Вера – штука тонкая, с ней нельзя обращаться легкомысленно.
Первый Морской Бог обрел свой статус благодаря вере морских духовных зверей.
Первый Бог Ангелов в одиночку положил конец эпохе, когда злые духовные мастера терзали континент, и благодаря этому стал воплощением Света, Святости и Суда.
Сюй Цинцзя помнил концепцию из западного романа в своей прошлой жизни: каким люди представляют бога в своих сердцах, таким этот бог и становится.
В создании божественного престола через веру во Вселенной Доуло было нечто схожее. Примером тому служили Первые боги – Морской и Ангелов.
Но и пускать всё на самотёк было нельзя.
К примеру, если верующие вообразят, что их божество обладает мощью сотворения мира, знают ли они сами, как выглядит сотворение? Как протекает процесс создания мироздания?
Если следовать за их фантазиями, божество станет лишь воздушным замком, красивой, но пустой оболочкой.
Конечно, бог мог сначала сотворить мир, а уже потом обрести верующих.
Пусть последователи не знают тайн созидания, но они знают, что их бог совершил этот подвиг, и воспевают его деяния.
Сюй Цинцзя выбрал именно такой путь.
В отличие от Первого Морского Бога или Бога Ангелов, у Цинцзя уже был прообраз престола. Он обладал «семенем божественности» – статусом Небесного Владыки Мёртвых, а вместе с ним и владычеством над жизнью, смертью, судом и Кругом Перерождений.
Другие шли от причины к следствию.
Он же обращал следствие в причину.
Это гарантировало, что его власть не «исказится», ведь она уже имела четко заданную форму.
Стать поп-идолом – быстрый способ собрать веру, но нельзя «скармливать» себе какую попало силу веры.
Это всё равно что кормить травоядного мясом, а хищника – фруктами. Проблемы будут неизбежны.
Сюй Цинцзя какое-то время обсуждал это с родителями.
Сначала говорил в основном он.
Затем Сюй Е и Шэнь Си предложили несколько проработанных планов.
Если не брать в расчет преимущество перерождения и Книгу Жизни и Смерти, Цинцзя по части житейского опыта и мудрости и близко не стоял рядом с родителями. Сюй Е и Шэнь Си прожили сотню лет и находились на самой вершине такого гиганта, как Федерация Солнца и Луны.
Незаметно пролетел час.
— Остановимся на этом? — спросил мальчик.
— Угу.
— Хорошо. — Шэнь Си с нежностью погладила любимого сына по голове. — Мама еще немного доработает этот план, чтобы для моего Цинцзя всё было устроено по высшему разряду.
Захоти кто-то обычный проповедовать в Федерации Солнца и Луны – его бы мигом упекли за решетку как злого духовного мастера.
Даже влиятельным семьям из мегаполисов не удалось бы избежать порки со стороны Федерации, а то и полного уничтожения рода.
Но для рода Сюй это хоть и было делом серьезным, но вполне осуществимым.
Обмен интересами, политические интриги, подбор людей, стартовый капитал, последствия проповедей, реакция других кланов, прощупывание почвы и прочая неразбериха – Сюй Цинцзя не нужно было беспокоиться ни о чем из этого.
Всё, что от него требовалось под защитой родителей, – это есть и пить самое лучшее, пользоваться ресурсами, доступными лишь верхушке Федерации, и спокойно тренироваться.
А когда он достигнет успехов в самосовершенствовании – принять дела и расширять влияние веры.
— Угу.
В этом и заключалась мощь великого рода!
По сравнению с какими-нибудь затворническими кланами, полными сильных мастеров, род Сюй в плане связей в Федерации обходил их на десятки миль.
— Насчет духовного спутника, — Сюй Е перешел к другой теме. — Есть какие-нибудь мысли?
— Есть ли духовные спутники с атрибутом смерти? Что-то вроде призраков или теней умерших?
— Не уверен, — Сюй Е слегка покачал головой.
— Тогда я сначала поглощу духовную кость, — сказал Сюй Цинцзя. — А завтра заглянем в Пагоду Духов.
— Решено.
Сюй Е нужно было заняться делами рода, и он ушел.
Шэнь Си осталась, чтобы оберегать сына во время процесса. Хотя теоретически поглощение стотысячелетней духовной кости духовным учеником первого ранга не должно было вызвать проблем – ведь это не коварная ладонная кость Тёмно-золотого Медведя Ужасающего Когтя – в мире существовало понятие «материнская тревога». Как и «маме кажется, что тебе холодно».
Сюй Цинцзя сжал в руках стотысячелетнюю кость правой ноги русалки и сел на ковер, сшитый из шкуры десятитысячелетнего серебряного лунного волка-короля. Он запустил медленную циркуляцию духовной силы, используя метод медитации, передававшийся в семье из поколения в поколение, направляя энергию кости в свое тело.
Мощная сила души даровала ему восприятие, намного превосходящее сверстников, и филигранный контроль над энергией. Огромный, но удивительно мягкий поток духовной силы хлынул в его тело, разливаясь по крепким и широким меридианам, включаясь в общий круговорот.
В это же время несколько Слёз Русалки начали испускать странные ментальные вибрации. Через серебряную цепочку, служившую особым духовным инструментом, они медленно впитывались в душу Цинцзя.
Тонкая золотая нить на стотысячелетней кости, словно почувствовав что-то, тоже начала испускать необычные ментальные колебания, входя с ними в резонанс.
Шэнь Си сидела у огромного окна. Полуденное солнце заливало её ярким светом. Эта элегантная дама, преисполненная материнской любви, прихлебывала чай, не спуская глаз с сына и внимательно следя за его состоянием.
«Жаль, что эта русалка при жизни так и не смогла полностью пробудить Золотую родословную, несмотря на высокий уровень развития».
«Если бы удалось убить Морскую Принцессу, обладающую Золотой родословной, или её дочь, из них наверняка бы выпали лучшие в мире духовные кости и кольца ментального типа. Ходили слухи, что тот самый Доуло „Ледяной Дух“ заключил договор с другой дочерью Морской Принцессы, тоже обладавшей Золотой родословной».
Именно поэтому за той русалкой отправились сразу два Предельных Доуло в четырёхсловных боевых доспехах. Однако затея провалилась – не только из уважения к Доуло «Безбрежное Море» Чэнь Синьцзе, но и из-за того, что кланы не смогли поделить добычу.
Духовная кость головы, выпавшая из Морской Принцессы с её шестисоттысячелетним уровнем развития, стала бы величайшим артефактом ментального типа. Для любого рода она стала бы залогом того, что в каждом поколении будет появляться мастер с ментальной силой ступени духовного домена.
Любой клан, любая организация жаждали такого сокровища.
Это и называлось истинным наследием рода.
Тем временем в море сознания Сюй Цинцзя.
Золотистые потоки света бесшумно падали в бурлящие волны. Постепенно всё море сознания окрасилось в нежно-золотой цвет, обретая святость, не принадлежащую смертному миру. Вода стала гуще, а границы моря начали расширяться с видимой скоростью.
Над бушующими волнами застыла черно-золотая Книга Жизни и Смерти.
Солнце склонилось к закату, а затем и луна сменила его на небосводе.
Миновал день и две ночи.
Мальчик, неподвижно сидевший в зале, наконец пошевелился.
За время поглощения его фигура заметно вытянулась, будто прошел целый год. Черты лица стали острее и отчетливее, в них уже угадывалось будущее благородное величие.
Сюй Цинцзя открыл ясные черные глаза, в которых светилась радость. Он чувствовал небывалую мощь во всем теле – казалось, каждая клетка ликует, и он способен одним ударом заставить дракониху жалобно пищать.
Он встал, и когда спина распрямилась, его кости отозвались чередой глухих хлопков, похожих на праздничные петарды или рык тигра и дракона.
— Как ощущения? — Шэнь Си отложила книгу.
Цинцзя моргнул:
— Есть хочу.
Как только душа адаптировалась к возросшей силе, пришло чувство дикого голода. Кровь и энергия истощились, в теле была слабость – он держался лишь на улучшенных физических характеристиках.
Стотысячелетняя духовная кость дала колоссальный толчок, особенно в его возрасте, ускорив рост тела. Он не вымахал в два раза, но пару сантиметров точно прибавил.
А рост требовал энергии.
Кость дала много сил на перестройку организма, но при этом сожгла почти все внутренние резервы. Цинцзя еще не достиг той ступени, когда можно обходиться без еды, превращая духовную силу напрямую в жизненную энергию.
Шэнь Си, следившая за изменениями в теле сына, была к этому готова.
Двери зала распахнулись, и стайка юных симпатичных горничных внесла подносы с дымящимися блюдами.
Еда.
Омовение и смена одежды.
Утренние лучи пробивались сквозь окно спальни.
Сюй Цинцзя в белой футболке и брюках стоял перед зеркалом, в котором отражался статный и благородный маленький мастер. Он изучал свои изменения: в черных глазах отражались даже мельчайшие пылинки в воздухе, до слуха долетал шум воды – это горничные поливали цветы в саду. Он спрятал кулон Слёзы Русалки под одежду и удовлетворенно кивнул.
И дух, и тело чувствовали себя великолепно.
Цинцзя вышел в гостиную, где его уже ждала мать.
— Какой второй духовный навык? — с любопытством спросила Шэнь Си.
— Русалочий дуэт. — В глазах Цинцзя вспыхнула радость. — Он удваивает эффект всех моих ментальных духовных навыков.
Показатели продолжали расти!
Шэнь Си слегка нахмурилась:
— Только ментальных?
— Неважно. — Цинцзя это не беспокоило, у него были свои методы. — Владыка Мёртвых впитывает веру – это мой путь к божественности. Часть этого процесса – создание божественного тела. Все мои духовные кости со временем превратятся в божественное облачение Владыки Мёртвых.
Кости примут его форму.
Сюй Цинцзя не лгал в одном.
Владыка Мёртвых был телесным боевым духом.
Царь Мёртвых – это его боевой дух.
Но сам Цинцзя и есть Царь Мёртвых, он и есть бог.
Всё его существо будет постепенно превращаться в истинного Владыку Мёртвых.
— И если я не найду духовного спутника, связанного со смертью или призраками, то моим первым спутником станет существо с чистым ментальным атрибутом.
Бог Мёртвых, загробный бог… разве призраки – это не состояние души после смерти?
К тому же это позволит избежать подавления родословной Короля Драконов.
Серебряный Король Драконов может быть сильна ментально, но не может же она подавлять и сам ментальный атрибут!
Иначе хоть в полицию иди – это «Сказание о Короле Драконов» слишком уж нечестное.
— Идем прямо сейчас? — спросила Шэнь Си. — Или нужно подготовиться?
Цинцзя нетерпеливо покачал головой:
— Прямо сейчас.
Оба его нынешних навыка были вспомогательными, и он страстно желал получить атакующий навык, который позволил бы реализовать весь этот потенциал.
Шэнь Си тихо рассмеялась – редко можно было увидеть её не по годам серьезного сына таким воодушевленным, как и подобает ребенку.
— Хорошо, — сказала она. — Но перед уходом давай еще раз измерим твою ментальную силу.
http://erolate.org/book/152/24578
Готово:
