Длинные шпильки спортивных каблуков с ритмичной помпезностью цокали по вымощенной камнем дорожке, уверенно отбивая четкий и властный такт. В темном стекле больших панельных окон первого этажа плавно скользил отраженный силуэт стремительно идущей девушки в серых обтягивающих штанах с шершавой текстурой. Плотная технологичная ткань леггинсов бескомпромиссно и точно обрисовывала ее эстетически прекрасные бедра, так же безжалостно облегая манящие перепады высот выше по течению. Следом шли ягодицы идеальной формы пышного сердечка, один мимолетный вид которых заставляет настоящие живые сердца из плоти и крови сбиваться с ритма и учащенно биться. Такое зрелище обычно заслуженно называют аппетитной попкой — аппетитной, потому что в голове моментально возникает горячее первобытное желание попробовать на вкус или грубо помять руками, как мнет податливое первоклассное тесто по-настоящему увлеченный своим делом пекарь.
Долго идти не пришлось. Как и в прошлый раз, она спокойно миновала ресепшен, бросив дежурной имя Елены Вайс и свое. Знакомый коридор с приглушенным светом показался даже короче обычного. Несколько тихих шагов, и Гвен снова замерла у приоткрытой двери кабинета.
Ее опять встретили эти звуки. Очень похожие на те, что она слышала раньше, но с одним ярким отличием — на этот раз обошлось без высоких женских стонов, тишину разрезал только низкий, рваный мужской рык. Женщина сегодня работала ртом. Гвен отчетливо разглядела происходящее в оставленную щель, когда осторожно подобралась вплотную к косяку и затаила дыхание.
Сегодня увиденное ее нисколько не удивило. Где-то на краю сознания она именно этого и ждала, готовясь к новому шоу. И Елена, судя по всему, тоже ждала зрительницу. В жизни просто не бывает настолько идеальных совпадений. Интересно, если эта элитная тренерша трахается без перерыва, когда она вообще успевает работать по прямому назначению? Два раза подряд с огромной натяжкой еще можно было списать на случайность, но чутье упрямо твердило обратное. Эту дверь оставили приоткрытой специально для нее.
Гвен медленно, но неотвратимо затапливало патокой возбуждения. Кровь гудела в ушах, пульсируя в такт каждому резкому движению за дверью. Посмотреть там было на что. Огромный темнокожий мужчина с блестящими от пота, бугрящимися мышцами грубо драл эту шлюху прямо в лицо. Он двигался размашисто, с силой вбивая свой гигантский прибор между ее раздвинутых губ. Елена же, отбросив всякую гордость, делала всё, чтобы доставить ему чистое животное удовольствие. Она послушно принимала жесткий темп, превратив свой рот и податливое горло во влажную, обжигающе горячую и тесную вайсову пещеру, ничуть не уступающую настоящей вагине. Влажный шум из-за двери резал слух своей животной откровенностью, смешиваясь с хриплым мужским рыком. От этого зрелища внутри у Гвен всё скрутилось. Тело среагировало быстрее разума — легкие вдруг забыли, как вдыхать воздух, пальцы до побеления вцепились в дверной косяк, а бедра сами собой крепко сомкнулись. Девушка подалась чуть назад, пытаясь сдержать резко нарастающую пульсацию между ног.
При этом лицо Елены оставалось холодным лицом истинной профессиональной блудницы. Не было ни жалких соплей, ни избытка текущей по подбородку слюны, ни слез от удушья. В ее чертах читалось лишь откровенное, глубокое удовлетворение процессом. Она безупречно управляла собственным телом, полностью подавляя все доступные человеческие рефлексы. Гвен ничуть не удивилась бы, если бы узнала, что это непристойное классическое влажное хлюпанье — просто гениально отрепетированная песня сирены, призванная высосать из партнера максимум энергии до последней капли. Чем дольше Гвен смотрела на это действо, тем сильнее набухала ее собственная плоть под грубой тканью леггинсов.
— Вот же ты шлюха, гха… день минета, ха-ха-ха, гх, — хрипел мужчина, судорожно сжимая пальцами светлые волосы. — Только блядь вроде тебя могла такое придумать. Черт, я щас кончу.
Елена не ответила, да и как ей было ответить, когда она была столь интенсивно занята.
— Глотай, сука! — он грубо и резко притянул ее за голову к себе, словно натягивая прочный презерватив, а не живое лицо девушки, насаживая до самого основания и полностью перекрывая ее дыхательные пути пульсирующим куском мяса.
Но ожидаемой паники не последовало. Елена не попыталась отстраниться, чтобы жадно вдохнуть так долго не поступавший в легкие воздух. Наоборот, она только глубже насадилась на ствол, демонстрируя в холодном взгляде снизу вверх даже некоторое высокомерное презрение к слабости мужчины.
Вскоре тонкое горло Елены начало ритмично и жадно дергаться, явно принимая порцию за порцией густой, обжигающей спермы. Кончал он очень мощно и невыносимо долго по меркам обычного мужского оргазма — видимо, хитрая стерва довела его до такого.
А что делала Гвен все это бесконечное время? Малышка так увлеклась зрелищем, что полностью, без остатка приняла на себя роль безмолвной, завороженной зрительницы, боясь пошевелиться и лишь изредка хлопая длинными ресницами. Невидимая струна натянулась между ее расширенными зрачками и узкой щелью в двери, заставляя впитывать каждую грязную деталь.
Внутри кабинета мужчина издал последний низкий, вибрирующий в самых ребрах утробный рык. Его массивное тело выгнулось, ловя пик наслаждения, влажные от пота мышцы на руках и плечах вздулись тугими канатами. Жесткие пальцы сгребли волосы Елены, сминая их с такой силой, что костяшки побелели. Он кончал долго, надрывно, мощными толчками забивая ее горло своей семенной жидкостью.
Гвен завороженно смотрела, как тонкая шея тренерши ритмично и жадно дергается, принимая в себя густую горячую порцию за порцией. Елена работала горлом с безупречностью, не давая партнеру ни единого шанса отстраниться. Ни капли не пролилось. Ни капли.
Когда здоровяк наконец выдохнул, ослабил хватку и тяжело отвалился назад на спинку кожаного дивана, Елена плавно отстранилась. Влажный звук разъединяющейся плоти резанул по натянутым нервам Гвен. Губы тренерши остались слегка припухшими от агрессивного трения, но лицо сохраняло абсолютно невозмутимое выражение. Она скользнула кончиком языка по нижней губе, собирая невидимые остатки чужого триумфа, и с превосходством посмотрела на тяжело дышащего самца. На ее лице играла сытая, откровенно издевательская улыбка хищницы, высосавшей из жертвы все соки.
— Хороший мальчик, — бросила она низким, приятно хрипловатым голосом. В этом тоне не скользило ни единой ноты усталости, только голый, неприкрытый контроль. — В следующий раз попробуем другое лекарство.
Здоровяк в ответ лишь невнятно замычал, непослушной рукой вытирая испарину со лба, и принялся неуклюже заправлять свой стремительно обмякающий член в штаны. Для Гвен эти секунды растянулись в вечность. Плотная технологичная ткань леггинсов теперь казалась орудием пытки — грубый шов безжалостно впивался в чувствительную, намокшую от возбуждения кожу промежности. Каждое неловкое движение бедер отзывалось острой пульсацией, простреливающей прямо в низ живота. Девушка до боли прикусила губу, отчаянно пытаясь выровнять дыхание, но воздух покидал легкие лишь жалкими, рваными толчками.
Тем временем Елена поднялась с колен. Сделала она это одним грациозным движением, словно последние десять минут не стояла на полу в позе покорной рабыни. Ее фигура в безупречно сидящей спортивной форме не выдавала ни грамма напряжения, на лице не блестело ни капли пота. А затем произошло то, от чего кровь в венах Гвен мгновенно заледенела. Хотя подобное прямое столкновение взглядов происходило уже во второй раз, Гвен всё равно не могла не испытывать перед этой женщиной глубокого, парализующего трепета.
Елена неторопливо повернула голову к двери. Их взгляды с силой столкнулись сквозь узкую щель. Вайс даже не моргнула. Ни тени удивления, ни капли испуга от того, что ее застукали. На дне ее глаз плескалось откровенное, порочное приглашение, щедро приправленное холодным превосходством.
Щеки Гвен обожгло огнем унизительного и одновременно сладкого стыда. Здравый смысл кричал немедленно отшатнуться, раствориться в тенях коридора, притвориться случайной прохожей. Но ватные ноги наотрез отказались подчиняться приказам разума. Елена же, напротив, действовала. Она сделала медленный, нарочито ленивый шаг к столу и опустилась в кресло, расслабленно перебирая какие-то бумаги. За ее спиной темнокожий гигант наконец справился с непослушным ремнем. Бормоча под нос грязные ругательства про гребаную ведьму, он с кряхтением выпрямился и тяжело зашагал к выходу. И вот тут его ленивый, сытый после сочного оргазма взгляд наткнулся на замершую в дверях незнакомую молодую красотку. Глаза амбала мгновенно загорелись новым интересом.
— Йо, новый кролик?
Гвен понятия не имела, что он имеет в виду, хотя догадаться было нетрудно. Она уже набрала в грудь воздуха для ответа, но из глубины кабинета хлестнул ледяной голос Елены.
— Свали уже.
— Есть, мэм, — вдруг абсолютно официально отозвался здоровяк.
Контраст между этой армейской покорностью и тем, как он животно драл ее всего минуту назад, сбивал с толку. Проходя мимо опешившей Гвен, он ловко выудил из кармана визитку и вложил ей в пальцы.
— Держи, сладкая. Если надоест возиться с маленькими, позвони мне. С радостью скрашу твой день.
Он ушел, оставив после себя шлейф пота и терпкого одеколона. Гвен опустила глаза на картонку. Матово-черная поверхность, слева контактная информация, а по центру красовался силуэт милого белого кролика и подпись «Любитель снежных кроликов».
— Что, заинтересовалась предложением? — голос Елены прозвучал с понимающей, откровенно издевательской усмешкой. — Понравилось сегодняшнее зрелище?
Гвен в смущении отвернулась, не найдя в себе сил выдавить ни звука.
— Его не советую. Чтобы у него так стоял, нужна куча таблеток. И еще одно. В следующий раз, когда решишь подсматривать, знай, что я заставлю тебя присоединиться.
Тренерша плавно выдвинула ящик стола, порылась внутри и достала оттуда анальную пробку довольно внушительного размера.
— Какое совпадение. Послезавтра у нас как раз анальный день. Надевай. Это твое наказание.
Спорить было бесполезно. Она сделала нерешительный шаг к столу, послушно взяла игрушку в руки и осмотрела. Классическая каплевидная форма, тяжелый металл, увенчанный крупным искусственным алмазом у основания. Выглядело дорого и пугающе объемно.
— Не парься, она абсолютно новая. Да, на размер больше стандарта и не совсем для новичков, но это же наказание, верно? Будь она поменьше, какой в ней был бы смысл. Понятно, что делать?
— Понятно, — криво усмехнувшись, ответила Гвен.
Она нутром чуяла, что просто так ей отсюда не уйти.
— Где мне…
— Здесь, где же еще, — безжалостно оборвала ее Елена. — Прямо отсюда пойдем на тренировку. Держи смазку.
Гвен замялась. Раздеться перед кем-то прямо в кабинете и засунуть в себя металлическую игрушку… Мысль казалась безумной, но по мере осознания неизбежности ей становилось легче. В конце концов, Елена была ее наставницей. И она женщина. В этом ведь нет ничего такого сверхъестественного, верно?
Девушка начала неловко топтаться на месте, не зная, каким именно ракурсом повернуться под пристальным, раздевающим взглядом тренера.
— Я решила за тебя. Повернись ко мне задницей и хватит уже тратить мое время, — строго выдала Вайс.
Гвен смиренно выдохнула. Она повернулась спиной к столу, зацепила пальцами пояс серых леггинсов вместе с резинкой трусов и потянула вниз. Но случилось то, чего она никак не ожидала показать, да и не планировала видеть сама.
От недавнего подсматривания за жестким трахом ее тело завелось до предела. Густой прозрачный сок бесконтрольно вытекал из разгоряченной киски, щедро пропитывая ткань белья. Когда влажная кожа промежности отделилась от ластовицы трусиков, между ними натянулась густая, вязкая липкая нить, влажно и ярко блеснувшая в лучах пробивающегося через окно полуденного солнца.
Елена, увидев эту живописную картину, нисколько не удивилась. Учитывая их первый урок, она именно такую реакцию и предполагала. Гвен оказалась еще большей извращенкой, чем она сама, возбуждаясь буквально от каждого грязного триумфа плоти. Идеальная глина для лепки. По-настоящему способная ученица.
— Трусы сними. Они только помешают.
Возразить было нечего, логика железобетонная. Гвен молча кивнула, скинула шпильки и одним слитным движением стянула с себя и леггинсы, и насквозь промокшее белье.
Прохладный воздух кондиционированного кабинета мазнул по разгоряченной коже обнаженных бедер и ягодиц. Гвен неловко переступила с ноги на ногу, чувствуя себя предельно уязвимой. Холодный металл игрушки заметно оттягивал ладонь, напоминая о грядущем испытании. Стоять вот так, полностью раздетой ниже пояса, перед одетым и властным тренером было невыносимо смущающе, но бушующее внутри возбуждение уверенно гасило остатки стыда.
— Смазывай щедрее, действуй медленнее, ради такого зрелища я подожду, — равнодушно посоветовала Елена, откидываясь на спинку кресла и скрещивая руки на груди.
Гвен дрожащими пальцами отщелкнула крышку флакона. Густая прозрачная жидкость скользкой кляксой легла на гладкую поверхность каплевидной пробки. Девушка жарко выдохнула, заставляя себя успокоиться. Она чуть согнула колени и подалась вперед, опираясь свободной рукой о край кофейного столика. Поза вышла откровенной до неприличия, выставляя напоказ все самые сокровенные уголки тела. Гвен буквально спиной ощущала тяжелый, изучающий взгляд наставницы, скользящий по изгибу ее талии и ниже.
Прохладный кончик смазанного металла коснулся туго сжатого колечка мышц. Девушка рефлекторно вздрогнула от резкого контраста температур.
— Расслабься, — голос Елены прозвучал ровно и властно. — Дыши животом и впускай. Сопротивление сделает только больнее.
Гвен послушно втянула воздух сквозь зубы и осторожно надавила. Гладкий металл медленно начал раздвигать неподатливую плоть. Ощущение оказалось пугающе ярким — гремучая смесь тупой, растягивающей боли и густого, тянущего удовольствия, отстреливающего искрами прямо в намокшую промежность. Не привыкшее к таким размерам тело инстинктивно попыталось вытолкнуть инородный предмет, мышцы спазматически сжались, заставив девушку издать тихий, сдавленный стон.
— Не останавливайся, протолкни широкую часть и дело считай сделано, — тут же скомандовала Вайс.
Вцепившись пальцами в край столешницы так, что побелели костяшки, Гвен сделала глубокий выдох и с силой подалась назад, насаживаясь на игрушку. Пробка с влажным скользящим звуком ушла внутрь до самого основания. Тяжелый искусственный бриллиант плотно прижался к раскрасневшейся коже. Внизу живота моментально разлилась пульсирующая, распирающая тяжесть. Ощущение абсолютной заполненности разом лишило остатков сил. Гвен замерла с закрытыми глазами, тяжело и прерывисто дыша. Любое случайное сокращение мышц теперь отзывалось внутри настоящим электрическим разрядом.
Позади послышался неторопливый скрип кожи — Елена поднялась с кресла. Ее мягкие, бесшумные шаги приблизились вплотную. Тренерша обошла стол и встала рядом, с холодным удовлетворением разглядывая результат.
— Умница, — сухо похвалила она, кончиком пальца небрежно проведя по изгибу дрожащего бедра подопечной. — А теперь натягивай свои леггинсы обратно. Без трусов, разумеется. У нас по плану интенсив на нижнюю часть тела. Будет крайне занимательно посмотреть, как ты справишься имея внутри такой утяжелитель сложности.
Следуя за плавно и уверенно шагающей Еленой по коридору к тренировочному залу, Гвен пыталась приноровиться к тотальному чувству распирания. Это радикально отличалось от ее первого, робкого опыта ношения игрушки в заднем проходе. Тот крошечный конус давал лишь легкий, дразнящий намек на стимуляцию, тогда как сейчас казалось, что массивный гладкий металл безжалостно разрывает ее надвое при каждом движении. Увесистый кристалл в основании намертво запирал влажный добротно смазанный анус, лишенный белья, а грубая ткань легинсов терлась о беззащитную кожу, посылая вверх по позвоночнику призывы усилить интенсивность и выплеснуть накопившееся.
Но собственная плоть преподнесла удивительный сюрприз. Оказавшись пугающе податливой и упругой, она послушно растягивалась, плотно обхватывая предложенный объем. Острая резь первых секунд так и не перешагнула ту тонкую грань, за которой обжигающее животное возбуждение сменяется отрезвляющей, гасящей весь запал болью. Напротив, тягучая тяжесть медленно переплавлялась в густой обволакивающий жар, заставляя Гвен рвано выдыхать, невольно сжимать бедра при каждом шаге и с тянущим предвкушением ждать начала обещанной тренировки.
http://erolate.org/book/1972/225676
Готово:
