— Чтобы спасти брата, она поменялась с ним одеждой, но так и не смогла рассказать об этом Джерарду, поэтому и получилось так, что она оказалась со мной во Дворце. После этого ей захотелось стать рыцарем.
— ...
В тишине Лайл воспроизводил в памяти голос Яна Хестия. Чистый, мягкий, обычный нейтральный голос...
Никак нельзя было подумать, что он принадлежит девушке. Только если не разбить его с помощью мощнейшей магии.
— У неё просто потрясающие способности... И я уступила, потому что захотела, чтобы она стала моим сопровождающим рыцарем. Мне показалось, что будет комфортнее с девушкой, нежели с мужчиной. Тяжеловато с мужчинами, особенно когда они помогают в ванной или переодеваться. Поэтому...
Пока Суён придумывала отговорки, Лайл медленно прикрыл глаза. Его лицо горело от стыда сильнее, чем когда-либо.
— Значит я... Ревновал к девушке? И сломал руку на дуэли тоже девушке?
Суён хотелось выкрикнуть: «Да, именно из ревности ты сломал ей руку!», но она сдержалась. Лайл стиснул зубы, а Суён не решалась посмотреть ему в глаза.
— Ян Хестия... Барон... Сэр Хестия всё это время был девушкой, так? Ты долго водила меня за нос.
— Я хотела рассказать... Но боялась, что тогда ты не назначишь её сопровождающей.
Лайлу хотелось начать кричать, но его собеседницей была Суён. Он посчитал, что лучше прокусить до крови собственную щёку, чем наорать на неё.
— Она спасла мне жить. Прости, пожалуйста, хотя бы раз! Ты обещал тогда, что всё простишь.
— ...
Лайл точно такого не обещал.
Он не стал прижимать голову Суён к своей груди, хотя она упёрлась в неё взглядом. Капля слюны упала на белую кожу.
Чёрт...
Тёмные соски начали гореть и привставать от возбуждения.
Было не понятно, его лицо горит от стыда, злости или страсти.
— Лорд сказал, что ему нравится Сэр Хестия. Я уверен, он знает. Кто ещё знает?
— Никто, кроме Люка! Он подал мне знак, что о чём-то догадывается... Я не хотела изначально ему говорить.
Ноги, висящие в воздухе, постепенно опустились на пол.
Суён посмотрела на Лайла, пытаясь отгадать его настроение.
Думаю, он зол.
— Ваше Величество, простите! Я никак не могла рассказать тебе об этом заранее. Ккьяк!
Лайл резко обнял Суён. Жар его тела, который пугал и его самого, когда они соприкасались кожей, остался неизменным. Нельзя было не упомянуть о том, что его член затвердел.
— Ваше Величество?
— Я сказал, что прощу тебя, а не Госпожу Хестия и Князя. Они осмелились обмануть самого Императора.
У Суён разбилось сердце, ведь она думала, что всё будет проще. Смотря горящим взглядом Суён в глаза, Лайл сказал:
— Ты будешь за это платить.
— Ваше Величество, прости меня! Не говори, что то я тебе сказала. Тогда ведь меня накажут...
Голос Суён взлетел от напряжения, а Лайл продолжал смотреть на неё горящими глазами, словно ждал, когда она закончит.
— Хорошо, тогда я накажу себя сам.
— Что?
Лайл прищурил глаза, жёстко посмотрев на Суён.
— Хестия приехал во Дворец в конце осени. До сегодняшнего дня прошло уже три месяца. А если сложить нас с тобой, то получится шесть месяцев.
Лайл победно улыбнулся, видя, как застыла Суён.
— Всего в сумме шесть месяцев. В течение этого времени Императрица будет получать от меня наказание. Если ты пропустишь день и откажешься, тогда будут наказаны Люк Кэрд и Хестия.
— Что? Эм... как ты собираешься меня наказывать?
Рука Лайл, которая обнимала Суён, напряглась, и её грудь плотно прилегла к его груди. От случайного касания член Лайла встал ещё сильнее.
— Что-ж, может, ты хочешь, чтобы я наказал тебя, такую непослушную, трахнув в задницу? Или... чтобы я лизал тебя, пока ты не расплачешься от стыда?
Сун покраснела от таких слов. Она предполагала, что Лайл предложит что-то подобное в наказание, но шесть месяцев... Не слишком ли много?
— Шесть месяцев это слишком...
— Хм-м-м... Хочешь подольше? Как тогда насчёт по четыре месяца с каждого, итого восемь?
На самом деле, шесть было уже слишком много. Но Суён боялась как-то перечить, потому что знала, что тоже виновата.
— Кхм... Я выберу шесть месяцев.
— Хорошо. Всё это время я буду тебя наказывать. И ты знаешь, что я не буду останавливаться, даже если ты будешь ныть и говорить, что тебе стыдно или что ты сейчас умрёшь.
Ссуён опустила голову, ни в силах смотреть на ухмылку на лице Лайла. Хоть она и ожидала такого, она не была теперь уверена, что сможет это выдержать.
— Я... Мой...
— Хорошо, для начала поцелуй. Отвечай мне с языком как следует.
Приказал Лайл с вожделеющей улыбкой. Суён схватила за его плечо, её лицо было красным. Почему так тяжело целовать чьё-то красивое лицо? Оно было таким прекрасным, что было стыдно даже просто касаться его.
Чик.
Соприкоснувшись губами, Суён запустила язык между губ Лайла. Тот рот не открывал, стараясь притворяться обиженным, но Суён с настойчивостью лизала его губы.
А?..
Рука Лайла, которая всё это время придерживала её за талию, спустилась вниз и схватила её за ягодицы. Недолго думая, он проник между ними и ввёл палец во влажное отверстие.
— Подожди!
— Твои губы так заводят. А ты ведь даже ещё не проникла в мой рот.
— Что-ж, это твоё... Ки-ик! Ах-х!
Пальцы пробрались внутрь и потёрли чувствительную зону тела Суён. Смотря на её удивлённое лицо, Лайл сказал:
— Разве это поведение того, кого наказывают? Ещё раз.
— А-ах-х... М-мх-х...
Пока она стонала и целовала Лайла снова, его пальцы нежно гладили её чувствительную кожу внизу. Когда Суён затряслась, думая, что сейчас кончит, Лайл взял все в свои руки и сам запустил язык ей в рот.
— Пососи его, Суён.
http://erolate.org/book/1236/151662
Готово:
