Эпизод 187. Намерение
— И что теперь будем делать?
— Понятия не имею.
— Только не говори, что мы тоже будем драить туалеты...?
Шин Соён скривилась от отвращения. Услышав про уборку туалетов, я вдруг вспомнил, как в начальной школе мы с ней вместе мыли школьные уборные.
«Тогда она просто побрызгала водой и заявила: "Готово!", за что получила нагоняй от учителя и заставили перемывать».
В те времена семья Шин Соён жила в достатке, поэтому в ней еще не было той ядовитости. Она улыбалась даже лучезарнее, чем Святая Дева.
— Хе-хе, Минджун-а.
Она была озорной и любила проказничать.
Но в какой-то момент ее лицо начало мрачнеть, а одежда становилась все более поношенной.
— Шин Соён, опять ты? Во всем классе только ты не принесла деньги.
— ...
Ее постоянно вызывали к учителю и унижали при всех. Иногда даже намеренно травили.
Говорят, сейчас такого нет, но тогда это было в порядке вещей.
Эпоха, когда к тебе относились как к человеку, только если ты совал учителю взятку.
«Это называлось "чонджи"». [1]
Не все учителя были такими, но это было уродливое время. Позже я узнал, что ее родители выступили поручителями, и из-за этого их семья погрязла в долгах.
— Эй, я обязательно все верну. Честно. Как только появятся деньги, верну с процентами.
— А? Чернохер, чего ты так уставился?
— ...Да так, ничего.
Меняется окружение — меняются и люди.
Мы оказались в Процессе отбора. В месте, где нет ни капли человечности. Где права человека XXI века ничего не значат.
«Если испытание требует — ты должен это сделать».
На то оно и испытание. Хотя...
— Я тоже не собираюсь чистить сортиры.
— О, тогда чем займемся?
Стоило мне сказать, что я не буду мыть туалеты, как не только Шин Соён, но и Ли Сера со Святой Девой подошли ко мне с сияющими глазами.
Даже Хан Сохи, которая обычно никогда не жаловалась.
Прихватив с собой растерянно стоявших северокорейцев, я вышел из святилища.
— Благодарю вас, жрец.
Конечно, перед уходом я не забыл выразить признательность. Я всучил жрецу один гриб, и он почтительно поклонился.
— Мы ведь можем зайти еще раз?
— Хо-хо, как вам будет угодно.
Выйдя на улицу, я начал оглядываться по сторонам. Местные жители смотрели на нас с нескрываемым любопытством.
— Чернохер, что ты делаешь?
— Минджун, чем вы занимаетесь?
Пока остальные отправились драить туалеты, чтобы помочь жителям, я просто слонялся по улицам и заглядывал во все углы. Святой Деве, видимо, стало неловко под взглядами окружающих, и она подошла ко мне, нервно переминаясь с ноги на ногу.
Как и ожидалось, наша Святая Дева даже после «падения» так и не научилась быть такой же бесстыжей, как остальные.
В конце концов, так ничего и не найдя, я подошел к проходившей мимо жительнице и вежливо спросил:
— Позвольте задать вам вопрос.
— Да, конечно.
Она, видимо, только что вернулась с купания вместе с дочерью: женщина смахнула рукой капли воды, стекавшие по ее шее, огромным ареолам и промежности, и широко улыбнулась.
— Скажите, кто в этой деревне самый богатый?
— Богатый? Хм, ну, таких у нас трое.
Женщина указала направление и добавила, что найти их будет нетрудно, так как у них самые большие дома.
— Эй, Чернохер, ну что ты там задумал?
— Не суетись, просто подожди.
За нами следят. Скорее всего, это люди Кубары, дочери вождя. А значит, не стоит трепать языком о своих планах.
Обойдя все указанные дома, я подошел к самому большому и роскошному на вид, и постучал в ворота.
— Здравствуйте.
— Кто там?
Из-за ворот показался тощий старик лет пятидесяти с весьма скверным выражением лица.
С первого взгляда ясно — денег у него куры не клюют.
Либо заплывшие жиром, либо тощие и желчные — типажи богатых стариков везде одинаковы.
— Я пришел продать одну вещь.
— Продать? Хе-хе-хе, и что же такое ценное ты притащил?
С этими словами он впустил нас внутрь. Вскоре его намерения стали ясны. Он привел нас в комнату, где были выставлены весьма недурные элементы снаряжения.
Сразу было видно, что эти предметы принесли из-за барьера [Первобытного Леса]. Возможно, даже из тех стран, откуда родом группы героев.
— А вещички-то хороши.
— Угу, и вещей Мифического ранга тоже прилично.
Короче говоря: «Уверен ли ты, что твоя вещица лучше этих? Если притащил какой-то мусор — проваливай».
Поэтому я с ухмылкой протянул старику один предмет.
Дзинь.
Это была монета.
Но, несмотря на то что это была всего лишь монета, глаза сварливого старика полезли на лоб. Еще бы, ведь это была [Памятная монета — Рождение Богов 111].
[Памятная монета — Рождение Богов 111: Древняя монета. Серебряная монета, отчеканенная выжившими после Великого Потопа, когда Древние Боги только-только покинули этот мир.]
На каждой такой памятной монете выгравирован древний храм, оружие древнего героя или чей-то портрет. Но монеты 111 года чеканки ценятся больше всего.
Говорят, что в пропорциях магического круга и расположении созвездий на монетах этого года кроется духовная сила.
Конечно, это полная чушь.
Просто уловка, чтобы продать подороже.
Но уловка это или правда — неважно. Главное, что фанатики, помешанные на этих монетах, готовы переплачивать втридорога, лишь бы заполучить их.
«Богачи сходят с ума по подобным реликвиям и символическим вещам».
В любом регионе [Рождение Богов 111] — это предмет вожделения любого состоятельного человека.
Это значит, что куда бы ты ни пошел, если тебе срочно нужны деньги или нужно завоевать чье-то расположение — эта монета всегда выручит.
Правда, я немного сомневался, поймут ли ее ценность в такой первобытной деревне.
— Есть желание купить?
Старик достал странную штуковину, похожую на лупу, рассмотрел монету и издал восхищенный возглас:
— О-о! Поразительно! Какая невероятная, утонченная гравировка, какие идеальные пропорции! А эта динамика — кажется, будто она дышит!
Успех.
Старик долго разглядывал монету с довольным видом, а затем, резко посерьезнев, спросил:
— Сколько их у тебя?
— Пока только эта. Но если я найду еще снаружи, обязательно принесу.
— Нашел снаружи?
— Да.
— Где именно?
— Неподалеку от трупа Дракалона.
— Вот как. А эти паршивцы-герои клялись, что отдали все ценное! Значит, самое лучшее они припрятали? Ах они мерзавцы.
Разразившись проклятиями, старик снова перевел взгляд на монету, и на его лице расцвела добрая улыбка. Он смотрел на нее так, словно это был его родной внук.
Глядя на него, начинаешь сомневаться — а может, в ней и правда есть какой-то мистический эффект? Что Баркус, что другие богачи — все они просто сходят с ума при виде этой монеты.
— Так вы покупаете?
— Разумеется. Сколько хочешь?
— Видите ли, вещь-то весьма ценная.
— Я же сказал, называй цену.
— Я хочу получить оплату Дракосами.
Только тогда моя группа поняла, зачем мы сюда пришли, и все удивленно уставились на меня. Прагматичная Шин Соён зашептала мне на ухо:
— Эй, какой бы классной ни была эта монета, ты серьезно думаешь, что он отдаст этих тварей? Они же на вид стоят целое состояние. Может, достанешь еще монет?
— Не суетись. Я знаю, что делаю.
Тем временем старик поглаживал подбородок.
— Хм, Дракосы. Они стоят недешево.
Ну вот, я же говорила! Шин Соён снова зашептала, дергая меня за рукав.
Она явно намекала, что нужно добавить еще товара, пока сделка не сорвалась, но я в знак того, чтобы она помолчала, крепко схватил ее за хвост.
— .......
Закончив раздумья, старик наконец заговорил:
— Семь особей.
— !!
— В аренду не сдаю. Только продажа.
Лица Шин Соён и остальных мгновенно просияли. А вот мое, наоборот, помрачнело.
«Жмот».
Честно говоря, я рассчитывал получить пятнадцать штук. Настолько высока ценность этой монеты. Здесь, в Процессе отбора.
«Хм, как бы поступить?»
Другие на моем месте начали бы торговаться, пытаясь сбить цену.
Глупый выбор.
Торговля, как известно, снижает симпатию собеседника. Может, в краткосрочной перспективе ты и выиграешь, но в долгосрочной — убытков будет больше, чем прибыли.
«В бизнесе нужно не торговаться, а стараться завоевать расположение человека».
Проще говоря, торгов нужно избегать, а если уж приходится, то делать это так, чтобы не задеть чувства партнера.
Как же лучше поступить?
Глядя на старика, который явно не привык уступать, я поставил на пол две большие спортивные сумки, доверху набитые грибами.
— Вместе с этим — девять особей.
— Хм, это всего лишь грибы. Я могу нанять людей, чтобы они их собрали.
— И все же, это неплохое дополнение. Вряд ли вы можете позволить себе есть их вдоволь.
Древние грибы черного сияния не растут в центре Первобытного Леса.
Они встречаются ближе к окраинам, поэтому для жителей Берша поход за ними — это риск жизнью.
«Насколько я знаю, достать эти грибы чертовски сложно».
Нам просто сказочно повезло наткнуться на целую колонию, а обычно они приносят лишь по двадцать-тридцать штучек, растущих под корнями деревьев.
И хотя монстры не любят эти грибы, если припрет с голодухи, любая тварь их сожрет.
Поэтому ценность этих грибов куда выше, чем кажется.
— Ну, если не хотите, то забудьте.
Сказав это, я потянулся за монетой, но старик тут же спрятал руки за спину и с жадным блеском в глазах воскликнул:
— Погоди! Но девять — это слишком! Как насчет восьми?! Больше ни в коем случае!
Раз уж так, ничего не попишешь. Я согласился и обменял монету с грибами на восемь Дракосов.
— В качестве бонуса предоставьте нам, всем девятнадцати, жилье на пару дней.
— Тц, какой расчетливый юнец. По двадцать грибов в день.
— Договорились.
Так мы успешно избежали махинаций Кубары и обзавелись собственными ездовыми животными.
— Вау, эта монета просто имба.
— Ага!
— Никогда бы не подумал, что эту монету можно так использовать.
— Вот именно. Минджун, как всегда, все продумал.
Вот почему так важен фарм на ранних этапах. Пока остальные корячатся, мы вырываемся вперед и снимаем сливки.
Заодно и потренируемся верховой езде.
Может показаться, что это легко, но это не так. Даже со специальными предметами придется потратить минимум полдня на тренировки.
— Эй, а это нормально — вот так получить их в обход правил?
— А?
— Ну, я про ту девку, что вопила рядом с вождем.
— Не бери в голову.
Нам незачем плясать под дудку Кубары, этой избалованной дочери вождя.
Она просто невоспитанная, стервозная девчонка, севшая на шею отцу.
«Она ведет себя так, будто у нее есть власть, но на деле это не так».
Она давит на всех, поэтому все думают, что она обладает властью на уровне вождя, но на самом деле она просто прячется за спиной отца и громко тявкает.
Это значит, что у нее нет реальной возможности вмешаться в нашу сделку, сорвать ее или создать проблемы.
Вождь позволяет ей так себя вести только потому, что любит свою дочь, да и для него в этом есть определенная выгода.
— Ясно. Но Чернохер, у нас тут один остался лишний?
Шин Соён указала на одиноко стоящего Дракоса без всадника. Когда зверь разинул пасть, словно ожидая еды, она в испуге отдернула руку.
— А, может, хочешь загнать его кому-то втридорога?
— Нет. Я что, по-твоему, только о деньгах думаю?
Я поманил рукой Ри Ынджон.
— Бери.
— Почему...?
В ее глазах читался немой вопрос. Увидев весь процесс переговоров, она прекрасно понимала, насколько это дорогой зверь.
Я пожал плечами.
— Ты не раз нам помогала. К тому же, он остался один. Честно говоря, я хотел выторговать девятнадцать штук, чтобы обеспечить всех вас, но они оказались дороже, чем я думал, так что план не сработал.
Если подумать, какой бы редкой ни была монета, в этой первобытной глуши выручить за нее полную стоимость было проблематично.
— В общем, отдать его все равно некому, так что берите.
— .......
Ри Ынджон молча уставилась на поводья в моих руках.
Видя, что она не двигается, Шин Соён и Ли Сера подошли и сами вложили поводья ей в руки.
— Такие вещи нужно брать не раздумывая.
— Угу, только дурак откажется.
— И все же...
— Если будешь слушать нас, никогда не останешься внакладе, поняла?
Шин Соён и Ли Сера приобняли ее за плечи, настойчиво уговаривая, и Ри Ынджон посмотрела на своих товарищей.
Ким Джонсу кивнул, а остальные радостно захлопали, поздравляя ее.
— ...Спасибо.
В конце концов, Ри Ынджон приняла поводья из рук этих двух «школьниц». Я усмехнулся.
«Как я и думал, материальные подарки на ее симпатию не влияют».
Какая последовательная натура.
— Эй, вы! Хватит шуметь у меня под дверью, идите за мной!
Услышав аплодисменты, старик раздраженно вышел на улицу и показал нам два больших здания неподалеку от своего дома.
Когда я спросил, почему он сдает нам сразу два, он ответил:
— Значит, с вас по сорок грибов каждый день!
Да уж, эти помешанные на деньгах старики везде одинаковы.
— Вообще-то, я должен был брать по сорок грибов за каждый дом, но я делаю для вас исключение, так сказать, инвестирую. Если сможешь достать еще одну такую монету, обязательно принеси ее мне.
— Да, непременно.
— И имейте в виду, один дом я не сдаю!
В итоге нам пришлось арендовать сразу два дома, и мы разошлись по комнатам распаковывать вещи.
Наша группа сразу же разделилась на три смены для дежурства и легла спать.
Сейчас был день, время, когда на улицу выходить нельзя.
— Ох-ти.
— Куда ты?
— Не спится.
Поскольку моя выносливость была высокой, я не чувствовал усталости и решил прогуляться, заодно осмотреть деревню.
Услышав шум, я выглянул из соседнего дома и увидел северокорейцев, которые тоже собирались выходить.
— Куда направляетесь? Почему не отдыхаете?
Ким Джонсу кивнул в сторону, куда ушли местные мыться, и ответил:
— Товарищ Ынджон получила скакуна, но у нас-то их нет. Придется потрудиться.
— Извините.
— Ха-ха, бросьте. Я сказал это не для того, чтобы вы извинялись. Наоборот, спасибо, что позаботились о ней. Честно говоря, вы же могли обменять этого зверя на что-то другое, а не отдавать его нам?
...Ну, это да.
Но такова человеческая натура: если кому-то дать, а кому-то нет, это вызовет обиду.
Но, видимо, они люди простые и бесхитростные.
— Как по мне, вы слишком добры, товарищ Минджун. Если будете жить с таким добрым сердцем, вам придется несладко.
— .......
— В любом случае, мы тоже собираемся усердно поработать и взять скакунов в аренду. Благодаря вам, товарищ Минджун, мы получили эти штуки бесплатно, так что грех ими не воспользоваться.
Сказав это, Ким Джонсу и остальные северокорейцы простодушно улыбнулись и потрясли браслетами на запястьях. По их лицам было видно, что подарок им пришелся по душе. Я в ответ тоже помахал своим браслетом.
— Что ж, до встречи.
И северокорейцы отправились мыть туалеты. В их словах не было ни капли зависти. Видимо, они доверяли друг другу настолько, что готовы были прикрыть спину в любой ситуации.
«Ну, пойду и я осмотрюсь».
Приятное чувство товарищества подняло мне настроение, но как только я собирался сделать шаг...
Хвать.
Кто-то подошел сзади и положил руку мне на плечо.
— Есть минутка?
— Ри Ынджон?
Кивок.
— Ну, времени у меня полно. А в чем дело?
— Нужно кое о чем поговорить.
С этими словами она потянула меня за собой в их дом.
Она выглядела довольно серьезной. Я ждал, что же она скажет, но Ри Ынджон, закрыв дверь, подошла ко мне вплотную и вдруг начала стягивать с меня штаны.
— Эй, подожди. Ты чего?
Она быстро стянула с меня все, включая трусы, и опустилась передо мной на колени.
— Я так много от тебя получила... Хотела бы отплатить, но у меня ничего нет.
Ри Ынджон взяла мой член и начала нежно его поглаживать.
— Я хотела бы быть рядом, защищать и заботиться о тебе, но твоя группа такая сильная, что мне просто нет места. Поэтому... хоть я и делаю это впервые, но ради тебя я готова расплатиться таким способом.
— Подожди, если ты делаешь это впервые, откуда ты вообще знаешь про такое?
— Эм... я посоветовалась с Шин Соён и Ли... Серой? Они сказали, что если я пососу твой член, то расплачусь с долгом и тебе будет приятно...
Все-таки эти две оторвы добрались до нее... Еще одна невинная душа пала их жертвой.
— Я делаю это впервые и могу что-то делать не так, так что научи меня, если что.
Затем Ри Ынджон начала облизывать головку моего члена снизу вверх. По одним только движениям было видно, что это ласки девственницы.
Насколько я помню, в моей прошлой жизни у Ри Ынджон вообще не было никаких отношений с мужчинами.
С ней никто не хотел связываться, а те, кто пытался, получали пулю в лоб.
И вот эта неприступная женщина, которую не смог покорить ни один мужчина, сейчас сидела между моих ног и нежно вылизывала мое достоинство.
С глазами, полными слез, застенчиво глядя на меня снизу вверх.
Лизь. Лизь. Чмок.
Ри Ынджон начала робко целовать мой член.
[1] Чонджи — незаконные денежные подношения (взятки) учителям от родителей учеников, распространенные в Южной Корее в прошлом.
http://erolate.org/book/1288/163938
Готово:
