Глава 718
Напряжение, витающее в необычайно тихом помещении, казалось приобрело физическое состояние, а пятеро человек, включая одного юношу без сознания, казалось были не более, чем каменными статуями, замерев в неподвижных позах, и не издавая ни малейшего звука.
Шух…
- К-кажется всё… - Дрожащим, и смертельно уставшим голосом прошептала Цунаде, выглядя при этом неестественно бледной.
- Уверена?.. – Безэмоционально переспросил Кеншин.
- Д-да… - Собрав последние частицы оставшейся чакры, и в очередной раз проверив состояние пациента, кивнула она.
Бум!
В следующее мгновение, незримое давление внезапно пропало, а Кеншин, словно потеряв землю из под ног, рухнул на твердый, мраморный пол, громко ударившись головой.
Остановить его от болезненного, и унизительного падения было попросту некому, ибо все присутствующие истратили практически все свои силы, и держались на ногах лишь усилием воли, ибо сложность операции по пересадке легендарного Тенсейгана, в несколько раз превзошла их ожидания.
Пуф!
Осознав, что все кончено, следом за Кеншином рухнула и до смерти уставшая Кохару, смягчив себе падение его мягким телом. Лишь Цунаде и Конан, из последних сил сохраняли сознание, но даже их живучести не хватило на компенсацию всех моральных, и прежде всего энергетических затрат. А по сему, спустя несколько минут, все пятеро человек в комнате оказались без сознания.
*****
- Прошло уже шесть часов… Я волнуюсь… - Всхлипнула Макото, и вновь прижалась к груди лучшей подруги.
- Я тоже… - Вздохнула Карин, погладив ее по голове: - Но сейчас мы можем только ждать. Ждать, что наш с тобой муж, в очередной раз явит нам настоящее чудо!
*Всхлип*
- Т-ты правда т-так думаешь?.. – С надеждой в голосе всхлипнула Макото.
- Конечно! Кеншин сделает все, что в его силах! Он безумно любит Пятьдесят Седьмого, и не пошел бы на такой риск без полной уверенности в успехе. Ты должна верить, Макото! Кеншин говорит, что Вера – сильнейший инструмент в руках каждого человека!
- Х-хорошо! Ты права! – Решительно шмыгнула носом Макото, и сжав кулачки, уставилась в направлении большого грузового лифта, ведущего в подземелья Клана Накаяма.
*****
Открыв уставшие глаза, и с трудом подняв каменные веки, Кеншин моментально раскинул свое «Духовное Чувство», и осмотрел не только помещение, но и свое текущее состояние.
- Что случилось?.. – Удивился он, взглянув на право.
С правой стороны от него, на идентичной медицинской кровати лежал Пятьдесят Седьмой. Однако первый же взгляд в сторону его забинтованной головы, напомнил Кеншину обо всем, что произошло.
- Помолчи, ты всех разбудишь… - Устало вздохнула Цунаде, погладив его по щеке.
- Т-твоя рука!.. – Ошеломленно дернулся он, ощутив шероховатость ее кожи, которой не должно было быть.
- Кажется, я слегка перестаралась… - Криво усмехнулась она, от чего морщины на ее постаревшем лице, стали еще более заметными.
В это мгновение, Кеншина словно ударила молния, а сознание приобрело невиданную ясность. Осознав, что страшнейший кошмар одной из самых любимых жен воплотился в реальности, он немедленно поднялся на ноги, и встал напротив нее.
- Я не хочу, чтобы ты смотрел… - Отведя глаза, прошептала она.
- Помнишь, я обещал тебе вечную молодость?.. – С нежностью в голосе прошептал он, и прикоснулся к ее щеке, на что Цунаде едва заметно кивнула.
- Моя способность не идеальна, и не может дать ее в полной мере… Однако, я не забывал о данном обещании ни на день. – Не отводя взгляда, и нисколько не стесняясь ее глубоких морщин, любящим голосом сказал Кеншин, после чего провел правой рукой по всему ее лицу.
Шух…
Словно в сказке, в долю мгновения, все морщины на лице Цунаде разгладились, а кожа приобрела былую эластичность и яркий, румяный цвет, оставив ее в полнейшем шоке и ступоре.
- Ах! – Всхлипнула она, и невольно по ее щекам потекли слезы: - Н-но как?!
- Так уж вышло, что возвращать смертным молодость, это одна из моих специальностей… - Ухмыльнулся он, и обнял обрадованную женщину.
*****
Прежде, чем выйти наружу, и обнародовать результаты операции, Кеншин решил привести в порядок не только себя, но и измотанных женщин, что не жалея своих сил, старались на благо его сына.
Он очень ценил столь рьяную самоотдачу со стороны Цунаде и Кохару, и пообещал себе сполна отплатить за их старания. Однако, если они являлись членами его семьи, и так или иначе находились под действием чар системы, то самоотверженность Конан многократно превысила его ожидания, и это не могло не изменить его отношения к ней.
- Ммм… Ч-что ты делаешь?! – Открыв глаза, охнула Конан.
- Не волнуйся. Это позволит вам всем быстрее набраться сил… - Мягким тоном прошептал Кеншин, и продолжил вливать Пси в их тела, изгоняя вредные микро-элементы из их мышц и внутренних органов, параллельно насыщая кровь кислородом, и укрепляя истощенные каналы чакры.
- Все в порядке. Доверься ему… - Устало прошептала Кохару, заметив пристальный и взволнованный взгляд своей помощницы, и по совместительству хорошей подруги.
Кеншин только и мог, что с улыбкой покачать головой, после чего, завершив терапевтические мероприятия, подошел к лежащему без сознания, виновнику всего «торжества»
Шух!
В следующее же мгновение, его могущественная душа восстала из физического тела, и нависла над Пятьдесят Седьмым, уставившись на него пристальным, пронзающим взглядом, от которого не могло скрыться ни что физическое, и ни что духовное.
- Хм… - Послышалось недовольное хмыканье из уст замершего Кеншина.
«Его душа слишком слаба, чтобы насильно пленить эти глаза…» - Неудовлетворительно подумал Кеншин, и с явным нежеланием принял единственно возможный в этой ситуации, план.
*****
Бррр!
Едва слышимый грохот в глубине шахты лифта, мгновенно всполошил всех людей в вестибюле, среди которых была не только большая часть жен Кеншина, но и многие из его сыновей, что в этот день не были заняты важными делами Клана или Империи.
- Ах! Т-ты слышишь? К-кто-то поднимается! – Подскочив на ноги, воскликнула Макото, и в мгновение переместилась к створкам большого, грузового лифта.
- Успокойся. Возьми себя в руки. – Гораздо менее радостным тоном сказала ей Карин, взяв подругу за руку.
То, что операция могла закончиться неудачно – не было каким-то откровением для большинства людей. В особенности тех, кто был знаком со статистикой пересадки уникальных глаз человеку, не связанному с носителем кровными узами. Поэтому, единственной мыслью Карин в последние несколько часов, было смягчение психологического удара для Макото, в случае неудачи.
Шух!
Створки лифта едва слышимо раскрылись, и следующие мгновения для Макото и Карин, растянулись казалось на целую вечность. Их глаза судорожно цеплялись за малейшие зацепки в мимике и взгляде Кеншина, пока наконец не узрели улыбку на его лице.
- К-Кеншин! – Задыхаясь прокричала Макото, и грубо вырвав свою руку из ладони Карин, устремилась к нему.
- Все в порядке. Пятьдесят Седьмому ничего не угрожает. – Приобняв щуплую девушку, и разрыхлив ее пышные волосы, сказал Кеншин, после чего обратил взор на примчавшихся по его зову, Ичиро и Двадцать Первого.
- Отец.. – Синхронно заявили они, и уважительно поклонились.
- До вечера найдите мне сотню душ. Не женщин, не детей, и не праведников. – Властно заявил он, одним лишь тоном давая понять, что этот вопрос более, чем серьезный.
- С-сотню?! – Удивился Двадцать Первый, мгновенно осознав масштаб задачи.
- Есть. – Отчеканил Ичиро, и одернув младшего брата, немедленно удалился.
- Сотню душ… - Едва слышимо прошептала Карин, запоздало осознав количество людей, что окажется приговорено к смерти по воле ее отца. Однако, парадоксальным образом, эта мысль не только не вызвала в ней отвращения, но и какого-либо желания отговорить его от столь тяжкого решения.
http://erolate.org/book/1154/137163
Готово:
