В последующие дни жизнь, казалось, вернулась в привычное русло, однако под внешней гладью уже бушевали иные течения.
Саку и Наруко начали вплетать наставления Гая в свои ежедневные тренировки.
Каждое отжимание теперь сопровождалось осознанным напряжением мышц кора и выверенным ритмом дыхания.
Во время каждой пробежки они учились подбирать длину шага и темп, стремясь к максимально эффективному движению.
Отрабатывая удары на деревянных манекенах, они раз за разом пытались прочувствовать, как собрать силу всего тела в единый узел, чтобы выпустить её взрывной волной в одной-единственной точке.
Прогресс не заставил себя ждать.
Движения Наруко на глазах становились более скоординированными; слепая мощь начала превращаться в силу, подкрепленную техникой, а на её личике всё чаще расцветала уверенность.
Успехи Саку были более сдержанными, но всесторонними: мастерство базового тайдзюцу росло стремительно, общие физические показатели неуклонно повышались, а тонкий контроль чакры с каждым днём становился всё более естественным.
Майто Гай больше не появлялся внезапно, но те его наставления стали искрой, из которой разгорелось пламя их упорного и теперь уже упорядоченного пути самосовершенствования.
Саку также приступил к реализации своего плана по поиску знаний.
В свободное время он, под предлогом любопытства или предлагая помощь по хозяйству, обходил общедоступные библиотеки Конохи, заглядывал в старые лавки и даже ошивался возле пунктов сбора утиля – порой там можно было отыскать выброшенные обрывки свитков или страницы из ветхих книг.
Процесс шел медленно, а находки были скудными, но благодаря навыкам поиска информации из прошлой жизни и безграничному терпению, а также крупицам знаний, всплывавшим в родовой памяти, ему удалось собрать по кусочкам основы теории запечатывающих фуин, сведения о свойствах проводящего чакру металла и азы принципов построения простейших барьеров.
В то же время его узы с Наруко крепли в повседневных заботах и совместном росте.
Девочка всё больше полагалась на него, спеша поделиться любой радостью, печалью или страхом.
Саку, хоть и оставался немногословным, всегда внимательно выслушивал её, давая краткие, но точные ответы или советы.
Они были похожи на два маленьких деревца, что, поддерживая друг друга, пробивались к свету сквозь узкую расщелину в скале.
…
【Субъект: Хосино Саку】
【Статус: истощение, задержка развития】
【Ключевые узы: Наруко (59/100)】
【Обычные узы: Хината (19/100), Майто Гай (9/100)】
【Бонусы: малый прирост восстановления жизненных сил, малый прирост контроля чакры, родословная Узумаки, Секретная Техника: Режущая Воздушная Волна, мастерство пяти стихий】
За эти годы он выполнил ещё два задания, получив секретную технику и мастерство пяти стихий. После этого уведомления о новых миссиях перестали появляться – Саку исполнилось уже пять лет, а список задач так и не обновился.
…
Заходящее солнце окрасило листву в перелеске на окраине Конохи в цвета расплавленного золота. На лесной полянке две маленькие фигурки с поразительной скоростью сшибались и расходились в стороны.
Глухие удары кулаков и стоп перемежались прерывистым дыханием.
Хосино Саку уклонился от резкого, но несколько суетливого прямого удара Наруко, мягким движением правой руки подцепил её локоть, уводя силу в сторону, и одновременно сделал легкую подсечку.
— Ой-ёй! — Вскрикнула Наруко, теряя равновесие. Она едва не полетела носом в траву, но в последний момент резко вытолкнула корпус, оперлась ладонью о землю и, исполнив не самый техничный, но быстрый кувырок назад, разорвала дистанцию. Поднявшись на ноги, она обиженно надула щеки.
— Саку! Так нечестно!
— В настоящем бою враг не будет полагаться на одну лишь грубую силу, — Саку выпрямился, принимая спокойную стойку. Дыхание его оставалось ровным, лишь на висках выступили мелкие капельки пота.
Он указал на плечо девочки:
— Когда ты шла на сближение, правое плечо поднялось слишком высоко – ты выдала свои намерения. К тому же чакра в руке распределилась неравномерно, из-за чего взрывная мощь удара упала на треть.
Наруко, услышав замечание, задумчиво посмотрела на свой кулак.
Она закрыла глаза, стараясь выровнять дыхание. На её теле на мгновение проступило бледно-золотистое сияние чакры – всё ещё неспокойное и хаотичное, но по сравнению с прежними неконтролируемыми всплесками это был огромный шаг вперед.
Огромная мощь Девятихвостого внутри неё дремала, подобно спящему вулкану, и сейчас девочка словно осторожно прокладывала отводные каналы у самого края жерла.
— Ещё раз! — Наруко открыла глаза, и в её лазурном взгляде вновь вспыхнул боевой азарт.
— Отдохни пять минут, — Саку покачал головой и направился к чистой речушке, протекавшей неподалеку. — Нужно попить и восстановиться. Закреплять ошибки в состоянии крайнего утомления – только вредить себе.
— Ну ладно… — Наруко на мгновение поникла, но тут же вприпрыжку последовала за ним. — Саку, а то движение, когда ты меня увел в сторону… Это ведь из того, о чем говорил дядя Густобровик? Я прямо почувствовала, как твоя чакра обвилась вокруг, словно вода!
— Всего лишь попытка применить его теорию на практике, — Саку присел у берега и зачерпнул пригоршню ледяной воды, чтобы умыться.
Холод мгновенно привел мысли в порядок.
В последние годы он не только тренировал тело, но и постоянно размышлял, как объединить концепции механики из прошлой жизни, методы тренировок из Системы и основы тайдзюцу, преподанные Гаем.
Это нельзя было назвать созданием новых техник – скорее более эффективным способом использования чакры и физической силы, основанном на глубоком понимании процессов. Тот прием против Наруко действительно опирался на смутные воспоминания о Мягком Кулаке или иных стилях, использующих силу противника против него самого с помощью тонких манипуляций чакрой.
Наруко тоже напилась, а затем повалилась на траву у берега, глядя на облака, подсвеченные багрянцем заката.
— Слушай, Саку… Как думаешь, если мы продолжим так тренироваться, станем мы по-настоящему крутыми, когда пойдем в Академию ниндзя?
— Определенно сильнее тех, кто не тренируется, — Саку ответил в своей обычной прагматичной манере. — Но в Академии будут учить системным вещам, да и противники будут самыми разными. Нужно сохранять спокойствие и продолжать копить силы.
— Угу! — Наруко энергично кивнула. Слову Саку она всегда верила безоговорочно.
В этот момент со стороны леса на другом берегу донесся едва уловимый свист, который невозможно было спутать ни с шелестом ветра, ни со стрекотом насекомых.
Свист – и следом четкие, ритмичные удары: тук! Тук-тук!
Это был звук сюрикенов, впивающихся в древесину – точный, уверенный и сильный.
Саку и Наруко почти одновременно насторожились и сели, вглядываясь в противоположный берег.
Из чащи вышел мальчик примерно их возраста, возможно, чуть старше.
На нем была темно-синяя футболка с высоким воротником, на спине которой красовался герб в форме веера. Короткие черные волосы, красивые черты лица, но совершенно лишенное эмоций выражение. Его темные глаза светились спокойствием, в котором сквозила не по годам взрослая холодность… и едва заметная тень усталости и напряжения.
Учиха Саске.
Саку узнал его мгновенно.
В это время клан Учиха ещё не был уничтожен, но пропасть между клановым кварталом и деревней уже углублялась. Тяжесть ожиданий отца, Фугаку, и удушающее совершенство брата, Итачи… всё это, должно быть, уже лежало тяжким грузом на сердце этого не по годам развитого ребенка.
Он пришел сюда тренироваться с сюрикенами, возможно, в поисках мимолетного покоя или просто не желая оставаться в давящей атмосфере своего дома.
Саске тоже заметил Саку и Наруко.
Сначала его взгляд упал на яркие золотистые волосы девочки и странные отметины на её щеках; брови мальчика едва заметно дрогнули.
Но когда он посмотрел на Саку, в его глазах появилось нечто вроде оценки.
Саку был одет просто и даже бедно, но держался прямо, взгляд его был безмятежным, а то, как быстро и четко он вскочил при звуке сюрикенов, выдавало в нем кого угодно, только не обычного ребенка.
Саске не проронил ни слова. Он молча отошел к другому участку берега, достал из сумки для снаряжения ниндзя новые сюрикены и продолжил тренировку, целясь в свеженарисованную мишень на дереве.
Его движения были эталонными, кисть работала безупречно, а в каждом броске чувствовалась выверенная, холодная точность.
Наруко, которой стал неприятен этот изучающий взгляд, невольно придвинулась ближе к Саку и тихо пробурчала:
— Опять этот взгляд…
Саку похлопал её по плечу, давая понять, что не стоит обращать внимания.
Сам же он сосредоточился на технике бросков Саске.
Искусство владения метательным оружием клана Учиха славилось на весь мир шиноби, и даже у маленького Саске база была поразительно крепкой.
Механика движения, расчет углов и даже едва заметная корректировка траектории сюрикена с помощью чакры – за всем этим стоило наблюдать и учиться.
Спустя некоторое время Саку отвел взгляд и сказал Наруко:
— Отдых окончен, продолжаем. Сегодня добавим упражнения на реакцию. Я буду отвлекать тебя с помощью Техники Клонирования, а ты постарайся уклониться и при этом попасть по моему настоящему телу.
Откуда он это умел? Во время одной из тренировок к ним заглянул Третий Хокаге (конечно же, «случайно»).
Старик похвалил их успехи в тайдзюцу и сказал, что пора бы начать развивать чакру, после чего показал основы её накопления и обучил базовой Технике Трех Тел.
Наруко в этом деле, мягко говоря, не блистала, а вот Хосино Саку оказался на редкость одаренным и схватывал всё на лету.
Наруко тут же оживилась:
— Давай! В этот раз я точно не ошибусь!
Саку сложил простую печать, пробуждая чакру.
Энергия послушно отозвалась, и рядом с ним возникли два полупрозрачных, слегка подрагивающих фантомных клона.
Сам он чуть пригнулся, смещая центр тяжести.
— Начали!
Настоящий Саку и два его клона одновременно сорвались с места, заходя на Наруко треугольником. Они двигались намеренно медленно, но по непредсказуемым траекториям.
Девочка широко раскрыла глаза, пытаясь уловить разницу в чакре – Саку специально сделал колебания клонов более явными и хаотичными. Она крепко сжала кулачки.
Берег наполнился топотом Наруко, свистом воздуха от её ударов в пустоту и негромкими хлопками развеивающихся клонов.
На другом берегу Саске незаметно замедлил свои броски.
Боковым зрением он внимательно следил за их тренировкой.
Эта девчонка с повадками лисицы двигалась неуклюже, но её сила и скорость были на удивление высоки, особенно этот её неистовый напор…
А черноволосый парень… Его клоны были примитивны до смешного, а контроль чакры казался посредственным, но то, как он тактически выстраивал бой и хладнокровно направлял напарницу… Да и запас чакры у него, похоже, был куда больше, чем казалось на первый взгляд?
В душе Саске зашевелилось смутное чувство соперничества.
Он – гений клана Учиха, сын своего отца и брат своего брата. Он обязан быть лучшим. Любой сверстник, проявляющий хоть какие-то способности, мгновенно попадал в поле его внимания для сравнения.
Наконец, в одном из выпадов Наруко сумела распознать более плотную и стабильную чакру настоящего Саку. Издав боевой клич, она обрушила кулак, за которым тянулся едва заметный воздушный след от приложенной силы, прямо ему в грудь.
Саку не стал уклоняться. Он выбросил правую руку навстречу, готовясь перехватить её запястье и снова использовать прием перенаправления силы.
Однако в тот самый миг, когда они должны были соприкоснуться…
Свист!
Сюрикен, пущенный под невероятно острым углом с того берега, пролетел между ними и ударил в выступающий из земли камень!
Дзынь!
Сноп искр – и камень, выбитый точным попаданием, отрикошетил прямо в лицо Наруко! Всё произошло слишком внезапно; девочка была полностью сосредоточена на атаке и не успевала среагировать.
Взгляд Саку стал ледяным. Рука, тянувшаяся к запястью Наруко, мгновенно сменила направление, пальцы раскрылись, и чакра хлынула наружу.
— Воздушный Выброс!
Это не была полноценная техника, лишь судорожный выброс чакры ветра, создавший мощный поток сжатого воздуха.
На данный момент это было самым быстрым и взрывным приемом в его арсенале.
Гулкий хлопок!
Невидимая ударная волна сорвалась с ладони Саку и, опередив летящий осколок, врезалась в него.
Щелк! Камень разлетелся в пыль прямо в воздухе.
Из-за резкой смены движения и отдачи Саку покачнулся, его захват сорвался, и он потерял равновесие.
Наруко не успела затормозить, её кулак вскользь задел плечо Саку. Они едва не столкнулись лбами и лишь чудом удержались на ногах.
На берегу воцарилась тишина.
Наруко в ужасе смотрела на серую пыль, осевшую на землю, а затем в ярости обернулась к другому берегу.
Саске уже стоял к ним лицом, бесстрастно наблюдая за результатом. В его пальцах был зажат еще один сюрикен.
— Ты что творишь?! — Закричала Наруко, придя в себя. Хоть в неё и не попали, она не на шутку испугалась, и было очевидно, что это не случайность!
Саске проигнорировал её гнев. Его взгляд был прикован к Саку, и в этих черных глазах впервые отразились явные эмоции: удивление, любопытство и еще более острое желание соревноваться.
— Стихия Ветра? Без печатей? Или сокращенные? — Голос Саске был холодным и полным сомнения.
Как обычный сирота-простолюдин мог использовать технику ветра такого уровня?
Пусть она была слабой, но сама мгновенность активации и контроль…
Саку выровнял сбившееся дыхание и успокоил чакру. Он заслонил собой Наруко, которая уже собиралась что-то выкрикнуть, и спокойно посмотрел на Саске:
— Это всего лишь жалкая уловка, ей не сравниться с филигранным мастерством сюрикендзюцу клана Учиха. Однако, — его тон остался ровным, но в словах просквозил металл, — мешать чужим тренировкам и рисковать нанести травму – не самое достойное поведение для ниндзя, не так ли, «гений» из дома Учиха?
Он намеренно выделил слово «гений», произнеся его чуть медленнее – невозможно было понять, насмешка это или признание заслуг.
Лицо Саске помрачнело.
Реакция противника оказалась неожиданной. Тот не запаниковал, не сорвался на крик, а холодно указал на его проступок, при этом глядя на него… как на равного?
— Если во время тренировки вы не способны следить за тем, что происходит вокруг, то сами виноваты, что вас застали врасплох.
Саске вздернул подбородок с характерной для своего клана гордостью:
— К тому же я просто проверял вашу реакцию. Похоже, со скоростью у вас терпимо, но вот умение справляться с внезапной атакой – никуда не годится.
Он скользнул взглядом по Наруко, не скрывая пренебрежения:
— Особенно ты. Только и умеешь, что нестись напролом, открываясь для любого удара.
— Ах ты…!
Лицо Наруко вспыхнуло от ярости. Чакра Девятихвостого внутри неё отозвалась на гнев, золотистые пряди волос едва заметно приподнялись, словно от ветра.
Саку положил руку ей на плечо, направляя мягкую, успокаивающую энергию своей крови Узумаки, чтобы унять её гнев.
Он посмотрел на Саске и внезапно спросил:
— Хочешь сразиться?
Это не было вызовом, скорее простым уточнением.
Саске прищурился, крепче сжимая сюрикен:
— Именно об этом я и думал. Давай посмотрим, чего на самом деле стоит простолюдин, знающий пару фокусов.
Он полностью игнорировал Наруко, явно считая Саку единственным достойным противником.
— Саку! Дай я проучу этого задаваку! — Не унималась девочка.
— В этот раз я сам, — Саку покачал головой. Он чувствовал, что Саске нацелился именно на него.
К тому же ему и самому хотелось проверить, на что способен гений Учиха в этот период. Это не было враждой – скорее естественным столкновением двух сильных натур.
— Правила? — Спросил Саку.
— До признания поражения или потери способности продолжать бой.
Саске был лаконичен:
— Можно использовать оружие, тайдзюцу и ниндзюцу. Не бить насмерть.
Он добавил последнее условие скорее из гордости – Учиха не пристало опускаться до убийства в такой дуэли.
— Согласен.
Саку жестом попросил Наруко отойти на безопасное расстояние, а сам вышел на открытую песчаную отмель у реки.
Саске последовал его примеру. Они встали друг напротив друга в десяти метрах.
Закат удлинил их тени, вода журчала по камням, а лесные птицы, словно почуяв сгустившееся напряжение, разом замолкли.
Наруко сжала кулаки, не сводя глаз с поля боя. Она знала, что Саку силен, но этот черноволосый мальчишка выглядел очень опасным.
Саске атаковал первым!
Он не стал складывать печати. Резким движением кисти он выпустил три сюрикена веером, перекрывая Саку все пути отхода. Скорость броска была несравнимо выше той, что он показывал на тренировке!
Зрачки Саку сузились. Не пытаясь принять удар на себя, он резко оттолкнулся, уходя в скольжении назад и вбок. Одновременно его правая рука метнулась к поясу – ловкое движение создало иллюзию, будто он достал кунай из воздуха, хотя тот всё время был спрятан в рукаве.
Два звонких удара – кунай отбил снаряды, летевшие в корпус, а от третьего Саку едва успел увернуться.
Но Саске не давал ему продыху.
Сюрикены были лишь прикрытием; сам он уже несся вперед, подобно охотящемуся леопарду!
Закаленное тело и база, заложенная Гаем, позволили Саку среагировать вовремя.
Он скрестил руки перед грудью, принимая на себя мощный удар ногой.
Бам!
Сила была внушительной!
Саку отбросило назад на несколько метров, руки онемели, а в груди сперло дыхание.
Тренировки клана Учиха действительно оправдывали свою славу.
Саске, не теряя преимущества, обрушил на него град ударов. Его движения были молниеносными и точными, в них уже угадывался стиль Шарингана – умение предугадывать действия врага (хотя додзюцу еще не пробудилось, зоркость его была феноменальной).
Саку ушел в глухую оборону. Опираясь на крепкую базу тайдзюцу, развитую физическую силу и изредка применяя микро-выплески чакры для смягчения ударов, он с трудом блокировал и уклонялся.
Но преимущество было на стороне Саске – его атаки были быстрее, жестче и слаженнее.
— Саку! Ну же, поднажми! — Наруко места себе не находила от волнения.
Саку пропустил несколько чувствительных ударов, тело отозвалось болью, но взгляд его оставался кристально чистым.
Он наблюдал. Он учился. Как Учиха вкладывают силу, как строят ритм, как связывают удары с последующими техниками…
Отбив очередной удар локтем, Саку внезапно отказался от защиты. Подставив левое плечо под удар ладонью, он резко выбросил правую руку, сложив пальцы «ножом». На кончиках пальцев скопилась сжатая чакра ветра, и Саку нанес колющий удар прямо в открытый бок Саске!
Это было применение принципа «Режущей Воздушной Волны» в ближнем бою – концентрация давления воздуха на кончиках пальцев превращала их в невидимый клинок.
Саске не ожидал такой самоубийственной контратаки. Острая боль в боку и ощущение разрезающего кожу воздуха заставили его вскрикнуть и отшатнуться, прерывая серию атак.
Саку воспользовался моментом, чтобы разорвать дистанцию. На губах его выступила кровь, левое плечо горело огнем, но ему удалось перехватить инициативу.
Саске коснулся бока: ткань футболки была прорезана, на коже осталась неглубокая рана.
Его лицо окончательно заледенело.
Его, элиту клана, ранил какой-то оборванец? Пусть даже это была лишь царапина.
— Очень хорошо.
Голос Саске стал еще холоднее. Его руки замелькали в печатях, чакра вокруг него пришла в неистовство.
Саку напрягся, понимая, что теперь начнется настоящий бой.
Он глубоко вздохнул, подавляя боль; огромная чакра Узумаки и врожденная регенерация начали свою работу. Он медленно поднял руки: одну сжал, словно ловя ветер, а другую прижал к земле, взывая к стихии земли…
Схватка была готова вспыхнуть с новой силой, атмосфера накалилась до предела.
Пальцы Саске завершили последнюю печать: Змея – Овца – Обезьяна – Кабан – Лошадь – Тигр!
— Стихия Огня: Техника Великого Огненного Шара!
— На этом закончим.
Спокойный, низкий голос, обладавший неоспоримой властью, прозвучал словно ледяной душ, гася пламя готовой разразиться битвы.
Руки Саске замерли в последней печати, скопленная чакра мгновенно дестабилизировалась, и жар, уже готовый вырваться из горла, пришлось проглотить обратно, отчего мальчик закашлялся.
На его лице проступил неестественный румянец – смесь шока, досады и привычного, неосознанного напряжения.
Сердце Хосино Саку тоже пропустило удар. Он мгновенно отдернул руку от земли, его предельно сконцентрированный разум словно проткнули иголкой, и чакра ветра и земли тут же утихла.
Оставаясь на одном колене, он резко вскинул голову, глядя на источник звука.
В тени раскидистого дерева на берегу, словно соткавшись из воздуха, стоял человек.
Высокий, стройный, в стандартном сером жилете Анбу Конохи и черном боевом костюме. Лицо скрывала маска животного с красным узором – кажется, лиса, – из-под которой смотрели темные, спокойные глаза, способные, казалось, поглотить любой свет.
Он непринужденно прислонился к стволу, но за этой расслабленностью чувствовалась мощь сжатой пружины, готовой в любой миг нанести сокрушительный удар.
Учиха Итачи.
Дыхание Саку на мгновение замерло.
Даже через маску, даже просто стоя на месте, этот человек излучал невероятную ауру.
Вот он – уровень капитана Анбу. Настоящий гений клана Учиха. Тот самый, чьи руки вскоре будут омыты кровью соплеменников… будущий Акацуки, носитель кольца «Сю».
— Брат… Итачи?
Голос Саске дрогнул от неуверенности и обиды за прерванный бой, но в нем слышалась и привычная робость перед старшим братом.
Взгляд Итачи сквозь прорези маски на секунду задержался на Саске. В этом взгляде не было ни капли осуждения, но Саске невольно выпрямился.
Казалось, брат видит его насквозь – и это тщеславное желание превзойти всех, и его гнев после контратаки Саку.
Затем Итачи перевел взгляд на Саку.
— Прошу прощения, мой брат доставил вам беспокойство.
— Самовольно вступать в опасные поединки с товарищами по деревне и пытаться применить технику ранга «C»… — голос Итачи оставался бесстрастным, но Саске заметно побледнел. — Саске, чему учили тебя отец и правила клана?
Саске закусил губу, его пальцы побелели от напряжения. Он упрямо возразил:
— Он сам меня спровоцировал! И это была просто тренировка…
— Извинись.
Саске, казалось, хотел что-то добавить.
— Извинись!
— Простите! — Процедил Саске сквозь зубы и, не оборачиваясь, бросился прочь.
Итачи исчез так же внезапно, как и появился.
— Ну и грубияны эти Учиха! Саку, ты как? Плечо сильно болит?
Наруко осторожно подошла к нему, с тревогой глядя на его бледное лицо и неестественно опущенное левое плечо. Она мигом забыла и про злость на Саске, и про страх перед Итачи.
— Жить буду. Болит, конечно, но дома подлечусь, — Саку покачал головой и попробовал пошевелить рукой. Боль отозвалась резкой вспышкой, но кости, кажется, были целы – скорее всего, сильный ушиб мышц и каналов чакры.
Живительная сила крови Узумаки уже начала действовать, разливаясь приятным теплом в месте травмы.
На обратном пути.
— Саку.
Наруко вдруг потянула его за край одежды. Она подняла на него свое личико, и в её лазурных глазах читалась твердая решимость:
— Я обязательно стану сильнее! В следующий раз, когда мы встретим этого заносчивого Саске или кого-то еще, я смогу защитить и тебя, и себя!
Глядя в эти чистые, пылающие решимостью глаза, Саку почувствовал, как мрак и давление, вызванные появлением Итачи, немного отступают.
Он протянул руку и взъерошил её непослушные золотистые волосы – этот жест стал для него уже привычным.
— Верю. Мы станем сильнее. Вместе.
Ночь окончательно вступила в свои права, впереди мерцали огни Конохи. Две маленькие фигурки, прижавшись друг к другу, вошли в этот теплый круг света.
Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!
http://erolate.org/book/132/19976
Готово:
