Готовый перевод Heroines in Trouble? I Take Advantage / Героини в беде? Я воспользуюсь этим!: Глава 20

Слухи среди учеников распространялись так стремительно, что, разумеется, дошли и до учителей.

— Ха-ха-ха, вот она, молодость.

— Игараси теперь, небось, какое-то время будет ходить с разбитым сердцем.

— Будем надеяться, это не слишком сильно по нему ударит.

— Но если честно, Фудзивара и Касумигаока? Кто бы мог подумать?

— Может, они уже давно тайно встречались вне школы.

— Вполне возможно.

Учителя и не думали вмешиваться. Им куда больше нравилось просто наблюдать со стороны, находя в этом приятное развлечение.

Но…

Кэйко Накамура, классный руководитель Утахи, их веселья не разделяла.

По её наблюдениям, Утаха Касумигаока была гордой, независимой и образцовой ученицей с отличной успеваемостью.

Какой там парень… У неё и друзей-то в школе почти не водилось.

Так с чего вдруг она превратилась в по уши влюбленную девчонку, которая при всех ходит под ручку, готовит бенто и даже укладывает парня головой к себе на колени у всех на виду?

Что-то здесь было не так.

К тому же Накамура, будучи классным руководителем Утахи, входила в число немногих, кто знал о непростом положении в её семье. Разве могла девочка при таких домашних трудностях думать о свиданиях и любви?

Она наверняка попала в какую-то беду.

Может, её обманули?

Или запугали?

На сердце у Кэйко Накамуры было неспокойно. Как взрослый человек, она прекрасно понимала, насколько суров и мрачен бывает этот мир. Такая красавица, как Утаха, запросто могла привлечь внимание каких-нибудь сомнительных личностей.

Конечно, Сэйдзи Фудзивара казался вполне безобидным. Но кто знает, что за человек скрывается под этой маской?

Поэтому…

Как только в тот день закончились уроки, Накамура вызвала Утаху к себе в кабинет.

В кабинете никого из учителей не осталось – только они вдвоем.

— Касумигаока, присаживайся, пожалуйста, — Накамура указала на стул напротив. Голос её звучал мягче обычного.

— Да, — Утаха молча села.

— Касумигаока, — мягко начала Накамура, — по школе ходят разные слухи. Вы с тем третьегодкой, Фудзиварой… вы встречаетесь?

— Да, сэнсэй, — быстро ответила Утаха, словно зачитывая заранее подготовленную реплику.

— И у вас все… как у обычных пар? — Накамура пристально посмотрела на девушку. — Если это нормальные, здоровые отношения, я не стану вмешиваться. Но если возникли какие-то проблемы или тебе нужна помощь, ты всегда можешь ко мне обратиться.

Она запнулась, и её голос стал еще мягче.

— Я знаю о твоих семейных обстоятельствах и знаю, что ты не по годам взрослая. Именно поэтому я и переживаю. Что бы ни случилось, я и вся школа всегда готовы тебя поддержать.

Поддержать?

У Утахи от этих слов возникла лишь глухая усталость.

Пустые слова. Какой в них толк?

Разве её классный руководитель сможет оплатить операцию матери? Или покроет больничные счета?

Утаха мысленно покачала головой, а вслух бесстрастно ответила:

— Спасибо за заботу, Накамура-сэнсэй. Но мы с Сэйдзи действительно просто встречаемся.

Её голос звучал спокойно, даже слишком спокойно.

— Если вы мне не верите, можете позвонить моей маме. Она в курсе наших отношений. Спросите у неё сами.

Утаха не стала спорить – было очевидно, что Накамура ей не верит. Объяснения тут бесполезны, так что лучше сразу перейти к делу.

И Накамура действительно опешила.

Она никак не ожидала, что Утаха сама предложит позвонить матери.

Неужели всё настолько открыто?

Или она зря себя накручивала?

Или же… девчонка просто блефует, пытаясь её запугать?

После недолгого колебания Накамура решила довериться собственной интуиции.

— Хорошо, — она кивнула, доставая телефон и набирая номер г-жи Касумигаоки. После чего включила громкую связь.

Гудок… еще гудок…

Соединение установилось быстро.

— Алло? Здравствуйте. Это мама Утахи Касумигаоки? Вас беспокоит её классный руководитель, Кэйко Накамура.

— Ах, Накамура-сэнсэй, здравствуйте, здравствуйте, — донесся из динамика мягкий, немного слабый голос.

Накамура взглянула на Утаху и осторожно перевела разговор на нужную тему:

— Извините за беспокойство. Я хотела узнать, как ваше самочувствие… а также немного поговорить о делах Утахи в школе.

Она сделала паузу, подбирая слова.

— В последнее время кажется, что она… связалась со старшеклассником. Я немного волнуюсь, ведь сейчас такое важное время для её учебы, да и учитывая обстоятельства вашей семьи…

Она не успела договорить, как г-жа Касумигаока её перебила.

— Ах, Накамура-сэнсэй, вы ведь о Сэйдзи-куне, верно?

Её тон был спокойным и даже уверенным. — Я знаю о них. Он не просто парень Утахи…

Лицо Накамуры окаменело. — Вы… знаете?

Она не заметила, как Утаха опустила глаза, слегка впившись ногтями в ладонь. Конечно, мама знала. И конечно, она подыграет этой лжи ради дочери.

— Да, — продолжила г-жа Касумигаока, — …Сэйдзи – жених Утахи.

Бум!

Эти слова прозвучали как разорвавшаяся бомба, и у Накамуры в голове вмиг помутилось.

«Жених?!»

«Они уже помолвлены?!»

«Я правильно расслышала?»

Тем временем голос в трубке продолжал все так же ровно:

— Ребята прекрасно ладят. Они уже живут вместе. Сэйдзи-кун – прекрасный, очень ответственный юноша. Передав ему Утаху, я могу быть совершенно спокойна.

«Живут вместе?!»

Накамура сидела, лишившись дара речи.

Двое несовершеннолетних уже сожительствуют? И их совершенно не заботят последствия?

— Я также слышала, что в школе есть правила касательно отношений между парнями и девушками. Надеюсь, вы будете к ним снисходительны, — с легким смешком добавила г-жа Касумигаока. — В конце концов, как её опекун, я уже дала свое согласие.

Бабах!

Эти слова поразили Накамуру словно удар молнии. Она уставилась на Утаху, не веря своим глазам.

— Видите, сэнсэй? Я же говорила вам – у нас самые обычные отношения, — со вздохом, в котором сквозило притворное бессилие, произнесла Утаха.

Лицо Накамуры то бледнело, то зеленело, то снова заливалось краской стыда.

Какая неловкость!

Они уже помолвлены, живут вместе – и все это с одобрения родителей. А она-то напридумывала бог весть что!

— …Прошу прощения, — после нескольких секунд напряженного молчания выдавила учительница, низко опустив голову.

— Что вы, Накамура-сэнсэй, вам совершенно не за что извиняться. Спасибо вам за заботу об Утахе, — вежливо ответила г-жа Касумигаока по телефону.

После еще пары дежурных фраз разговор завершился.

В кабинете воцарилась тишина.

Накамура сидела, не поднимая головы, не в силах взглянуть ученице в глаза.

Утаха медленно поднялась и с улыбкой слегка поклонилась. — Сэнсэй, если больше ничего нет, я пойду.

— …Да. Иди.

Утаха вышла из кабинета с самым невозмутимым видом.

Но стоило ей переступить порог и оказаться в коридоре, как спокойная улыбка мгновенно исчезла, а лицо приняло куда более сложное выражение.

http://erolate.org/book/5662/574834