Я предстал перед Юриэль.
Она во все глаза уставилась на меня, возникшего столь внезапно.
— Граф... Юлиан?..
И её взгляд был направлен вовсе не на моё лицо, а куда ниже.
Естественно, там, гордо задрав голову к небу, высился свирепый нефритовый дракон.
Сам я в данный момент тоже был абсолютно наг.
«Обычный кошмар материализуется, проецируя желания сновидца. Выходит, это Юриэль раздела меня догола».
Это было чистым отражением её тайных помыслов, которые я подглядел чуть раньше. Возможно, внушённый мною морок сыграл немалую роль, но в глубине души она наверняка питала к Юлиану скрытую слабость.
А хозяин сновидения в глубинах подсознания всегда без колебаний следует за тем, чего жаждет.
— Граф... Граф Юлиан... Не сравнимый с уродцами... из Ордена Белой Ночи... прекрасный, как цветок... граф...
Юриэль медленно приближалась ко мне. В её голосе не осталось и следа от привычного сухого, колкого тона.
Сладострастный, сдавленный шепот и этот затуманенный взгляд разительно отличались от образа женщины-рыцаря, которую я знал.
Подойдя вплотную, она опустилась на колени прямо на каменный пол тренировочной площадки.
— Воистину прекрасен... Благородный святой меч... дома Райнхардт...
Словно рыцарь, несущий миссию сокрушить Владыку Демонов и взирающий на вонзённый в камень священный клинок.
Юриэль смотрела снизу вверх на мой член с выражением благоговения, сквозь которое пробивалась неистовая жажда.
В паре её драгоценных карих глаз плясал незнакомый огонь. От привычной резкости не осталось и следа — только влажная поволока.
«И это безумное создание — действительно Юриэль?»
Наконец она обхватила пальцами рукоять святого меча — нет, обняла ладонью мой раскалённый плотский стержень.
— Сокровище, выкованное святой Агнес... Большой... прекрасный святой меч... Его нужно начистить до блеска...
Юриэль обильно смочила язычок слюной и принялась щедро покрывать мой член влагой.
— Чмок... члюп... лизь... лизь...
Крайне тщательно, не пропуская ни единой складки. Юриэль и впрямь принялась начищать мой стержень, мой плотский клинок.
Словно прославленный рыцарь, не позволяющий себе ни секунды небрежности в уходе за личным оружием.
Начиная от головки и спускаясь до самого основания, она полировала его стежок за стежком, сантиметр за сантиметром.
«Какое усердие... От этого только приятнее».
В обычной жизни Юриэль держала Юлиана за придорожную букашку или серый булыжник под ногами. И вот теперь она буквально повисла на моём стволе.
Разумеется, это была лишь иллюзия из сна, лишенная подлинной жизни, но чувства превосходства и триумфа она дарила более чем достаточно.
Перед глазами мягко колыхались рыжевато-каштановые волосы — гордость женщины-рыцаря, всегда собранные с безупречной строгостью.
Обычно один лишь вид этих шелковистых прядей радовал глаз.
Теперь же, с каждым движением её языка, эти локоны путались вокруг моего ствола, приятно щекоча и распаляя кожу.
«Пусть это всего лишь сон... но ведь у неё никогда не было подобного опыта... Откуда такая сноровка? Рыцари от природы так умело владеют собственным телом?»
То, что Юриэль была невинна, читалось в каждом её повседневном жесте.
Женщина, посвятившая всю жизнь без остатка одному лишь клинку, попросту не могла обучиться трюкам, достойным куртизанок из элитных борделей.
Она и вправду принимала моё достоинство за священную реликвию святой Агнес. Иначе столь фанатичное рвение было не объяснить.
В отличие от ласк Эйрин, это был минет, сосредоточенный исключительно на самом члене. Из-за её одержимости я мог полностью сконцентрироваться на неизведанном доселе, концентрированном удовольствии.
Вакуумный минет продолжался долго. Казалось, всё моё тело мелко дрожит от наслаждения, которое дарил её влажный ротик.
— Хлюп... всос...
Затем Юриэль опустила лицо ещё ниже и принялась осыпать ласками и втягивать в рот мои яички.
«Эй, это уже не святой меч».
Однако Юриэль продолжала умело орудовать языком, не причиняя ни малейшей боли. Это ощущалось совсем иначе, чем ласка самого ствола.
По телу пробежала дрожь, обжигающий зуд заставил удовольствие взметнуться к новому пику.
— Чмок... члюп-члюп...
Затем её губы вновь поднялись по стволу вверх. Наполнив рот горячей слюной, Юриэль снова плотно обхватила мой стержень.
Глубокие вакуумные толчки возобновились.
— Всос... члюп...
Любая другая на её месте давно бы задохнулась, но благодаря рыцарской выносливости Юриэль без устали выжимала силу всасывания на максимум.
Этот плотный захват мог потягаться даже с давлением вагины Эйрин. Я осознал, что долго не продержусь.
«Кажется, будто мой член целиком затягивает в её горло...»
Чувство приближающегося финала мгновенно достигло предела.
Брызг-брызг-брызг...
Точно рассчитав момент семяизвержения, Юриэль выпустила ствол изо рта. Я щедро залил белыми густыми струями её лицо и рассыпавшиеся волосы.
— Ха-а... ха-а... ха-а...
Запятнанное семенем лицо Юриэль выглядело невероятно порочно. Она жадно глотала воздух, который сдерживала всё это время.
Словно опьяненная густым мускусным запахом, Юриэль ещё долго не могла унять прерывистое дыхание.
---
Следующее утро. Стоило мне открыть глаза, как воспоминания о прошлой ночи встали перед мысленным взором столь отчетливо, что их трудно было назвать сном.
В её сновидении я был суккубом. А значит, для меня это был не просто морок, а абсолютно реальный опыт.
Поэтому ночные события сохранились в памяти до мельчайших деталей.
— Надо же. Выдоила досуха, а я чувствую себя на редкость свежим.
Кошмар — это демон, поглощающий страсти и жизненные соки хозяина сна. Вобрав их без остатка, я лишь укрепил свои силы, так что прекрасное самочувствие было закономерным.
---
«Жизнь в качестве наследника Владыки Демонов»
* Дни наслаждения с Юриэль Кляйн (A).
: Вы пробудили глубокие плотские желания очаровательной представительницы противоположного пола. Удовлетворительное семяизвержение восполнит ваш жизненный тонус.
* Полученная награда:
+25 GP / 75 MP
---
Даже награда капнула.
Вкусив моё семя единожды, Юриэль из сна уже не смогла остановиться.
Одной рукой она яростно мастурбировала собственным двуручным мечом, а второй рукой и ртом продолжала безостановочно ласкать мой стержень.
Истинная рыцарская выносливость и страсть. Я кончил ещё трижды подряд. В итоге и наслаждение получил, и награду забрал — полный восторг.
— Любопытно... сколько из этого сна вспомнит сама Юриэль?
В отличие от меня, для неё это было всего лишь ночным видением. Но сновидением куда более откровенным, чем всё, что она видела прежде.
Уверен, утром её простыни были насквозь мокрыми.
Стереть подобный сон из памяти за пару часов невозможно. Эти воспоминания сослужат отличную службу во время сегодняшней стимуляции маны.
Накинув один лишь банный халат, я направился в купальни поместья маркграфа. На севере, в землях Эссенмунда, горячие источники под открытым небом не были редкостью.
В резиденции маркграфа тоже имелась просторная купальня, куда была подведена эта термальная вода. Её масштабы впечатляли: там легко разместились бы несколько десятков человек.
У дальней стены виднелось ложе, подготовленное для стимуляции. Похоже, слуги уже всё закончили.
Рядом с ложем уже стояла Юриэль. Её наряд разительно отличался от вчерашнего тренировочного облачения.
Облегающий топ, напоминающий спортивный лиф, и обтягивающие штаны вроде лосин.
Ткань и покрой отличались от современной синтетики, но силуэт был практически идентичным.
«Для Юриэль подобный наряд — предел допустимого компромисса».
В идеале для стимуляции маны следовало остаться в одном белье, но рыцарская гордость Юриэль ни за что бы этого не позволила.
— Вы пришли, граф.
— Доброе утро, сэр Юриэль.
В купальне больше никого не было. Стимуляция маны требовала предельной точности.
Присутствие посторонних могло вызвать легчайшие колебания эфира, поэтому слугам строго запрещалось сюда входить.
Я украдкой окинул взглядом лицо Юриэль. Привычная маска холодности и отрешенности.
Однако за ней мне удалось разглядеть тень глубокой усталости и легкое замешательство.
— Прошу прощения, что заставил явиться в такую рань.
— Раннее утро наиболее эффективно для циркуляции маны. Вам не за что извиняться.
— И то верно. Как спалось прошлой ночью?
В ответ Юриэль повела себя совсем не так, как обычно.
— Спа... спалось? Да! Прекрасно спалось. Покои, предоставленные Его Светлостью маркграфом, весьма уютны.
Она никогда не отличалась многословием, а тут вдруг пустилась в длинные объяснения. К тому же Юриэль всегда смотрела собеседнику прямо в глаза.
Для гордого рыцаря Белой Ночи отводить взор было неслыханным делом. Особенно при разговоре со мной — в её взгляде всегда сквозил вызов.
Но сейчас всё было иначе. Держа голову прямо, она упорно избегала зрительного контакта.
В этот миг мне нестерпимо захотелось её поддразнить.
— Вот как, уютны? Отрадно слышать это молодому наследнику дома. В столь роскошных покоях, должно быть, спится крепко, без единого сновидения. Я прав?
— Что? Д-да... совершенно верно. Прошлой ночью я спала без сновидений, очень крепко.
Запинается. Без сомнений, прокручивает в голове ночной кошмар. Воспоминания для неё всё ещё слишком свежи.
— А вот мне прошлой ночью приснился прелюбопытный сон. И надо же такому случиться — сэр Юриэль тоже там присутствовала.
— Я?..
— Да. Дело происходило прямо на тренировочной площадке.
— Т-тренировочной?..
При этом слове Юриэль заметно вздрогнула. Ничего удивительного, ведь ареной её порочного сна была именно тренировочная площадка.
— Отчего вы так поражены, сэр Юриэль? Тренировочная арена — вовсе не странное место. Его Светлость лично обустроил её для меня и гостей поместья. Или же вам там не по душе?
— Вовсе нет! Просто... раз уж вы упомянули площадку... я подумала, что же это мог быть за сон...
— А что особенного может привидеться на плацу? Вчера мы встретились именно там, так что нет ничего странного в том, что вы явились мне ночью.
Юриэль поспешно и часто закивала:
— Д-действительно. Мы ведь виделись вчера.
— И в том сне мы усердно отрабатывали фехтование. Хоть я и произвожу беспечное впечатление, но к предстоящему смотру войск отношусь со всей серьезностью. Вот искусный рыцарь вроде вас и пришла ко мне на помощь во сне. Только и всего. Разве это странный сон?
— Нет! Совершенно обычный сон.
Я заметил, как вспыхнули её щеки. Рановато она смущается. Во время стимуляции маны поводов для стыда будет куда больше.
— Что ж, довольно пустых разговоров. Сегодняшняя стимуляция крайне важна для меня.
— Да, граф.
С этими словами я сбросил банный халат. Я остался в одних трусах. На миг Юриэль дернулась, но я сделал вид, что ничего не заметил.
— Тогда я ложусь. Рассчитываю на вас, сэр Юриэль.
— Слушаюсь. Прошу, следуйте моим указаниям.
— Договорились.
Я поднялся на ложе и ровно вытянулся на спине. Юриэль встала сбоку.
Всё это смахивало на обычный массаж. В сущности, так оно и было — стимуляция являлась своего рода массажем при помощи магической энергии.
Спустя секунду Юриэль опустила ладонь мне на грудь.
---
Юриэль никак не могла унять смятение в душе.
«Успокойся, Юриэль. Это всего лишь стимуляция маны».
Теплый, влажный пар наполнял купальню. В углу высилось ложе.
На нем полуголый граф Юлиан, а её ладонь касается его кожи.
В тот миг, когда её пальцы коснулись тела графа, Юриэль едва не отпрянула всем телом. Лишь нежелание показывать слабость перед этим человеком заставило её сдержаться из последних сил.
«И надо же было мне увидеть ночью столь непотребный сон...»
Первый в её жизни развратный кошмар, повергший разум в шок. С момента пробуждения прошло немало времени, и наваждению следовало бы раствориться без следа.
Но стоило ей увидеть лицо графа, как образы прошлой ночи воскресли в памяти с пугающей четкостью.
«Нельзя... Спокойно. Это просто передача маны. Даже этот похотливый граф ведет себя тихо, я не имею права выдать себя».
Юриэль осторожно направила ману в ладонь, прижатую к груди графа.
Так начиналась любая стимуляция. В человеческом теле мана всегда ощущается и скапливается в районе груди.
Поэтому, намеренно направляя чужую ману к области сердца, ученику давали почувствовать её природу и стимулировали собственный источник.
— Вы что-нибудь чувствуете, граф?
— Хм... Пока не особо понимаю.
— Сразу ничего не выйдет. Расслабьте тело. Судя по всему, пробудить вашу ману не так-то просто. Придется задействовать всё тело.
Юриэль медленно повела сложенными ладонями вниз. От груди к нижней части живота. Затем к рукам и ногам.
Какое-то время продолжались непрерывные прикосновения. К счастью, худшие опасения Юриэль не оправдались.
Старшая воительница рассказывала... что этот негодяй в подобной ситуации немедля распускает руки.
«Но сейчас атмосфера совсем иная. Да и ведет он себя на удивление покладисто, совсем не как тот распутный граф».
Скорее уж она сама обращала на него непозволительно много внимания. Подумаешь — простое касание ладоней к голой коже.
Но почему-то тело наливалось странным, тягучим жаром.
«Это всё горячий пар купальни... только из-за него...»
Однако вместе с жаром в голове вновь всплывали картины сна. Ощущения на губах... и томительное чувство в сокровенном месте между ног, не отпускавшее до сих пор.
Там становилось всё более влажно... Впрочем, возможно, это просто испарина от духоты в помещении.
И в этот момент ладонь, рассеянно оглаживавшая низ живота графа, на что-то наткнулась. Юриэль опустила взгляд.
«Это ещё что такое?!»
Под тканью штанов высился огромный холм. В паху графа был разбит самый настоящий походный шатер.
Юриэль мгновенно вспомнила, что скрывалось под этой тканью. То самое, что прошлой ночью она без устали сжимала своими губами...
— Ха-а... ха-а...
Дыхание против воли стало частым и сбивчивым. В этот миг граф подал голос:
— Что с вами, сэр Юриэль?
http://erolate.org/book/1402/178425
Готово:
