, и хотя у Хокаге были только самые лучшие намерения, даже его просьба о размещении посла в Суне, с точки зрения Казекаге, могла быть расценена как оскорбление. Хотя договор действительно содержит положения об обмене послами между деревнями, формулировка не позволяет Суне отказаться так же прямо, как это могла бы сделать Коноха. Более того, в договоре не оговаривается, где должен находиться посол.

— Потому что его местонахождение, как бы, подразумевается главной деревней, — заявил джонин, с явным раздражением в голосе.

Её отец совершенно искренне рассмеялся и ответил: — Если и есть что-то, что я могу сообщить вам о политике, то это должно быть то, что, если что-то не указано в письменной форме, то не стоит недооценивать способность другого политика превратить то, что осталось неписаным в соглашении, в лазейку для его выгоды. — Направив свой взгляд на стены Суны со стоящими на ней на страже, многочисленными шиноби, и вероятно, с недоверием наблюдающими за ними, он добавил: — Казекаге утверждает, что сейчас очень не подходящее время. Скорее всего потому, что ему не нравится тот факт, что Хокаге всего за несколько месяцев до экзаменов на чунина воспользовался пунктом договора, который, на самом деле, никто не использовал с момента его подписания. Не могу сказать, что я слишком удивлён этим, особенно если его сын действительно собирается участвовать. Скорее всего, он просто не хочет, чтобы мы смогли подтвердить это до того, как придёт время объявить участников. Поэтому я отправлюсь в эту деревню Врат Ветра и покажу ему, что мы готовы следовать его просьбам.

— Хорошо, — ответил джонин, прежде чем отвернуться и жестом показать своим людям, что они уходят, после чего её отец забрался в фургон.

Отец схватил поводья и сел рядом с женой и матерью Каэде. Женщина в очках спросила: — Всё в порядке?

Отец Каэде ободряюще улыбнулся её матери и сказал: — Просто мы ещё точно не знаем, где остановимся. Похоже, Казекаге не так рад прибытию посла, как нам хотелось бы надеяться. Нас направили в город-аванпост у границы со Страной Камня.

Мать Каэде нахмурилась и через мгновение сказала: — Нобухиро, я знаю, что мы договорились, что постараемся остаться вместе во время твоего следующего задания, но... ты уверен, что нам с Каэде стоит сопровождать тебя?

(п.м.: по арту Реи нашёл, но там его зовут Нобуюки, так что не уверен, но вроде он. Оба из аниме Тэнти – лишний! Рёоки))

Нобухиро снял очки, чтобы протереть с них пыль и, снова надев их, ответил: — Я знаю, что это далеко от того, что нам обещалось, когда я принял это назначение. Но я всё ещё являюсь первым официальным послом Конохи в Суне с момента подписания договора, и считаю, что будет лучше, если мы покажем Казекаге, что доверяем ему. Если я отправлю тебя и Каэде обратно в Коноху, это может заставить его думать, что я подозреваю, что готовится какое-то предательство. — Видя, что жена не очень-то обрадовалась его ответу, он сказал: — Всё будет хорошо, Рэя, вот увидишь. Очень скоро экзамены на чунина закончатся, и доводы Казекаге об отказе нам во въезде в Суну окажутся недействительны. Тогда я попрошу Хокаге оказать на него давление, чтобы нас переселили, или попрошу о переназначении. — Рэя всё ещё выглядела немного обеспокоенной, но кивнула и даже тихо рассмеялась, когда её муж добавил: — Кроме того, всё, что у нас сейчас есть, находится в этом фургоне. В Конохе не к чему возвращаться, если только ты не собиралась вышвырнуть меня и последовать за нашими охранниками обратно в деревню.

— Нет, — сказала Рэя, обнимая мужа за плечи, — отчасти причина этого переезда в том, что я устала делить тебя с деревней, пока ты разбираешься со всё новыми возникающими кризисами. Будет приятно, если ты для разнообразия окажешься рядом со мной в постели.

— Перемены, которых я тоже жду с нетерпением, — с улыбкой ответил отец Каэде. — Не думаю, что у нас когда-нибудь был шанс сломать новый матрас, не так ли?

Мать девочки отстранилась, чтобы игриво хлопнуть его по руке, и сказала: — Не перед сам знаешь, кем.

— Господи, мама, я уже не ребёнок, — сказала Каэде, хотя и не была уверена, почему её мать так отреагировала, поскольку то, что сказал отец, было правдой, поскольку он ни разу не ночевал дома с тех пор, как был доставлен новый матрас, поскольку он делал необходимые приготовления для их переезда и занятия своего нового положения.

Её отец повернулся, чтобы взъерошить ей волосы, и сказал: — Но ты всегда будешь моей милой маленькой девочкой.

Несмотря на прежние протесты по поводу того, что с ней обращаются как с ребёнком, Каэде пропустила слова отца мимо ушей. Нырнув обратно в фургон, она сосредоточилась на Красном четырехлистном клевере, который всё ещё держала в руках, и с нетерпением ждала того дня, когда она воссоединится с мальчиком, который дал ей его, и когда они оба поделятся подробностями о приключениях, которые оба пережили с тех пор, как расстались. (п.м.: в аниме она появлялась в первой Ова:  В поисках красного четырёхлистного клевера!)

*****

Через два месяца после прибытия:

— Ты действительно думаешь, что то, как ты смотришь на меня, поможет тебе в этой ситуации?

Окровавленный Нобухиро расслабился и бросил быстрый ободряющий взгляд на жену и дочь, которые тоже были привязаны к стульям. Снова сосредоточившись на ниндзя Суны, он почувствовал, что этот человек обладает всеми характеристиками классического мультяшного злодея – от узкого угловатого лица до маленьких глаз-бусинок. Макушка его головы была несколько раз обернута белой узкой тканью, которая удерживалась на месте протектором Суны. Человек, которого звали Масару, в данный момент сидел, откинувшись на спинку стула, за столом, за которым сидели Нобухиро и его семья, в то время как остальные окружили его, словно он был присоединившимся к ним за ужином, желанным гостем.

Несмотря на то, что он не хотел обсуждать этот вопрос в присутствии своей жены и дочери, он знал, что если они хотят уйти отсюда живыми, то ему нужно было начать переговорный процесс, несмотря на их присутствие, поэтому спросил: — Я так понимаю, что вы ворвались сюда и напали на меня и мою семью, потому что выполняете приказ Казекаге. За последние месяцы у меня ни разу не возникало ощущения, что ты только и ждёшь, чтобы всадить мне нож в спину.

Масару довольно угрожающе улыбнулся, наклонившись вперёд и размахивая кунаем, с которым он постоянно играл, и ответил: — Или, возможно, ты не так хорошо разбираешься в людях, как тебе хочется думать. — Нобухиро гордился своей семьёй, так как, несмотря на то, что он знал, насколько они напуганы, они сохраняли спокойствие, позволяя ему просто смотреть на ниндзя Суны, который в конце концов признался: — Ты прав. Вы все мне действительно нравитесь, но работа есть работа, поэтому, когда мой Казекаге приказывает мне уничтожить людей Листа, находящихся на моём попечении, Масару и компания смиренно подчиняются.

Другой ниндзя Суны, слонявшийся по кухне, хихикнул над шуткой человека, который отвечал за местную базу, которая контролировала участок границы Страны Ветра, обычно называемый Коридором Земли. Особенно потому, что большинство людей, которые были там размещены, остальной частью Суны, считались нарушителями спокойствия.

— Тем не менее, мы всё ещё живы, — ответил Нобухиро, видя начало продуктивной беседы.

Однако, Масару быстро прервал его, сказав: — Послушай, Нобухиро, давай не будем ходить вокруг да около. Причина, по которой ты всё ещё жив, заключается в том, что Казекаге – грёбаный идиот. Он вбил себе в голову, что он и какая-то новая маленькая деревня смогут разрушить Коноху. Причина, по которой ты и твоя семья ещё не мертвы, заключается в том, что я рассчитываю на то, что даже если они преуспеют в своей маленькой скрытой атаке во время экзаменов на чунина, это лишь приведёт к тому, что они разозлят Коноху. — Снова расслабленно откинувшись на спинку стула, он продолжил: — Как я уже сказал, работа есть работа, и прежде всего меня волнует выживание… с некоторыми поблажками здесь и там, а также более прекрасными вещами, которые может предложить жизнь.

Масару бросил многозначительный взгляд в сторону жены посла, отчего взгляд Нобухиро потемнел, а Рэя вздрогнула, как ему показалось, от испуга или отвращения к его скрытому интересу к ней. Ниндзя Суны ухмыльнулся его вялому ответу и продолжил: — Назначение на эту базу должно было стать наказанием, но честно говоря, это всё, на что я мог надеяться. Это подводит нас к тому, почему вы трое всё ещё дышите. Видишь ли, вот в каком положении я нахожусь. Если, несмотря на мою горячую надежду на обратное, Суна справится с этой атакой и уничтожит Лист, что ж – значит вы все будете обречены. Мы просто перережем вам глотки и выбросим в пустыню, и я сомневаюсь, кто-нибудь будет пытаться определить, сделали ли мы это до или после того, как нас достигли новости о результатах атаки. Если, как я и подозреваю, Листу удастся отразить нападение, ну… я думаю, что при любых возможных дальнейших переговорах, на нас плохо скажется, если станет известно, что мы убили посла и его семью до того, как было объявлено о войне. Я предполагаю, что в этом сценарии наши головы будут предложены Суной в качестве покаяния, несмотря на то, что мы просто следовали приказам, которые будут удобно исключены из обсуждения, чтобы обе стороны сохранили лицо. Однако, если я оставлю тебя в живых, ты обязательно упомянешь, что Оле Масару не хотел предавать своего дорогого друга из Листа. Чёрт возьми, разыграй свои карты правильно, и я уверен, что ты сможешь занять довольно выгодное место для любых мирных переговоров, которые состоятся после того, как пыль уляжется.

----->

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

http://erolate.org/book/5500/560104

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода