«Последняя остановка».
Это был тихий час езды, прежде чем мы приблизились к озеру Пауэлл. Поездка из Вегаса, куда мы вместе с Кэссиди переехали после колледжа, должна была занять чуть меньше четырех с половиной часов, пролегая через южную Юту и северную Аризону, но с учетом наших остановок это заняло почти пяти с половиной.
- «Почему косплей?», - спросил я. Мы почти не разговаривали после орального секса - я задал несколько вопросов о приложении, и она ответила тем, что могла мне объяснить. Очки накапливались по мере того, как вы набирал баллы у людей и достигал определенных пороговых значений. Она всегда получала очки любви только от меня, моей и своей семьи. Те пару раз, когда в начале ее измен ее партнеры по роману - я поправил ее в первый раз, когда она сказала «одна из девушек», и она приняла это, - начали набирать очки любви, она быстро дистанцировалась. Еще одна линия, которую она прочертила для себя. Все ее очки были получены за счет оценок привязанности и вожделения (похоти/страсти).
Кэссиди повернулась, чтобы посмотреть на меня, и нахмурила брови: – «Что ты имеешь в виду?»
- «После того, как ты бросила колледж и устроилась на работу в отель, именно тогда ты начала заниматься социальными сетями и косплеем», - сказал я: – «Приложение помогло тебе и с этим? Даже если ты им не пользовалась?»
[Кэссиди "Касс" Пайнс]
- «Мм-мм», - она покачала головой. – «Приложение активируется только тогда, когда я встречаюсь с кем-то или взаимодействую с ним лично. Если кто-то увидит фотографию или видео со мной в социальных сетях, или даже если отправить электронное письмо или позвонить по телефону, оно не повлияет. Я взяла ночную смену в отеле, потому что не хотела общаться с большим количеством людей и хотела сосредоточиться на тебе, а потом я начала заниматься социальными сетями, потому что знала, что я.…» - она замолчала и глубоко вздохнула. – «Послушай, ты слышал, как моя сестра годами говорила, что ей казалось, будто я живу своей жизнью с помощью чит-кодов. Это всегда выводило меня из себя, но только потому, что это было правдой. И мне это не нравилось. Занимаешься чем-то в социальных сетях? Каждый лайк, подписчик или подписчица - это все благодаря мне. Не приложение. Приложение не может заставить мои костюмы для косплея выглядеть круче; по крайней мере, я так думаю. Я вкладываюсь в работу, а Интернет решает, стоило ли это того. Никакого внешнего влияния».
- «В этом есть какой-то не явный смысл», - сказал я.
- «Мне жаль», - сказала она. – «И я люблю тебя».
Я выдохнул и сжал губы, не в силах решить, болело ли мое сердце или учащенно билось каждый раз, когда она произносила это.
Мы въехали в Пейдж, городок на южной оконечности извилистого озера Пауэлл, проехали по мосту, перекинутому через реку Колорадо, и посмотрели на плотину Глен-Каньона. Обычно в это время Кэссиди хотела, чтобы я притормозил, чтобы мы могли сфотографироваться, но ни у кого из нас не было особого настроения.
Проехав немного вглубь города, я нашел винный магазин и заехал туда. Мы оба выпрыгнули, так как план заключался в том, чтобы мы закупились спиртным на неделю здесь, в Пейдже - еду привозила женщина, которая организовала поездку, и мы заплатили за нее деньгами авансом.
Когда мы шли в магазин от парковки, я заметил, что у Кэссиди, слава Богу, не было синяков, но она выглядела так, словно у нее был красный рубец в форме нескольких пальцев, выползающий из-под ее джинсовых шорт по верхней части бедра.
Войдя в магазин, я быстро прошел в подсобку и купил ящик «Хайнекена» для себя и ящик сидра, который нравился Кэссиди, в то время как она осталась у входа в магазин, чтобы взять ликеры, которые нам нравились при смешивании коктейлей, и немного вина с полок. Возвращаясь с двумя тяжелыми коробками бутылок, я увидел, что Кэссиди открыла дверцу морозилки и выбирает какие-то добавки для водки, слегка согнувшись в талии. За ее спиной у стойки развалился сальный парень, ковыряя зубочисткой в зубах и пялясь на задницу Кэссиди.
[Кэссиди "Касс" Пайнс]
Волна гнева прокатилась по мне, но я сумел подавить ее.
Кэссиди встала, положила две смеси в корзинку, которую несла, и повернулась, чтобы пойти со мной к прилавку. Взглянув на нее, я заметил, что из-под ее укороченного топа выглядывают два явных бугорка сосков.
Так вот, обычно это чертовски смущало ее, и она хотела, чтобы я предупреждал ее об этом. В любой обычный день я бы сделал это незаметно, и она либо использовала бы меня как ширму, либо направилась бы к машине.
Но я все еще был зол и обижен. И хотя я знал, что это мелочно, я ничего не сказал.
Когда я подошел к прилавку, продавец щелчком сбросил зубочистку за прилавок и встал, явно разглядывая Кэссиди. Я поставил обе коробки, которые нес, на прилавок и повернулся, забирая корзину с бутылками у своей невесты.
[Кэссиди "Касс" Пайнс]
Она улыбнулась мне, ее глаза были скрыты за солнечными очками, но я все равно видел печаль в этой улыбке. Чувство вины. Горе. Отвращение к самой себе.
Черт, я вел себя как ребенок.
Я вытащил из кармана ключи от грузовика и протянул их ей. – «Я позабочусь об этом», - сказал я. – «Иди, открой багажник и приготовь холодильник».
- «Хорошо», - кивнула она, и я мог бы сказать, что ей хотелось приподняться на цыпочки и чмокнуть меня в губы, но она колебалась. Она не была уверена, что это будет нормально, и это убивало меня. От этого в голове был сумбур. Я почувствовал себя плохим парнем. Но это было не так.
Я повернулся обратно к прилавку, а она неторопливо пошла из магазина.
- «Классная задница», - сказал продавец, наблюдая, как она проходит мимо витрин. – «Похоже, тебе пришлось немного поучить ее, кто главный, да?»
Я просверлил в парне дырки своим свирепым взглядом. – «Эй», - сказала я, заставляя его отвести взгляд от Кэссиди и снова посмотреть на меня. Он сделал шаг назад, когда увидел мои глаза. – «Если до того, как я покину этот магазин, с твоих губ сорвется что-то большее, чем «спасибо», то имей ввиду, что я взбешен и могу начать ломать все вокруг. Стекло, кости, что угодно. Я чертовски на взводе. Так что молча пробей выпивку».
Он выглядел так, словно хотел что-то сказать, но я начал разгружать корзину, не ставя бутылки на столешницу, и он, сглотнув и опустив взгляд, приступил к своей работе. Он пробил и упаковал бутылки, а я заплатил.
- «Спасибо», - сказал он, когда я положил бумажный пакет с бутылками поверх двух ящиков пива и взвесил все это в руках.
- «Наслаждайся гребаной жизнью», - проворчал я и попятился к выходу из магазина.
Кэссиди видела выражение моего лица, когда я пересекал парковку, направляясь к ней. Она стояла возле открытой задней двери моего грузовика и сразу обеспокоилась. – «В чем дело?»
[Кэссиди "Касс" Пайнс]
- «У меня резьбу сорвало», - сказал я. – «Он пялился на тебя, а ты выпячивала задницу, а потом он сморозил тупость, когда ты выходила. Я ревную, злюсь и чувствую себя полным ублюдком из-за того, что не предупредил тебя о твоих сосках».
- «Черт, я забыла надеть лифчик», - сказала Кэссиди. – «Тигр, мне так жаль, что я снова забыла. Это моя вина».
С момента нашего разговора она ни разу не называла меня своим прозвищем. Я нарядился человеком-пауком в школе на Хэллоуин в нашем выпускном классе, а она - Мэри Джейн Уотсон. Она тогда дразнила меня, называя Тигром, и больше никогда не прекращала.
- «Нет, это я не предупредил тебя», - сказал я. – «И я чуть не врезал этому парню, когда он раззявил свою варежку. Это моя вина».
