Глава 505
Следующее утро стало крайне непростым для эмоционального состояния и без того поникших женщин Клана Накаяма, которые едва не потеряв мужа в опаснейшем сражении, узнали об очередной, несущей большую опасность, задумке.
Однако, Кеншин вернул лишь малую часть былых эмоций, и все еще был безразличен к их недовольству, предпочитая оценивать все с точки зрения прагматичных выгод и ощутимых потерь.
Ни мягкие увещевания Касуми, ни слезные просьбы Айи, ни даже скорбные, гневные выкрики Норико, потерявшей своего первенца, не были способны растопить его ледяное сердце, и заставить отказаться от запланированных авантюр, одна из которых была смертельно опасна.
- Я не собираюсь более обсуждать с вами этот вопрос. Вы должны смириться. – Спокойным тоном сказал Кеншин, неспешно надевая экзокостюм, и проверяя его целостность.
- Н-но… Это не честно! Когда ты наконец станешь прежним?! – Не выдержав, от досады воскликнула Макото, озвучив интересующий многих вопрос.
- Моя душа стала ощутимо сильнее, поэтому, думаю через неделю. – Невозмутимо ответил Кеншин, после чего, предпринял попытку поддержать этот бессмысленный разговор: - Вам так нравились мои эмоции?
- Конечно! – Хором воскликнули Макото, Карин, и Касуми.
- Раньше не было и дня, когда ты не зажимал одну из нас у случайной стены, или не затягивал к себе в комнату, а теперь… Ты даже не смотришь на мою короткую юбку, под которой, между прочим, ничего нет! – Прошипела Макото, удивив подруг неестественным уровнем агрессии и по всей видимости, неудовлетворенности.
- Да! – Воскликнула Карин, и не преминув воспользоваться моментом, добавила: - У меня под юбкой тоже ничего нет! А ты даже не смотришь!
- Почему я должен хотеть заглянуть под юбку собственной дочери? – Спросил он, и лишь запоздало осознал, насколько это щекотливый вопрос для его, ныне отсутствующих, моральных ориентиров.
- Потому что ты Патриарх, и все мы твои женщины! – Заявила Карин, вынудив пораженно ахнуть не только собственную мать, но и видавшую многое, Цунаде.
- Допустим. – Без особого удивления ответил он: - Но это все еще не значит, что мы должны заниматься инцестом.
- Чем плох инцест?! – Вспылила она, с трудом решившись на подобный уровень откровенности.
Едва узнав о странном состоянии своего отца, Карин сперва была, расстроена, как и все. Однако, будучи крайне не глупой молодой девушкой, одолеваемой ко всему прочему, гормонами, она не могла не увидеть в этом шанс вывести его на откровенный диалог, что прежде было практически невозможно, ибо любая ее попытка приводила лишь к резкой смене темы с последующим завершением разговора и минимизацией контактов.
- Карин! Ты не можешь поднимать такие темы в разговоре с отцом! – Прикрикнула на нее Кейко.
- Твоя мать права. Ты не должна говорить об этом со мной. По крайней мере до своего совершеннолетия. Возможно к этому моменту твоя гормональная система окончательно перестроится, и все станет, как прежде. – Искренне сказал Кеншин, даже не пытаясь как-либо смягчить свой посыл.
- Как прежде?! Это когда ты весь вечер тискаешь меня, а потом всю ночь трахаешь одну из них?! Просто отлично, папа! – Окончательно взбесившись от безумно несправедливой по ее мнению ситуации, прошипела Карин.
- Ну все, достаточно! – Грозно заявила Цунаде, не желая наблюдать за усугублением этого разговора с каждым сказанным словом: - Карин, иди в свою комнату. Мы поговорим с тобой позже.
- Ну уж нет! Я хочу услышать всю правду, пока отец бесчувственен! – Решительно заявила она, фыркнув на ее слова.
- Похоже, все зашло слишком далеко. Карин, до моего возвращения слушайся Цунаде. Это приказ! – Холодным тоном отчеканил Кеншин, от чего Карин заметно осунулась, и вжала голову в плечи, став походить на осознавшего свою вину, щенка.
- Прости… Я должна была этого не допустить, но в последнее время она меня практически не слушается… - С грустным выражением лица наблюдая за тем, как ее маленькая и ласковая дочь хлопнула дверью, прошептала Кейко.
- Ты не виновата. Бурление гормонов, вкупе с воздействием моих способностей, по всей видимости сформировали гремучую смесь. – Поразмыслив над возможными причинами столь яркой метаморфозы, безэмоционально ответил Кеншин.
- Он прав. Не стоит себя винить. Многие из нас в ее возрасте вели себя аналогичным образом. Я с ней поговорю, но не думаю, что сумею ее переубедить. Слишком уж сильно она одержима этой дурной идеей… - Устало проговорила Цунаде, внутренне поражаясь количеством сложностей, обрушившихся на семью Накаяма в самый неподходящий момент.
- Простите, если мои слова покажутся слишком грубыми и неуместными, но… Почему бы тебе просто не сделать так, как она хочет? Это безотказно выбивает любую дурь из голов каждой из нас. И то же самое будет с Карин, я уверена! – Заявила Макото, решив поддержать лучшую подругу, на чьи слезы, обиды, и тоску, была уже не в силах смотреть.
Услышав ее резкие слова, Цунаде молча уставилась на Кеншина. Ее глаза были полны скрытого одобрения подобной концепции, но что еще более удивительно – взгляд Кейко говорил о том же самом, словно речь шла не о фактическом растлении ее любимой дочери, а о неком вознаграждении, которого они пытались добиться совместными силами.
- Это будет несправедливо прежде всего к ней. Она все еще слишком юна, и не отдает отчет своим желаниям, которые могут навсегда изменить ее жизнь, и поставить крест на любом другом будущем, кроме, как участь жены Патриарха. – Высказав свои размышления на эту тему, Кеншин полностью ошеломил всех присутствующих женщин, часть из которых, не смотря на явное неодобрение темы инцеста, все еще осознавали сложность этого вопроса, и сочувствовали юной, влюбленной девушке.
- Тогда просто скажи ей, что трахнешь ее сразу после совершеннолетия, и она вновь станет прежней! – Набравшись смелости, резко заявила Макото.
- Ах! – Молчавшая до сего момента Айя, не выдержала и громко ахнула, представив эту сцену у себя в голове.
- Почему вы обе на меня так смотрите?.. – Заметив предвкушение во взглядах Цунаде и Кейко, сказал Кеншин: - Только не говорите, что вы поддерживаете эту идею…
- Мы знаем, как сильно она страдает, и насколько ужасно неполноценной она себя чувствует, видя, как ты уделяешь внимания всем нам гораздо больше, чем ей. Это губительно для сердца молодой девушки, и я думаю, именно это является причиной стагнации ее развития… - Со вздохом сказала Цунаде.
- Верно. Взгляд с которым она на тебя смотрит – неотличим от взгляда любой из нас, с тем лишь отличием, что в этом уравнении любви, моей девочке все еще не нашлось места… - Грустным тоном добавила Кейко.
На несколько секунд вся комната погрузилась в тишину, и Кеншин молча размышлял, пытаясь найти решение сложившейся проблемы, но найденное решение, являясь сугубо прагматичным, не учитывало сложнейший эмоциональный аспект.
- Хорошо. Я вас услышал, и завтра дам свой ответ. А сейчас, мне пора в путь. – Холодным тоном отчеканил Кеншин, поставив крест на дальнейшем обсуждении этого вопроса.
http://erolate.org/book/1154/136950
Готово:
