*****
К вечеру 480-го дня Кейко подарила Кеншину очередного сына. Пятьдесят Четвертый имел показатель таланта в сорок четыре единицы, что не могло не радовать многодетного отца.
Однако Кеншин настолько погряз в работе, что выделил своей жене и новорожденному сыну лишь пол часа времени, а затем вернулся к тренировкам на арене. За прошедшие дни он очень сильно увеличил болевой порог, и теперь не терял боеспособность даже при потере конечности.
Настолько жестокие и беспощадные тренировки принесли свои плоды, и буквально за несколько дней количество доступной энергии пси увеличилось едва ли не на двадцать процентов. Контроль так же, заметно подрос, не в последнюю очередь благодаря попытке «осмотреть» изотопы урана 238.
Если бы не мастерство в искусстве формаций и врожденная находчивость, Кеншину бы еще очень долго было недоступно изучение атомов. Однако с помощью современного оборудования, псионики, и формаций, ему удалось нащупать именно то, что нужно.
Ионизирующее излучение, или попросту радиация, было еще более сложным для изучения, но все же с помощью огромного количества «костылей», и лучевой болезни во время исследования, у него получилось «натренировать» улучшенную формацию защиты на блокирование ионизирующего излучения.
Защита от радиации все еще была не совершенной, и блокировала около 90% входящего излучения, однако Кеншин не переставал совершенствовать формацию, надеясь увеличить показатель защиты до 95% за несколько недель.
Ко всему прочему он наконец нащупал эффективный способ усиления формаций с помощью псионики. За несколько вечеров ему удалось создать прототип формации защиты, которая была на 20% эффективнее, и использовала небольшую долю пси энергии.
Симбиоз маны и пси изрядно удивил Кеншина. Вместо ожидаемого КПД в 100%, слившись вместе, обе энергии давали поразительный результат, и КПД повышался до сумасшедших 500-600%.
Интеграция пси в формацию защиты была не полной, и составляла около 50%, что не могло не радовать Кеншина, ибо перспективы полного симбиоза обещали еще более мощное повышение КПД.
Успехи сыновей были не менее значимыми, и заставляли Кеншина все больше и больше ими гордиться. Совместные бои против сильных противников подняли их координацию на новый уровень, что вкупе с телепатией, делало из них очень и очень опасных противников.
*****
Вечер 481-го дня. Коноха, кабинет Хокаге.
- Семья Накаяма… Тадао, почему я узнаю последним о том, что на нашей территории есть настолько грозная организация? – Постукивая пальцами по столу, спросил Сарутоби Хирузен.
- Хокаге-сама, это полная неожиданность для всех нас. Уверен, это все благодаря мастеру фуиндзюцу, который может скрыть от обнаружения хоть сотню Джонинов! – Заявил Абураме Тадао, чувствуя огромный удар по самолюбию. Он считал, что досконально изучил Семью Накаяма, однако раз за разом получал неожиданные сюрпризы.
- Думаешь это они виновны в убийстве маленького прохвоста из семьи Абэ? – Расслабленно спросил Хирузен, будучи наполовину погруженным в свои размышления.
- Не могу знать, Хокаге-сама… Их глава очень эксцентричен и амбициозен, а зная характеры господ из великих семей, могло случиться все, что угодно. – Взвешенно ответил Тадао, высказав свое мнение.
- Все же, даже десять Джонинов – это ничто перед лицом малыша Такеши. Он с удовольствием вырежет всю организацию, если выяснится, что они виновны… - Со вздохом пробормотал Хирузен, находясь в раздумиях о том, как поступить в этой ситуации.
Абураме Тадао продолжал молчать, не решаясь высказывать свое мнение в вопросах подобного уровня, ибо на кону стояло не только выживание никому не нужной организации наемников, но и ухудшение отношений с Дайме.
- Хорошо, ты можешь идти. – Спустя несколько минут сказал Хирузен, задумавшись о чем-то своем.
После того, как Тадао закрыл за собой дверь, Сарутоби Хирузен неспешно подошел к окну, и сделал приглашающий жест, на секунду отключив комплекс из защитных фуин.
- Что можешь сказать по поводу Семьи Накаяма? – Спросил Хокаге, и принялся набивать трубку душистым табаком.
- Весьма необычные наемники. По имеющейся информации все их успехи – заслуга одного человека. Он непревзойденный мастер фуиндзюцу, разработавший свою собственную школу. Я уверен, что все новшества это его рук дело. – Коротко ответил Хатаке Какаши, заняв удобную позицию напротив Хокаге.
- О да… Нашумевший «шоколад» - это произведение искусства… - С довольной улыбкой сказал Хирузен, отломив небольшой кусочек шоколада, и положив его в рот. – Только ради этого стоит позволить им жить дальше.
- При всем уважении, Хокаге-сама, но все это забавы простых людей. Ни шоколад, ни новшества в сфере строительства и добычи руды не стоят конфликта с Миямото Масахидэ.
- Ты правда так считаешь? С каких пор повышение качества жизни простых людей стало второстепенной задачей?.. Ты совершенно сбился с пути, и воля огня в твоем сердце совсем угасла… - Со вздохом сказал Хирузен, и затянулся своим любимым табаком.
- Простым людям нужна стабильность и дружественные отношения между родом Миямото и Конохой, а не шоколад. Воля огня же, нужна лишь слабым людям, у которых нет своей воли. – Колко ответил Хатаке Какаши, однако Хирузен и бровью не повел на столь откровенное несогласие.
- Разве твой отец был слабым? А малыш Обито и малышка Рин? – Глядя ему в глаза ответил Хирузен.
Едва услышав имена людей о которых он много лет старался не вспоминать, сердце могучего воина пропустило удар, а глаза налились гневом. Болезненные воспоминания водопадом хлынули в его разум.
Картины похорон отца, погребенного под многотонным завалом Обито, и собственноручного убийства Рин, словно вспышка пронеслись перед его глазами, открыв старые раны на сердце.
- Если мы закончили, я хотел бы уйти. – Холодно пробормотал Какаши, не желая продолжать этот разговор.
- Хорошо, можешь идти. – Спокойным тоном ответил Хирузен, и после того, как закрылась дверь, тяжело вздохнул.
За мгновение он словно постарел на десять лет, и устало потер больные виски. Просидев около часа в одиночестве, он принял окончательное решение, даже не подозревая о том, что оно полностью изменит ход истории.
http://erolate.org/book/1154/136682
Готово:
