Глава 341
*****
Кеншин был более, чем удовлетворен результатами тестов воздействия Формации Усиления на различные предметы. И прежде всего был поражен степенью магического усиления не материальных аспектов.
Даже с учетом того, что все доктрины школы формаций твердили о невозможности существования чего-то настолько непостижимого, как Формация Усиления, он все еще мог представить процесс преобразования энергии в увеличение плотности молекул и атомов предмета, но остальные процессы буквально не укладывались у него в голове.
Формация Усиления будто бы обладала собственным интеллектом, и могла понять предназначение того или иного предмета, и улучшить его свойства. Однако, для улучшения свойств датчиков слежения, или видео-камеры, недостаточно было «всего-лишь» увеличить плотность молекул и атомов. Именно поэтому, все изменения могли быть вызваны не иначе, как «волшебством».
Цунаде сыграла немаловажную роль в исследовании, а так же последующем обсуждении всех процессов. Она имела огромный опыт в обращении с информацией, и умела структурировать полученные данные, чем облегчила Кеншину задачу, ибо помогала взглянуть на ситуацию под другим углом.
Закончив пятичасовые испытания на Арене, Кеншин вернулся в реальный мир, и не мог не улыбнуться от осознания, что прошло всего чуть более двух часов, ибо экономия времени в этот самый момент была важна, как никогда.
Однако, как бы он не хотел продолжить свои эксперименты, и применить Формацию Усиления на живом человеке, у него попросту не оставалось для этого сил и концентрации.
Тем не менее, у него все еще было огромное количество нерешенных дел, требующих личного внимания, и Кеншин решил совместить приятное с полезным, уделив административным вопросам два потока сознания, при этом проводя время с любимой семьей.
Карин и Макото соскучились по нему больше всех, и едва узнав о том, что он освободился, немедленно бросили все свои дела, сосредоточив всю свою энергию, вместе с накопленной любовью и лаской на объекте своего обожания.
Из-за предрасположенности обеих девочек к элементу воды, Кеншин решил отвести их на искусственно созданную реку, ибо сам буквально обожал проводить свой досуг именно так.
На дворе была поздняя осень, однако юго-западная часть Страны Огня практически никогда не покрывалась снегом, и не смотря на достаточно большую прохладу, Кеншин не собирался отказывать себе и девочкам в удовольствии.
К тому же, под его контролем было полное терраформирование всей территории, а так же регуляция температуры воды в реке. С температурой воздуха и достаточно прохладным ветром справлялась огромная сеть формаций, усилившая свои свойства от одной силы мысли, и дистанционной настройки ставшего настоящим мастером формаций, Кеншина.
- Папочка, смотри! – Радостно воскликнула Карин, и окутав руку плотным слоем воды, сделала круговое движение.
В следующую секунду под ней и Макото образовалось водное торнадо, закрутившее, и поднявшее их обеих высоко в воздух. Тем не менее, Карин вовсе не растерялась, и окутав ступни плотным слоем чакры, буквально проскользила вниз по спирали.
- Мои волосы! Я ведь просила их не мочить!.. – Недовольно фыркнула Макото, и вместо того, чтобы испугаться огромной волны, и высоты на которую ее затянуло, поймала волну, и изящно выскользнула наружу, оттолкнувшись, и виртуозно нырнув в воду.
- Вы обе просто нечто! – С улыбкой воскликнул Кеншин, и демонстративно похлопал в ладоши. Для него их навыки не были удивительными, ибо долгое время он был их личным тренером, и он позаботился о том, чтобы девочки получили лучшее обучение, сформированное на основе опыта многих и многих людей. Тем не менее, успехи дочери и жены не могли его не радовать, и едва расстроенная Макото оказалась рядом с ним, как тут-же была притянута в любящие, нежные объятия.
- Всего за пол года ты изменилась до неузнаваемости… - Мягко прошептал он, усадив ее к себе на колени, не постеснявшись расположить свои руки немного ниже ее спины.
- Это плохо, папочка?.. – Вернув себе игривый настрой, промурлыкала Макото, пользуясь его слабостью.
- Не нужно меня дразнить… - Ответил Кеншин, и сжал ее упругую задницу, скрытую лишь за голубыми трусиками-бикини.
- Не называй его так! Только я могу называть его папочкой, и никто более! – Недовольно воскликнула Карин, и буквально столкнула свою подругу с коленей любимого отца.
Не теряя времени, она мгновенно заняла пустующее место, и буквально навалилась на Кеншина всем телом, обеспечив лучший тактильный контакт из всех возможных, и прижавшись лицом к его широкой, мускулистой груди.
Первая же мысль о том, чтобы аккуратно столкнуть ее, и прочитать ей очередные нотации о недопустимости подобного поведения, была задавлена осознанием того, что это абсолютно бессмысленно.
Даже без использования эмпатических способностей было видно, насколько прогрессирует ее ревностная, и безграничная к нему любовь. Он знал, что Карин не только не позабыла своих целей и стремлений, но с каждым днем уверялась в них сильнее и сильнее.
Не смотря на то, что скорость взросления этой девочки была просто феноменальной, и всего за пол года она выросла так, как если бы прошло три года, его все еще воротило от одной мысли в сторону непотребства.
В то же время любовь к ней не переставала расти, и трансформироваться в нечто странное. И если она желала поскорее вырасти и стать его женой, то он желал, чтобы она оставалась ребенком.
К собственному удивлению, он обнаружил внутри искру зарождающейся ревности, и к этому моменту уже сомневался в том, чтобы при совершеннолетии позволить ей строить свою личную жизнь.
Он прекрасно осознавал, насколько это эгоистично и неправильно, однако не мог, и что самое важное – не хотел ничего с этим делать. Одна мысль, чтобы отпустить свою малышку из дома, и утратить полный контроль над ее безопасностью – наводила на него чувство неконтролируемой тревоги, и огромнейшего дискомфорта.
Изучив множество трудов по психологии, Кеншин понимал, что желание отца оберегать свою дочь от любых опасностей – является абсолютной нормой. Но оценив свое состояние, он стал подозревать, что это желание усиливается его новой сущностью.
Ровно так же, как обоюдная любовь с женами, его чувства с Карин буквально резонировали взаимностью, и с каждым днем создавали крепкую, нерушимую связь, едва ли не исключая все варианты, в которых отношения отца и дочери могли остаться холодными.
Поразмыслив еще немного, он решил оставить все, как есть, и заняться более приоритетными задачами, ибо этот вопрос не стоял на повестке, и легко мог быть отложен, как минимум на несколько месяцев.
http://erolate.org/book/1154/136785
Готово:
