Вечерний Готэм дышал сыростью, смогом и тревогой. Фонари и заведения только зажигали свои неоновые вывески, но в переулках между гигантами-небоскрёбами уже царила кромешная тьма.
Эван шёл, впитывая атмосферу этого города, когда внезапно его слуха достиг приглушённый, но отчётливый звук борьбы: шарканье ног по асфальту, приглушённый женский вскрик и грубый мужской хохот.
«Да уж, – подумал он, замедляя шаг и заглядывая в узкую щель между двумя складами. – Преступность в этом городе на высоте. Надо бы помочь девчонке».
Но прежде чем он сделал шаг, в тот же переулок, словно тень, отделившаяся от ночи, бесшумно скользнула другая фигура. Быстрая, стремительная, с развевающимся плащом.
«А, ну конечно, – мысленно усмехнулся Эван, останавливаясь. – О чём это я? Хоть и полно тут подонков, но и героев, кажется, хватает».
Ему стало любопытно. Он прислонился к стене и решил не вмешиваться. Пока.
Он остановил время и пошёл разузнать, что же там такое происходит.
STOP.
Звуки города – гудки машин, далёкая музыка, вой сирен – сменились абсолютной, гнетущей тишиной. Эван вошёл в переулок.
Картина застыла, как в криминальном репортаже, снятом на камеру с высоким разрешением.
В центре, в готовой к бою, но замершей стойке, стояла она. Бэтгёрл.
Её костюм был шедевром элегантности и, как теперь увидел Эван, невероятной эротичности.
Чёрный, глянцевый латекс или высокотехнологичная ткань, похожая на кожу, обтягивал её тело с головы до пят, подчёркивая каждый изгиб. Костюм был не просто облегающим – он был словно вторым слоем её кожи. Он туго стягивал её упругий, но не лишённый женственности пресс, подчёркивал узкую талию и идеально обрисовывал форму её бёдер и ягодиц. Сзади, под плащом, угадывались две округлые, соблазнительные половинки, плотно затянутые в чёрный материал.
На груди – яркий жёлтый символ летучей мыши, а под ним – явно ощутимые, округлые выпуклости груди.
На голове – остроконечная маска с длинными «ушами», скрывавшая верхнюю часть лица, но оставлявшая на виду решительно сжатые губы и острый подбородок.
Против неё, также застывшие, стояли трое коренастых, небритых мужчин в грязных куртках. Один замер в полуприседе, его рука с ножом была занесена для удара. Двое других целились в неё из старых, обрезных пистолетов, на их лицах – гримасы злобы и азарта.
А в углу, прижавшись спиной к кирпичной стене, застыла их жертва – молодая девушка в розовом свитере и джинсах. Её лицо было искажено немым ужасом, глаза широко раскрыты, полны слёз. За ней стоял самый крупный из бандитов. Одна его грубая лапа лежала у неё на груди, сжимая её через тонкую ткань свитера, другая – прижимала лезвие ножа к её горлу. Именно из-за этого заложника Бэтгерл и застыла в нерешительной, оборонительной позе, не решаясь атаковать.
Эван медленно обошёл сцену, разглядывая героиню. «Какая интересная и соблазнительная цель», – подумал он. Он сосредоточился на фигуре в маске, и перед его внутренним взором вспыхнул список заданий.
1. Поцеловать героиню в настоящем времени.
Награда: 5 минут.
2. Забрать её трусики в коллекцию.
Награда: 3 минуты.
3. Поработать над её костюмом, чтобы он был ещё сексуальнее и развратнее.
Награда: 10 минут.
4. Сунуть вибратор в её киску, посмотрев как она будет сражаться с преступниками в таком состоянии.
Награда: 7 минут.
5. Самому сразиться с ней в образе злодея, одолеть и отшлепать её задницу.
Награда: 30 минут.
6. Лишить её анальной девственности.
Награда: 15 минут.
«Хех, – мысленно усмехнулся Эван, пробегая глазами по списку. – Звучит интересно. «Самому сразиться в образе злодея»… Такое впервые. Но пожалуй, начнём с малого и создадим подходящую… атмосферу».
Он подошёл к застывшей Бэтгерл. Его глаза скользнули по её безупречной фигуре, и план созрел мгновенно. Достав из инвентаря острый, как бритва, нож, он начал свою «работу». Он действовал с хирургической точностью.
Сначала он сделал два идеально круглых разреза на материи костюма прямо над грудями. Ткань, похожая на неопрен, легко поддалась. Он аккуратно вырезал круги диаметром с серебряный доллар. Под ним оказался тонкий спортивный лифчик. Его Эван разрезал крест-накрест и выбросил. Теперь два её соска, маленькие, тёмно-розовые и уже слегка напряжённые от холода ночи и адреналина, оказались полностью обнажены, выглядывая из двух аккуратных чёрных «окошек».
Затем он спустился ниже, к её животу. Там, где был плоский, подтянутый пресс, он вырезал неровными, будто дрожащей рукой, буквы. Получилась кривая, похабная надпись: «I ♥ SPERM».
Самое тщательное преобразование ждало нижнюю часть костюма.
Сзади, на тех самых соблазнительных ягодицах, он вырезал два больших круга, открыв взгляду обе половинки её упругой, гладкой задницы. Между ними осталась лишь узкая полоска чёрной ткани, врезавшаяся в межъягодичную щель. Из-под этого выреза выглядывал край простых белых хлопковых трусиков. Эван прикоснулся к ним пальцем, и они исчезли, пополнив его коллекцию.
Задание 2 выполнено. +3 минуты.
Спереди, в районе лобка, он сделал два вертикальных прямоугольных выреза, обнажив большую часть её лобка. Теперь её киску прикрывала лишь тончайшая чёрная полоска ткани, идущая от талии к промежности. Он сорвал с её плеч развевающийся плащ и отбросил его в сторону.
Затем его взгляд упал на её маску. В одном из «ушек» он заметил крошечный, почти невидимый передатчик. «Наверное, связь с её командой. С Бэтменом или кем там ещё… Чтобы это веселье не испортили, лучше прервать». Он аккуратно вынул наушник, бросил его на асфальт и раздавил. Теперь она была совсем одна.
Он отступил на шаг, чтобы оценить результат. Картина была не просто эротичной – она была вызовом, издевательством. Героиня в растерзанном, похабном костюме, с обнажёнными сосками и почти голой промежностью, с похабной надписью на животе. Вид заставлял кровь бурлить.
Задание 3 выполнено. +10 минут.
Для чистоты эксперимента он обезоружил застывших бандитов, аккуратно вынув ножи и пистолеты из их рук и переместив всё в инвентарь. Затем он отошёл в тень у стены, встал так, чтобы ему был виден весь переулок, и щёлкнул пальцами.
PLAY.
Время хлынуло обратно. Для Бэтгерл всё произошло в долю секунды. Она готовилась к рывку, рассчитывая траекторию, чтобы выбить нож из руки держащего заложника, и вдруг… почувствовала странный холодок. Ветер, гулявший по переулку, касался мест, которых никогда не должен был касаться.
Что сейчас Холодные струйки воздуха ласкали её соски, заставляя их тут же налиться и затвердеть. Она почувствовала холод на животе и… ниже. Её взгляд метнулся вниз.
То, что она увидела, заставило её сердце остановиться, а затем забиться с бешеной силой. Её костюм был изрезан. Её грудь была обнажена. На животе красовалась похабная надпись. А когда она инстинктивно потянулась рукой назад, то почувствовала голую кожу своей собственной ягодицы. Плаща на плечах не было.
– И-и-и!! Что за?! – вырвался у неё сдавленный, полный стыда и ярости крик. – Что произошло с моим костюмом?!
Её крик привлёк внимание бандитов. Они тоже очнулись от временного ступора, вызванного исчезновением оружия из их рук.
– Без понятия, куда делся мой нож, – пробормотал первый, потирая пустую ладонь. Но его взгляд скользнул по фигуре Бэтгерл, и его растерянность сменилась похотливым интересом. – …Но я в восторге от того, на что сейчас смотрю. Хе-хе…
– Хе-хе, это точно, – тут же подхватил второй, его глаза прилипли к её обнажённым соскам.
– Нет! Не смотрите на меня! – крикнула Бэтгерл, пытаясь прикрыть грудь согнутой рукой, но это мешало её боевой стойке. Её лицо под маской пылало огнём смущения.
Парень, державший заложницу, тоже отвлёкся. Вид полуобнажённой героини в таком унизительном виде действовал на него как мощнейший допинг. Он забыл про осторожность. Вторая его рука, до этого державшая нож у горла девушки, опустилась и тоже схватила её грудь. Теперь он двумя руками мял её сисечки через тонкий розовый свитер, его толстые пальцы впивались в мягкую плоть.
– Хнык-хнык… пожалуйста, не надо, не трогайте меня… – всхлипывала заложница, слёзы ручьями текли по её лицу.
– Заткнись, а то я тебе глотку сверну! – рявкнул на неё бандит, но его внимание было уже не на ней.
Бэтгерл металась. Унижение из-за своего вида смешивалось с яростью за девушку и леденящим страхом из-за потери связи с базой. Она была в ловушке.
– Немедленно отпустите девушку! – приказала она, но в её голосе уже не было прежней, вселяющей ужас уверенности.
– Ну конечно, прямо так взяли и отпустим, – саркастически фыркнул один из вооружённых (теперь уже нет) бандитов. – Вот именно.
– Слушай, «любительница спермы», – другой кивнул на надпись у неё на животе. – Ты же наверняка с таким нарядом не просто так сюда пришла. Давай, присоединяйся к нам, как следует повеселимся – и отпустим вас.
– Хе-хе, да честное слово, хорошенько потрахаемся и отпустим, – добавил первый.
– Да пошли вы! Отпустите девушку, говорю в последний раз, иначе вам не сдобровать! – выкрикнула Бэтгерл, всё ещё пытаясь прикрыть грудь, что делало её позу нелепой и уязвимой.
http://erolate.org/book/1028/119414
Готово:
