Готовый перевод Система Развращения Девушек: Глава 37

«Следующий день»

Утро выдалось жарким даже по меркам техасского апреля. Солнце едва поднялось над горизонтом, а бетонная площадка перед ремонтной мастерской уже нагрелась так, что воздух над ней дрожал маревом. Это был один из объектов семьи Андерсон — крупная мастерская по обслуживанию большегрузных машин и спецтранспорта, расположенная на окраине Хьюстона. Тяжёлые грузовики, экскаваторы, бульдозеры — всё это ковыряли и чинили здесь день и ночь. Благо площади были заложены огромные, и примерно половина бетонки была свободной. Даже кое-какую старую полуразобранную технику оттащили в стороны, дабы дать вертолётам нормально сесть.

И теперь здесь, на бетонной площадке передо мной стоял строй из десяти высоких, накачанных парней — каждый не ниже метра восьмидесяти, и так же широки в плечах, как и я сам. Особенно после того, как я ещё немного прокачался за эти два дня, подняв свои «рост» и «прочность тела» до 6-го уровня. Так что теперь и сам был под 190 сантиметров ростом!

И всё же, все парни передо мной были бывшие военные. Бывшие спецназовцы. Бывшие морпехи. Отобранные Лосем из лучших людей нашей охранной фирмы! Так что ничуть мне не уступали по габаритам.

Я медленно ходил перед строем, заложив руки за спину, и смотрел каждому в глаза. Одним — дольше, другим — лишь бросал быстрый взгляд, пытаясь постичь суть их души с помощью интуиции. Выдерживали мой взгляд все до единого, а интуиция раз за разом твердила, что это стойкие морально люди, привыкшие к смертельному риску.

— Итак, парни, — начал я, остановившись посередине строя, чуть отдалившись, дабы меня было видно всем. — Последний раз повторяю, потому что потом будет некогда. Все вопросы сейчас!

Пауза. Никто даже не шелохнулся.

— Хорошо, тогда пока начну подробный инструктаж, как и обещал... Вы все подписали соглашение о неразглашении. Все получили копии и тщательно изучили. Ознакомились с пунктами о штрафах за утечку информации. Напомню: утечка — это не только статья. Это ещё и солидный штраф, который оставит вас без штанов, без дома и без надежды на нормальную работу в этой отрасли до конца ваших дней. Мои юристы не берут пленных! Возражений нет?

— Нет, босс, — нестройно, но единогласно отозвались бойцы моей будущей группы зачистки и ликвидации биоугроз.

— Хорошо. Теперь — о деньгах. Как я и обещал, каждый участник этого отряда получает тройную ставку. Тройную! Это не бонус, не премия — это базовая ставка, не зависящая ни от чего! Начиная с сегодняшнего дня вы получаете больше двухсот тысяч долларов в год! Даже если никого не убиваете и не рискуете жизнью. Но это не значит, что вы будете сидеть на жопе ровно и попивать холодное пиво! Тренировки, обучение, готовность сорваться на маленькую войну каждую секунду жизни — вот цена этих денег. И будьте уверены, вы их отработаете в полной мере.

Я сделал паузу, обвёл взглядом строй. Парни слушали. Внимательно. Кто-то чуть прищурился, кто-то едва заметно кивнул.

— Теперь — о том, о чём не любят говорить вслух, — я чуть понизил голос. — Компенсация в случае смерти. Один миллион долларов. Выплачивается семье или любому указанному вами лицу, независимо от обстоятельств гибели во время боевой операции. Если вы погибнете во время боевого вылета — ваши близкие получат миллион долларов. Не через суд, не через года разбирательств — в течение тридцати дней! Это тоже есть в новом договоре. Андерсоны своих не бросают. Живых — вытащим. Мёртвых — похороним с почестями и позаботимся о близких.

Тишина. Только гудение далёкого генератора за стенами мастерской.

— И последнее. Я не могу рассказать вам всего прямо сейчас, но постараюсь обрисовать ситуацию в целом. Не потому, что не доверяю — потому что чем меньше вы знаете заранее, тем меньше у вас будет сомнений при подготовке. Но причину, почему я всё это затеваю и трачу огромные ресурсы, вы знать обязаны. Скоро мы полетим в горы. Там — объект, в котором произошёл... некий инцидент. Биологическое заражение. На объекте — изменённые боевым вирусом существа. Агрессивные. Опасные. Часть из них — бывшие люди. Часть — нет. Детали будут уже на объекте! Ваша задача — огневая поддержка, зачистка и охрана ключевых точек. Вооружение и броня — нестандартные, но вы уже с ними знакомы. Экзоскелеты, «Браунинги», «Скорпионы». Всё это вы настраивали и примеряли на складе. На объекте от вас потребуется то, чему вас учили в армии долгие годы и чему не нашлось применения на гражданке: убивать быстро, убивать много. Вопросы?

— Командир, сэр, — подал голос один из бойцов — крепкий, с короткой стрижкой и шрамом через всю бровь. Бывший морпех по имени Кент. — Изменённые вирусом существа — это как? Зомби? Типа как в фильмах?

— Не совсем, — я покачал головой. — Не только как в фильмах. В фильмах зомби медленные и тупые все до единого. Эти — разные. Некоторые медленные. Некоторые — быстрые, как собаки, другие вообще ползают по потолку и нападают из засады. И все как один — живучие и трудноубиваемые. Пуля в тело их не остановит сразу, даже крупнокалиберная. Даже расчленение не убьёт! Только полное разрушение мозга. И стволы, что мы вам дадим, подходят для этого дела лучше всего! Так что стрелять даже из этих игрушек придётся либо сперва в ноги, а потом в голову. Или в голову сразу, минуя посредников. Ну и конечно тотальный контроль. Потому что даже если противник упал и затих, это не значит, что он уничтожен. Контрольный в голову обязателен! Как первая брачная ночь после свадьбы.

Кент присвистнул. Парни рядом зашевелились, переглядываясь. Кое-кто даже улыбнулся моей непритязательной шутке.

— Ещё вопросы?

— А как именно заражение происходит? — подал голос другой боец — массивный, с бычьей шеей. Рэнди, кажется. — Через воздух? Через воду?

— Через воздух только в начальной форме биооружия. Но аэрозольная форма быстро теряет вирулентность и распадается за часы. У нас как раз такая ситуация: объект уже давно заражён, и воздушная форма вируса давно мертва. Так что теперь заражение будет только через укусы и царапины. Не через воздух, — я поднял палец. — Но! Это значит, что любая царапина, любой контакт с биологическими жидкостями — потенциальное заражение. Особенно если ваша кожа имеет явные повреждения. Поэтому на голое тело, под броню, вы наденете тактические комбезы с карбоновой нитью, а также закрытые шлемы с системой фильтрации воздуха и перчатки. Открытой кожи снаружи быть не должно! Понятно?

— Так точно!

— Хорошо. Ну а теперь...

Гул... Гул!

Сначала — едва слышный, на грани восприятия. Потом — нарастающий, словно рёв приближающегося водопада. Я обернулся на запад, туда, где над горизонтом качнулась тёмная точка, быстро превращаясь в знакомый силуэт с двумя несущими винтами. «Чинук». Вертолёт шёл низко, почти по прямой, буравя утренний воздух лопастями. А рядом с ним, на бетонной площадке, уже стоял второй «Чинук» — тот, что прилетел на смену ещё час назад. Пилоты первого борта устали, топливо машины было на исходе — так что ротация шла по графику, как и было заплачено.

— А вот и Слон с подарками, — я кивнул на приближающуюся машину. — Лось, готовь парней к разгрузке.

Пока «Чинук» снижался, взметая пыль и мусор с бетонной площадки, я коротко переговорил с Перцем — уточнил маршрут, сверил координаты владений Патриотов.

По сути, всё было готово. Оставалось только загрузиться и лететь.

Вертолёт наконец-то коснулся земли с тяжёлым грохотом, винты продолжали вращаться, не сбавляя оборотов. Из грузового люка, придерживаясь за поручень, спрыгнул Слон — здоровый, потный, но на лице широченная улыбка. Из его глаз буквально лучилось удовлетворение проделанной работой. Заметив меня, он замахал рукой и широким шагом направился в мою сторону, на ходу доставая из-за пазухи смятый лист бумаги.

— Босс! — заорал он, перекрывая рёв турбин. — Есть! Три ствола! Все три — рабочие! Один и правда с консервации, ни единого выстрела из него не было! С станками, лентами, полным ящиком ПЗП-прицелов! Я всё проверил лично, как и условились — пушки в порядке, хоть прямо сейчас на баррикады. А хозяин аж прослезился от счастья, расставаться не хотел, но сто двадцать тысяч творят чудеса!

— Молодчина, Слон, — я хлопнул его по плечу. — Где стволы? Надо разгружать этого бегемота, пока пилоты не уснули на ходу!

— В вертушке! На поддонах, упакованные! Вместе со станками и прицелами!

— Добро! — продолжали мы орать, перекрикивая шум винтов. — Выгружаем во второй вертолёт и ходу!

Слон кивнул и рванул обратно к борту, на ходу раздавая команды бойцам, которые уже разбились на пары и вытаскивали тяжеленные ящики один за другим. Пять минут, и купленные КПВ заняли своё место в брюхе второго вертолёта, а первый, получив сигнал об окончании задания, поднялся в небо и полетел домой.

— Слон! — окликнул я его, когда всё было закончено с перегрузкой. — Стой. Давай-ка сюда.

— Что такое, босс?

— Ты уже сутки на ногах, поезжай домой, выспись. Мы к Патриотам можем и без тебя слетать.

Слон посмотрел на меня так, будто я сказал ему сдать оружие и пойти работать в цветочный магазин.

— Босс, — он даже как-то обиделся, укоризненно на меня посмотрев. — Я же в полёте спал! Ну сколько можно дрыхнуть, а?! Нет уж, я с вами лечу.

Я немного помариновал его с ответом, обдумал вопрос ещё раз и понял, что Слон прав. Он же туда-обратно наверняка дрых, как и все солдаты!

— Ладно. Залезай.

Через пять минут все уже были на борту, разместившись вдоль целой вереницы ящиков и контейнеров. Двенадцать экзоскелетов — в кофрах по центру салона. Двенадцать бронежилетов — поверх них. Двенадцать «Браунингов» — пристёгнутые к фиксаторам. Сорок коробок «Скорпионов» — уложенные в ряд по центру грузового отсека, но ближе к заднему выходу. Ящики с патронами у самой кабины, разложенные по бокам и аккуратно притянутые стропами. Три КПВ на поддоне, плюс ящики с тяжёлыми станками и отдельным ящиком ПЗП-прицелов (прицел зенитной пулемётной установки). Плюс тактические комбезы, шлемы, перчатки — мешками, поверх всего.

Я поднялся по трапу последним. Оглянулся — на бетонную площадку, на нашу мастерскую за ней, на хьюстонский горизонт, уже раскалённый дневным солнцем. Через несколько часов мы будем в двухстах милях отсюда, в компании людей, которых я никогда не видел, но от которых зависит, будем ли мы готовы к тому, что ждёт нас в Арклейских горах.

Аппарель поднялась, отсекая нас от внешнего мира. Машина дрогнула, тяжело оторвалась от земли и начала набирать высоту. Хьюстон под нами уменьшился сначала до размеров кварталов, потом до схемы, потом до пятна на коричнево-зелёной техасской равнине. Мы шли на восток, туда, где за горизонтом нас ждали далёкие сельские земли Андерсонов и Патриоты, что возвели на них свою вотчину.

Я откинулся на откидную лавку, закрыл глаза и позволил гулу турбин немного убаюкать себя. Спать не хотелось, но обдумать план на ближайшие сутки было самое время. А думать я любил всегда с закрытыми глазами.

http://erolate.org/book/564/53129