- Ты хочешь, чтобы Кеншин стал твоим папой? – Нежно спросила Кейко, обняв свою девочку с другой стороны.
- ДА! Хочу! – Уверенно заявила Карин, задрожав от радостного возбуждения. От нахлынувшей радости, ей не сиделось на месте, и она спрыгнула с его коленей, взвизгивая от нахлынувших эмоций.
- Это ведь замечательно, булочка моя! – Радостно воскликнула Кейко, и закружилась с прыгнувшей в объятия дочерью.
Кеншин нежно приобнял их обеих, и поцеловал Кейко в губы, поглаживая Карин по голове.
- Милые, мне нужно вам кое-что сказать. – Мягко прошептал он, на что Кейко и Карин мгновенно сосредоточились на его словах.
- Я могу сделать Карин своей дочерью в полном смысле этого слова… Она получит все плюсы от моей способности, и в будущем станет поистине сильной куноичи. Однако, вместе с этим она получит мои гены, и никогда не сможет покинуть нашу семью. – Серьезным тоном заявил он, улавливая каждую деталь их реакции.
Кейко вначале сильно удивилась, а затем ее глаза раскрылись от шока, а губы расплылись в радостной улыбке. Карин в свою очередь поняла лишь то, что станет «особенной» дочерью Кеншина, и вырастет сильной куноичи, поэтому с горящими глазами хотела выпрашивать у матери согласие.
- Э-это замечательно! Булочка, ты действительно этого хочешь? – Мягко спросила она, наклонившись к своей любимой дочери.
Карин была в небольшом замешательстве, и перевела взгляд с матери на Кеншина, а затем улыбнулась и уверенно кивнула. Вслед за этим перед ее глазами появилось удивительное контекстное меню с вопросом.
[Вы желаете стать дочерью Патриарха по имени Накаяма Кеншин?]
Юная, красноволосая девочка без доли сомнения выбрала [ДА] и в мгновение потеряла сознание.
- Ч-что происходит?! – Шокированно воскликнула Кейко, и сделала попытку прикоснуться к воспарившей и окутанной ослепительным сиянием дочери.
- Все в порядке. – Уверенным тоном ответил Кеншин, притянув волнующуюся мать к себе.
Макото сильно испугалась за подругу, и инстинктивно бросилась в объятия Кеншина. Он в свою очередь аккуратно приобнял обеих жен, и принялся ждать окончания этого ритуала. Проявленное хладнокровие было лишь маской, дабы успокоить женщин, и он едва сохранял спокойствие.
Все это продолжалось не более минуты, после чего свечение погасло, а Карин неспешно опустилась на ноги, и удивленно осмотрелась по сторонам. Вся ее одежда полностью исчезла, а тело претерпело огромные изменения. Излишняя худоба полностью пропала, кожа стала еще нежнее, а тело наполнилось невероятно развитыми, но не рельефными мышцами.
Однако тем, на что все сразу обратили внимание – было ее слегка изменившееся лицо. И хотя она и раньше была невероятно милой девочкой, новый облик заставил Кейко и Кеншина обомлеть от удивления. Глаза все так же сохранили малиновый цвет, но вот губы, нос, брови, и даже ямочки на щеках не оставляли сомнений, что перед ними стоит девочка, которая вырастет в одну из самых обворожительных красавиц этого мира.
Ко всему прочему, непослушные ранее короткие волосы Карин, обрели поистине обворожительный блеск, гораздо более яркий, нежели чем у ее матери, и невероятно удлинились, ниспадая на всю спину, и прикрывая собой голую попку.
Едва увидев Кеншина, маленькое сердечко Карин пропустило удар, а глаза озарились непередаваемой любовью. Она в одно движение прыгнула в его объятия, и прижалась головой к его груди.
- Отец! – Дрожащим голосом воскликнула она, чувствуя невероятную любовь.
- Моя девочка! – Не менее радостно воскликнул Кеншин, чувствуя к ней то же самое.
- Мама! Я так рада… - Сказала Карин, выбравшись из объятий отца, и обняв любимую маму.
- Я тоже очень рада, булочка моя… - Со слезами на глазах сказала Кейко, чувствуя, что в ее часто болеющую дочь, будто вдохнули новую жизнь. Она отчетливо ощущала большую силу в маленьких, детских мышцах, и не могла не обратить внимание на великолепное здоровье маленькой девочки.
Все были настолько растроганы произошедшим, что первое время никто не обращал внимания на ее наготу. Если бы это произошло ранее, Кеншин не смог бы отринуть чувство неловкости. Но сейчас он видел в этой маленькой девочке лишь свою ласковую дочь, и совсем не обращал внимание на ее обнаженную фигуру. Однако он не мог не снять с себя черную рубашку, и не обвязать ее вокруг узкой талии маленькой девочки.
Карин лишь с интересом смотрела за действиями Кеншина, и после сокрытия наготы, забралась на колени к обескураженной произошедшим матери. Кейко в свою очередь было безумно интересно исследовать все изменения своей дочери, поэтому принялась расспрашивать ее обо всем.
Кеншину было не менее интересно узнать, что именно изменилось в маленькой, жизнерадостной девочке, и он не мог не вздохнуть с облегчением, когда узнал, что ни один аспект ее личности, помимо огромной любви к нему самому, не был затронут.
После недолгих расспросов выяснилось, что Карин будто бы с рождения была рядом с Кеншином, и любила его не меньше, чем мать. Его силуэт присутствовал в большинстве фрагментарных воспоминаний о прошлом, отчего была удивлена сама Карин, ибо понимала, что этого на самом деле не было.
Однако ее понимание ничуть не мешало ее разуму осознавать, что Кеншин является ее отцом с рождения. Первые несколько минут она испытывала небольшой диссонанс, однако вскоре два этих противоречивых факта вошли в устойчивый и гармоничный симбиоз.
Кеншин, Кейко, и Карин настолько глубоко погрузились в семейную идиллию, что совершенно забыли о времени. Пока мать и отец были заняты разговором, Карин часто отвлекалась на игры с лучшей подругой, и большой, вечно убегающей кошкой.
Рыжая с небольшим удивлением восприняла трансформацию этой надоедливой девочки, и обнаружила, что едва ли может от нее сбежать. Вместе с преображением, Карин обрела невиданную ранее силу и грацию, ее вот уже несколько лет стремительно ухудшающееся зрение не только восстановилось, но и стало гораздо более качественным, от чего Карин перехватила лидерство по поимке опасного, шипящего зверя.
Единственным безопасным местом для Рыжей, была область рядом с Кеншином. Даже поглощенные азартом девочки прекращали погоню, стоило большой кошке оказаться у ног хозяина, и жалобно заскулить.
- Н-неужели и малышка?.. – Удивленно спросила вошедшая в обеденный зал Касуми, вмиг ощутив родство с Карин.
- Не говори глупостей… - Стушевался Кеншин, и добавил: - Она моя дочь.
- ЧТО?! – Ошеломленно воскликнула Касуми, и вошедшая вслед за ней Хитоми.
http://erolate.org/book/1154/136649
Готово:
