Глава 87
«Молодой господин, последние новости!»
«Говори!»
Ло Буцю развернул письмо и начал читать: «Провизия в Байи истощена, а источников воды мало. Тяньво воспользовались этим положением и теперь окружают город, поднимая при этом много шума. Армия, защищающая Байи пока отказывается вступать с ними в сражение».
Услышав это, Цзян Юйшу быстро начал анализировать про себя. Если Чжао Ифэн продолжит идти с той же скоростью, что и сейчас, он достигнет Байи через пять дней. Если так, то его двухсот тысячное войско сможет остановить атаку тяньво. Нужно было только чтобы солдаты города Байи смогли сдерживать наступление в течении трех дней, а там уже подоспеет подкрепление Чжао Ифэна.
Он надеялся, что Байи сумеет продержаться до прибытия старшего принца.
Ло Буцю явно хотел что-то сказать, но не осмеливался заговорить.
Цзян Юйшу слегка улыбнулся: «Дядя Ло хочет что-то сказать?»
Мужчина кивнул и ответил прямо: «Новости из города Байи: всего за три прошедших сражения с тяньво погибли 200 человек, у некоторых погибших были вздутые животы, чернота в межбровье и распухшие лица. Все это признаки отравления».
«Вздутые животы, чернота в межбровье и распухшие лица?»
Это были явные признаки яда «Черная вдова», который использовали японцы.
В уголках губ Цзян Юйшу медленно появилась ухмылка: «Оказывается в Байи орудует лазутчик, который сотрудничает с тяньво и хочет уничтожить Тяньцинь!»
Как только Тяньво прорвется через Байи, половина земель Тяньциня сразу может быть оккупирована. В будущем амбиции «сорока шести» обязательно распространяться и на всю территорию. Будет ли после этого все еще существовать страна?
«Лазутчик?» - Ло Буцю все еще не понял, при чем тут лазутчик.
Цзян Юйшу добродушно улыбнулся и ответил: «Дядя Ло так много лет занимается медициной, как он мог забыть про «Черную вдову?» Это уникальный японский яд».
Ло Буцю задумался на некоторое время, а потом вдруг все ясно понял: «Молодой господин, вы имеете в виду, что в городе есть японские шпионы? Это они отравили людей в Байи, чтобы подорвать боевой дух армии?»
Цзян Юйшу кивнул: «Судя по числу погибших, шпионов больше одного…»
«Дядя Ло, быстрее пошлите кого-нибудь из дворца в Байи, чтобы выяснить личности этих людей».
Ло Буцю поклонился, хотел было ответить, но вдруг задумался, сделал несколько нерешительных шагов к Цзян Юйшу и сказал: «Молодой господин… это…»
«Что?» - озадаченно спросил Цзян Юйшу. «Дядя Ло, можешь говорить свободно, между нами не может быть стеснения».
Ло Буцю стиснул зубы и притопнул ногой: «Молодой господин, приближается 15-ый день восьмого лунного месяца. Император призывает молодого господина вернуться ко двору». Закончив говорить, Ло Буцю поднял голову и внимательно посмотрел на Цзян Юйшу. Он увидел, как на его лице постепенно появляется отчужденное выражение.
Юноша не хотел возвращаться в Бейли, но император уже трижды призывал его, и теперь ему будет трудно отвертеться. Чтобы сгладить ситуацию, Ло Буцю посоветовал: «Ваше Высочество, император уже трижды звал вас, вы должны вернуться и узнать в чем дело. Кроме того, 15 августа – день смерти императрицы. Вы должны вернуться, чтобы показать свою сыновью почтительность».
Обычная улыбка слетела с лица Цзян Юйшу, оно становилось все более холодным. На руке, держащей нефритовую флейту, вздулись вены, а глаза покраснели.
Увидев это, Ло Буцю бросился на колени: «Ваше Высочество, успокойтесь! Император просто скучает по вам, так что просто вернитесь и повидайтесь с ним!»
Цзян Юйшу одновременно злился и находил слова Ло Буцю забавными: «Он хочет, чтобы я вернулся и увиделся с ним, он забыл, что я обязан ему своими глазами? Я слеп! Слеп! Как я могу с ним повидаться? Он не хотел меня с самого моего рождения. Мое тело, мои глаза… все из-за него! Сейчас он хочет, чтобы я вернулся, а тогда, когда я пришел в поисках его, он хотел меня убить… Он хотел меня убить!»
Ло Буцю был убит горем: «Но у вас все еще есть память об императрице. Это годовщина ее смерти, вы должны прийти туда!»
В день, когда эта женина родила его, император Бейли пожаловал ей белый шелк (погребальный). Ее звали Цю Итонг. Она приходилась старшей сестрой Цю Икуню, а так же родной матерью Цзян Юйшу.
Цзян Юйшу сжал в руке нефритовую флейту и беспорядочно водил ею из стороны в сторону, будто пытался ей что-то найти. Спустя долгое время он тяжело выдохнул и сказал: «Да, она все, что у меня осталось. Я должен вернуться».
Ло Буцю не мог сдержать радости, ему удалось уговорить Цзян Юйшу вернуться, но что его действительно беспокоило, так это то, что как раз к 15-му числу месяца, яд в теле юноши войдет в свою активную фазу.
«15 августа, это как раз середина месяца, сможет ли Его Высочество продержаться?»
Цзян Юйшу явно забыл про то, что в этот период яд в его теле достигнет предела. Напоминание об этом только усилило боль в его сердце. Он засмеялся над собой и самоуничижительно улыбнулся: «Дядя Ло, вот видишь, как мой отец сильно меня любит. Я был отравлен в материнской утробе, так что он дал ядовитое насекомое еще моей матери. Мать умерла, и он бросил меня. Если бы не семья Цзян, если бы не доброта и любовь Цзян Цю Ши, то Цзян Юйшу и не существовало бы в этом мире».
Годовщина смерти его матери так же была и днем его рождения.
Ло Буцю не знал что сказать, поэтому только горько прошептал: «Молодой господин…»
Когда Цзян Юйшу понял, что теряет самообладание, то быстро взял себя в руки. Он снова улыбнулся своей обычной нежной улыбкой, но в глазах застыла горечь, даже уголки губ подергивались, делая улыбку печальной.
«Дядя Ло, быстрее направь кого-нибудь в Байи. Как только что-нибудь выясниться, немедленно сообщите об этом старшему принцу».
Ло Буцю не понимал его намерений. Посмотрев на худые руки Цзян Юйшу, с острыми костяшками пальцев и со следами от уколов, он перевел взгляд на отметину на шее. Озадаченно сказал: «Бейли можно считать большой страной. Статус Его Высочества сравним со статусом первого принца, но почему молодой господин понизил свой статус, чтобы помогать Чжао Ифэну? Дошло до того, что вы ради него прошли через такие страдания, выполняя требования министра Юй Му. И пусть он…»
«Довольно!» - перебил его Цзян Юйшу.
«Больше года назад мастер Чэнь Юань предсказал судьбу, в которой назвал Его Высочество истинным императором. Тяньцин, Бейли, Тяньво, Нанянь, Дунсан, Сюньчжень. Все шесть стран будут процветать бок о бок и жить в гармонии.
Тяньцин – великая страна, а остальные пять стран опираются на нее. Если в Тяньцине императором станет не Чжао Ифэн, то остальные пять стран станут подчиненными Тяньцина и вскоре прекратят свое существование. Дядя Ло, разве ты не понимаешь?»
Ло Буцю нахмурился. Видимо, он не ожидал взлетов и падений мысли Цзян Юйшу и думал, что причина более тривиальна. «Молодой господин, вы говорите, что истинный император Тяньцина – это Чжао Ифэн, а остальные принесут лишь зло? Может ли Чжао Цинфэн тоже быть хорошим императором?»
Казалось, что Цзян Юйшу услышал шутку, потому что он громко рассмеялся. «Чжао Цинфэн? Он на дух других людей не переносит и имеет слишком большие амбиции. Если он взойдет на престол, то это станет катастрофой для Тяньцина и, боюсь, даже для всего мира».
Ло Буцю постепенно упорядочил свои мысли и понемногу разобрался в ситуации: взлет или падение всего мира зависит от Чжао Ифэна.
Ло Буцю вспомнил, какое удовлетворение было на лице Чжао Ифэна всякий раз, когда он приходил к Цзян Юйшу. Вспомнил, как Цзян Юйшу ждал вечерами, подолгу не выключая лампу. Ему стало любопытно: «Молодой господин, вы хотите помочь всем людям мира и Его Высочеству, а у вас больше нет другим причин?»
Цзян Юйшу обернулся и посмотрел в том направлении, где стоял Ло Буцю: «Другие причины?»
«Да, другие причины».
Подавляя необъяснимое чувство в сердце, Цзян Юйшу стал нащупывать чашку на столе: «Его Высочество – мой добрый друг. Находится рядом с ним, самая приятная вещь в этом мире».
Ло Буцю пристально посмотрел на человека перед собой: «Молодой господин, ваш подчиненный может сказать, что Его Высочество именно тот мужчина, кто не имеет себе равных. А если молодой господин и Его Высочество счастливы вместе, то почему бы вам не подумать о том, чтобы встречаться?»
Выражение лица Цзян Юйшу вдруг стало отчужденным: «Мы с ним можем быть только добрыми друзьями и ни кем более. Я не могу быть с ним. Это может погубить его, поэтому дяде Ло следует перестать так думать. Иначе и я и ты плохо кончим».
«Я понял. Я просто плохо обдумал ситуацию», - поклонился Ло Буцю.
Он развернулся и немедленно отправиться делать то, что ему приказал Цзян Юйшу.
Усилием воли Цзян Юйшу подавил все чувства, всколыхнувшие его сердце. Он налил в чашку чай и сделал глоток, однако это не помогло ему успокоиться.
http://erolate.org/book/1087/124190