- «Нет, это и моя вина», - сказала она. – «Ты никогда не был ревнивым. Теперь ты знаешь, и все по-другому».
Я сглотнул и перевел дыхание. Неужели я действительно ревновал? Я знал, что не будет ни малейшего шанса на то, что между Кэссиди и этим чуваком что-то произойдет. Я знал это. – «Я думаю… Я думаю, что я не ревную», - сказал я. – «Мне кажется, я чувствую… это прозвучит немного хреново, но я собственник? Я не чувствую, что ты моя, как раньше, и этот парень просто пялился на тебя...»
Она обняла меня, уткнувшись лицом мне в грудь, снова заплакав и схватив меня за рубашку, прижимаясь ко мне.
Я обнял ее в ответ, сначала мягко, но потом сильнее, пока не сжал ее в объятиях.
Мы просто стояли там добрых пять минут, пока текли слезы, я тихо, а она всхлипывая.
Наконец, мы пережили момент и снова двинулись в путь, убирая бутылки с алкоголем в холодильник, а ящики - в багажник грузовика. Прежде чем я закрыл багажник, вытащил один из чемоданов Кэссиди, тот, в котором, как я знал, у нее была повседневная одежда. – «Твоя, э-э, задница немного покраснела», - сказал я. – «Тебе, наверное, следует ее прикрыть».
Она замолчала, прикусив губу и задумавшись. – «Как пожелаешь. Я хочу, чтобы люди знали, что я полностью твоя. Я заслуживаю гораздо большего, чем просто отбитую жопу. Но ты прав, это может вызвать лишние вопросы».
- «Прикройся», - сказал я. На самом деле я не думал, что ответы на вопросы будут проблемой, это случится, если только кто-то снова будет пялиться на ее задницу.
- «Хорошо», - сказала она. Она расстегнула молнию на своем чемодане и порывшись в нем, достала пару черных колготок и застегнула обратно.
Когда мы вернулись в грузовик, Кэссиди стянула свои шортики с бедер, спустив их вниз по ногам, обнажая тонкие темно-бордовые трусики бикини, которые были на ней надеты.
- «Подожди, дай посмотреть», - сказал я, и она подвинулась на сиденье, чтобы показать мне свою задницу. На ее заднице все еще был четкий красный отпечаток ладони. – «Бля, мне нужно натереть ушиб алоэ, прежде чем ты наденешь бикини».
- «Не стоит», - сказала она. – «Я скажу всем, что сама напросилась на это».
- «Нет», - сказал я. – «Нет. Я собираюсь убедиться, что мы позаботились об этом».
- «Хорошо», - робко согласилась она, затем снова присела и начала натягивать колготки. – «Спасибо тебе, Тигр».
Она натянула колготки, которые были длиной в три четверти длины ее ног до икр, а затем снова одела поверх них шортики. Как только она устроилась, я завел машину, и мы направились на север вверх по реке в поисках пирса, где мы должны были встретиться с остальной группой.
Дюжина женщин и несколько других значимых персон - все модели, косплеерщицы и стримерши - собрались вместе на неделю отдыха в плавучем доме и фотосессий в костюмах, бикини или чем-то еще, что они привезли с собой. И моя невеста хотела, чтобы я занялся сексом с любой из них, с кем захочу.
Я повернулся к Кэссиди и покачал головой, все еще борясь с собой в мыслях и сердце. Я протянул руку и двумя пальцами заправил ей за ухо выбившуюся прядь волос, а она с немым вопросом повернулась ко мне. – «Я все еще люблю тебя», - сказал я. – «Просто сейчас проблемы с твоим восприятием».
Она поджала губы, глаза снова наполнились слезами, и она кивнула. Возникший конфликт, радость от того, что я это сказал, чувство вины за то, что я это сказал, - все это заставило меня осознать, что осталась недосказанность. Мы все еще не закончили.
Ведя машину, я снова посмотрел вперед.
Если мы еще не закончили, то куда мы идем?
Пожалуйста, не забывайте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!
http://erolate.org/book/1188/141959
Готово:
