Глава 290
*****
Возвращение домой выдалось для Кеншина крайне тяжелым. Женщины не понимали причину его спонтанного ухода, и безумно волновались. Их беспокойство росло с каждой минутой, и стоило Кеншину ступить на территорию крепости, как ему на встречу сразу же выбежало несколько самых быстрых жен.
- Ты в порядке? – Взволнованно спросила Хитоми, осматривая мужа при помощи бьякугана, и немного успокоилась, заметив лишь растяжение сухожилий, и лопнувшую кожу на правой руке, символизирующие о чрезвычайно сильном выпаде.
- Что произошло? – Одновременно с Хитоми, спросила Касуми, оглядывая всех прибывших с Кеншином сыновей, и все сильнее убеждаясь в своих опасениях.
- Следуйте за мной. Ичиро, собери всех братьев. – Холодно ответил Кеншин, и даже не обнявшись с женами, направился внутрь.
- Кеншин, что случилось? – Взволнованно воскликнула Хана, выбежав ему на встречу, однако услышала лишь приглашение внутрь, сказанное холодным тоном.
Эта же участь постигла и Айю с Нацуми, и только лишь выбежавшая на встречу отцу Карин, нашла отклик в его почерневшем сердце. Услышав ее голос, он внезапно вздрогнул, и повернулся, чтобы увидеть маленького, несущегося к нему со всех ног ангела.
- Папочка! – Взвизгнула она, и запрыгнула на него, сцепив свои ножки у него за спиной.
Однако привычной ответной реакции с его стороны так и не произошло. Он буквально впал в ступор, и ничего не предпринимал, продолжая стоять с потерянным выражением лица.
- Пап! Папочка! – Испуганно воскликнула Карин, выбив его из некоторого подобия транса.
- Д..да? Прости… - Заторможено ответил он, и словно заржавевшими руками, медленно потянулся к ее нежной спине, погладив так, словно его руки являлись грязными, заляпанными кровью ножами, и не имели права прикасаться к настолько нежному существу.
- Я что-то не так сделала? – Со слезами на глазах спросила Карин, обняв его покрепче.
- Н-нет… Милая, ты не сделала ничего такого… Я сделал… - Пространно ответил Кеншин, и направился вперед.
*****
До тех пор, пока большинство не занятых важными делами сыновей не собрались в большом церемониальном зале, Кеншин хранил молчание. Ни одна из попыток взволнованных женщин не увенчалась успехом, и с каждой секундой их волнение лишь росло.
После того, как все сыновья выстроились в несколько шеренг, согласно своему статусу и положению, Кеншин молча поднялся на трибуну, и окинув их ледяным взором, провозгласил:
- Мои сыновья и ваши братья, Двадцать Третий, Двадцать Девятый, и Тридцать Восьмой были убиты в результате подлой засады ублюдков из клана Накагава и рода Абэ.
Едва Кеншин озвучил первое имя, как Нацуми внезапно все поняла, и из ее зеленых, словно два изумруда глаз, бурным потоком потекли слезы, а ноги в мгновение стали ватными. Стоящая рядом с ней Айя мгновенно обняла подругу, и заплакала вместе с ней.
Реакция Касуми была намного сдержаннее. Со стороны могло показаться, что она проявила железное хладнокровие, однако вместо спокойствия, она впала в ступор, и невольно активировала защитную реакцию своей психики.
Хитоми в свою очередь, вопреки прошлым увещеваниям о необходимости смирения с возможной смертью сыновей, испытала настоящий шок. Из ее белоснежных глаз полились два потока слез, а изо рта раздался скорбный плач.
Все присутствующие сыновья испытали различные эмоции. Кто-то всего-лишь гневно сжал зубы, кто-то проявил полное хладнокровие, а кто-то был не в силах сдержать слезы и всхлипы. Однако не было никого, кто бы потерял контроль над своими действиями, и всех их роднило чувство безграничной ярости, и желание возмездия.
- Именно поэтому я, как глава Клана Накаяма, объявляю войну на уничтожение клану Накагава и роду Абэ. Пока я жив, враги Клана Накаяма, все до последнего будут истреблены! – С налившимися кровью глазами прорычал Кеншин.
- Да! – До скрежета сжимая зубы, прокричал Сорок Шестой
- Убить! – Выкрикнул из-за спины Кеншина Сорок Второй, желая самолично ворваться в клановый квартал Накагава, и устроить резню.
- Истребить всех! – Со слезами на глазах заявил Двенадцатый, испытав ту же боль утраты, как при смерти Восьмого.
- Отомстим за братьев! – Добавил Двадцать Шестой.
*****
После того, как все разошлись, Кеншин тут же принялся раздавать приказы. В первую очередь он приказал всем быть готовыми к бою, и обращать внимание на все подозрительные события.
Так же он не забыл и о предателях, работавших на клан Накагава или род Абэ, и строго настрого запретил выпускать из города всех высокопоставленных людей из новосформированной администрации, включая членов их семей.
В Коноху сразу же отправился дипломатический посланник, с целью известить сюзерена в лице Сарутоби Хирузена об объявлении войны одному из столичных родов и кланов. Кеншин прекрасно понимал, что даже крепкий союз с Хокаге не убережет его от огромного множества проблем из-за вторжения в город Уэно, а так же истребления одного из гарнизонов.
Однако, с обретением способности «Сила Патриарха», даже такие риски переставали быть серьезными, и в случае возникновения кризиса, он был уверен в своей способности отразить атаку вплоть до середины уровня Каге, а вкупе с помощью Хирузена, даже пик уровня Каге переставал быть существенной угрозой.
Его совершенно не сломило огромное количество важных и требующих скорейшего решения дел, однако на первый взгляд тривиальный, предстоящий разговор с женами вводил его в состояние беспомощности.
Прежде чем он вернулся в «родительское» крыло, казалось бы прошла целая вечность. Каждый шаг, каждая ступенька воспринималась им, как сотня километров, а спина становилась все тяжелее и тяжелее.
Картина плачущих Нацуми и Хитоми, а так же замершей, словно столб Касуми не позволяла ему успокоиться. Лишь сосредоточенность на важных делах могла на некоторое время прогнать пожирающие душу мысли, и клубок негативных эмоций.
Стоило ему войти внутрь заметно увеличившейся комнаты отдыха, как все взгляды мгновенно сосредоточились на нем, а Нацуми сразу же всхлипнула, и заплакала навзрыд. Касуми крепко спала на коленях Кейко, а Хитоми сидела с погасшим взглядом, и смотрела в пустоту.
Кеншин устало вздохнул, и сел в свое кресло, притянув к себе Нацуми, и против воли заключив ее в объятия, молча принялся гладить девушку по волосам, позволяя ей наконец полностью выплеснуть горе и накопленную обиду.
Несколько минут спустя Нацуми сдалась под натиском любящих объятий Кеншина, и небольшого эмпатического внушения, и погрузилась в губокий сон, позволив ему сосредоточиться на другой жене.
Хитоми удивила его больше всех, ибо всегда рассудительная и много повидавшая на своем веку женщина, в данный момент имела потерянный и угасший взгляд. Она все еще могла вести беседы, и не лила слезы, однако в ее взгляде чувствовалась огромная скорбь.
- Как это произошло? – С грустью в голосе спросила притянутая в любящие объятия Хитоми.
- Ублюдки из клана Накагава и рода Абэ устроили подлую засаду, и убили всех. Однако даже многократное превосходство в численности и силе не помешало нашим сыновьям вырвать кусок плоти из горла врага, и уничтожить более десяти Джонинов! – Чувствуя гордость вперемешку с яростью, заявил Кеншин.
- Откуда они узнали маршрут и состав каравана? – Спросила проснувшаяся Касуми. Она чувствовала безудержный гнев, и желала выместить его на тех врагах, до которых сможет дотянуться, и мысль о предательстве не могла не посетить мозг гениальной куноичи воспитанной в клане Нара.
- Это моя вина… Нужно было лично проверять каждого управленца, включая их секретарей и помощников… - Ответил Кеншин, не переставая гладить Хитоми по роскошным, черным волосам, и изящной спине.
- Я хочу лично посмотреть в глаза подонку, предавшему наше доверие, и отплатившим злом за проявленное добро… - Прошипела Касуми, испытывая огромный гнев. Ее тень мгновенно разделилась на множество тонких линий, которые хаотично заплясали в разные стороны.
- Каждый, кто виновен в смерти наших малышей – умрет. Все причастные будут жалеть об этом до конца своей короткой жизни! – Решительно сказал Кеншин, и притянул в объятия бестию из клана Нара, не переставая вытягивать их негативные эмоции.
http://erolate.org/book/1154/136734
Готово:
